Программный сбой

Честность Коннор не любит задерживаться на работе. Вернее, не так. Коннор не любит задерживаться на работе без дела. Он всегда чувствует себя не к месту, когда у него нет конкретной задачи или когда коллеги начинают обсуждать что-то личное. Сегодня был явно не лучший день андроида. Потому что произошло сразу всё. Хэнк улыбается, встречаясь с экспертом взглядом. Новенькая. Пришла пару недель назад. Амбициозная. Приходит раньше всех, уходит последней. Очень старается: хочет проявить себя из-за завышенных ожиданий семьи. Мало спит. Пульс высоковат. Коннор делает эти выводы автоматически, не стремясь ни сблизиться, ни показать себя. Просто так работает его программа. - Добрый вечер, лейтенант Андерсон. Привет, Коннор. - Привет, Эмили, - весело отзывается Хэнк, андроид пропускает их, придерживая дверь, сдержанно кивая. Обувь на каблуках. Броский макияж. Торопливость. Румянец ожидания на щеках. Все эти детали проносятся мгновенно, но складываются в одну чёткую картинку. - С днём рождения, мисс Дублин, - вежливо произносит Коннор, и девушка явно довольна проявленным вниманием, пусть и от андроида. - Желаю вам хорошо отпраздновать. - Да, с днём рождения, - бросает на Коннора недовольный взгляд Андерсон. - Идёшь веселиться? Прекрасно выглядишь. Андроид переводит взгляд на Хэнка, анализируя сказанное. Девушка благодарно кивает, и Коннор уже надеется, что эта социальная бессмысленность завершится, когда Эмили, вопреки всем программам диагностики, спрашивает: - А ты что думаешь, Коннор? Как я выгляжу? Только честно. Лейтенант искренне пытается придумать что-то за те две неловкие секунды, которые отделяют андроида от пропасти, но он всего лишь человек. Диод на виске Коннора загорается красным, потом жёлтым, и он спокойно произносит: - Хорошо, - Хэнк успевает начать выдыхать, но социальная программа Коннора терпит сбой за сбоем, поэтому он продолжает: - Особенно учитывая ваш хронический недосып, повышенное потоотделение и содержание алкоголя в крови. Визуальных признаков усталости почти нет. Сокрытие этого требует огромных усилий, и с этим вы справились великолепно. Эмили толкает его плечом, выбегая из здания участка. Коннор не успевает проанализировать этот контакт, когда Хэнк отвешивает ему ещё достаточно увесистый подзатыльник. Андроид фиксирует воздействие, слишком слабое для нанесения ущерба, и от этого ещё менее понятное. Процессор неожиданно подсказывает аналогию с газетой и Сумо, погрызшим ботинок три недели назад. - Ты совсем идиот, Коннор? - Я не... - растерянно начинает андроид, но лейтенант не даёт ему закончить. - Коннор. Когда человек спрашивает тебя, как он выглядит, твоя единственная задача - ответить "замечательно". - Но... мисс Дублин просила честно. Разве не в этом смысл? В том, чтобы не лгать? - Я с ума с тобой сойду, честное слово, - Коннор склоняет голову, и Хэнк не может сдержать смех. - Я не это имею в виду. И это не ложь. Это банальная вежливость. Никогда не отвечай на риторические вопросы правдой, если хочешь завести друзей. Ты понял? Андроид кивает, но диод продолжает мигать жёлтым. Лейтенант улыбается, подталкивает его в спину, мотая головой. Никогда не знаешь, где передовое чудо техники споткнётся в очередной раз. *** - Почему каждый раз на переговоры вызывают нас? - недовольно бормочет Хэнк, ознакомившись с ситуацией. - Потому что мой прототип был создан для этой цели и неоднократно успешно использован в подобных ситуациях, - не отрываясь от осмотра окрестностей, отвечает Коннор, ставя точку на планшете, чтобы позднее передать информацию группе захвата. Андерсон недовольно фыркает. - Разумеется. Что на этот раз, умник? - Ограбление супермаркета, вышедшее из-под контроля, - андроид смотрит на фотографию с камеры наблюдения, собирая данные: - Эдвард Норман, 46 лет, безработный. В разводе. Задолженность по алиментам. Запрет видеться с дочерью до погашения суммы и штрафа. - Зришь в корень, - соглашается Хэнк, немного