Mama’s boy

      Это был один из обыденных вечеров в Гусу, когда Лань Ванцзи сидел за разбором и проверкой свитков клана. Вей Усянь отправился на ночную охоту с младшими адептами, чтобы поднатаскать их в бою и Лань Ванцзи почти оказался с ними, если бы не осуждающий взгляд Лань Циженя и Вей Усянь, который всеми правдами пол дня заверял его, что с адептами и уж тем более с ним все будет хорошо, и он обещает хорошо питаться и отдыхать. Не обошлось без того, что Ванцзи лично попросил Сычжуя приглядывать за его ненаглядным.  На облачные глубины постепенно опускались сумерки, приближалось время отбоя, а с окна приятно дул летний ветерок, играясь с волосами Ванцзи.    Работа была закончена за пол часа до отбоя, свитки распределены, а работы адептов проверены. Ванцзи аккуратно сложил их в отдельные стопочки, и направился к внутренним покоям, снимая с себя верхние одежды и готовясь ко сну. На глаза случайно попалась курильница для благовоний, которую они с Усянем нашли, когда разбирали вещи. Вспоминая последствия этой курильницы, мочки ушей мгновенно вспыхнули.   Интересная вещь на самом деле, способна перемещать человека в разные временные периоды, да и происходит все достаточно реалистично, так и не поймешь, что все на самом деле сон.    Лань Ванцзи невольно задумался. В его жизни близких сердцу людей по пальцам пересчитать, и почти все из них так или иначе страдали, а старший брат до сих пор пребывает в уединении после событий в храме Гуанинь. Мысли сами шли, он не пытался контролировать их поток, вот проносятся воспоминания о смерти Вей Усяня и тупой боли, которая преследовала его 13 лет и следом за ними, он вспоминает о матери. Такой же дорогой сердцу человек, которого он лишился слишком рано. Так рано, что был не в состоянии понять, что больше не увидит ее. С того дня он иногда ловил себя на мысли, что ему многое хотелось бы ей сказать, поделиться. Рассказать о Вей Усяне, о Сичене, о младших адептах, которые кажется еще немного и сломают многовековую систему клана Лань, что конечно наверное к лучшему. Перемены всегда к лучшему.   Лань Ванцзи смотрит на курильницу и впервые ловит себя на, как ему кажется, безумной мысли.  «А что, если…»   Вей Усянь многое поменял в его жизни, в том числе то, что иногда Ванцзи стоит прислушиваться к себе и своим желаниям и то, о чем сейчас он думал, не несло угрозы ни ему, ни ордену. Недолго размышляя, он поджог благовония в курильнице, поставив ее возле кровати, чтобы точно сработало. Он не был уверен точно, но предполагал, что ему стоит думать о том, чего он хочет и возможно, курильница сможет перенести его в тот временный промежуток, который ему нужен.  Тогда, когда она была жива.   До слуха донеся звук колокола, означавший время отбоя, к этому времени, Ванцзи уже лежал в кровати, думая только об одном. Выстроенный годами режим как по щелчку позволяет ему уснуть, пока его мягко окутывал дым от благовоний в курильнице Первое, что видит Ванцзи, когда открывает глаза, это небольшая поляна вокруг него, осыпанная цветами горечавок. Поднимая глаза выше, он видит перед собой небольшой дом. Оглядываясь по сторонам, он замечает, что вокруг никого нет и на улице в целом очень тихо.    Облачные глубины окрашены заревом заката почти также, как в настоящем времени, когда он сидел над свитками. Похоже сейчас здесь тоже поздний вечер.    Оглядевшись получше, он на мгновение замирает, понимая где он находиться и что за дом перед ним.  «Получилось?…»