Таинственный незнакомец 2: Тайны темного прошлого

Марат с Юрой сидели до самого утра, разговаривая и обсуждая маскировку второго для плана. Хайдаров клевал носом, утыкаясь Юре в плечо. Музыченко приобнимал его, сам зевая, хотя обычно более вынослив в плане сна. Обычно ему хватало пару часов, чтобы выспаться, но похоже все тревожные мысли сильно утомили его, как бы он ни сопротивлялся своему организму. Он сонно посмотрел на находящегося рядом Хайдарика, сидя с ним на кровати в номере, вокруг них валялись разные записи с вариантами для образа, несколько вырезанных из журнала фоток мужских моделей. Юра перевел сонный взгляд на окно, откуда был виден и дом Марата и дом Славы и он тихо вздохнул, тоскуя по своему Кузе. В данный момент Юра не смел шевелиться, чтобы не разбудить чутко спящего Марата, ведь малейший шорох или движение могли его разбудить. Даже чихнуть себе Юра не позволял, как бы ни хотелось. Но сон Марата для него был важнее. Сам же Хайдаров прижался плотнее к Юре, немного хмурясь, цеплясь за его футболку, словно отчаянно пытался спрятаться или же согреться. Музыченко сообразил что к чему и собирался дотянуться до одеяла, но это движение разбудило бы спящего да еще и мерзнувшего. Юра посмотрел в потолок, мысленно проворчав, что одеяло было в недоступности, но ему осталось лишь одно. Он аккуратно раскрыл одно из своих крыльев и укрыл им Марата, чтобы тот согрелся. Вечно мерзнущий, порой даже в жару, Хайдарик тут же укутался в источник тепла и стал спать спокойнее. — Интересно в какой степени гнева и ревности был бы щас Валя? — Мысленно усмехнулся Музыченко, наблюдая за спящим Мариком. Первые лучи солнца уже освещали номер в гостинице, а Юра осознавал, что эту ночь он вообще не спал. Да и внезапно его перестало клонить в сон. Не слишком-то это было хорошо, но Музыченко смирился с этим фактом, к тому же бывали у него бессонные ночи, ему не привыкать. Однако он задумался о том каково будет его состояние к концу дня из-за отсутствия сна. Возможно днем он где-то и умудрится вздремнуть. Тем временем Валя, который обычно любил спать долго, на этот раз проснулся довольно рано. К тому же он не обнаружил рядом с собой Марата, а это добавило еще больше беспокойства к и без того тревожному состоянию Широкова, в связи с последними событиями. Встав с кровати он направился на балкон, зная, что Марат ранняя пташка, который вставал очень рано по утрам. Не обнаружив Хайдарика там Валентин занервничал еще больше. Вторым вариантом оставалась кухня. Но и там Широков не обнаружил своего парня. Он в панике стал писать сообщения Марату на телефон. В тот же момент Юра вырубил звук уведомлений на телефоне Марата и решил сам написать тревожному лейтенанту. Широков определенно был недоволен, но по крайней мере он знал, что его драгоценный Марат был в безопасности с Юрой, какая бы ревность внутри него ни бурлила. — А ты че не спишь вообще? Ты обычно дрыхнешь до черте знает сколько, — Написал Юра Вале, тихо хмыкнув, поражаясь, что этот ревнивец даже спать спокойно не мог без Марата. — Без моего Малыша мне плохо спится. А хули он у тебя там делает вообще? — Помогал он мне, Валь. Помогал. Твоя помощь мне тоже понадобится причем скоро. — Ладно, — Широков был не очень доволен таким раскладом, но все же ему было спокойнее за своего парня, или же мужа, как он его называл иногда. Юра отложил телефон в сторону и посмотрел на прижавшегося к нему Марата. В этот момент в голове Музыченко пронеслась мимолетная мысль, что если его по факту лишили общения со Славой, что было бы если бы еще лишили и Марата? И всех остальных… Юра прижал к себе Марата, уткнувшись носом ему в макушку, мышцы невольно напряглись от этих мыслей, а брови были нахмурены, взгляд стал озлобленным и полным ненависти на какую-то наглую сволочь, что влезла в его отношения со Славой. Хайдаров сам слегка нахмурился, сквозь сон почувствовав напряжение Музыченко и стал слегка ворочиться. Юра мигом замер, осознав, что чуткий Марик все почувствовал сквозь сон. Он тяжело вздохнул, но не отпустил друга от себя, мысленно теперь боясь и его потерять. Внезапно Юра перевел взгляд в сторону двери номера, где заметил стоявшего в проеме Кикира, который наблюдал за этой картиной. Музыченко вновь нахмурился, показав ему жест рукой мол уходи. — Да ладно, Юр, я же ничего не говорю даже… — Тихим голосом сказал Анисимов, выставив руки в мирном жесте, — Тем более я могу тебя понять. Я же не осуждаю тебя и я бы наоборот хотел бы тебе помочь, если бы мог… Юра тихо вздохнул, покачав головой, продолжая обнимать Марата. — К тебе тут, кстати, пришли, Юр В дверном проеме показалась фигура Широкова, который не дожидаясь приглашения спокойно вошел в номер, обнаружив это лежбище морских котиков. Юра невинно улыбнулся ему, медленно убрав руки от Марата. Валентин хмуро посмотрел на него, забрав спящего Хайдарова на руки, а затем молча ушел, на этот раз ничего не сказав, хотя ревность в нем бушевала. Кикир молчаливой тенью стоял в углу номера, проводив ушедших из номера взглядом, затем посмотрел на Музыченко, сидящего на кровати с отстраненным взглядом в пустоту. Он аккуратно подошел к нему ближе, положив руку ему на плечо — Юр, ты вообще спал…? — Нет, — Отстраненно ответил Юра, затем встал с кровати и вышел из номера, — Иди остальных буди. Поедем на репетицию в зал, звук мы так и не опробовали… — Ох… Юр, ну ты не удивляйся, если вдруг сознание потеряешь, ага…? — Что со мной будет, блять…

