Блеск слов

- Мерзкий раб, только для одного и годен! - Приятного и вам вечера! Натянутая до звенящего напряжения улыбка исчезла без остатка, едва за спиной захлопнулись тяжелые двери. Прекрасные глаза цвета розового кварца, пустые до ужаса, расслабленно закрылись, позволяя пропустить через себя долгожданную минуту спокойствия. Как же приятна тишина, разрываемая едва раздражающими каплями начинающего дождя. - Блеск, только намокнуть и не хватало, - фыркнул Авантюрин, отбросив со лба уже влажные светлые волосы. - Не смог уговорить того милашку, чтобы он подкинул тебя? Дернувшись от неожиданности, парень открыл глаза. Увидев нарушителя покоя, Авантюрин ухмыльнулся. Ему понадобилось меньше минуты чтобы привести себя в порядок и снова спрятаться за полюбившейся маской. Прикрытые шляпой стальные глаза высокого мужчины смерили блондина нечитаемым взглядом и снова исчезли в темноте, но этого короткого мига хватило для азартного холодка, прошедшего по спине юноши. Вечер только начинался и обещал быть приятным. - Ну что ты, Бу-Бу, - заламывая руки будто в молитве, Авантюрин медленно приближался к невозмутимому ковбою и завлекал сладкими речами, - Как я могу уехать с кем-то, не предупредив тебя? Я ведь не хочу, чтобы ты волновался, а потом еще и испачкался внутренностями этого бедолаги. - Жизнь ему все равно не дорога, - криво ухмыльнулся Бутхилл, доставая из кармана пачку сигарет, - Слишком длинный язык. - Хоть что-то же должно у него быть длинным, - не упустил возможности грязно пошутить Авантюрин с особым садизмом наблюдая за тем, как мужчина давится никотином после его слов, - Я, конечно, не проверял, но все и так слишком очевидно. Сделав в этот раз удачную затяжку, Бутхилл неспешно наслаждался ритмичными звуками дождями и недовольными пыхтениями Авантюрина, который в этот момент так сильно был похож на промокшего, милого котенка. Не то чтобы мужчина любил кошек и в целом милые вещи, но такой вид юноши ему нравился даже больше убивающих его сигарет. Да, лицезрение ворчащего, мокрого блондина, конечно, было приятным, но, если, не дай Эоны, он заболеет, то виноват в этом будет сам Бутхилл. Выбросив дымящийся окурок в мусорный бак, мужчина снял с себя куртку и набросил на белокурую голову продрогшего Авантюрина, чем заслужил полностью обескураженный взгляд его чистых, драгоценных глаз, в которых на миг зажглась настоящая искра. Вместе с ней снова вспыхнуло и что-то в груди ковбоя, но, в отличии от искры, оно не исчезало. И это немного беспокоило мужчину, ведь такое странное состояние у себя он стал замечать довольно часто в последнее время. - Идем, - отбросив неясные мысли подальше, Бутхилл сжал тонкую ладонь Авантюрина и повел за собой, - Ты мне мозг выешь, если вдруг заболеешь. - Так и сделаю, учти, - пытаясь не обращать внимание на их сцепленные ладони, юноша поспешил за своим телохранителем, шуточно угрожая и ловля короткую улыбку на тонких губах мужчины в ответ на свои угрозы. *** - Понятия не имею, как Док может столько времени проводить в ванной, - небрежно высушивая волосы после душа полотенцем, Авантюрин вернулся в гостиничный номер. Бутхилл уловил его обнаженный вид в отражении огромного окна, за которым он до этого высматривал скрытые угрозы в улочках этого прекрасного города. Стало довольно-таки трудно продолжать наблюдение, но он честно старался. Все старания рухнули карточным домиком, когда юноша оказался слишком близко с подозрительной, кошачьей ухмылкой. Святые Эоны, защищать эту ходячую мишень та еще работенка для нервов. - Отойди от окна или хотя бы оденься, - бросил Бутхилл, скрестив руки на груди. - Моя одежда вся мокрая, - капризно надул губы Авантюрин, - Да и к тому же, кто рискнет напасть на меня, когда ты рядом? Бутхилл, конечно, не был гением или эрудитом, но он знал, что только рядом с ним Авантюрин чувствовал себя в полной безопасности. Впрочем, это было слишком просто понять – когда ковбой находился в поле его зрения, юноша позволял себе расслабляться и его манера держаться менялась, становясь