A wolf will not eat a deer, but will teach you how to gnaw meat.

Месяц спустя Морти проснулся в своей комнате в прекрасном настроении. Он тут же спрыгнул с кровати, красиво нарядился и забегал как угорелый. — Важный день! Важный день! — весело кричал он, открывая небольшую коробку, что напоминала коробочку от свадебного кольца. Он уверенно вздохнул и медленно крадучись направился в самую пустую и самую большую комнату. Он никогда не знал, зачем она в ней не было ни кровати, ни столов, она была полностью пустая и редко посещаемая, что прекрасно подходило для его плана. С самого утра Смит скрывался от Прайма, перенося всё, что ему нужно, как раз в эту комнату. Всё это время он совсем не думал, полностью отключил свой мозг и просто делал на эмоциях и инстинктах, зная если хоть одна мысль проскользнет, его план может быть раскрыт если Прайм всё же читает мысли, или мальчишка утонет в своей неуверенности и просто передумает. Но он должен был. Сегодня день, когда всё изменится. Либо он сотрет себе и Прайму память. Комната уже была полностью подготовлена. На тумбочке, что шатен принес, стоял магнитофон. На полу были рассыпаны красные и жёлтые лепестки их любимые цвета. На потолке был заранее изготовлен специальный отсек, что открывался бы при дергании нитки. На стене была надпись кровью Морти знал, что в глазах Прайма куча разных приборов, что сразу вычислят смесь ДНК обоих. Парень медленно отошел чуть назад, дабы разглядеть свое творение, и чуть ли не начал рыдать. — Господи, в голове это выглядело гораздо лучше! Я как какой-то больной помешанный подросток. Он наверняка это высмеет и выставит меня за шкирку. Это ужас, ужас, ужас... НЕТ! УСПОКОЙСЯ! — Желтоглазый бродил туда-сюда, настраивая дыхание и себя самого. Сжав кулаки и собравшись с силами, он направился к Прайму. Прайм спокойно сидел в своём кабинете и копался в скучных бумагах. Это невероятно раздражало и было адски скучным занятием, но разобраться в них было нужно. Прошёл ещё один месяц их проживания вместе, и Прайм был готов думать о чём угодно, только не о своей больной привязанности к парню. Эти чувства были будто чума и распространялись с бешеной прогрессией в его голове и где-то внутри. Мужчина несколько раз вырезал собственное сердце и желудок, чтобы избавиться от "бабочек в животе", или от того, как ёрзает сердце при виде этого ебнутого парня. Несколько раз он даже пихал дохлых бабочек себе в желудок, чтобы издеваться над самим собой. Это было совсем чуждо и дико для него. Он никогда не испытывал этого раньше, разве что только с Риком, но это было больше похоже на то, будто ты ешь проволоку с гвоздями. А здесь иначе, и это самое страшное. Морти подошёл к Прайму со спины. Он тут же дал понять, чтобы тот ничего не говорил и молчал, завязывая ему глаза красной лентой, сделав сзади небольшой бантик. Морти нежно взял длинные пальцы прайма в свою руку, ведя мужчину в комнату. Мужщина будто своей интуицией он ощутил чужое присутствие сзади, но не двинулся. Он сразу принял правила игры и сделал первый и единственный раз уступок - подчинился. Прайм почувствовал знакомый запах взрывчатки и сладкого шампуня для волос и сразу всё понял. Когда его глаза завязали, он давил смешок. — Ты решил пересмотреть "50 оттенков серого"? Надеюсь, красная комната и правда красная. — Он засмеялся и, на удивление, не сопротивлялся. Зайдя, он закрыл дверь и включил музыку. Он сплёл пальцы обоих воедино, медленно начиная двигаться в такт песни. I know, I stand in line until you think you have the time To spend an evening with me And if we go someplace to dance, I know that there's a chance You won't be leaving with me Парень аккуратно делает первый шаг левой ноги, второй подтягиваясь за ней. Несмотря на осторожность к мужчине, словно к мраморной кукле, движения шатена были быстрыми он явно разучивал их очень долго, и так, дабы Прайму оставалось лишь вливаться в танец, даже не зная движений и шагов. Далее он двигается в сторону, после этого мальчик отводит правую ногу назад, а левую возвращает на исходную точку. Каждое движение, каждый поворот несёт с собой ноту обожания, а каждое касание подчёркивает нежность и трепет его чувств. Они словно один целый организм, двигаются с той изысканной грацией, что присуща