Таинства Магии

Я с довольным видом вышел из подвала, ощущая приятное тепло своих новых, золотистых хвостов, но не успел я сделать и пары шагов по коридору, как раздался пронзительный звук — «Дзиньк!» — это Лилия, горничная, уронила какую-то посуду. — А! Д-демон! — вскрикнула Лилия, и я натурально завис. Её глаза были полны неподдельного, животного ужаса. Она не шутила — она меня боялась. — Лили, ты что, дура? Это же я, Рейнхард, — проворчал я, стараясь говорить максимально спокойно. — Так... Давай позовём Зенит и Пауло. Пусть они проверят меня на одержимость. Или спроси меня о том, что могу знать только я, — предложил я, стараясь не двигаться, чтобы ещё больше не пугать девушку. — П-простите, я не специально! — тихо ответила Лилия, но было поздно. На звук крика и звон разбившейся посуды в проёме лестницы показались Пауло с мечом наголо и Зенит. Они оба замерли, глядя на меня, но, в отличие от Лилии, не испугались. — Что случилось? — спросил Пауло, серьёзно выходя вперёд. Он убрал меч в ножны, но рука его всё равно осталась на рукояти. — Я изменился, — несколько неуверенно начал я, — понимаете, это примерно то же самое, что произошло после смерти матери. До её смерти у меня не было ни когтей, ни ушей, ни хвоста. И, похоже, я снова изменился. У меня... второй хвост вырос. Все трое посмотрели за мою спину, где плавно струились два больших золотисто-жёлтых хвоста. У самого Пауло едва не перехватило дыхание от удивления. Зенит, напротив, тут же нагло бросилась вперёд и начала гладить их с восторженным видом. Лилия немного успокоилась, но смотрела на меня очень задумчиво. Пауло быстро оправился, осмотрел меня целиком. Если раньше я был ему по пояс, что было хорошим ростом для шестилетнего мальчика, то сейчас я доставал ему до пупка. — Что же ты такое? — спросил он тихо. Он тут же получил удар ногой от Зенит, отчего болезненно вскрикнул. — Не говори так! Ренк — нормальный мальчик! — рыкнула на него Зенит. — Да я ведь не в плохом смысле! — простонал Пауло, держась за ногу. — Думаю, я демон, — спокойно заявил я, подводя итог. Лилия тут же склонилась в поклоне на девяносто градусов. — Рейнхард, я не хотела вас обидеть! Пожалуйста, простите! — Да нет, — вздохнул я, глядя на Лили. — Я не в обиде. Понять можно, меня не в первый раз шугаются. Дети в деревне вон до сих пор десятой дорогой обходят. Но это может быть правдой. Я не человек, не зверолюд уж точно они не умеют обращаться и меняться так. Остаётся только демон. Правда, непонятно, почему меня бросили настоящие родители, но плевать. В общем, не морозь себе голову всякой ерундой, Лили. От моих слов все в комнате немного подвисли. Пауло сжал кулаки, опустив голову, а Зенит прикусила губу. Нормально себя почувствовала только Лилия, и я ободряюще улыбнулся ей. — Пауло, Зенит, простите, что разбудили. Пожалуйста, идите отдыхать, пока мы приготовим завтрак, — сказал я, мягко помогая Пауло подняться. — Да, думаю, ещё посплю пару часов, — прохромал Пауло ко входу на второй этаж. Я заметил, что Зенит задумалась и не собирается лечить его. Я вздохнул. — Пауло, подождите, на вас смотреть больно, — сказал я и быстро подошёл к нему. Мягко положив руку на его ушибленную ногу. Пауло остановился и посмотрел на меня с интересом. — Свет жизни, исцели раны и верни силы. Исцеление! — произнёс я мягко, исцеляя его ногу. Пауло подвис ещё сильнее, как, впрочем, и остальные в комнате. — Это... Ренк... ты когда магией обучиться успел? — спросил Пауло, ошарашенно проверяя стопу, которая только что болела. — Ну, практикую ещё с июня. Мы ведь с Руди часто книгу читаем, вот я и решил попробовать, — ответил я честно, не упоминая о безмолвной магии или о гениальности Руди. Это был секрет мальчика, и ему самому его раскрывать. — И как много ты достиг? — спросила Зенит, обнимая меня со спины с хищным видом. От её взгляда у меня по спине побежали мурашки. Я не думал, что эта женщина умеет смотреть на кого-то так, словно собирается съесть живьём. — Ну... Начальные заклинания освоил. Огонь мне лучше всего даётся, но в целом вода, земля, ветер, огонь и исцеление поддались. Могу показать, если желаете, — ответил я, отчаянно желая ускользнуть. Хватка Зенит была подобна стали. — Показывай, — сказала она, и её улыбка была на грани жути, но