более открытой. Словно проклятая маска слетала с него, и Авантюрин был собой. Невольно взгляд Бутхилла зацепился за чернеющее клеймо на шее юноши. Авантюрин рефлекторно прикрыл метку, и все его игривое настроение испарилось, оставляя только опустошенную оболочку. Серые глаза мужчины хищно сузились, неотрывно наблюдая за поникшим парнем, что отвернулся от него к окну, неудачно делая заинтересованный ночным городом вид. Бутхилл был готов поспорить, что ничего Авантюрин там не видит, погруженный в свои не слишком-то и радостные воспоминания. Он выглядел сейчас таким потерянным и разбитым, как, впрочем, и всегда, стоило только его прошлому напомнить о себе. Таким Авантюрин и был в их первую встречу, когда они и заключили свой договор. Бутхилл редко когда соглашался работать для кого-то телохранителем, даже если ему обещали золотые горы. Но этот случай был особенный – странный блондин, имеющий прочные связи с КММ, пусть и испугался внезапного вторжения киборга с пистолетом в свой номер, все же быстро сумел взять ситуацию в свои руки. И потребовал за информацию достойную плату в виде защиты, которая была Бутхиллу по плечу. Вот только получил Галактический Рейнджер даже больше, чем планировал изначально. Он находился на грани отчаяния, это было заметно по безумным, бегающим нервно необычным глазам и дрожи, от которой до боли сжимались кулаки. И, пожалев его, Бутхилл согласился на условия контракта. У Авантюрина было много врагов, желающих ему смерти, и с каким же наслаждением мужчина проделывал в них дырки, снова позволяя блондину забирать свой поставленный на кон приз – собственную жизнь. Поощрения за свой труд Бутхилл получал в постели, где Авантюрин слишком хорошо угадывал все тайные прихоти любовника. Почему-то мысль, что тот, из-за своего рабского происхождения, был этому специально обучен, приходила с кислым привкусом во рту. Каждый раз это противное послевкусие только усиливалось, а в груди что-то крутилось и сжимало тесными кольцами сердце. Рванный выдох сорвался с уст Авантюрина нарушая воцарившуюся тишину и не слишком-то приятные мысли Бутхилла. - В конце концов, - отвернувшись от окна, блондин сбросил держащееся на его бедрах полотенце, обнажаясь полностью, и подошел к двухместной кровати, смотря в пустоту, - Это твоя работа – защищать меня, а я должен платить за нее исправно. Прожигая насквозь хрупкие, исчерченные шрамами лопатки, Бутхилл остановился за спиной Авантюрина, без труда улавливая его мелкую дрожь то ли от холода, то ли от страха. И что-то ему подсказывало, что температура в комнате была достаточно высокой. - С каких пор ты боишься меня, Принцесса? – выдохнув этот вопрос в непослушные пряди, мужчина едва успел поймать за предплечья дернувшегося вперед юношу. - Ты последнее, что вызывает во мне страх, - напряжение, застывшее в теле Авантюрина, постепенно сходило на нет. Он чувствовал, как ему дышится свободно, стоило только рукам Бутхилла прикоснуться к нему, - Я долбанный трус, который страшиться всего в этом мире, но только не тебя. - И почему же? - Потому что я знаю, что ты никогда не причинишь мне боль. Какой-то механизм оглушающе громко щелкнул в голове ковбоя, заставив сильно сжать ладони на чужих руках, а сердце странно притихнуть. Авантюрин, не ожидая такого, сцепил зубы, силясь удержать внезапный стон – его тело слишком остро среагировало на Бутхилла, особенно после таких не совсем обдуманных слов, что он проронил несколько секунд назад. Он готов был поклясться, что все его нутро похоже на одну, натянутую до упора, струну, а в груди с каждой секундой распалялся пожар. И сердце стучало, как бешенное, отчего невольно пылали щеки. Перед глазами все плыло и расплывалось, едва горячее дыхание мужчины опаляло заднюю часть шеи в опасной близости от чертовой метки. Ноги Авантюрина подкашивались, глаза закатывались, и он всеми силами пытался удержаться в сознании, ведь это он должен доставлять удовольствие своему телохранителю, но его крыло лишь от одного его действия. И всему виной