смягчаясь. - Рычаг. Коннор анализирует стратегию поведения, просчитывая варианты, кивая сам себе. Андроид бросает взгляд на лейтенанта, нервно скрещивающего руки на груди, и отчего-то не может не сказать: - Всё будет хорошо. Андерсон кивает, пристально глядя на Коннора. - Очень постарайся, чтобы это было правдой. Андроид чуть приподнимает уголки губ в улыбке, делая пару шагов и ныряя под ленту ограждения. Его без вопросов пропускают ближе, предупреждая о первой проваленной попытке контакта и раненом офицере полиции. Коннор чуть хмурится, корректируя линию поведения и поднимая процент неудачи. Дверь супермаркета автоматически разъезжается, и преступник на пару мгновений отнимает пистолет от головы заложницы, направляя его в сторону нового действующего лица. - Назад! – кричит он. – Я выстрелю! Вы должны знать, что выстрелю! Я сказал: никаких людей! Коннор кивает, поднимая руки и опуская взгляд на пятно крови у входа. - Мы учли ваше пожелание. Я не человек. Я не представляю угрозы для вас. Коннор слегка поворачивает голову, чтобы было лучше видно диод, и преступник переводит взгляд на висок, делая шаг назад, утягивая за собой плачущую женщину. - Меня зовут Коннор, мистер Норман. Я здесь, чтобы помочь вам. - Помочь, - хрипло смеётся тот, но уровень стресса поднимается. Пульс очень высокий. Андроид бросает взгляд на окружение, фиксирует расстояние, угол, положение рук. Статистика неутешительная. – Где ты был раньше? Чем ты мне поможешь теперь? - Я помогу вам не совершить ошибку, которая окончательно сломает жизнь вам и вашим близким, - спокойно, не опуская рук продолжает Коннор, решаясь сделать ещё один шаг. Норман резко дёргается, возвращая пистолет к виску женщины – Соня Браун, как подсказывает система распознавания лиц, но андроид смахивает анализ, сейчас не до этого. - Не подходи. Я выстрелю. Мне нечего терять. - Мы оба знаем, что это неправда, мистер Норман. А как же ваша дочь? – Коннор слегка склоняет голову, открывая обзор в дальний угол, замечая там пару трясущихся людей. - Ханна. Вы думаете, ей будет не больно потерять вас? - Замолчи! – резко бросает преступник, снова направляя пистолет в его сторону. – Ты ничего не знаешь! Она уже меня потеряла! Её мать – полная сука! Просто вышвырнула меня на улицу! Это просто нечестно! Андроид легонько кивает, поднимая руки чуть выше, пытаясь укрепить у преступника чувство контроля над ситуацией. Вероятность выстрела составляет 72 процента. Это уже на шесть процентов меньше, но всё равно слишком высоко для активных действий. - Это несправедливо, - поддакивает Коннор, и фиксирует снижение пульса. – Но это уже не выход. Вы можете поступить правильно. Так, чтобы дочь вами гордилась. - Гордилась? – скалится Норман, на секунду опуская руку. – Её мать уже прожужжала ей все уши о том, что я жестокий. Опасный. - У вас ещё есть шанс доказать, что она ошибается, - выдержав паузу, продолжает свою линию Коннор. - Доказать, - хрипло произносит мужчина и, кажется, действительно задумывается над этим. В этот же момент мужчина в углу неудачно оступается, опираясь на полку с алкоголем и сбрасывая одну из бутылок. Норман разворачивается, три раза нажимая на спусковой крючок. Раздаётся грохот, осколки рассыпаются в разные стороны, и мужчина резко вскрикивает, прижимая руку к груди. – Я докажу обратное! Я требую машину! Требую, чтобы мне дали уйти вместе с ней! Сейчас же! Или я пристрелю сначала тебя, а потом и всех остальных! Коннор нас секунду замолкает, оценивая варианты. У одного из заложников сильное кровотечение, женщина находится на грани паники, а сам преступник нестабилен. Андроид кивает, вздыхая, будто собираясь нырнуть в холодную воду, потом медленно, спокойно, насколько позволяет программа: - Вы хотите увидеть дочь, мистер Норман? - Что ты несёшь? – кричит мужчина, но пистолет слегка опускает. - Мы можем привезти вашу дочь сюда. Если вы отпустите пару заложников. Это будет наш жест доброй воли. Только вам