не в пошлом, а в опасном хищном смысле. Я щенячьими глазами посмотрел на Пауло, но тот отвернулся и делал вид, что меня нет. Гад. — Да покажи, что умеешь, Ренк. Всё равно мечом зимой не помашешь в бурю, — спокойно сказал Пауло тоном, который желал мне выжить. — А... Ага, — только и смог сказать я. — Зенит, пожалуйста, отпустите меня, мне неудобно будет колдовать, — тихо попросил я. Меня наконец отпустили, но смотрели так, словно готовы были пустить на лоскуты, если результат будет плохой. *** Сделав глубокий вдох, я начал читать первое и самое безопасное заклинание. — О великая вода, соберись и выплеснись вперёд! Водяная струя! — сказал я спокойно, концентрируя ману. Вскоре над моей рукой сформировался шар воды размером с баскетбольный мяч. — А?! Ты не научился его запускать? — спросила Зенит, но тут же продолжила: — Хотя размер хороший. — Могу, просто не хочу создавать лишней работы, — спокойно ответил я, контролируя воду. Я опустил её ровно в раковину, где стоял котелок, который нужно было вымыть. — О! Ты можешь её контролировать! — восхищённо воскликнула Зенит, хлопнув в ладоши. Пауло тоже был удивлён. Вскоре на кухне появился и сонный Руди, который, пожирая любопытными меня глазами, смотрел недоумённо и с любопытством. Смотрел он на хвосты. — Огненная стихия, соберись в моей ладони и воплотись в пылающий снаряд. Огненный шар! — спокойно продолжил я, мягко создав шар размером со стандартный футбольный мяч. Он источал ужасающее тепло, от которого в довольно прохладной комнате стало очень комфортно. Я мягко погрузил шар над котелком, заставив воду в нём вскипеть. — Ветер, соберись в сжатую сферу и нанеси удар! — продолжил я, но ветер было практически невозможно удержать. Я направил струю прямо по коридору, создав резкий, но контролируемый порыв. Все стояли молча, пока я произносил последнее заклинание стихии земли. — Стихия земли, поднимись и создай непреодолимую преграду! Каменная стена! — сказал я спокойно. На пороге, где не было досок, появилась невысокая, но прочная каменная стена, которая вскоре вернулась в землю под моим контролем. — Это невероятно! — пробормотал Пауло, глядя на меня. Я лишь улыбнулся и благодарно кивнул. После этого я заметил несколько опущенную голову Руди. — Хотя по сравнению с настоящим гением этого мало. Руди, не покажешь, что умеешь? — мягко спросил я у мальчика, который явно хотел внимания, но очень стеснялся. Он, глядишь, и до десяти лет будет пытаться скрыть, что умеет, если его не подтолкнуть. После моих слов все глаза в доме устремились на Руди. — Я... Это... Попробую, — тихо ответил он, смутившись. Я мягко погладил его по голове. — Не бойся. Ты же очень талантливый мальчик, просто поверь в себя чуть сильнее. — Да! — ответил Руди, едва не расплакавшись от избытка эмоций, но быстро взял себя в руки. — И кто из нас отец этого ребёнка? — тихо спросил Пауло сам себя, глядя, как я мягко успокаиваю Руди. Похоже, сам Пауло, не знавший родительской любви в полной мере, просто не мог понять, как нужно вести себя и когда. *** — Я... это... сделаю! — пробормотал он, зажмурив глаза от напряжения. Никакого заклинания он не произносил. С ним работал тот самый, интуитивный метод гения. Мана Воды, которую он притягивал в невероятных количествах, начала собираться над его головой. Сначала это был плотный шар размером с апельсин. Рудиус волновался, и это волнение прямо пропорционально влияло на магию. Шар рос с пугающей скоростью. Апельсин превратился в дыню, дыня — в арбуз, а затем — в огромную, идеально сферическую сферу чистой воды размером с туловище Пауло. Вода была настолько концентрированной, что мерцала собственным внутренним светом, излучая холодный пар. Все ахнули. Это было не просто начальное заклинание. Это была демонстрация силы, недоступной даже большинству магов. Но Рудиус, ошеломлённый и напуганный масштабом своего творения, не смог удержать контроль. Вместо того чтобы аккуратно опустить или запустить её, он просто отпустил магию. Сфера, подчинённая остаточному импульсу и направлению руки Рудиуса, с оглушительным рёвом улетела в сторону внешней стены дома. БУМ! Стена в дальней части кухни, сделанная из необожжённого кирпича и дерева, не выдержала. Вода ударила с силой пушечного ядра, превратившись в водяной