The alchemy

      В следующий за гран-при Саудовской Аравии перерыв Джи выдыхает и наслаждается каждым мигом в квартире в Лондоне, пока Оскар делает тоже самое, решив на несколько дней слетать и проведать семью в Австралию. Он и Джи звал с собой, но она отказалась, посчитав, что ему одному нужно провести время с родными. А она разгребёт накопившуюся в Англии работу и подумает над дальнейшим контентом для социальных сетей.       — Может, прилетишь через пару дней? Побудем вместе, а потом вернёмся готовиться в Англию для гран-при Майами, — предлагает Оскар, когда Джи привозит его в аэропорт. — Мою семью ты не стеснишь. Они тебя ждут.       — Хорошо, — неожиданно легко соглашается Джи. Пиастри улыбается и, потянувшись, касается губами её губ.       — Буду ждать и скучать.       Нельсон целует его в ответ, касаясь ладонью щеки. Некоторое время они сидят молча, прижавшись друг к другу лбами, а после Оскар, взяв сумку, входит в здание.       Вечером к ней в гости заваливается Ландо, и она не делает из него гостя, а просит помочь приготовить ей ужин. Норрис с энтузиазмом соглашается, и теперь они вдвоём стоят у плиты — Ландо нарезает зелёный лук, а Джи обжаривает нарезанную тонкими ломтиками говядину, решив, что у них сегодня будет домашняя шаурма.       — Не поехала с Оскаром в Австралию?       — Не-а. Решила, пусть проведёт время с семьёй. И отдохнёт от меня. Я приеду к нему через несколько дней.       — Ты отпускаешь его от себя и не боишься, что кто-то его уведёт?       — Кто его должен увести?       — Коварные женщины, — хмыкает Ландо, заканчивая мелко нарезать лук и ссыпая его в маленькую миску. — Ты бы видела, как в Джидде Александра на Лэйни посмотрела, когда та подошла к Шарлю взять автограф для Фредди. Как только он расписался, она тут же взяла его под руку и повела за собой.       Джи закатывает глаза. Она ненадолго оставляет мясо, жарящееся на сковородке, чтобы достать из холодильника кетчуп, майонез, листья салата и корейскую морковку — помидор и огурец они уже нарезали.       — Ты её так часто вспоминаешь. Ландо, скажи мне, она тебе нравится?       — Нет, я просто удивляюсь, как некоторые женщины сторожат своих мужчин. Ты так за Оскаром не носишься, да и я не припомню, чтобы Лэйни меня контролировала.       — Хотя тебя бы стоило контролировать — оставишь тебя в клубе и всё, еле вытащишь, — усмехается Джи.       — Между прочим, я давно не был в клубе. Надо будет выбраться. Кстати, я спросил у Джорджа, что там случилось в Японии у них с Карми, — переключается Ландо на свою вторую любимую тему в последнее время после Шарля и Александры. Он смешивает майонез с кетчупом, пока Нельсон, выключив мясо, раскладывает на столе лаваш. Норрис составляет все необходимые ингредиенты полукругом там же. — В Бахрейне и Джидде они себя тоже иначе вели.       — И? — сдаётся она. — Любопытство удовлетворено?       — Не особо, — отзывается Ландо, беря вилку и начиная намазывать соус на тесто. — Я спросил, подрались ли они, на что он рассмеялся и сказал: «Мы поговорили как взрослые люди и всё решили». И ничего больше не сказал, когда я пытался выяснить, отшучивался, но выглядел расслаблено.       