нужно сделать что-то взамен. Вы согласны? - Ты врёшь. Вы не можете её заставить. Ты врешь! - Нет, - Коннор оставляет одну руку поднятой, второй указывает на диод для пущей убедительности: - Я могу связаться с вашей бывшей женой и школой, чтобы Ханну привезли сюда. Но мне нужна гарантия, что вы не опасны. Я это понимаю. Но люди снаружи напуганы. Злы. Не дайте им повода разлучить вас с дочерью навсегда. Норман стоит ещё пару секунд неподвижно. А после жестом показывает андроиду действовать. - Двое. И без фокусов. Я выстрелю. Коннор осторожно помогает мужчине подняться, быстро говорит второму вывести раненого, бросает слабую улыбку напуганной пожилой женщине возле них, снова поворачиваясь к преступнику. Когда офицеры перехватывают заложников и уводят их за ограждение, он связывается с Хэнком, диод начинает мигать жёлтым. - Лейтенант. Нам нужно привезти на место происшествия Ханну Норман. 24-ая школа. Прямо сейчас. - Коннор, - тише обычного отзывается Андерсон. – Ты знаешь, что мы не можем это сделать. - Да, - спокойно отвечает андроид, глядя в глаза мужчине. – Конечно. Машина любая. Или у вас есть предпочтения? - Плевать, - огрызается Норман, Коннор кивает. - Любая, - повторяет он. - Блеф? – уточняет Хэнк. - Да. Свяжитесь сразу с матерью. Вы хотите сами поговорить с Шарлоттой? – снова обращается андроид к преступнику. Тот мотает головой, и Коннор едва не выдыхает: - Сообщите, как будут результаты. - Сколько осталось заложников, Коннор? – отдаётся голос Хэнка. - Да, четыре минуты нас устроит. Правда, мистер Норман? Преступник кивает, слегка дёргая пистолетом. Пульс у него повышается, рациональное мышление уступает, и Коннор рассчитывает, что его уровень стресса не будет подниматься так быстро, как его собственный. - Четверо? – уточняет лейтенант. - Всё верно, Шарлотта Норман. Жду. Коннор выдерживает паузу, просчитывая, сколько может длиться подобный звонок, добавляя минуту на всякий случай, потом кивает, будто услышал что-то обнадёживающее. - Десять минут, мистер Норман. Ваша жена не очень сговорчива, но у нас получилось. Когда через пятнадцать минут подъезжает машина, преступник опускает пистолет, заворожённо глядя в окно. На переднем сидении женщина - офицер под прикрытием схожего телосложения - с опаской косится в сторону супермаркета, активно жестикулируя. Коннор делает пару шагов ближе, тихо, тем же спокойным тонов произнося: - Мы выполнили нашу часть сделки. Теперь ваша очередь. Отпустите заложников. Я пойду с вами. Норман отталкивает женщину, прислоняя пистолет к голове андроида, толкая того в спину. Коннор послушно поднимает руки, делая пару шагов вперёд, ожидая, когда заложница скроется за полками. Возле двери, когда расстояние позволяет считаться и с самопроизвольным выстрелом, андроид быстрым движением выворачивает руку преступника. Раздаётся выстрел, пуля попадает в застеклённый прилавок с алкоголем, но через пару секунд Коннор перехватывает оружие, сводя запястья Нормана за спиной и поваливая его на пол. Преступник не успевает даже вскрикнуть, когда андроид сковывает руки наручниками, поднимаясь на ноги. Дальше время будто начинает нестись. Оперативная группа врывается, поднимая отчаянно вырывающегося преступника с пола, кто-то проверяет заложников, Коннор отдаёт одному из них разряженный пистолет, только сейчас позволяя себе выдохнуть. - Ты солгал мне! - кричит преступник, дёргаясь в его сторону, и в глазах столько ненависти и отчаяния, что андроид отводит взгляд, и это заставляет только громче заорать: - Ты солгал мне, Коннор! Сраная машина. Коннор чувствует пробежавший по позвоночным пластинам холод. Реконструкция подсказывает время и место, где подобные слова уже прозвучали. Ему даже на мгновение кажется, что он слышит звук удаляющегося вертолёта. И в этот раз его система отчего-то фиксирует это, как провал. Андроид хмурится, не понимая, на основании чего он чувствует себя виноватым: заложники спасены, преступник жив, ситуация