это никому ненужное признание. Раньше Авантюрину удавалось держать их «отношения» и себя самого в деловых рамках, но теперь они разрушены им же одной неосторожной фразой. Ему бы злиться на себя, но мысли заняты совершенно другими вещами. Близость Бутхилла туманит рассудок, его сильные руки, которые словно кандалы на запястьях, хочется чувствовать везде и одновременно. Казалось, после всего, что он пережил, Авантюрин должен ненавидеть чужую власть над собой, презирать любого, кто посмеет возвышаться над ним, только вот… Только вот он сам горит желанием опуститься на колени перед этим мрачным ковбоем и подставить шею под его ошейник. Заметив, как покраснела от его рук белая кожа юноши, Бутхилл ослабил хватку, а после и вовсе нехотя убрал ладони. Почувствовав, что более его ничто не удерживает, Авантюрин сполз на пол, по-прежнему оставаясь спиной к мужчине, и, облокотившись об кровать, выгнулся, словно кошка, позволяя делать с собой, все что тот только захочет. Только вот никаких действий Бутхилл не принимал. Недоумевающе обернувшись, Авантюрин едва успел поймать полетевший в него махровый халат. - Когда ляжешь спать не забудь потушить свет и задернуть шторы, - хрипло проговорил Бутхилл, а после, не удостоив блондина даже взглядом, молчаливо вышел за дверь. Нервно перебирая пальцами приятную ткань, юноша продолжал сидеть на полу совершенно не чувствуя холода, что облизывал его обнаженное тело. Страшный мороз поселился внутри, усмиряя пожар страсти и разжигая другой огонь – обиду. Его только что… отвергли? Черт, а это оказывается жутко больно. Больнее, чем раскаленное железо, что заклеймило его как раба на всю жизнь. Уткнувшись в свои колени и спрятавшись под мягким одеялом, Авантюрин ругал себя последними словами, пока тот самый халат ни капли не грел тонкие плечи. Он знал к чему приведут его необдуманные слова, но все равно пошел на поводу своих странных желаний и все ожидаемо полетело в самый настоящий ад. Бутхилл был явно не из тех людей, которые способны на… А чего собственно Авантюрин хотел от него? Тихий смешок срывается с его губ. Он определенно рехнулся, раз решил, что заслужил то, что люди обычно зовут «чувства» и «любовь». Да кто вообще способен любить раба, который к тому же причастен к разрушению, что навсегда лишило Бутхилла дома и семьи? Вот почему он так часто смотрел на его метку и кривил губы в отвращении. Даже Галактическому Рейнджеру он противен.           - Мерзкий раб, только для одного и годен!.. Вот уж действительно, только ради одного Бутхилл и защищал его от многочисленных врагов, даже когда получил нужное досье на Освальдо Шнайдера. Так почему бы не прекратить это? Поднявшись с кровати, Авантюрин подошел к освещенному луной окну и приглашающе распахнул его. Пустые, драгоценные глаза, которые и до того поражали отсутствием жизни, сейчас и вовсе походили на обычные стекляшки. Но, в противовес им, на губах юноши играла пугающая до дрожи улыбка.   *** Спешно докуривая уже пятую по счету сигарету, Бутхилл матерился себе под нос, перегружая голосовой модуль, и снова и снова набирал номер, владелец которого и не планировал ему отвечать. Сверху раздражающе моросил дождь, сжатые пальцы дрожали, едва не ломая смартфон на две части, и до безумия хотелось выхватить пистолет и пустить несколько обойм куда-то вверх, дабы хоть немного успокоиться. Если бы он только знал, чем это все обернется, то и шагу бы не ступил за порог того чертового гостиничного номера, оставляя один на один Авантюрина и его внутренних демонов. Ведь, вот дерьмо, он вышел всего на несколько минут, остудить пыл и не дать всему зайти слишком далеко, а когда вернулся его встретило только распахнутое окно. Жалкие стервятники, прихвостни Семьи или же КММ, не смогли бы так быстро добраться к его Принцессе. Только если он сам не впустил их. - Твою ж милашку, - понимая, что так никакого толка он не добьется, Бутхилл раздраженно зачесал мокрые волосы назад и, не теряя больше времени, двинулся обратно в отель. Если к исчезновению