***

На репетиции все проходило как обычно. Все оборудование было установлено на сцене, кто где должен стоять уже тоже распределили. Казалось все было готово. Прогнали несколько песен, опробовав звук, внося новые поправки, придумывали на ходу и импровизировали, представляя, что зал был полон людей. На репетиции Вечеринин в порыве эмоций выкинул к черту барабанные палочки и тут же понял свою ошибку, кинув взгляд на Юру, который уже смотрел на него матом. Однако тот ни слова не сказал, отвернувшись и настраивая запасную скрипку, которая к счастью была на критические случаи. Удивлению Димы не было предела, он уже готовился, что его отматерят так, что мать родная не узнает, но этого не произошло. Кикир тоже удивился. Паша лишь пожал плечами, но решил подлить маслеца в огонь. — Ого, он может не материться в такие ситуации, вау! Я впечатлен! Юра и на это промолчал, никак не отреагировав. Он лишь развернулся к группе, осмотрев каждого. — Собирайте манатки и в гостиницу пиздуйте, — Это все что он ответил, начиная собирать оборудование. Энтузиазма у Музыченко не было никакого на репетиции. Это заметили все, впрочем тот и не скрывал очевидного. Но никто и не решался его трогать в этот момент. Однако директор внезапно остановил их сборы, попросив отрепетировать еще одну песню. Юра явно не хотел, но и сил спорить у него не было. Но вот на последней песне, что решили отрепетировать Юра пошатнулся, чуть не упав со сцены, благо стоящий рядом Паша успел его схватить — Тебя куда блять повело?! Что с тобой, Юра? — Личадеев встревожился из-за этого фокуса, впрочем как и остальные. — Все норм, я немного не туда встал просто, — Музыченко лишь махнул рукой, собираясь продолжать репетицию, но на этот раз директор их остановил. — Не-не-не, Юра, ты не в состоянии, — Сказал Даня, покачав головой и сделав руками крест, — Заканчивайте на сегодня. И так часа два тут торчим. — Как это два часа…? — Юра непонятливо посмотрел на него, затем глянул на время, достав телефон из кармана и удивился, как так время быстро пролетело, — Ничего не понимаю… — Юра, ты вообще как? Ты не спал что ли? — Спросил директор группы, подойдя к сцене ближе, находясь в зоне зрителей. — Да так… Хреновенько. Ой, да нормально все. Че вы тут начали? Ну пошатнулся, ну с кем ни бывает, ну не упал же! — А не пил ли ты случайно? — Я? Пффф… Нет. Пока что, — Ответил Юра, произнеся последнюю фразу уже в мыслях. — Выглядишь неважно — Да похрен — Собирайтесь, группа. Вам всем нужен сейчас отдых. Особенно Юре. Отрепетируем еще завтра. — Не нужно мне ничего, хватит уже! Я сказал блять я норме! — Музыченко раздраженно процедил сквозь зубы. — Так, Юр, иди в гримерку, там и успокойся, — Спокойно произнес Даня, махнув рукой Юре, мол иди успокойся, злюка. Он просто не знал, что творилось в душе у Юры и почему он выражал агрессию и раздражение больше, чем обычно. Сам же Музыченко лишь еще больше разозлился — Нехуй командовать мной и моим состоянием! Я сам блять решу, что мне делать! — Рявкнул он напоследок и удалился со сцены, обхватив свои плечи, сильно сжимая их, стиснув зубы. Он прошел по длинным, едва освещенным, коридорам некоторое время, как вдруг услышал какой-то шорох неподалеку от себя. Раздражение не сменилось любопытством или страхом. Оно превратилось в открытую агрессию. Он развернулся в сторону источника шороха, сжав руки в кулаки — КТО ТУТ БЛЯТЬ ШАРОЕБИТСЯ ЕЩЕ?! ТЫ, СУКА?! НУ ДАВАЙ ВЫХОДИ БЛЯТЬ, МНЕ ТЕРЯТЬ НЕЧЕГО! Хочешь убить меня или что-то типа того?! А ты попробуй, блядина, у тебя кишка тонка! — Юра достал из кармана складной нож, не показывая ни капли страха или неуверенности в себе. Он был настроен агрессивно и воинственно в то же время. Из тени вышла высокая фигура в черном балахоне с белой маской на лице и встала прямо перед Юрой. Музыченко прищурил взгляд, пытаясь понять, кто был перед ним. Он крепче сжал нож в руке, направив в сторону незнакомца. Тот сделал медленный шаг в его сторону, ни капли не боясь последствий. Он словно знал, что Юра не будет без разбору кидаться в какой бы ярости ни был. Незнакомец подошел ближе и протянул в его сторону раскрытую руку в перчатке, ладонью кверху, показывая что в ней не было ничего, и что это был мирный жест. Музыченко плохо соображал из-за недосыпа, но он действительно не кидался на чужака, хотя и не знал истиных намерений. Может это маньяк какой. — Кто ты блять такой? И что тебе надо? — Юра хмурился, но нож так и не убрал, — И че ты граблю свою ко мне тянешь? Нож не отдам. Это мое. Незнакомец жестами показал чтобы тот убрал нож. Музыченко с недоверием смотрел на чужака в балахоне, не собираясь ему доверять, но внезапно он снова пошатнулся, чувствуя, как ноги становились ватными, а в глазах потемнело. Нож выпал из руки и в этот момент незнакомец подхватил его под руки и потащил в свободную находящуюся неподалеку гримерку, усадив его там на диванчик. Юра не потерял сознание, но держался рукой за голову, едва ли его не теряя. — Так, ты. Я не ебу блять, кто ты, но то, что ты меня не убил уже радует… — Я бы не сделал этого, — Наконец неизвестный подал хриплый голос, но явно не свойстенный тому, кто скрывался под этим всем. — Номер 323, черная сумка с парой брелков и белой полосой во всю длину сбоку, она одна единственная такая там, в ней коньяк есть в большом отделении в кармашке, тащи блять и быстрее, пока я тут не сдох нахуй… Ебаный недосып, это на меня не похоже… Незнакомец быстро метнулся в нужный номер, пока там никого не было, нашел нужную сумку, достал оттуда коньяк и принес Юре, как тот и просил. Музыченко из бутылки отхлебнул немного, так как было некогда расчитывать точную дозировку и некуда наливать, но он точно знал, что коньяк помогал в самые хреновые и критические ситуации. Отложив коньяк в сторону он снова взялся за голову, пытаясь придти в себя. — Спасибо… — Тихо поблагодарил Юра, все-таки, этот неизвестный помог ему. Этот же неизвестный вложил ему в руку нож, который тот выронил в коридоре. Юра немного приподнял голову, посмотев на него. — Ты обронил его в коридоре — Серьезно, кто ты, мать твою…? — Не могу сказать, — Ответил незнакомец, сев рядом с Юрой, осмотревшись с опаской вокруг. — Что ж… Могу сказать, что ты спас меня? Потому что хуй бы меня тут кто нашел среди этих длинных ебучих коридоров. Но… Я все еще не понимаю, кто ты и почему ты… — Так нужно, — Это все, что ответил неизвестный — Ну имя-то я твое узнать могу? — Нет. — Ц… Не беси. Иначе щас тебе обидную кличку придумаю. Да, я злой и че? — Хах… Ты не злой, — С усмешкой ответил мужчина в черном балахоне, слегка наклонив голову набок, глядя на Юру. Тот закатил глаза, хмыкнув. — Ну раздраженный! Агрессивный! Как меня там еще называют? Не суть важно! Юра скрестил руки на груди, откинувшись на