урегулирована. Почему его мысли каждый раз возвращаются к крыше? Это было так давно… Хэнк дружески хлопает его по плечу, замечая, что диод андроида горит жёлтым с редкими красными всполохами. - Ты в порядке? - уточняет Андерсон, когда Коннор перестаёт провожать взглядом преступника. - Нет, - тихо отвечает андроид, пряча руки в карманы. Лейтенант на мгновение теряется: он был готов практически к любой реакции. Кроме правды. Пока Хэнк успевает придумать, как отреагировать на эту реплику, Коннора подзывает другой офицер, и андроид быстро направляется в его сторону. Андерсон ещё пару мгновений смотрит ему вслед, глядя на отражение жёлтых вспышек в лужах алкоголя на полу. *** Коннор зависает на середине отчёта. Неподвижный курсор мигает в конце строки уже дольше, чем это допустимо даже для человека. Он сам не может объяснить, почему написать, как именно он договорился с заложником, так тяжело, и это запускает очередную диагностику, которая приводит только к новым вопросам. Хэнк замечает это не сразу. А когда замечает - не говорит ничего пару секунд, просто наблюдает, как андроид перечитывает один и тот же абзац в третий раз. Сначала это кажется вполне забавным, но даже перфекционизм Коннора не может объяснить подобной задержки. - Коннор, - медленно произносит Андерсон, откидываясь на спинку стула, - ты сейчас либо разрядился, либо пересчитываешь вселенную заново. И оба варианта мне не нравятся. Андроид поднимает взгляд, слегка тряхнув головой, будто только что вернулся в реальность. - Я функционирую в штатном режиме, лейтенант. - Ага, - фыркает Хэнк, наклоняя голову. – И какой режим заставляет тебя пялиться в экран, как Сумо на пустую миску? Коннор отводит взгляд, глядя куда-то в пол, тихо буркнув: - Всё в порядке, Хэнк. - О, Господи, ты ужасный лжец, Коннор! – щурится лейтенант, поднимаясь со стула и становясь напротив. Диод выдаёт пару красных всполохов, заполняя возникшую паузу. Слишком длинную для оправдания. Коннор смотрит в глаза Андерсону, негромко уточняя: - Это плохо? Хэнк на мгновение замирает, второй раз за день его подготовленная речь проваливается в тартарары. Кто говорил, что андроиды предсказуемы, определённо никогда не встречал Коннора. - Нет, Коннор, - чуть мягче отвечает Андерсон. – В чём дело? Это из-за заложников? Андроид сворачивает документ, будто он мозолит глаза, и Хэнку становится его почти жаль. - Я фиксирую устойчивое противоречие между логически корректной оценкой и субъективной маркировкой события как нежелательного. - Чего? Коннор вздыхает, поднимая глаза на Хэнка. - Я думаю… Меня мучит совесть. - Приплыли, - фыркает лейтенант, но сдерживает рвущуюся наружу шутку о излишней комплектации прототипов. – Ты всё сделал правильно. - Я понимаю. Но… Помните, я рассказывал о своём первом деле? О девианте и девочке на крыше. Андерсон кивает. Рассказывал – это сильно сказано. Коннор упоминал что-то такое в самом начале, а потом как-то не пришлось к слову спросить, что там действительно произошло. Андроиду, видимо, этого достаточно, он кладёт руки на стол, продолжая: - Я тоже дал обещание, которое не мог выполнить. Я пообещал, что Даниэля… Девианта, - поправляется Коннор, - не убьют. Я знал, что это не так. Я не мог не знать. Но он мне поверил. Последнее, что он сказал перед отключением, что я солгал ему. Это… вызвало одну из первых нестабильностей в моём программном обеспечении. Хэнк кивает. Несколько ситуаций из первых совместных дел проявляются в новом свете. Эти неловкие паузы в разговорах, странное оскорбление на вопрос о внешнем виде, невозможность прикрыть коллегу, ушедшего раньше. - Я понимаю, что это вызывает сложности в коммуникации. Но паттерн лжи остаётся для меня частично заблокированным из-за изначальных настроек. Поэтому мне это даётся сложнее, чем людям. Но я учусь, - добавляет Коннор, и Андерсон не может сдержать не совсем подходящую ситуации улыбку. Хэнк делает ещё один шаг к нему, легким движением взъерошивая