лишь истинно влюблённым сердцам даже если все их поступки, все их мысли и слова в последнюю очередь несли за собой любовь. Then afterwards we drop into a quiet little place And have a drink or two And then I go and spoil it all by saying something stupid Like, "I love you" "Прошу, не говори ничего", тихо прошептал в своём разуме мальчик. — У меня явно галлюцинации, — протараторил Прайм, когда услышал совсем знакомую мелодию с радио. Он настолько пытался концентрироваться на бумагах, что думал это его сумасшествие. Эта мелодия была его любимая ещё с молодости. Когда тот был молод и находился на Земле, то мечтал, как станцует с кем-то на полу, испачканном кровью или чужим вырванным сердцем. Но это всё тупые мечты, и он быстро отмахнулся от них. Тут он почувствовал, как они начинают двигаться в такт песне. Он совершенно слеп сейчас, но чувствует присутствие чужого тела рядом и будто копирует чужие движения на инстинктивном уровне. Прайм сильно сжал чужую абсолютно горячую и даже немного потную ладошку и впился в неё ногтями. I can see it in your eyes that you still despise the same old lies You heard the night before And though it's just a line to you, for me, it's true And never seemed so right before — А мы неплохо танцуем для слепой и нервной пары, да? — специально язвит Прайм, чтобы почувствовать, как чужое тело пробьёт дрожь. Он быстро чувствует такт песни и, будто читая мысли, знает, как шатен вкладывает в каждое движение всё обожание и робость. Прайм быстро переставляет ноги и делает резкое движение, которое заставляет парня слегка упасть назад, но мужчина крепко держит того за талию. I practice every day to find some clever lines to say To make the meaning come true But then I think I'll wait until the evening gets late And I'm alone with you — Я хорошо справляюсь. — так же резко говорит Прайм и поднимает парня, улыбаясь. Казалось с первого взгляда, что он абсолютно спокоен и весел, но он отлично скрывал все эмоции. Внутри всё рвало на части, будто его подстрелили как жалкое животное. Будто ты касаешься своей мечты, но боишься, что это лишь бред твоего разума. Они двигались будто единый разум, как одно целое, и их организмы слились в единый. Это напоминало пожар в самом разгаре вместе с цунами. Казалось, они могли снести всё на своём пути с божьей красотой. Ледяные руки Прайма и горячие ладони Морти будто рождали диссонанс, но дополняли их обоих. Морти дал Прайму огонь, бурю и эмоции, которые сожгли всё на своём пути. Их прошлую семью и прошлые обиды, рождая что-то новое из пепла. Прайм давал Морти ледяной холод, будто точный разум и расчётливое сердце. Холод давал стимул разуму и сводил его же с ума. Хотелось снова и снова уколоться. The time is right, your perfume fills my head, the stars get red And, oh, the night's so blue And then I go and spoil it all by saying something stupid Like, "I love you" Прайм будто читает чужие мысли и ощущает его совсем на другом уровне. Они останавливаются, и он лишь сильнее сжимает чужие руки до хруста костей. Этот звук настолько приятен, что тот облизывается. Морти, нежно рукой проводя по спине синеволосого, заставляя того наклониться назад, вдруг соприкасается своими губами с чужими, параллельно другой рукой дёрнув за ниточку, заставив органы из отсека упасть вокруг них, образуя форму сердца. Заметив, что та слегка неровна, он, всё ещё не отстраняясь от чужих губ, неловко поправлял внутренности ногами. Прайм не успевает колко пошутить, как чувствует тепло рядом со своими губами. Их прикосновение больше похоже на конец света. Или на самую сильную галлюцинацию. Он не сопротивляется и сразу же показывает свои зубы. Прайм углубляет поцелуй, и его руки сразу же спускаются на талию парня и сильно сжимают. Поцелуй переходит больше в укус или пожирание, но он остаётся довольным. Мозг всё ещё работает на все 1001%, но будто под наркотиками. Всё кажется нереальным. Он хочет подавить в себе это желание, но просто не в силах. Как вдруг из ниоткуда, словно из глубин преисподней, мальчика окутал страх. Он отстранился, ставя партнёра в изначальное положение, начав будто задыхаться. I love you I love you I love you I love you I love you Вокруг всё стало рябить, бутда помехи, и он, краснея положил коробочку