спинку дивана и отведя взгляд в сторону от незнакомца. Внезапно он почувствовал, как тот положил руку ему на плечо. Музыченко косо посмотрел на него, затем на его руку и осторожно положив свою сверху, аккуратно убрал его руку со своего плеча, издав недовольный звук. — Без рук, попрошу. Не нарушай мое личное пространство. Я даже имя твое не знаю! — А тебе это так важно? — Вообще-то да! Может тогда и разрешу себя трогать, хотя бы за плечо. На остальное не расчитывай. — Ладно, хорошо. Можешь сам тогда придумать мне имя, если так хочешь~ — Пока что буду по всякому тебя называть. Чурчхелла, например — Пф… Почему чурчхелла? — Потому что чурчхелла. Высокая, в черном балахоне, с маской на лице. Геннадием точно не назову, был уже такой Генна… — Юра замер, а затем перевел вопросительный и возмущенный взгляд на незнакомца, — Широков, ты что ли?! Опять маскарад?! — Нет, Юра, я точно не тот за кого ты меня принимаешь. — Хмф. А похож. Тоже а-ля мистер загадочность. Ладно, — Юра встал с дивана, — Спасибо тебе, чебупель замаскированный, но мне надо идти. Удачи тебе, короче и все такое, ага? — Юра пошел на выход из гримерки, но внезапно остановился, осознав несколько факторов, — Стоп… Ты откуда… Ты как… Как… — Слишком много вопросов, Музыченко — Еще и фамилию знает… — Юра вновь рвзвернулся к нему, глядя на него встревоженным взглядом, всплеснув руками от наплывших эмоций и неясности ситуации, — Да кто ты черт возьми?! — Считай я тот, кто не даст тебе свихнуться. Или совершить какой-то грех. А ты явно о чем-то подумал, находясь еще на сцене. Да. Я видел. — Я… Я не понимаю… — Дуй спать, балбес, в гримерку. Твои еще нескоро придут. — Да какой спать?! Я не хочу спать! Тем более я коньяк щас бахнул… Блять, а как до гостиницы добраться без последствий… — Я вызову тебе такси в таком случае. Иди вещи свои собирай, — Хмыкнула темная фигура, выйдя из гримерки. Юра молча смотрел в сторону незнакомца, пытаясь понять, кто это был. Он плохо соображал, поэтому и вариантов у него было не много, так скажем. Он просто вернулся в гримерку, откуда забрал свои вещи, все равно уже репетиция закончена. Но эта неизвестная личность не давала ему покоя теперь: кто это? Откуда он его знает? Как он узнал местонахождение? Как он вообще прошел в здание? А хотя, ответ на последний вопрос был очевиден, учитывая, что охраны не было никакой.

***

Музыченко вернулся в гостиницу раньше своей группы, предупредив их об этом. И так до самого позднего вечера сидел, разбирал варианты с маскировкой для плана. Он созвонился вновь с Маратом, обсуждая их план. — Значит, мы выбрали что-то между вариантом три и семь, думаю можно их даже немного объединить, и… — Хайдаров нахмурился, не услышав ответ от Юры, который сидел перед телефоном и смотрел в одну точку, зависнув, — Юра? Юра! — А?! — Музыченко встрепенулся, мотнув головой и посмотрел на свой телефон, где был виден Марат, сидящий дома на диване по видеосвязи с ним. Однако голос его он слышал расплывчато в связи со своим неясным состояниеи. Будто под водой. Но дав себе легкую пощечину он словно очнулся и голос Марата был слышен уже нормально. — Ты вырубился что ли? — Нет-нет, задумался просто. — Юра, ты же не спал… Не удивительно почему у тебя такое состояние. — Нормально все… — Юра отвел взгляд в сторону окна. — Юр, я вообще-то тут. — Да, я знаю. Я просто… — Музыченко начал неловко тереть затылок, и думать, стоило ли говорить Марату про незнакомца и тот факт, что на репетиции он чуть несколько раз не грохнулся в обморок, — Марь… Как ты себя ощущал, когда в твоей жизни неожиданно появился Геннадий? Ну, когда Валя был замаскирован еще. Марат удивленно посмотрел на него, приподняв брови, задумавшись. — Ну… Первой реакцией наверное был страх неизвестности. Ведь изначально непонятно, кто перед тобой: враг или друг? Но через некоторое мгновение ты узнаешь этого незнакомца и понимаешь, что раз он тебя не убил, значит у него и не было этого в планах. Ну а потом ты уже понимаешь через время кто этот загадочный Геннадий и дальше все становится ясно. А ты чего спрашиваешь? — Да, так… Некая чурчхелла в балахоне черном сегодня попалась мне в коридоре концертного зала. Ну… Вред не причинил, конечно да и он откуда-то меня знает… — То есть из ниоткуда появился некий тип в черном балахоне, который ошивался рядом с тобой? Интересно… — Задумчиво произнес Марат, подперев рукой голову, — И говоришь он знает тебя? — Да. И имя и фамилию. Может и отчество. Я вообще подумал, что это Широков прикалывается надо мной, но… Нет, не в его стиле. — Валя целый день со мной, никуда не отходил, мне тут нехорошо было, он целый день следил за моим состоянием. Так что нет, это точно не он. — Я и сам понял это… Это все равно загадка для меня. Кстати… А как там Славка-то? — Музыченко перевел взгляд на экран телефона снова, глядя на Марата тревожным взглядом, — Я же ничего теперь не знаю, что с ним и что там происходит… — Его в командировку отправили неожиданно он сообщил. — Чего… В командировку? — Юра быстро кинул взгляд в окно, прищурившись, высматривая балкон Макарова, заметив там мелькнувшую женскую тень, — Вау, и эта ебанутая шмара его отпустила? В другой город? — Сам в шоке. Но видимо да. Будет ему время отдохнуть от этого дерьма — Хотя бы так… Но, а состояние последний раз у него какое было? Вы же с ним можете общаться хотя бы. Он же наверняка ужасно стрессует, мне больно даже думать о том, что ему снова больно… — Безусловно ребенок стрессует, Юра… Но он держится. Он молодец. — Ну, что ж… Полагаю, что в командировке ему уж всяко спокойнее будет, чем с этой ебнутой мразью, которую Я БЫ БЛЯТЬ ПРИДУШИЛ ГОЛЫМИ РУКАМИ! Внезапно свет в номере погас. — Эээээ! Ало, бля?! С хуя свет вырубили??? — Выкрикнул возмущенно Юра, посмотрев в потолок, затем опустил взгляд на Марата на экране, который удивился такому совпадению, когда Юра взбесился и тут же вырубился свет. — Тебе похоже нельзя злиться, Юра. От твоего гнева вырубается электричество — Пфф… Я бы посмеялся, но нет настроения на это. Марат удивленно смотрел в экран телефона, пытаясь разглядеть что было у Юры на фоне. И