Место уединения

      Прошло три недели с тех пор, как по отделу пустили слух, что в команду придёт новый сотрудник. Слух быстро рассеивается и превращается в обыденный факт, после того как начальство подтверждает догадки сотрудников. Спустя ещё неделю долгожданный новичок приходит — и сразу же демонстрирует себя блестяще, сходу вливаясь в работу и одаривая всех яркой улыбкой. Всё внимание, особенно женской половины коллектива, тут же припадает к Хвану Ин Хо. Но, кажется, женщины ему были не особо интересны.       — Господин Хван… — Ки Хун жалобно хнычет, спиной соприкасаясь с холодной, твёрдой стеной, параллельно елозя по небольшому деревянному столу, копчиком неудобно упираясь об неровную поверхность. — Вы… вы действуете слишком резко. Нам… не стоит заниматься этим… здесь.       — Господин Сон, не беспокойтесь, нас никто не услышит и не застукает. — Пока Ки Хун трясся и нервно поглядывал на хлипкую дверь подсобки, Ин Хо заводился ещё больше, голодно посматривая на коллегу, облизывая губы и закидывая чужие ноги на свои плечи, помогая стянуть брюки. — Допоздна оставаться любим только мы. А если кто есть, то все голодные и уставшие. Думаете, кому-то есть дело до двух влюблённых мужчин, изголодавшихся по сексу? — От слов господина Хвана Ки Хун вспыхнул пунцовой краской, стыдливо пряча глаза и мямля про себя оправдания о том, что он совсем не такой! Ин Хо довольно ухмыляется, пользуясь растерянностью господина Сона, и окончательно избавляет коллегу от брюк. А потом и нижнее бельё приспускает, любуясь возбуждённой плотью, которую Ки Хун стыдливо пытается прикрыть ногами. Не получается — Ин Хо моментально хватается за конечности, обтянутые нежной кожей, и цепкая хватка не даёт дёрнуться лишний раз. — Да и в конце концов, будто мы здесь впервые этим занимаемся. Ещё не привыкли?       И каких-то две недели назад Ки Хун даже и представить не мог, к чему приведёт его знакомство с Ин Хо.       Взаимная тяга почувствовалась сразу же, как господин Хван явился в отдел в первый рабочий день; его взгляд сразу же нашёл Ки Хуна, осторожно выглядывающего из-под монитора компьютера. Спокойное лицо новичка расплылось в добродушной улыбке, и Ки Хун скромно кивнул в ответ, отводя глаза в сторону. Сердце забилось бешено. Поначалу господин Сон даже и не понял, почему так реагирует; а когда незнакомое чувство стало напоминать смущение и симпатию, Ки Хун отрицал до конца, не осознавая — как это? Ему же никогда не нравились мужчины… вроде бы. А потом Ин Хо стало слишком много; коллеги пересекались везде, где только можно: в курилке, возле кулера с водой, возле автомата с кофе. Говорили сначала понемногу, по-деловому, но даже тогда Ки Хун долго не мог отойти: рутинные разговоры и дежурные шутки снова и снова крутились в голове, вызывая у Ки Хуна улыбку, которая своевольно растягивалась на лице. Столь невинных и простых моментов господин Сон ждал всё больше и чаще.       Шутки у кулера переросли в недолгие прогулки после работы, а после — во встречи по утрам, в ходе которых Ки Хун и Ин Хо забегали за кофе в ближайшую кофейню, неспешно вместе шагая на работу. Ки Хун сиял, как самая яркая звезда на ночном небе, всё никак не нарадуясь тому, что Господь решил послать ему такого понимающего друга в лице Ин Хо. Только Ин Хо дружить не собирался. Очередная совместная задержка на работе допоздна — и вот «случайные» соприкосновения перекочевали в ласку, в нежные поглаживания, а после — в поцелуи. Губы Ин Хо метили лоб, щеки, подбородок, шею и ключицы Ки Хуна. Господин Сон даже и не замечает, как с рабочего места перемещается в подсобку, вскоре ставшей ритуальным местом, в котором мужчины заканчивают свой день.       