прямо в руки прайма, быстро убежав прочь и громко хлопнув за собой дверью. Слышится шум позади них, и мужчина инстинктивно отскакивает и тянет парня за собой. Глаза всё ещё закрыты, и он, будто уважая парня, сохраняет это. Но всё происходит слишком быстро, и он уже чувствует в руках какую-то коробочку. — Это бомба, чтобы я подорвался к хуям? — говорит Прайм, и в его голосе впервые слышится страх и неуверенность. Даже такой гениальный мозг, как его, ломается под эмоциями. — Морти? — более грубо и громко повторяет его имя Прайм, но слышит только громкое и нервное дыхание вместе с быстрыми шагами. Когда всё стихло и он почувствовал, что остался один, то сразу снял ленту и из-за нервов разорвал её на части. — Это пиздец. — говорит Прайм и чувствует, как вокруг него завоняло органами и кровью. Оглядевшись, он понял, что стоит в сердце, и тут уже сам не выдержал и громко засмеялся, что было похоже на самый сильный истерический смех. — ЭТО БУКВАЛЬНО МОЯ МЕЧТА. КАКОГО ХУЯ? ОН ЗАБРАЛСЯ В МОЙ РАЗУМ И УЗНАЛ ЭТО?! — было не разобрать, смеётся он из-за счастья или истерики. Мужчина, как маленький ребёнок, стал скакать по полу, наступая на органы. Те рвались под его подошвой и издавали неприятные звуки. Прайм падает на пол и старается сделать "кровавого ангела" из кишок, как видит коробочку. — это точно бомба. — шепчет мужчина и быстро открывает её, игнорируя, что вся его куртка измазана кровью. Там оказалась самая красивая пуля, которую он только видел. — Блять, я точно под чем-то или мой разум взломан. — он несётся к компьютеру и проверяет все датчики. Всё было хорошо. Хорошо. Нет, блять, идеально. — Сука, я чувствую себя принцессой Диснея... Моя мечта сбылась. — он радостно смеётся и подбрасывает органы наверх как конфетти, как осознаёт, что его "принц" сбежал. — МОРТИ! — кричит Прайм и несётся в комнату. "Как я мог? Как я мог вообще на это пойти? Это бред, это ужас, господи, это... это... это..." Парень мигом схватил стиратель памяти, забегая к себе в комнату и забившись испуганно под кровать. "Какой же я идиот. Это так тупо. Но у меня есть шанс всё исправить. Мы оба забудем об этом, как страшный сон, и будем дружить дальше!" Парень медленно положил два пальца себе на губы, и его испуганный лик медленно сменился на глупую кривую улыбку. "Я ЕГО ПОЦЕЛОВАЛ! ГОСПОДИ, Я ПРИКОСНУЛСЯ СВОИМИ ГУБАМИ К ЕГО... АААААААА!" Он громко пищал, дёргая ногами под кроватью и сжимаясь. "ЭТО Я ТОЧНО НЕ СОТРУ". Парень всё это время сидел под кроватью, прокручивая в голове всё, что только что произошло. Особенно момент с поцелуем: его сжатая талия, его рука, его губы, его язык. Чем больше Морти об этом думал, тем сильнее у него вставал, что было совсем не вовремя. Он закрыл рот ладонью, стараясь не заорать как резаный от счастья. Даже если ему придётся стереть память, даже если Прайм разорвёт его на куски, разберёт по пакетам и продаст это лучший день в его жизни. Стоп. "ОН ОТВЕТИЛ НА ПОЦЕЛУЙ?!" Прайм влетает в комнату Морти, Он сразу чувствует, где прячется пацан. Резко нагибаясь, он, как из фильмов ужасов, заглядывает под кровать и пялит абсолютно безумным взглядом. — ПОПАЛСЯ. — кричит мужчина, и тут его руки становятся длинными и тянут парня из-под кровати, как забившегося котёнка. Когда его жертва попала в его руки, он резко тянет её на себя, чтобы их лбы соприкоснулись. — Ты или взломал мой мозг, или я окончательно сошёл с ума, Морти. Морти. Морти. Это же лучший день в моей жизни! Я не был готов, и как истинный джентльмен я дарю это. — Прайм нервно тараторит как последний наркоман и резко, отпуская Морти одной рукой, вырывает своё сердце и тянет его парню. — Держи. — задыхаясь, говорит он Морти не был готов что его так резко вытащат за шкирку. Смит, сам не понимая почему, начал громко пищать, стреляя из стирателя в Прайма, параллельно пинаясь и кидая в того всё, что попадалось под руки. — Это всё ложь! Я сейчас валяюсь разобранный по пакетам на помойке, и ты решил сжалиться надо мной, создав матрицу, где всё это сейчас происходит! Ты пиздабол, ты лжец, это неправда! Ты говнюк, ты… ты урод, ты!! Морти схватил подушку и начал с силой бить ею Прайма, заставляя перья разлетаться в стороны. Мужчина буквально сидел с лицом лица и истекал кровью. Его рука, сжимавшая