он насторожился заметив мелькнувшую на фоне тень. — Юрик, скажи мне… Ты один в номере? — Настороженно глядя куда-то за спину Юры спросил Марат, всматриваясь в экран. — Полагаю, что да. Только если вдруг кому-то из моих не захотелось приколоться надо мной. Кикир, ты, падла? — Юра посмотрел в сторону выхода из номера, но никого там не разглядел, даже с включенным маленьким фонариком, — Никого… Странно. А что? — Мне кажется я видел чью-то тень, но… Может это просто глюк на экране. — В смысле блять чью-то тень… — Юра вновь обернулся назад, нахмурившись, — Но тут никого нет. Я даже… Блять, а чет страшно стало теперь. Я щас немного… Не в боевом состоянии. — Так, ладно, мне наверное показалось, успокойся. Но может просто пробки выбило у тебя? Ты там опять включил несколько приборов в одну розетку или используешь удлиннитель? — Кхе… Ну, есть такой грешок, да, — Музыченко неловко усмехнулся, пожав плечами, — А ты там на диване сидишь, полагаю? Один? А где же муж твой? — Ну да, на диване. Пока один в гостиной. К окну не подойду, мне не хочется вставать. А тебе, Юра, неплохо бы поспать. Лично меня уже в сон клонит, кстати о муже: Валя уже тащит меня спать. Вон пришел, решала лохматый, поздоровайся в камеру, Валюш. — Ага, привет, Юра, — Валя помахал рукой в камеру, затем навис над Хайдаровым, как кошак, наблюдающий за лежащим на диване хозяином, в ожидании когда тот проснется и встанет, — Малыш, все, заканчивай беседы. Спаааать! — Широков тут же взял Хайдарика на руки, целуя все его лицо, не давая даже закончить разговор с Юрой. Музыченко молча наблюдал за этой сценой, подперев рукой голову, выжидая когда сюси пуси закончатся. В итоге он кашлянул, подавая знак того, что все еще находился на связи, поскольку он остался на фоне всех этих Шидаровских нежностей. Валя остановился и посмотрел на экран телефона, невинно улыбнувшись Юре, держа зацелованного Марата на руках, — Извини, Юр, но тебе тоже неплохо бы поспать, ага? Я в курсе, что ты ночь не спал. И судя по всему не одну, в твоих мешках картошку хранить можно, хаха! — Мгм. Очень смешно. Я сам решу. Спокойной ночи вам, любовнички, — Юра выключил связь, и посмотрел в сторону домов Марата и Славы, слезая с кровати и сел на подоконник, прижав колени к груди. Он смотрел на оба дома, но все же его взгляд завис на доме Славы, даже если того там не было. Он думал о его состоянии в этой нервной обстановке, думал о том, как ему помочь и спасти из рук чертовой чокнутой дуры, в голове он мысленно представлял, как он будет вести себя в маскировке, чтобы завлечь эту сволочь, как б ему того ни хотелось, но ради своего Кузи он был готов на все. Даже не спать ночью, продумывая тщательно свой план. Он посидел минут пятнадцать, затем слез с подоконника, снова включил свет в номере, задумавшись о том, как он мог выключиться, если он один в номере и вернулся на кровать, разложив вокруг себя записи, и в блокноте стал расписывать план. Но внезапно свет снова выключился. Музыченко раздраженно посмотрел в сторону выключателя. — Да заебеж, блять! Хватит уже! — Юра раздраженно вскочил с дивана, вновь включив свет и тут же посмотрел по сторонам, пытаясь высмотреть чертова шутника, который все время ему свет вырубал, — А ну! Где прячешься, гандонина?! Юра быстро заглянул в ванную, но никого там не увидел. Он выждал несколько секунд, после чего резко обернулся назад, заметив ту самую высокую фигуру в маске, думая, что напугает хулигана, но испугался сам, вскрикнув и выматерив незнакомца всеми возможными матами, схватившись за грудь. Сам же незнакомец молча стоял перед ним, выставив руки перед собой в сдающемся жесте, ошарашенный таким спектром эмоций в секунду. — Тьфу блять! Опять ты, чебупель переросший?! Сколько килограммов Растишки ты сожрал в детстве?! Дылда чертова двухметровая, я чуть пердечный сриступ не словил! Тьфу! Ну кто так делает?! — Юра чертыхался и матерился, прижимая руку к своей груди, пытаясь успокоить внутреннее раздражение и испуг, так как он не совсем ожидал увидеть позади себя кого-то, даже если ему самому казалось, что был готов к встрече с неизвестностью, — Да нахуя ж так пугать-то было!!! — Юра тяжело вздохнул, затем кинул на незнакомца раздраженный взгляд, указав на него пальцем, — Ты, сука, мне свет вырубал?! Неизвестный стоял и молча смотрел на матерящего его Музыченко, сложив руки на груди и слегка притопывал ногой, терпеливо ожидая, когда тот закончит свой всплеск эмоций из трехэтажного мата — Ты закончил? — Да! Наверное… — Хмыкнул Юра и отошел от него в сторону кровати, держа руки скрещенными на груди, — Какого хрена? Ты че сталкер?! — Ну, как тебе сказать… Я тот, кто следит, чтобы ты не наделал нехороших дел. Ради твоего же блага. — Вау, спасибо, но мне не нужно, чтобы за мной кто-то следил и командовал мной, я терпеть это не могу и не собираюсь, понял? Нянька мне не нужна, я способен справляться со всем сам! — Ладно, понял. Но все же… — Незнакомец подошел к нему ближе, слегка наклонившись к нему, — Я действую по своим правилам, Музыченко. — Значит так. Я в душе не ебу кто ты, откуда меня знаешь, как ты выяснил, что я здесь, но ты. Не смеешь. Мной. Командовать. Ты это понял? — Музыченко продолжал показывать свое раздражение из-за чужого присутствия в своем личном пространстве, защищаясь, как мог, — Мне плевать, что ты собираешься делать дальше, мне сейчас вообще на все насрать, черт возьми! Неужели по мне не видно? — Тебе настооолько не насрать, что ты не спал нормально от силы дня три, судя по степени покраснения твоих глазных яблок и размера мешков под глазами, а также судя по упаковкам от кофе в маленьких пакетиках, находящихся вон в той мусорке, от кофе ты не отлипаешь ни на минуту, лишь бы не спать, хотя действие этого напитка лишь двадцать минут от силы и то в определенное время, а энергетики я не замечал, чтобы ты пил по крайней мере, — Мужчина наклонился к Юре еще ближе, все еще нависая над ним, — Мне продолжать? Юра ошарашенно уставился на столь проницательного собеседника, пытаясь переварить услышанную информацию и осознать перечисленные факты. Он подошел к настенному