взрыв, который разнёс часть конструкции в щепки. Сквозь внезапно образовавшуюся в стене дыру хлынул поток ледяного зимнего воздуха, неся с собой снежную крошку. *** На кухне воцарился хаос. Но реакция взрослых разделилась чётко и мгновенно: Уголки рта Зенит медленно поползли вверх, а глаза загорелись тем самым, хищным блеском от которого у меня пошли мурашки. Она захлопала в ладоши так громко, что заглушила свист ветра. — О-ХО-ХО! Вот это сила! Какой же ты талантливый! Мой сынок — просто чудо! — Зенит была абсолютно счастлива, игнорируя дыру и холод. Пауло не кричал и не ругался. Он мгновенно забыл о своей исцелённой ноге и вцепился в виски. В его глазах читались не гнев, а стремительные, мучительные финансовые расчёты. — Снег. Зима. Кирпич. Дерево. Это... это же целый месяц работы. И сколько это будет стоить?! — пробормотал он, его лицо стало пепельным. Я немедленно перешёл к делу. Увидев, как в комнату врывается снег, я не мог допустить, чтобы дом выстыл. Я сосредоточился, призвав Стихию Земли — это было быстро и интуитивно. — Стихия земли, поднимись и создай непреодолимую преграду! Каменная стена! — прочитал я заклинание. Прямо в проёме, где только что была дыра, земля, смешанная со снегом и обломками, резко поднялась и сформировала толстую, прочную временную стену. Она была некрасивой, кривой, но герметично закрыла пробоину, не давая холоду проникнуть внутрь. Сделав глубокий выдох, я повернулся к Рудиусу, который стоял в слезах от испуга, всё ещё зажмурившись. — Ты! — громко сказал я. — Ты просто невероятный! Я и близко не могу создать такую огромную сферу, даже с полным заклинанием! Ты гений, Руди! А теперь иди к маме, пусть она тебя обнимет. А я пока уберу воду и обломки. Рудиус, услышав похвалу вместо ругани, моментально бросился к Зенит. Лили, которая только что перестала дрожать от страха перед «демоном», теперь вздохнула, глядя на нас троих. — Ладно, — сказала она с фатализмом, беря котелок, который я оставил на плите. — Пока эти трое будут заниматься разрушением и восстановлением, по крайней мере, я могу приготовить завтрак, чтобы мы не замёрзли голодными. И под аккомпанемент жужжания малых Духов Воды, которые теперь активно собирались в каждой луже на полу, жизнь в доме Грейрат потекла своим, привычным, сумасшедшим руслом. *** Стену я временно стабилизировал, но бардак оставался чудовищным. Вся кухонная утварь была мокрой, повсюду валялись обломки, а пол покрывала внушительная лужа. Зенит обнимала счастливого, но всё ещё немного дрожащего Рудиуса, восхищённо нашёптывая ему о его перспективах в магии. Пауло продолжал стоять, глядя на временную земляную заплату с выражением глубокой личной трагедии. Я вздохнул и приступил к работе. — О великая вода, соберись и выплеснись вперёд! Водяная струя! — произнёс я, направляя потоки маны в руки. Мой водяной шар был в десятки раз меньше того, что создал Рудиус, но он был полностью под моим контролем. Я использовал магию воды как мощную швабру, собирая воду созданную Руди в одну большую лужу, а затем, направлял её во двор. Во время уборки я сосредоточился, активировав Духовное Зрение. Мана вокруг Рудиуса светилась ярко, как никогда. Вокруг его сапфировой ауры всё ещё роились Малые Духи Воды. Они были везде. И я, наконец, понял, что увидел на нём раньше: Рудиус — это не просто человек с большим резервуаром маны. Он Маяк. Моя магия, чтобы создать шар воды, требовала сложного внутреннего процесса: я должен был сначала выдавить свою ману из тела, затем изменить её форму на Стихию Воды, а после сконцентрировать и запустить. Магия Рудиуса, напротив, казалась естественным резонансом. Малые Духи просто откликались на его присутствие меняя его ману прямо на выходе из тела. Он не создавал воду; он резанировал и словно безсознательно приказывал Духам Воды собираться, и они приносили свою собственную энергию. Вот почему его расход маны не соответствовал разрушительной силе шара. Он использовал их силу в синергии со своей маной. «Если он способен на это в три года, он не просто гений, — подумал я, аккуратно смывая грязь с пола и убирая осколки некоторой посуды, — он феномен. Он прирождённый Маг. Даже завидно, хотя глупо с моей стороны завидовать ему, он то всё без знаний делает, а у меня в голове библиотека.»