Авантюрина приложили руки отбросы из КММ, то только одна душа может знать, куда именно они его дели. Игнорируя расставленных по коридору то тут, то там охранников, Бутхилл уверенно направлялся к двери, где временно остановилась Топаз. Если точнее, он не знал, кто именно проживал в этом номере, но огромное количество охраны доказывало, что тут явно обитает важная шишка, которая ему как раз и нужна была. Не особо церемонясь и по-быстрому разобравшись с надоедливой мошкой, Бутхилл пинком ноги отворил двери, заставив маленькую свинку испуганно пискнуть и спрятаться прямо сквозь пол. Ее хозяйка, возмущенно нахмурив круглое лицо, поднялась с дивана, смело встречая явно не дружелюбно настроенного внезапного гостя. - Что, во имя Клипота, ты творишь? – спросила Топаз, скрестив руки на груди. - Спрошу без расшаркивания, - пистолет Бутхилла все еще покоился в кобуре, демонстрируя какую-никакую лояльность к девушке, - Где Авантюрин? - С чего ты решил, что я могу это знать? – уклонилась от ответа Топаз, забегав глазами и избегая взгляда мужчины, - Я ему не нянька! - Верно, - хмыкнул рейнджер, - Нянька ему я, поэтому и спрашиваю, где он. - Плохая из тебя нянька, - с укором произнесла девушка. - Смотри сюда, девчонка, - терпение Бутхилла с каждой секундой иссякало, - Не заставляй меня менять свое отношение к тебе и причислять к остальной гнили КММ, потому что, поверь, быть моим врагом незавидная участь, которой я бы очень не хотел тебе. На лице Топаз с молниеносной скоростью менялись эмоции, пока она наконец не сдалась и не выдохнула в поражении, опустив руки вниз. Она понимала, что если сейчас раскроет все Бутхиллу, то ей припомнят и ее поражение на Белобоге, и старые мелкие промашки, и что ждет ее потом страшно и подумать, но… - Вчера сюда приехала Яшма, - нервничая начала рассказывать Топаз, - Она была не особо довольна положением нынешних дел и работой Авантюрина. Яшма неоднократно вызывала его на разговор, но каждый раз он находил причины ей отказывать в личной встрече. - Значит Яшма, - задумчиво протянул Бутхилл кивнув своим мыслям. - Я не знаю, - засуетилась Топаз, - То есть, может оказаться, что это вовсе и не она причастна к исчезновению Авантюрина. - Не беспокойся, милашка, - поправив шляпу ухмыльнулся мужчина, - Информаторов не выдаю, так что выдохни. Топаз последовала совету и выдохнула, но только лишь когда за ковбоем захлопнулись двери. Сегодня явно не ее день был – сначала толпа пьяных рыцарей во главе с красноволосым придурком провозгласили ее эоном Красоты и клялись в своей верности, пока того самого придурка не увел доктор с завышенной самооценкой. Теперь вот галактические рейнджеры стали наведываться… Кажется, пора брать отпуск. *** Резко мотнув головой в сторону из-за удара по щеке, Авантюрин уперто стиснул зубы и лишь криво ухмыльнулся. Как же безрассудна и истерична Яшма в гневе, но тешило, что ей хватило ума учинять самосуд над ним не на глазах у всего КММ, а тэт-на-тэт. - Смеешь болтать языком где не попадя? – хищно сузила глаза женщина, призвав к рукам искрящийся молниями кнут, - Думал, что тебе это сойдет с рук? Авантюрин молчал, не бросив на оружие Яшмы ни тени взгляда. У него не было слов оправданий для нее, как, впрочем, и желания что-то говорить вообще. Какая-то странная апатия не покидала его душу с той самой минуты, как он сам открыл двери для точащих на него зуб собак. Хотел встряхнуть себя очередной ставкой на жизнь, но стоило или оно того?.. - Провалил задание, спутался с галактическим рейнджером, выдал ему секретную информацию… - заходив угрожающе из угла в угол и перебирая в руках словно просящий броситься на жертву кнут, Яшма начала перечислять все огрехи Авантюрина, а затем резко остановилась и окинула его презрительным взглядом, - Так ты меня благодаришь, Какавача? Блондин снова остался безучастен, даже когда имя его израненного прошлого слетело с тонких, чужих губ. Какавача давно покоится с миром, и к нему Авантюрин больше не имеет никакого отношения. - Видимо, тебе придется напомнить, что