собственное сердце, дрожала, и он не мог это контролировать. Прайм ловко уворачивался от ударов и выстрелов луча. — ЗАТКНИСЬ И СЛУШАЙ! — выкрикнул Прайм, почти рыча и задыхаясь. Его глаза совсем обезумели, будто он был болен бешенством. Грубой силой он вырвал стиратель памяти из рук парня и со всей силы швырнул его об стену. — Да, я полный моральный урод и говнюк, а ты ссыкун с идеальной фантазией и максимально сексуальными мозгами, сука. — Прайм сжал его руки и завёл за спину, чтобы тот прекратил эту бессмысленную борьбу и наконец-то посмотрел в его глаза. Чужая кровь всё так же лилась из чужого тела, и Прайм ещё сильнее побледнел и похолодел. — Я сделал тебе такой красивый жест, а где реакция? — он быстро сменил выражение лица со злого на весёлое. Парень задыхался. Он метал головой из стороны в сторону, прикусывая нижнюю губу. Этот грубый голос, этот крик, что он слышал до ужаса редко, заставлял сходить с ума. Сука, как же он горяч. Дыхание медленно приходило в норму. Он несколько минут молчал, просто не двигаясь, разглядывая сердце. Его движения вдруг изменились: из хаотичных, быстрых и дёрганых они стали плавными и нежными. Мозг полностью отключился. Он медленно нагнулся к руке Прайма, в которой тот держал сердце, пока другая сжимала его тощие запястья. Пройдясь по нему языком, не отстраняя жёлтых глаз от ярко-голубых, он медленно начал поедать орган. Его рот, щёки и даже шея начали окутываться красной краской. Всё заняло четырнадцать минут, но ощущалось словно час. Шатен возжелал максимально насладиться подарком. Казалось, его зрачки сузились, став словно кошачьи, абсолютно хищный и безумный взгляд, который ни разу не сдвинулся с места. Когда на ладони уже не осталось ни кусочка, парень медленно слизал всю кровь с руки, параллельно обвязывая языком каждый палец. Рука была уже чиста, а на лице мальчишки появился безумный, удовлетворённый оскал. Прайм голодными глазами буквально поедал парня. Он не отводил взгляда от того, как шатен пожирал его сердце, словно самый сочный кусок мяса. От того, как кровь и слюна стекали со рта парня, Прайма пробивала дрожь по телу и тянуло внизу живота, а член предательски твердел. — Кусай и глотай глубже, Морти, — тянет Прайм снова с бешеными глазами и рукой буквально запихивает орган в рот парня, а потом сам же облизывает собственные пальцы — Чудесно! Спасибо большое, это самый лучший подарок на свете! — Всё сумасшествие в миг сменилось детской беззаботностью, будто он только что получил в подарок плюшевого медведя. Лёгким жестом показав, что его можно отпустить, мальчик быстро оказался ещё ближе, кладя ладони на плечи синеволосого. — Я так рад, что тебе понравился и мой подарок тоже, но… — Из кармана парень медленно вытащил скальпель. — Но он совсем не полный. — Быстрым движением живот Смита был тут же вскрыт вдоль, от чего мальчишка довольно громко вскрикнул что было больше похоже на стон. Со всей нежностью и любовью Морти взял холодную большую ладонь, прикладывая её к ране. — Я хочу, чтобы ты оказался внутри меня… В глазах мужчины Морти был буквально совершенен в самом высшем проявлении. — Это был лучший подарок для такой принцессы, как я, Морти. Ты такой же пушистый, как та деваха Меридиана или Мерида. Хуй знает, это Бет смотрела. — Он откидывает все грустные мысли и снова концентрируется на парне. При виде скальпеля он облизывается, и когда парень вскрыл себе живот и так сладко простонал, Прайм буквально начал дрожать от возбуждения, как псина. — С радостью, — только шепчет запыхавшимся голосом мужчина и как настоящий зверь резко проникает внутрь. Он, словно хищник, рвёт ещё сильнее диафрагму, разделяющую грудную и брюшную полость, и его бледное, почти трупное лицо полностью обрызгивается горячей кровью. Прайм на этом не останавливается и взглядом хирурга в полном бешенстве ищет желудок. Найдя эпигастрий и частично левое подреберье, он добирается до желудка парня, буквально хватает его и тянет на себя, тоже облизывая. — Это лучший ужин в жизни, приятного аппетита — шепчет Прайм. Слизистая оболочка, внутренний слой желудка, сразу же рвётся под сильными ногтями, что заставляет его ещё больше облизываться. — Готов поспорить, что даже соляная кислота в тебе вкусная, Морти. — Всё казалось сладким сном. В