Джи кладёт нарезанные на тонкие ломтики огурец и помидору, добавляя туда говядину со сковороды, и задаёт Ландо вопрос, к которому она пришла ещё с гран-при Японии, понаблюдав за взаимодействиями Расселла и Конте.       — А ты не думал, что они друг другу… Нравятся? — осторожно предполагает она. — Они это обсудили и теперь живут мирно.       — Вполне возможно, — тянет Ландо. — Из них бы получилась красивая пара. И внешность у них интересная, контрастная.       — Но оставь их в покое, захотят — сами расскажут, — Джи добавляет горсть корейской морковки. — Думаю, они что-то подпишут, потому что у них прямая зависимость. Он — гонщик, а она — инженер в его команде, и если она на него затаит обиду и даст ему не те данные, на его болиде это скажется не очень. Я не знаю, что конкретно они там, в «Мерседесе», подписывают, но что-то всё равно должны, чтобы обезопасить обе стороны.       — И что они могут подписать?       — Например, соглашение о неразглашении. Я такое подписала.       — Подписала?       — Ага, — кивает она. — Я в курсе того, что происходит в жизни Оскара, и много чего знаю. Пришлось подписать, что если мы расстанемся, я нигде не стану вываливать подробности его личной жизни. Как и он не станет рассказывать о моей.       — У Оска есть, что рассказывать всему миру?       — Есть. И у тебя тоже есть. У всех нас есть.       — Значит, будь ты моим пиар-менеджером, тебе бы тоже пришлось подписывать такую бумагу? — произносит Ландо и смотрит ей в глаза. Нельсон приподнимает брови, ожидая его дальнейших слов — свою речь он не закончил. — Шарлотта думает уйти и сосредоточиться на семье. Мне нужен кто-то, на кого я могу положиться. Кто-то близкий мне. Джи, ты хотела бы быть моим пиар-менеджером?       Джи выдыхает и понимает, что не дышала всё то время, что Норрис говорил. И без того большие голубые глаза становятся ещё больше.       — Это… Неожиданно, — подбирает одно слово обычно красноречивая Нельсон.       — Расслабься, я же тебе не предложение руки и сердца делаю, — хмыкает Ландо.       — Лучше бы его, там бы я сразу знала, что сказать. И сказала бы тебе «нет».       Ландо закатывает глаза.       — Чего ты боишься? Стресса? Ты уже со мной работаешь, Джи. Ответственности? Ты справишься. Ты — одна из самых ответственных людей, что я знаю. И зарплата больше. Закроешь свои хотелки.       — Я не могу дать тебе ответ прямо сейчас. Мне нужно сесть, всё взвесить и…       — А я и не требую от тебя ответа прямо сейчас. Шарлотта пока должна ещё две недели отработать, так что у тебя целых четырнадцать дней, чтобы решить, чего ты хочешь. Но я был бы рад. Мне кажется, у нас неплохо получается работать вместе.       — Неплохо? — переспрашивает Джи. — Ещё этим утром я считала тебя своим другом.       Ландо смеётся и притягивает к себе Джи, чтобы обнять.       — Не поверишь, я тоже. Ты — мой друг, Джи, и я горд, что знаком с Вирджинией Нельсон.       — Я подумаю, — говорит она и отстраняется. — Давай уже закончим с этой шаурмой и поедим. Умираю с голода.