Тогда всё и изменилось. Они стали встречаться? Ки Хун так и не понял. Уточнять боялся и стеснялся. Но теперь его прижимали к каждому углу, и таким любимым и желанным Сон себя не чувствовал лет пятнадцать. Нет, всё-таки Ин Хо ему точно Господь послал.       — Господин Сон… — возбуждённо протягивает Ин Хо, стягивая штаны и бельё уже с себя. Пальцы, мокрые от слюней, уже вертелись рядом с пятой точкой коллеги, и один из них аккуратно погружается в чужое тело. Ки Хун громко ахает и прикрывает глаза. — Господин Сон, смотрите на меня, прошу. Только на меня. — Умоляюще протягивает Ин Хо, и Ки Хун не мог его ослушаться. Сон разлепляет глаза и одаривает Хвана томным взглядом; тот в ответ глядит так же, ускоряя палец, параллельно внедряя второй. Внутри Ки Хуна всё горело пламенем, но пламя было не болезненным, приятным.       — Возьмите меня… возьмите прямо сейчас, господин Хван. — Стеснительный Ки Хун, разморённый от ласки и возбуждения, действует неожиданно и требовательно. — Вы же хотите этого? Хотите больше всего?       — Да. Именно это… — Ин Хо вынимает пальцы, проводит ладонью по всей длине члена, поглаживая твёрдую плоть, и подставляет головку ко входу, становясь ближе. — Именно это я и хочу больше всего. Вы правы. — Господин Хван входит. Движется медленно, ненавязчиво, давая Ки Хуну времени привыкнуть. Ноги господина Сона, покоившиеся на плечах Ин Хо, надавливают, придвигая господина Хвана ближе. Ин Хо корпусом заваливается на Ки Хуна, поставив руки по сторонам, упираясь лбом об лоб. Ки Хун накрывает ладонями щеки коллеги и тянется за поцелуем. Поцелуй, как и движения между ног, были мягкими и ленивыми. Подсобка заполнилась тяжёлым дыханием, а стоило Ин Хо ускориться — как стал слышаться ещё и скрип столика.       Ки Хун поддаётся, тазом двигая навстречу. Внутри всё трепетно сжималось, обволакивая член Ин Хо так настойчиво, будто не хотелось отпускать. Будто хотелось слиться в одно целое. Поцелуи не прекращаются, становятся жарче, страстнее. Впрочем, и в самой подсобке будто на градус выше стало. Движения господина Хвана получаются хаотичнее и интенсивнее. Ки Хуну только в радость — он так и продолжает ластиться в ответ. Ин Хо отлипает от губ коллеги, перемещаясь на шею — тёплый язык проходит по солоноватой коже, перерастая в поцелуй-укус, оставляя после себя на чужой коже красноватый след. Вкус шеи Ки Хуна окончательно сводит с ума, и Ин Хо кончает, постепенно сбавляя темп. Господин Сон откидывает голову назад, чувствуя усталость, разом свалившуюся. Но усталость приятная.       Собирались коллеги неспешно. Кое-как добрели до туалета, умылись, оделись, ещё несколько раз поцеловались. И только когда за окном уже было темно, выбираются на улицу.       — Господин Хван… — Аккуратно начинает Ки Хун, когда до метро оставалось пару метров, и вскоре коллеги бы разошлись; не хотелось совершенно. Особенно не хотелось отрывать свою руку от руки Ин Хо; казалось, будто бы Ки Хун без неё прожить уже не сможет. Ин Хо останавливается вместе с Ки Хуном, готовясь внимательно слушать. — А Вы… никогда не засматривались на кабинет начальника? Г-говорят… камер у него там нет. — Ки Хун густо краснеет от своих же слов и старается не смотреть на любовника. Ин Хо только широко лыбится.       — Мне нравится Ваше предложение, господин Сон. Очень нравится.