большому зеркалу, посмотрев в него и увидел себя не в самом лучшем состоянии, приложив ладонь к щеке, потирая ее. — Блять… Хуево ж я выгляжу сегодня… Как я вообще вышел на улицу вот так…? — И да, я знаю для чего тебе коньяк, но… Но нахуя тебе пиво, да еще и крепкое, когда ты давно как завязал, ты же сам говорил, с этим делом? — Э… Это не мое, мне подкинули! — Юра скрестил руки на груди, нахмурившись, глядя на маячащего в его номере незнакомца через зеркало, видя как он важно расхаживал по помещению и услышал его усмешку, — Ты че вообще тут так вальяжно расхаживаешь, а? Я тебе вообще разрешал тут находиться? В моем личном номере, который я специально взял даже от своей группы отдельно! По своим личным причинам! Незнакомец сел на кровать, закинув ногу на ногу и посмотрел на Юру, склонив голову набок — Ну как видишь ты меня все еще не выгнал~ — О, ну конечно. Еще давай дразнить меня будто я чертов цундере. Хуй тебе за обе щеки! Со мной не прокатит. — Ты знаешь значение этого слова? Впечатляет. Но раз ты в курсе, то разве ведешь себя не как цундере сейчас? ~ Вообще, если судить по твоему знаку зодиака раки те еще цундере от природы. — Да харе уже знать так много обо мне! — Юра раздраженно ударил ладонью по стене, рыкнув себе под нос, — Ты меня бесишь! Астролох ты хуев! — Злючка цундерка~ — Хватит! Что ты вообще сюда приперся?! — Пришел тебя спать уложить. Через… — Незнакомец посмотрел на настенные часы, затем вновь вернул взгляд на Музыченко, — Пятнадцать минут — Да флаг тебе в руки и в жопу заодно, — Юра хмыкнул, показав ему средний палец, — Вот это видел? Хуй я спать лягу, понял? — Ты уверен? Извини, но ты сегодня точно ляжешь спать. Не будь плохим мальчиком, Юра. — Я очень плохой мальчик. Стоп, какой нахуй мальчик?! Я мужик, блять! И я сам решу, что мне делать и как мне жить! И если я сказал, что не буду спать, значит не буду! Мне вообще не до сна! Абсолютно! — А что это такое на кровати лежит? — Мужчина взял в руки несколько вырезанных фото из журнала, разглядывая, — Ты что хочешь имидж сменить? Зачем? — Это не твое собачье дело, пес! Положи на место! — Ого, а что ж это я пес? Я вроде не гавкал, — Незнакомец продолжал слегка троллить раздраженного Музыченко. Чувствовалось этот кто-то улыбался под маской. И кто-то, кто не боялся этого гнева. — Ц. Бесишь! — Юра раздраженно отошел к окну, устав с ним спорить, обнял свои плечи и посмотрел на улицу с тоской в глазах, хотя старался не показывать этого. Незнакомец встал с кровати и осторожно подошел к нему сзади, положив руки ему на плечи, чувствуя напряженные мышцы под пальцами в перчатках. — Да ты как камень — Не трогай меня! — Юра отдернулся от него, нахмурившись и отойдя на шаг, — Я абы кому себя трогать не даю. — Хах, ты в курсе, что я уже несколько раз за день тебя успел тронуть? Так что успокойся уже, недотрога~ Мужчина вновь положил руки на его плечи. Юра лишь сильнее нахмурился, не отрывая взгляд от улицы, но и не убрал чужие руки со своих плеч на этот раз, просто окончательно устав спорить с этим настырным человеком в черном балахоне. — Ты же не отвянешь от меня, да? — Неа~ — Хорошо. Тогда я сделаю эти пятнадцать минут лютым адским кошмаром для тебя, — Юра резко развернулся к нему, сжав руки в кулаки. Тот не отступил, лишь молча наблюдая за поведением Музыченко, — Я щас… Да я щас… Орать начну! — Зачем? Ночь, люди спят вообще-то — Я буду орать, что тут гребаный извращенец меня лапает! И тебя вышвырнут! — Пф. Забавно, кто тут из нас извращенец — Я тебя лапать не пытаюсь в отличие от тебя! — Туше. Но все равно больший извращенец здесь ты~ — Ах так? Ну тогда я… Тогда я буду раздражать и бесить тебя! — Ты? Серьезно? — Мужчина усмехнулся, сев снова на чужую кровать, закинув ногу на ногу, — Ну-ну~ Бесить он меня собрался. Нашел ты кого бесить — А ты что же у нас само спокойствие? Марат, разлогинься! Тьфу! Ну щас проверим твое спокойствие! Сюда подошел! Жопу свою поднял с кровати! — Ну, я же только сел… — Я сказал встал! — Да не ори ты, ладно, — Незнакомец встал с кровати, возвысившись над ним, — Ну, встал, и? Мне соседей твоих жаль. Юра молча уставился на него, словно забыл, что хотел вообще сделать. В какой-то момент он просто растерялся почему-то. — Эм… Я… Забыл… Незнакомец тут же отвернулся, незаметно сунув руку под свою маску, прикрыв рот рукой, сдерживая смех. Музыченко косо на него посмотрел, сщурив взгляд — Смешно тебе, падла? На тебе! — Юра дал ему легкий пендель, — Ржет он там, скотина. Беззвучно, правда. — Как ты меня еще назовешь, Юра? Я не успеваю записывать все прозвища, что ты мне дал за один день. И да, пендель меня вообще не напугал. Я их получал достаточно в жизни. — Да ты, черт тебя дери, невыносимый какой-то! — Это комплимент для меня~ — Я тебя не понимаю… — Раздраженно процедил Юра, — Ну хорошо. Сейчас я начну издавать мерзкие звуки и отвратительно себя вести! — Пфффффф! Ты серьезно думаешь, что это меня оттолкнет от тебя? — Я щас начну шутить про кончу, секс и дрочку! Или про говно! Я щас трусы сниму нахуй и на люстру кину! — Вау, это прямо так страшно звучит. Бубенчики не застуди смотри, ночью холодно. Я знаешь ли видал зрелища и похуже. — Ах, так?! Я с мужиками сосаться могу! — … И? Предлагаешь засосаться? Вперед и с песней! — ТЫ СЕРЬЕЗНО?! ДА ЧТО Б ТЕБЯ! Музыченко искренне не понимал, почему этот человек не отходил ни на шаг, даже слыша далеко не самые приятные вещи в свой адрес. Он просто терпел все это, и казалось ни капли не обижался. Юра смотрел в окно, упираясь руками в подоконник, чувствуя чужое присутствие позади себя. — Я просто знаю твою психологию, Музыченко. Все, что ты сейчас делаешь, это пытаешься дистанцироваться от того, кого не знаешь и используешь все возможные свои методы, чтобы отогнать меня, хотя прекрасно видишь, что я не опасен. По-крайней мере ты перестал направлять на меня нож и вообще-то тот факт, что я тебя, считай, спас в том коридоре, сдерживает тебя от того, чтобы не начать гнать меня прочь по-настоящему. Потому что ты все-таки благодарен за это. И к тому же, как бы ты сейчас ни материл меня, ты не хочешь оставаться один. Я