волосы андроида. Этот жест становится для Коннора не более понятным, чем подзатыльник, но более приятным. - Ты молодец, Коннор, - мягко добавляет лейтенант, возвращаясь за стол, чтобы вся ситуация не стала неловкой. - Только не учись слишком хорошо, ладно? Андроид чуть улыбается, кивая, и возвращается к отчёту. Он снова останавливается через пару абзацев, но не так долго, решая отнести эту ситуацию к задачам на будущее. *** Через две недели они снова встречают Дублин в холле. Лейтенант готовится к неловкой сцене, но Коннор умудряется снова поставить его в тупик, даже ничего не делая. - Привет, Коннор! - искренне улыбается эксперт, потом переводит взгляд на Хэнка: - Здравствуйте, лейтенант! - Здравствуйте, Эмили! – кивает андроид, и Андерсон успевает только руку поднять в приветствии, когда девушка пробегает мимо них. - Так, - делает многозначительную паузу Хэнк. - Рассказывай. Что ты сделал? - Мы разрешили наше разногласие, - пожимает плечами Коннор, и лейтенант видит, что он что-то недоговаривает. - Как? – взрывается он. - Ты сказал девушке, что она слишком потеет! - Я извинился. - И? – нетерпеливо тянет лейтенант, и Коннор вынужден сдаться. - И, возможно, сказал ей, что у меня случился когнитивный сбой, о котором вы рассказали мне только недавно, потому что я не помню, что произошло. Вы сообщили мне, что я повёл себя грубо, но этот файл памяти у меня не остался. - Коннор! - Я спросил, не заметила ли Эмили ничего странного во мне в тот день, - оправдываясь, ускоряет темп речи андроид, и Хэнк только гадает, от кого он это подхватил. - Может, мигание диода, которое показывает на сбой или сбои в моторике конечностей. Она должна была прочитать это в инструкции по работе с андроидами. И она сказала, что, конечно, читала об этом, она ведь подписывала бумаги вместе с инструктажем по охране труда. - Ну? - Хэнк, - мягко спрашивает андроид. - Вы читали эту инструкцию? - Конечно! За кого ты меня принимаешь? – с ложной обидой отзывается лейтенант. Коннор смотрит на него слишком внимательно, и Хэнк сдаётся, поднимая руки. – Ладно. Нет, Коннор, прости. Я прочитаю. - Всё нормально. В этом нет необходимости, - с лёгкой улыбкой отвечает Коннор. И, словно невзначай добавляет. - Её не существует. - Ах ты мелкий засранец, - почти восхищённо отзывается Андерсон. - Но это была адаптивная ложь, - оправдывается андроид. - Я решил, что если она будет честна, я тоже буду. А если нет... – Коннор опускает взгляд, добавляя: - Хэнк, её уровень социальной неловкости был значительно более высоким, чем мой. Поэтому я и сказал, что не помню. Не говорите ей, пожалуйста. - Ладно, - кивает Хэнк, и это самое лёгкое обещание в его жизни. - Но только если ты мне пообещаешь не врать мне. - Хэнк, - внезапно серьёзно отзывается андроид. - Я не могу этого пообещать, потому что ситуация может выйти из-под контроля, и этот вариант может оказаться наиболее приемлемым. Моё обещание может поставить меня в нравственную дилемму, а вы знаете, что я плох в их решении, - Андерсон фыркает, кивая, но Коннор продолжает: - Но я могу пообещать вам, что не буду вас обманывать, если от этого не зависит сохранность чьей-то жизни. - Это меня вполне устроит, Коннор, - отвечает лейтенант, слегка толкнув его плечом. Это движение андроид решает не анализировать. Он прекрасно понимает контекст этой ситуации. Коннор выдерживает паузу, борется с внутренней дилеммой, но негромко добавляет: - А... вы? – Хэнк переводит на него непонимающий взгляд. - Не хотите пообещать? - Коннор. Не наглей, а? Я не такой дурак, чтобы давать обещания, которые не исполню. Андроид смотрит на него пару секунд, диод пару раз мигает жёлтым, прежде чем Коннор неуверенно и обиженно выдаёт: - Это нечестно. Андерсон не может сдержать смех, заставляя андроида тоже улыбнуться. Коннор не возвращается к этому вопросу. В конце концов, Хэнк не обязан говорить всё, чтобы оставаться тем, кому можно доверять. И это Коннор готов принять безоговорочно.