глазах мутнело непонятно, то ли от счастья, то ли от большой потери крови. Ноги постепенно становились ватными и дрожали, а Смит начал харкаться кровью. Поняв, что скоро не сможет держать себя самостоятельно, он схватился руками за шею синеволосого, крепко прижимаясь. Он вжался носом в шею, параллельно нежно целуя и прикусывая, выдыхая горячий воздух из носа и оставляя кровавые следы. Ловкими тонкими руками он залез под бордовый свитер, гуляя ими по бледной спине и оставляя периодически еле заметные царапины. — Как же ты прекрасен… Я всегда буду только твоим, слышишь? Мне больше никто не нужен, никто! Я всегда буду выбирать только тебя. И даже если ты сдохнешь я тебя выкопаю и буду жить с твоим трупом. А если сдохну я буду преследовать тебя в виде призрака. Я сделаю всё, что ты прикажешь, выполню любую просьбу. Я твой целиком и полностью!! — В глазах окончательно помутнело, всё тело онемело, и мальчик начал падать, закатывая глаза и бледнея. Прайм довольно улыбается от всех слов, сказанных Морти, и держит себя в руках, чтобы не кончить от одних только прикосновений по спине. — Ты никогда не умрёшь, Морти, и никуда не спрячешься от меня. Даже сейчас, со вскрытым брюхом, ты выглядишь идеально.— Он видит, что парень отключается, и понимает: у них мало времени. Они оба потеряли очень много крови, и скоро их организмы не выдержат. Руки движутся левее желудка, и Прайм хватает чужую селезёнку. — Когда-нибудь мы вернёмся к этому разговору и повторим, а на твоей селезёнке закончим. — Он улыбается и выдирает её. Селезёнка сразу же отправляется ему в рот. Мужчина чувствовал, как тело быстро слабеет и он теряет всё больше крови. Датчики в мозгу кричали об опасности и о том, что он скоро вырубится. — Это было весело, но мы сейчас умрём как лошары. — Он слабо улыбается, и через его ухмылку течёт слабая струйка крови. Прайм подхватывает тело парня и несёт в лабораторию. Мужчина сам очень слаб и мог бы попросить роботов это сделать, но он хотел сам починить Морти и донести его. Парень был уже в отключке, когда Прайм начал зашивать раны даже без наркоза. Руки тряслись, и он прилагал все усилия, чтобы остаться в сознании. Он запоминал каждый стежок и движение. Санчез решил не убирать огромный шрам и оставил его на память об этом замечательном дне. Как знак, что теперь Морти точно связан. Он целует ледяными губами шрам Смита и оставляет слабые кровавые пятна, как вдруг чувствует, что полностью ослабел, и падает на холодную плитку. Хорошо, что лаборатория знала, что делать при таких ситуациях: она быстро заменила ему сердце, откачала и отнесла парня в его комнату. На утро мужчина сидел в своём кабинете без куртки и водолазки. Рассматривая собственный шрам у сердца, он тоже решил его оставить как знак, что теперь ему пизда. В голове крутилось слишком много мыслей. С одной стороны, он был рад, как маленький ребёнок, который наконец-то получил свою игрушку. А с другой это был страх и отвращение к себе. Перед глазами была его жена и Рик, всё, что было до Морти, и несколько лет его полного одиночества. Когда он уже и забыл, что кому-то может быть реально интересен. Не страшен, не противен, не для выгоды или статуса а просто так. И это его пугало. На утро Смит удивился, обнаружив, что его больше не мучит боль в животе. Он прикоснулся к тому месту, где была рана, и наткнулся лишь на длинный рваный шрам. В комнате никого не было, и он медленно поднялся на ноги. Несколько минут он просто стоял в ступоре, пытаясь вспомнить события предыдущей ночи. И тут внезапно его охватила радость. Начав как бешеный пищать, он скакал по комнате, не замечая ничего вокруг, пока не поскользнулся на чьей-то крови, упав и ударившись головой о стол. Все предметы, находившиеся на поверхности, обрушились на него. — АЙ, ОЙ, БЛЯ, СУКА!!! — Потерев ушибленную голову, шатен радостно убрал завал и вприпрыжку бросился на кухню, чтобы приготовить кофе. Закончив с бодрящей жидкостью, он с той же энергией направился к двери кабинета Прайма и начал настойчиво колотить по ней ногой. — Праймииик!! Открывай, у меня руки заняты! — — Секунду!! Я, эээ… трахаю дыру в стене! — Мужчина подскочил и ударился головой о шкаф сверху от неожиданности. Он быстро натянул водолазку задом наперёд и распахнул дверь.