именно я для тебя сделала, что сделало для тебя КММ, - кнут натянулся в руках Яшмы и мысленно юноша начал обратный отчет до того, как ее ярость обрушиться на него, - Неблагодарный, ни на что не годный раб! Слова женщины ударили намного сильнее, чем острые, разящие удары ее кнута по телу. Авантюрин содрогался от мучительного эха ее голоса, совершенно не реагируя на то, как смертоносное, непрекращающееся оружие соприкасается с его кожей в ужасающем танце, оставляя наливающиеся кровью полосы. Яшма не жалела ни сил, ни времени, ни даже себя, и с особым садизмом полосовала тело Авантюрина, окружая его электрическими искрами и наслаждаясь его мучениями. Ее рука, держащая рукоять, приятно гудела в такт ударам, слившись воедино с кнутом. Взгляд женщины затуманился гневом и безумством, и единственное, что смогло прояснить его, это то, как опасно затянулся кнут на тонкой шее юноши. Всего одна секунда и ее наказание превратилось бы в казнь. И как же об этой секунде, об этой казни, молил у эонов Авантюрин. Пустые стекляшки, обрекшие ясность и вернув свою красоту, достойную Идрилы, смотрели прямо на Яшму, бросая ей вызов. «Ну же, сделай это…» «Убей…» «Закончи то, что начала» «Убей…» «Сотри навек эту чертовую метку» «Убей…» «Убей меня!» Отшатнувшись, словно от удара, Яшма не могла спокойно дышать. Ее била дрожь, рука все еще ощущала твердость рукоятки, а тело просило продолжение наслаждения, но она… не могла.      Шум снаружи отвлек женщину от дальнейших действий. Презрительно скривив губы, Яшма отпустила шею Авантюрина, дернула кнутом в сторону, и вышла за дверь, оставляя его наедине с сожалением о том, что она так и не закончила то, что начала. - Разберусь с тобой потом, - оставила она слова висеть в воздухе, словно дамоклов меч. Губы Авантюрина болезненно выгнулись в усмешке, и, закрыв глаза, он позволил своему телу обессиленно рухнуть на пол. Странный холод пробил его словно насквозь, заставив обхватить себя дрожащими ладонями. Привычный теплый плащ валялся где-то тут на диване, но не было никаких сил дотянуться до него. Грудь, живот и бока нещадно ныли и болели, и любое движение словно снова активировало фантомное прикосновение кнута. Под рубашкой некоторые раны начали кровоточить, мешая даже дышать. Удивительно, что во всем этом безумии, Яшма контролировала себя слишком хорошо, чтобы не задеть лицо Авантюрина… Волна ненависти на себя окатила с головой и вызвала тошноту. Конечно, лицо. Красота. Последний авгин весьма ценен, поэтому нельзя было портить его, ведь после, если еще раз посмеет ослушаться, с него можно получить хороший доход. Наплевав на мучительную боль, Авантюрин поднял руку и спрятал глаза в изгибе локтя. Нет, плакать он себе не позволит даже в таком состоянии. Пусть хоть все тело истечет кровью, но ни одна слеза не сорвется с его глаз. Двери снова скрипнули, пролив полоску света на бездвижного Авантюрина. С запозданием он осознал, что шаги не принадлежат Яшме. Медленно убрав руку, Авантюрин, прикрыв глаза, повернул голову в сторону вошедшего и криво усмехнулся. Сознание больше не могло удерживаться наплаву после того, что он пережил, а потому, что-то прошептав окровавленными губами, Авантюрин отключился… *** Запах сигарет первым ворвался в голову, заставив еще не до конца пришедшего в себя Авантюрина нахмуриться. Слабо приоткрыв глаза, он некоторое время пытался сфокусировать зрение, но огни Пенаконии из окна расплывались в яркие шарики, вызывая головную боль. Сдавшись и закрыв глаза, Авантюрин отвернулся и попробовал пошевелить хоть чем-то, но все тело мигом пронзила не одна боль, заставив сдавленно простонать. - Лежи смирно, Принцесса, - послышался рядом недовольный голос, - Хотя бы это ты можешь сделать? Грубость в голосе Бутхилла ударила слишком сильно по и так уязвимому сейчас Авантюрину, отчего заслезились глаза. Сжав в кулаке ткань простыни, блондин прикусил нижнюю губу, затаив прерывистое дыхание. - Зачем?.. – сделав вдох, хрипло спросил Авантюрин, и тут же пожалел, потому что слезы