прав? — У меня просто есть важное дело, понятно? Я сейчас хочу собраться и сосредоточиться на том, что запланировал. И хватит уже строить из себя знатока! Ты нихера обо мне не знаешь, чтобы быть таким уверенным! Никто не знает обо мне абсолютно все. Плюс, я любитель лгать! Да! Я люблю напиздеть и наблюдать, как люди ведутся на это! — Я довольно хорошо знаю этот факт из Юроведения~ — Юрочто? — Музыченко косо посмотрел на него, нахмурившись, — Ты че за дичь щас несешь?! Моя твоя не понимать! Я не андерстенд тебя! — Ну или Музыченковедение, как тебе угодно — Пф. Юморист что ли? — Не, у меня с юмором не очень. Но впрочем шутить умею. — Ладно. Допустим. Умник тут нашелся… — Хмыкнул Юра, отвернувшись снова к окну, — Но ты учти, что я не собираюсь тебя посвящать в свой план. Это мое личное дело, так скажем. Эй, че молчишь-то? — Заслушался, извини. Музыченко вновь хмуро посмотрел на него, все еще имея внутри себя раздражение, что к нему нахально влезли в личное пространство и никак не уходили. Хотя он постепенно привыкал к своему приставучему собеседнику. — Тебе дышать-то есть чем в маске этой? А то вел я одно такое шоу, знаешь ли… Там в масках сдохнуть можно. — Ну, так себе, но дышится неплохо. Жарковато только, лицо потеет чутка. Музыченко ухмыльнулся. Кажется у него был шанс раскрыть личность этого неизвестного. Он молча строил в голове план, медленно приближаясь к незнакомцу. Тот начал подозревать неладное, встав со своего места и пристально глядел на приближающегося к нему Юру. — Ну, знаешь, я тут подумал, может тебе нужно подышать без своей маски? — Ага, а ты ее спиздишь, чтобы узнать мою личность, да? Также как пиздишь чужие вещи. — Да вы посмотрите какой догадливый! — Музыченко раздраженно фыркнул, хлопнув себя по бедрам, — Ну блять! Ну дай хоть намек какой-то, кто ты! — Неа. — Козел! — О! Плюс еще одно прозвище! — Ну, все, мне надоело! — Юра быстро метнулся к нему, схватившись за его маску, но тут же замер, почувствовав как тот схватил его руки, пытаясь удержать, — Ну блять ну что плохого, если я хотя бы физиономию твою знать буду??? — Юра, — Послышался серьезный тон, — Будь честным. Я с тобой честен, но лицо показывать не буду. Давай договоримся о честности? Ты ведь можешь быть честным в этом плане. Музыченко насторожено смотрел на человека в маске, но внутри него начала бурлить совесть. Все-таки этот человек спас его и теперь терпит его выебоны до сих пор. Юра покачал головой слегка и отвернулся от него, отойдя вновь к окну. — Делай, что считаешь нужным, я устал с тобой спорить. У меня нет сил на это все, — Произнес Юра, смирившись с этой участью в виде болтливого и надоедливого собеседника, которого он даже видеть не мог, поскольку тот скрывал свое лицо. Музыченко мог слышать легкий шорох, но он честно не поворачивался к незнакомцу, как бы ему того ни хотелось, — Черт бы побрал мою доброту… Юра поднял взгляд к домам Марата и Славы, посмотрев вновь в сторону балкона второго, подперев рукой голову, тихо вздохнув. Незнакомец уже был без маски и он решился на смелый шаг. Он обнял Юру со спины, положив голову ему на макушку. Музыченко слегка нахмурился, но сдержался, чтобы не смотреть на того, кто его обнимал. — Я кажется просил… Отойди от меня, мне это не нравится. Знаешь такой мем? Стоп! Мне не приятно! — Будто я не знаю, что ты просто в очередной раз напиздел сейчас, — Усмехнулся мужчина, не слушая его, продолжая обнимать, — Успокойся уже, недотрога. — Вот именно, что недотрога, а ты… А ты… — Юра прикрыл глаза, что-то проворчав себе под нос и прижался спиной к чужой груди, удрученно вздохнув, — Вот пристал же ты как банный лист к жопе… — Еще одно прозвище — Мгм. Юра смотрел на те самые дома, держа руки скрещенными на груди, пока незнакомец обнимал его. Сам же Музыченко просто уже ничего не говорил этому загадочному и слишком тактильному болтуну, который так и лез, словно у него было адское тактильное голодание. Он просто смотрел на балкон Славы, прокручивая в голове воспоминания с ним, хотя и было трудно сосредоточиться, когда тебе в макушку дышит какая-то нахальная задница, не зная что такое личное пространство. Но Юра смирился, понимая, что так легко этот загадочный персонаж от него не отстанет. — Не дыши на меня, бля. Хотя бы не так близко. — Извини, просто… — Да-да, ты любитель всех лапать, я понял, — Фыркнул Музыченко, держа руки скрещенными на груди. Он напрягся почувствовав как руки незнакомца спускались с плеч на талию, — Даже не думай. Я едва плечи разрешил тебе трогать, а ты уже охуеваешь на ровном месте. Я вообще-то женат, не видно? Музыченко не глядя на него, вытянул руку с кольцом над головой, зная, что тот положил свою макушку на его, и мог прекрасно видеть кольцо на пальце. — Фальшивое — Нахуй иди, умник. — Нельзя быть таким злюкой, Юра. Я понимаю, что тебе тяжело, но это же не значит, что нужно отказываться от помощи, даже если ты такой весь из себя сильный. Сильным порой тоже нужна помощь. — Мое дело каким мне быть… — Хмыкнул Юра, не отрывая взгляд от окна, — Не нужна мне помощь, не нужна мне нянька, не нужен мне присмотр, сказал же несколько раз… — Музыченко тяжело вздохнул, закрыв глаза ладонями, потирая их пальцами от недосыпа. — Юр, пошли спать, серьезно. Тебя уже вырубает на ходу. — Я не могу, пойми… У меня есть важное дело, какой сон? Если мне нужно… Спасать того, кто мне дорог… Незнакомец надел маску обратно на лицо через некоторое время и встал сбоку от Юры, слегка наклонившись к нему — Я понимаю, но если у тебя не будет сил, как ты спасешь того, кем дорожишь? — Есть у меня силы… Я просто… — Если бы они были, ты бы уже меня за шкирку отсюда выкинул. Но сил у тебя нет даже на спор со мной. — Ты не понимаешь всей ситуации! Все очень серьезно. Тот, кто мне дорог в опасности. Как я могу спокойно спать? Да и еще этот концерт впереди… Черт! Как разорваться… Как… Юра обратил внимание на протянутую к нему руку незнакомца сбоку в пригласительном жесте. Музыченко посмотрел сначала на руку, потом поднял взгляд на неизвестного, но покачал головой. — Я не буду спать… — Он отвел взгляд в сторону, — Иди домой