Тихие осколки

Открытие о крейстражах стало не просто знанием, а огнём, который сжигал Регулуса изнутри. Он больше не мог спать, его мысли кружились вокруг ужасающей магии, что позволяла Тёмному Лорду цепляться за жизнь, и вокруг того, что ему, Регулусу, предстояло сделать. Каждая ночь, проведённая с Эларой за изучением древних текстов об уничтожении крейстражей, лишь укрепляла его решимость, но и множила его страх. Очередная встреча на Астрономической башне была пропитана предчувствием. Небо было чистым, звёзды ярко горели, но воздух между ними был густым от невысказанных слов. Регулус не смотрел на звёзды. Он смотрел в пустоту, его лицо было бледным и напряжённым. -Я знаю, что нужно сделать,- наконец произнёс он, его голос был глухим, как будто шёл из глубины земли. - Я должен уничтожить один из них. Элара почувствовала, как по её телу пробежал холод. Она ожидала этого, но всё равно это прозвучало как приговор. - Один? Ты знаешь, где он? - её голос дрогнул. Регулус кивнул. -Медальон Слизерина. Тот, что он заставил Кикимера спрятать. Я знаю место. Кикимера помнит. И он мне поможет. Ужас охватил Элару. Медальон. Тот самый, о котором они говорили. И пещера, о которой упоминал Кикимер. Она вспомнила слова домовика — о боли, о страдании. -Но это... это безумие!-вырвалось у неё. -Ты не можешь! Это ловушка! Он же оставил его в таком месте, откуда невозможно выбраться живым! ... он чуть не умер там! Регулус медленно повернулся к ней, и в его глазах была стальная решимость, которую она редко видела. -Я должен. Эл, ты не понимаешь. Он использовал Кикимер . Он пытался убить его, моего домовика.И он заставил меня носить его метку, служить его безумию. Я не могу просто сбежать, понимаешь? Я должен что-то сделать. Это единственный способ... очистить себя. Он протянул руку и осторожно взял её ладонь, его прикосновение было холодным, но твёрдым. Элара была потрясена. Её разум кричал, что это самоубийство. Ей хотелось схватить его, умолять, запереть его где-нибудь, чтобы он не смог пойти на этот безумный шаг. Она видела его страх, но под ним горела сила, которую она пробудила в нём. Он был не просто Блэком, пытающимся избежать своей участи; он был человеком, ищущим морального спасения, искупления своих грехов. -Но если ты погибнешь там? - прошептала она, и слёзы начали жечь её глаза. - Что тогда? Он посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде была такая нежность, такая глубокая боль, что она поняла: он всё осознавал. Он знал, на что идёт, и цена этого решения была для него очевидна. -Ты будешь жить, Элар, - сказал он, его голос был немного надломлен. - Ты будешь помнить. Ты будешь знать правду. И, возможно, когда-нибудь ты сможешь рассказать её. Но я не могу жить, зная, что я мог что-то сделать, и не сделал. Я не могу носить его Метку и бездействовать. Он медленно поднёс её руку к своему лицу, его пальцы слегка дрожали. - Пожалуйста, пойми меня. Я знаю, что прошу слишком многого. Но я... я не могу иначе. Элара смотрела на него, на его бледное лицо, на глаза, полные решимости, и понимала: никакие её уговоры, никакие слёзы не смогут изменить его решения. Это было то, к чему он шёл с самого начала, с того момента, как его Метка стала для него клеймом позора, а не чести. Это была его личная война. И в глубине души, несмотря на пронзительную боль и страх, она уважала его выбор. Она видела в нём не безрассудного мальчишку, а героя, который нашёл в себе силы противостоять злу, даже если это означало пожертвовать собой. - Хорошо, - выдохнула она, и этот единственный звук был спроизносила. - Хорошо. Я... я уважаю твой выбор. Но ты должен мне обещать. Ты должен обещать, что будешь осторожен. Что вернёшься. Он не улыбнулся, но в его глазах мелькнула благодарность. Он сжал её руку, словно запечатывая невысказанное обещание. - Я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах. И я обещаю, что не забуду. Ничего. Никто. Эта ночь стала прощанием, хотя ни один из них не осмелился произнести это слово вслух. В воздухе висела тень неминуемой трагедии, но и свежий, горьковатый запах надежды. Регулус Блэк выбрал свой путь, и Элара, с разбитым сердцем, но сильной душой, выбрала свой.