вот-вот бы покатились по щекам, - Зачем ты вытащил меня, если тебе все равно? - Потому что, напомню, у нас контракт и… Бутхилл слишком поздно осознал, что сказал не те слова, когда Авантюрин рывком поднялся и, наплевав на прострелившую тело боль, обернулся к нему, не сдерживая гнев. Бинты в некоторых местах окрасились красным от открывшихся ран. - Нет больше никакого контракта! – рявкнул Авантюрин. Слезы все же сорвались с ресниц, но сейчас было плевать, - Я разрываю его!.. Слышь? Уходи! Оставь меня в покое! Бутхилл даже не шелохнулся. Подойдя ближе и нависнув над тяжело дышащим Авантюрином, ковбой спокойно произнес: - Все сказала, Принцесса? А теперь послушай меня. Контракт был расторгнут еще в ту минуту, когда я понял, что хочу защищать тебя не смотря на его условия. Но я не мог больше спать с тобой только из-за него. Это было не то, что я хотел. Авантюрин замер, боясь сделать даже вдох. Боль отошла на второй план и словно вовсе исчезла, не смотря на кровотечение. Он не мог поверить в то, что слышал. - Но, если бы ты думал головой хоть иногда и подождал, я бы сообщил тебе это все прямо, и не пришлось бы вытаскивать тебя из лап одной поехавшей милашки, - выпрямившись и нервно зачесав волосы назад, устало выдохнул Бутхилл, - Теперь смотри, что ты натворил с собой. Надеюсь, ты доволен, Авантюрин… Обида пустила искру в груди Авантюрина, заставив поджать губы. - Ты знал, что я могу отреагировать так, - тихо произнес он, смотря куда-то в сторону, - Ты знал, что я нестабилен, Бутхилл! Ты не должен был отталкивать меня, если… Если это правда, все, что ты сказал, то ты должен был знать!.. - Я переоценил тебя, - признал собственную ошибку рейнджер, опускаясь рядом на кровать и сцепив руки перед собой, - В тот момент мне было важно подумать о том, что будет дальше и нужно ли тебе все это… Я не хотел, чтобы мы перешли грани, а после ты пожалел об этом. - Прекрати решать за меня, - подался вперед Авантюрин, стиснув на миг зубы от очередной вспышки боли, - Если бы я не хотел, этого условия в контракте и не было. Да я же прямо сказал тебе, что ты единственный, кого я не боюсь… - Прости. - Что? - Прости, Принцесса, я идиот. Авантюрин застыл, оказавшись не готовым к тому, что Бутхилл попросит прощение и слишком искренне и открыто посмотрит на него, не скрывая ничего. Сам того не замечая, Авантюрин медленно выдохнул и отпустил простынь, не зная, что делать дальше и что говорить. - Ты и правда идиот… - после короткого молчания обронил Авантюрин, - И будешь им до конца жизни, если сейчас же не поцелуешь меня. Бутхилл замер в нерешительности, но не потому, что не хотел. Любое касание сейчас могло принести Авантюрину слишком много боли, а он этого не хотел. И все же, ковбой знал, что, если он откажет, это разрушит все. Осторожно придвинувшись ближе и, коснувшись ладонью щеки Авантюрина, Бутхилл, в несвойственной для себя нежности, прикоснулся к его губам, ощущая, как все напряжение уходит из тела блондина. Поцелуй держался на грани, всего лишь невесомое касание, но оно уже слишком много значило для Авантюрина. Выдохнув, он попытался придвинуться ближе, но тело тут же напомнило о себе, едва не пригвоздив назад к кровати. И все же, даже это не останавливало Авантюрина от того, чтобы хотя бы немного углубить поцелуй и почувствовать больше. - Остановись… - оторвавшись от его губ, Бутхилл попытался сделать паузу, - Я не хочу, чтобы ты тут истек кровью. - Я выдержу, все в порядке, - упрямо отозвался Авантюрин, приподнявшись на коленях и обхватив ковбоя за шею, - Мне не в первый раз испытывать на себе гнев Яшмы и ее кнут. Бутхилл нахмурился, явно испытывая сожаление, что не прикончил в тот момент абсолютно всех, когда нашел Авантюрина бессознательного на полу. Но тогда ему было важнее забрать его оттуда, чем тратить патроны револьвера. - Это был последний раз, когда она притронулась к тебе, - клятва оказалась запечатлена на губах Авантюрина осторожным, но уже более смелым поцелуем, - Больше никто и никогда… Я обещаю тебе, Принцесса…