или еще куда. Тебе не нужно торчать со мной всю ночь. Оставь меня… Неизвестный подошел к выключателю и снова вырубил свет в номере. Музыченко закатил глаза, фыркнув и пошел включать свет в номере. — Ну полетели из трусов тефтели, ты заебал уже и меня и этот выключатель! Хватит вырубать свет! Юра раздраженно потопал врубать свет обратно, но незнакомец был быстрее и упрямее. Он взял Юру за руку и потянул на себя. Музыченко опешил, но быстро уперся ногами в пол и зацепился за дверной проем ванной, сопротивляясь. — Отстань, говорю! Я сказал я не буду… Куда ты потащил меня?! Отпусти! Юра оказался затащен на кровать, а сверху на него улегся его собеседник, прижав его под собой, не давая встать — Это что за наглость вообще?! Ты ахуел?! Слезь с меня! — Неа — ТЕФТЕЛЯ ТЫ ЗЛОЕБУЧАЯ! — Иии… Еще одно мое прозвище. Вариантов все больше, я теряюсь прям. — Отпусти я сказал! Грррр!!! — Юра пытался вырваться из его хватки, стараясь для начала вырвать хотя бы руки из его захвата, но не получалось, — Ты синяков мне оставить решил?! — Синяков не будет, если не будешь так рыпаться. Я аккуратно тебя держу. Ну ладно тебе, а? Успокойся — Как я могу успокоиться, когда меня насильно пытаются заставить лечь спать против моей воли?! — Тссс… — Не шикай на меня, змея ты подбалахонная! Обхватил меня тут своими конечностями, ни вздохнуть, ни пернуть! ОТ.ПУС.ТИ! — Не капризничай, капризуля — Это я еще не начал! А вот щас начну! И хватит уже вести себя со мной как будто я ребенок капризный! — Так ты и есть ребенок капризный~ — Я ТЕБЕ ЩАС ВТАЩУ! ОТПУСТИЛ МЕНЯ, СВОЛОЧЬ!!! Я ВЫБЕРУСЬ ОТСЮДА И ТЕБЕ ХАНА, ПОНЯЛ?! Незнакомец продолжал прижимать Юру под собой, удерживая его руки. Немного поменяв положение он зафиксировал одной рукой его руки над головой, а вторую освободил, чтобы положить ее на его щеку, слегка погладив. Музыченко нахмурился, попытавшись укусить его руку в перчатке, мотнув головой, пытаясь согнать его руку от себя. — Ну давай-давай! Нападай! Ударь! Попробуй! Я тебе все мозги выебу, сучара, пока ты не отъебешься от меня к хуям собачьим! Я тебя отъебу блять, как выберусь! Мужчина выждал некоторое время, ожидая, пока тот замолчит и внезапно замахнулся рукой, в угрожающей манере, сделав эффект неожиданности. Не ожидавший этого Юра встрепенулся и зажмурился, ожидая, что щас получит по физиономии. Однако этого не произошло. Рука в перчатке слегка похлопала его по щеке, мягко погладив. Юра открыл глаза, непонятливо посмотрев на него. — Я тебя не понимаю, я не понимаю, не понимаю я… Как я тебя еще не достал? — Потому что ты меня и не достанешь, дурик. Я же сказал, что знаю Музыченковедение~ — Ты странный. — Такое мне говорили и не раз — Ц… Хорошо. Если я посплю ты отвалишь, моя черешня ты чертова? — Возможно~ — Ладно, отпускай. Я не собираюсь ничего делать. Обещаю. — Напиздииишь! — Обещаю, сказал же. Сил нет у меня на баловство. Как и настроения. Незнакомец выждал несколько секунд, прежде чем отпустить его. Юра как и обещал спокойно лежал, сложив руки на груди и пристально смотрел на него, хмуря брови, будучи недовольным его поведением и всей ситуацией в общем. — Раздеваться не буду, не мечтай. Я и так посплю, — Фыркнул Юра, отвернувшись на на кровати к стене, даже не накрываясь ничем. — Нормальные люди спят не так вообще-то — А кто тебе сказал, что я нормальный? Я ненормальный. — Да уж и правда. Ну, я тоже! — Усмехнулся мужчина и перевернул Юру на спину, улегшись на него, обняв и прижался к нему, положив голову ему на грудь. Юра ошарашенно уставился на него, нервно дернув глазом от раздражения и наглости. Руки автоматически потянулись к нему, чтобы к черту содрать эту маску или придушить наглеца, но что-то остановило его. Он опустил руки и просто смирился с этой наглой личностью, что вот так улеглась на него и прижалась так плотно, как к своей собственности. Музыченко закатил глаза, хоть и раздражаясь но положил одну свою руку на спину неизвестного, слегка похлопав, а сам смотрел в потолок, в мыслях пытаясь сосредоточиться на своем плане, но его глаза стали предательски слипаться. Это тепло чужого прижатого к нему тела еще тоже влияло на это сонное состояние. В конце концов Юра сам не заметил, как провалился в сон. Незнакомец же сам уснул, но перед этим он приподнял свою маску, чтобы поступал хоть какой-то воздух.

***

Наступило утро. Марат лежал и ворочался в кровати, накрывая голову подушкой. В один момент он раздраженно сел на кровати и слегка ударил спящего рядом и храпящего Валю этой же подушкой. Тот аж подскочил, мигом проснувшись от неожиданности и уставился удивленно на недовольную моську Хайдарова. — Валя! Я тебя заставлю к врачу пойти! Этот храп уже невозможно слушать! Спать с тобой невозможно. Мне пришлось в ванную идти, чтобы поспать! — Малыш, какой храп…? Я же не храплю, — Широков сонно зевнул, потирая глаза, — И, стоп, если ты спал в ванной, как ты тут оказался тогда? — Потому что я недолго там спал. Без тебя мне спать холодно… Но твой чертов храп… — Марат тяжело вздохнул, прикрыв глаза рукой, — Все. Сегодня же идем к врачу. Как раз второй выходной используем. — Ну, нет, малыш, ну не надо… Ну хочешь я заткну себе рот на ночь? Та хоть кляпом! — Валя, храп это проблемы со здоровьем значит. Это надо лечить, иначе я не смогу с тобой спать больше, — Хайдаров хмыкнул, встав с кровати и слегка потянулся, зевнув, — Ну, серьезно. Так спать невозможно, когда рядом с тобой муж храпит, как слон… Я уж терплю некие другие факторы… Но храп… — Хах. Прости, котенок, я же сам не могу это замечать, пока сплю. — Я в следующий раз на диктофон запишу твой чертов храп… Чокопай ты хренов… — Марат немного раздраженно пихнул его кулачком в плечо, но затем чмокнул в щеку и направился в ванную. Довольный Валя широко улыбнулся, растянувшись на кровати, кайфуя от того сколько нежности к нему проявлял его любимый Хайдарик. Хотя и тревожные мысли все равно проскакивали, ведь впереди предстояло очень нелегкое испытание для них двоих. И не только для них. Через несколько минут Валя встал с кровати, потянувшись и вышел на балкон, наслаждаясь теплыми утренними лучами