***

      Через два дня Джи оказывается в семейном доме Пиастри, где Николь намеревается откормить её.       — Взяли моду на худобу, — ворчит она, подкладывая ей в тарелку ещё больше лапши с курицей в соусе терияки. — Что ты, что Хэтти. Ничего, я тебя откормлю за эти дни.       — Спасибо, Николь, но я не голодна. Я… Я хотела спросить у вас кое-что. Вы не против, что я старше Оскара на четыре года?       Николь фыркает.       — На четыре года ведь, а не на сорок. Не такая и большая разница. Оскару хорошо с тобой, я это вижу. Ты хорошо на него влияешь.       — Влияю? — переспрашивает Джи. — Мне казалось, что это Оскар на меня влияет.       — Нет, ты на него тоже влияешь. Оскар любит держать вещи под контролем, но с тобой расслабляется. И ещё в каких-то вещах он стал рассуждать взрослее.       Джи невольно улыбается. Она всё то время, что они находятся в Австралии, прокручивает в голове предложение Ландо. Оскар замечает, что она погружена в свои мысли, и спрашивает, когда они собираются на ужин с его родителями и сёстрами:       — Всё в порядке? — он смотрит на неё, поправляя манжеты рубашки и давая ей шанс сказать правду.       — Да, вполне, — отзывается Джи, откладывая расчёску в сторону. Она хочет выйти из комнаты, когда Пиастри закрывает дверь и становится перед ней. — Оскар?..       — Что случилось? — уже прямо спрашивает он. — Джи, ты можешь быть со мной откровенной.       — Ландо предложил мне занять должность Шарлотты Сейфтон. Стать его пиар-менеджером, — признаётся Джи и чувствует, как становится легче. — Я думаю над этим. Не знаю, соглашаться ли. Мне… Мне нравится работать с Ландо. Да и не сказать, что я боюсь ответственности. Боюсь, скорее всего, не оправдать ожиданий.       — Ты — умная и трудолюбивая девушка, которая справляется с чем угодно, — Оскар берёт её за руки, несильно сжимая. — Ландо прекрасно понимает, что и кому предлагает. Тем более, вы давно друг друга знаете.       — Ты прав, — соглашается с ним Джи. — Спасибо, Оскар. Надо было сказать тебе раньше и не изводить себя эти дни.       — Погоди, у меня кое-что для тебя есть.       Оскар отпускает её руки, чтобы подойти к комоду и, открыв ящик, достаёт оттуда небольшую коробочку, с которой возвращается к Джи. Открыв её, она видит перед собой небольшое кольцо с бриллиантами и крупным голубым топазом.       — Это…       — Не предложение, можешь расслабиться, — хмыкает Оскар. — Кольцо на указательный палец. Хотел, чтобы ты смотрела на него и знала, что я с тобой и поддержу любое твоё решение. Подбирал к твоим любимым серёжкам.       — Оно очень красивое.       — Наденешь?       — Конечно.       Джи подставляет руку, и кольцо занимает своё место на указательном пальце левой руки. Нельсон целует Оскара и любуется кольцом.       — Теперь ты хотя бы улыбаешься, — отмечает Оскар, с улыбкой наблюдая за ней. Он опять её целует и углубляет поцелуй, притягивая Джи к себе.       — Мы собирались на ужин, — напоминает она, чувствуя пальцы Пиастри на язычке молнии у платья и его губы на своей шее.       — Хэтти будет собираться три часа, — отзывается он, продолжая целовать её шею.— Джи.       И то, как Оскар произносит её имя, оказывается сильнее желания Нельсон отстраниться от него и пойти на ужин.       Она дотягивается и закрывает дверь комнаты Пиастри на ключ.       Хэтти собирается только через час.

***

      На последний ужин перед отлётом ночью в Америку Джи и Оскар приходят к Ландо и Лэйни, которая сегодня удивляет их приготовленными суши.       — Я бы хотела, знаете, позвать к себе на подкаст девушек, окружающих гонщиков, — жестикулирует руками Лэйни. — Показать, что такая девушка это не просто ходячая рекламная интеграция за счёт связей с вами, а личность. Рассказать про её образование, про работу, про хобби. Поговорить на спорные, философские темы. У вас такие интересные знакомые — инженер, певица, менеджер, владелица ресторана искусствовед…       — Кто? — переспрашивает Ландо, открывая бутылку вина. — Искусствовед? Кто это у нас?       — Девушка Шарля, — поясняет Лэйни. — Она по образованию искусствовед. Училась в школе Лувра, специализировалась на изучении работ Энди Уорхола и Пабло Пикассо.       — Новая девушка Карлоса, Бланка, арт-координатор, — припоминает Оскар. Джи, Ландо и Лэйни вопросительно на него смотрят. — С ней разговаривала Эди и спрашивала, какие выставки можно посетить, если отправляешься в Италию и Испанию.       — Ага, значит, Бланка, — делает себе мысленно пометку Лэйни. — Что ж, спишусь и с ней. Спасибо, Оскар!       Джи тянется к палочкам, и их с Норрисом взгляды пересекаются. Он тепло улыбается, протягивая ей палочки, и Нельсон говорит:       — Я подумала над твоим предложением. Я согласна.       — Отлично, — Ландо улыбается ещё шире. — Джи Нельсон — пиар-менеджер Ландо Норриса.       — Я достану шампанское, это надо отметить! — Лэйни поднимается со стула, хлопая в ладони.       — Придётся нам с тобой видеться ещё больше, — хмыкает Норрис.       — Переживу как-нибудь, — закатывает Джи глаза. Она поворачивает голову и смотрит на Оскара, который мягко улыбается ей и сжимает руку с подаренным кольцом.       Она никогда ни на кого не полагалась, привыкнув разбираться со всем сама, но на Оскара опереться хотелось.       И доверять ему всё на свете — тоже.       Джи дотягивается и целует Пиастри в щеку под демонстративный кашель Ландо.