солнца, которое еще пока не палило так адски, как прогнозировали ранее. Все таки это было жаркое лето. Широков оперся руками о перилла открытого балкона и посмотрел в сторону гостиницы, где находился его бывший номер в котором теперь поселился Юра. Приглянувшись он заметил, что Музыченко не спал, сидя на кровати и что-то перебирал, какие-то записи и бумаги с фотографиями, а за его спиной на кровати спала темная фигура. Валя вопросительно поднял бровь и взяв в руки телефон напечатал Юре смс. Сидящий на кровати сосредоточенный на своем деле Юра не сразу ответил на смс, но и игнорировать не решился. Он взял в руки свой телефон, который жужжал рядом из-за пришедших сообщений и посмотрел в экран. — Юр, а кто у тебя на кровати? — Написал Валя, ожидая ответ. — Это? Какая-то чурчхелла в черном балахоне, — Ответил Музыченко текстом сообщения, затем отложил телефон, что-то обнаружив среди своих записей. Внимательно вычитав он раздраженно порвал этот листок в своих руках, покачав отрицательно головой. — Херня, — Тихо произнес он, откидывая от себя остатки рваной бумаги, затем стал перебирать остальные записи. Лежащий сзади него неизвестный постепенно проснулся, потянувшись на кровати. Он поправил свою маску и повернулся к Юре, глядя на него через плечо. Незнакомец слегка потыкал его пальцем в спину, привлекая к себе внимание. Музыченко повернул к нему голову, понимая, что можно было это делать — Юр, ты чего так рано проснулся…? — Сегодня еще одна репетиция будет с группой, нам надо успеть как можно быстрее к среде. А сегодня уже воскресенье. А у нас блять конь не валялся. Да и в плане моем тоже херня полная… — Музыченко удрученно вздохнул, схватившись за голову, — Это не сработает, это тоже… — Ну, может если бы ты мне сказал, то я бы что-нибудь посоветовал? — Исключено. — Как знаешь, — Мужчина вытянулся на кровати во весь свой немалый рост. Юра косо посмотрел на него, хмыкнув, поражаясь этой растяжке на кровати — Слышь, колбаса от палки, не свались. Ой… Ну ты понял. — Колбаса. Хах! Еще одно прозвище. Все больше и больше прозвищ, ура! — Да, боже, ну я не ебу как мне тебя называть. Ты не показываешь лицо и не говоришь свое имя, как мне еще тебя называть? — Как сам посчитаешь нужным — Ну тогда наверное чебупель. — Пхаха! Ну ладно! Значит я чебупель~ — Незнакомец вновь растянулся на кровати, на этот раз подвинувшись к Юре почти впритык и потянул к нему руки, пока тот не замечал этого, отвернувшись к своим записям, — А ты кстати ел? — Неа. Не голоден — А вчера? Вчера ты ел? — Э… Не помню. Кажется нет. — Ты че охуел?! — Ой, отстань! Нет аппетита, нет настроения, нет энтузиазма и я имею на это полное право! — Я не согласен — Да мне пофиг. Что хочу то и… КУДА?! Незнакомец схватил его, повалив на кровать, прижав к себе — Отвяяяяяянь!!! Опять началось! — Неа~ — Да что ж это такое! Насилуют! — Дурак что ли? — Да. Широков непонятливо смотрел на происходящее в том номере, вопросительно приподняв бровь, но чем дольше он наблюдал, тем интереснее становилось. Он подпер рукой голову, продолжая наблюдать за странной развернувшейся сценой между неизвестным и Юрой. Поначалу Валя насторожился и уже было собирался идти выручать товарища, но он внезапно понял, что все было в порядке и тот не нуждался в спасении. Его и так спасали. От самого себя. — Это прям Геннадий версия 2.0, — Усмехнулся тихо Валентин, продолжая наблюдать за развернувшейся сценой, — Интересно, это тот о ком я думаю или какой-то новый будущий знакомый Юры? Рядом с Широковым уже находился Марат, держащий в руке чашку кофе, немного отпив. — Завтрак готов, Валь. Что ты тут такое наблюдаешь? — Интересную картину в своем бывшем номере. — Хм… Это видимо и есть та тень, что я видел во время разговора с Юрой вчера перед сном. Значит мне не показалось… — О чем это ты? — У Юры появился свой таинственный незнакомец. Который видимо следит, чтобы тот не совершил ошибок и не начал люто пить снова. Я видел плохо спрятанную бутылку пива за его подушкой. — Ага, Геннадий версия 2.0. Лучше б мне эту бутылку отдали. — Валя! — Что? Мне же не запрещено пить, я не кодировался — Угу. Алкаш. Ты когда пьян ты даже не Джеки Чан. Ты черте кто и сбоку бантик, неконтролируемый. — Хах! Забавно звучит, малыш. Но да, что правда то правда~ — Широков обнял Хайдарова, прижав к себе и едва ли не мурлыкал ему на ухо, потершись носом о его макушку. Марат слегка улыбнулся ему, ласково погладив по щеке. — Иди ешь, Лохматик — А ты? — Потом… Через часик. Обещаю поем. — Ну смотри мне. Иначе чья-то жопка будет отшлепана — Ой, да я уже так привык, знаешь ли… Шлепай, папочка~ Можешь даже жестче~ — ОГО! — Валентин аж воздухом подавился от неожиданного заявления Марата, который обычно вел себя слишком скромно. Но кажется за время жизни с Широковым он научился быть иногда и похотливым чертиком в редкие моменты. На такую реакцию Марат тихо засмеялся и ушел с балкона, попивая свой кофе. Валя изумленно посмотрел на него, затем ухмыльнулся, поправив взлохмаченную челку. — Ну, раз уж ты так хочешь~ Отшлепаю прямо сейчас! — Так. Я пошутил. Кыш. Кыш, говорю! — А всееее! — Широков прижал его к себе, игриво прорычав, и слегка шлепнул по жопке, ухмыльнувшись. Марат сщуренно посмотрел на него, затем слегка укусил его в шею, немного ущипнув за бок, — Ай! Ах ты какой… Кусака~ — Иногда бываю, — Хмыкнул Марат, допив свой кофе, отставив чашку в сторону. Затем он достал из кармана свою любимую дымилку и начал курить, выдохнув кисло-сладкий ягодный дым в лицо Валентина. — АХ ТЫ! НУ ВСЕ! — Широков игриво зарычал, прижав его к стенке, отобрав вейп, — Ты щас получишь~ — Пф. Пока не получил. Но получишь сейчас ты. Кукиш с маслом. Иди ешь давай. Потом займешься мной. Давай-давай. А то обижусь — Ну, Маааря! Ну так не честно! Я уже настроился… — Честно, — Хайдаров снова выпустил струю дыма ему в лицо, — Иди ешь. — Ладно. Но на жопе ты не сможешь сидеть неделю уж точно! Хехе~ — Валентин чмокнул его и ушел на кухню, чтобы позавтракать. Марат проводил его нежным влюбленным взглядом, продолжив курить любимую дымилку, пока была такая возможность. Продолжение следует…