Театр эрудитов: «Нелепые маски»

      Из года в год краски нашей жизни начинают блекнуть, подобно высохшей гуаши. Детский взгляд на мир часто высмеивают взрослые, которые с возрастом теряют наивную веру в лучшее, окунаясь в жестокую реальность. Обидно. Всё детство нас отгораживали от глобальных проблем и рассказывали добрые сказки, где альтруистичные герои учили нас делать добро, быть смелыми и уверяли, что можно лишь просто захотеть, стараться, не сдаваться – и сделать свою жизнь такой, какой ты её представляешь, после чего, по достижению осознанного возраста, когда ты и твои ровесники понимают, что к чему, а так же взрослые понимают, что вы понимаете.... Происходит наглая перестройка парадигмы маленького человека под влиянием тягот "взрослой" жизни. Вот так.

8 лет назад. дом Рупертов.

— Я не хочу в гости к Зандарам, они скучные! — надув губы, маленькая девочка сердито топнула ножкой. — Алисия, ну прекрати! — сокрушался брат, — одной дома будет лучше? — Тогда не уходи! Зачем тебе к этим Зандарам? Ты водишься с Линдой и оставляешь меня там одну. Я здесь одна, там одна! — Потому что мы большие, а ты маленькая, тебе будет скучно с нами. Возьмём с собой твоих кукол? — Нет! — закричала девочка, — тебе важнее твоя невеста! И скоро заберёт тебя у меня! И останусь я без брата! — Она мне не невеста, — юноша отвёл взгляд от сестры, — просто подруга и ни капли мне не нравится... Кстати, у Зандар появились щенки. Двое. Девочка вскочила и заинтересованно посмотрела на брата: «Ну что ж ты сразу не сказал?!» Вскоре, те уже стояли у порога обычного пригородного домика. Семья Зандаров была состоятельной, но лишь по меркам обычных людей. Династия докторов наук, профессоров и людей высоких моральных принципов. Последнее мешало им породниться с такими, как Руперты. Однако, Кляйн и Линда не были так просты. — Рацио, Алиса, — с улыбкой поприветствовала их миссис Зандар, — проходите. Как дела в школе? — Отлично, как и всегда. Линда у себя? Я буду ей помогать с историей, на следующей неделе проверочная. — Конечно, ах да.. Вам повезло, мы как раз с мужем уезжаем в город сейчас, так что мешать не будем. — «Я знаю» — с лёгкой улыбкой Рацио кивнул женщине, — вы нам никогда не мешаете. Кстати, Алиса очень хотела посмотреть на ваших новых питомцев... — Ох, да? Любишь собачек? — с материнской теплотой спросила женщина, присев чуть ниже, дабы сравняться с малышкой по росту, — не стесняйся, могу показать тебе их. — Хорошо! Всё находится там, где нужно. Родители Зандаров вне дома, сестрёнка при деле, а Кляйн, кажется, сам понимал, что трогать этих двоих не следует. Это не могло не радовать молодого шестнадцатилетнего парня, который теперь, без зазрения совести, может заняться своими делами. Линда была младше всего на два года и когда-то для Рацио выглядела так же, как и его маленькая сестра: неуклюжая, веселая и не самая умная, максимум – умилительная и не более. Но чем старше становились ребята, тем более размытой становилась эта грань. Когда-то он лишь мельком слышал о ней, потом почти не обращал внимания, ведь ему было интереснее с ее братом, а сейчас... Сейчас нет ничего интереснее, чем с упоением изучать чужое тело. Оно другое. Более хрупкое, нежное и мягкое, временами податливое. Интересно потрогать, попробовать на вкус сначала языком, а потом... всегда почему-то хочется укусить. Парень понятия не имел чего хочет от него это создание, которое, несомненно, было эстетически превосходнее, чем он сам, но какая разница, если все довольны? Сначала всё начиналось с неловких объятий, попыток в поцелуи и лёгких касаний там, где "нельзя". Постепенно в них двоих наростала уверенность, иногда даже наглость по отношению друг к другу, но это только раззадоривало двух подростков. Сначала мы все хотим что-то настолько сильно, что ногти впиваются в ладони и кровь приливает от мозга вниз, заставляя нас совершать необдуманные поступки. Почему же потом мы испытываем отвращение к объектам вожделения, которые уже утратили свою личную ценность для нас? Нынешние Рацио и Линда уже давно нашли ответ на этот вопрос. Нашли его ещё восемь лет назад, когда случилось то, что заставило их жизни кардинально измениться. Не в лучшую сторону.

Дом Зандаров. Семейное торжество – лишь фон для игры «Лонг-Айленда»

Вызревшие возрастом родственники и друзья семьи с присущим для них притворством, делая удивлённые лица, обнимают и расцеловывают двух молодых ребят. Кляйн и Линда – лишь новый образ для Даниэля и Стеллы. Сейчас ребятам приходится любезничать с людьми, которых они видят первый раз в жизни, рассказывать о "своем" богатом опыте заграницей, о трудностях языкового барьера и прочих вещах, которые те прожили лишь сухими фактами из составленных ими конспектов. — Боже, это так муторно, — изнывала Стелла, потряхивая ногой, на которую надета изящная обувь со шпилькой, — она правда что-ли большую часть жизни ходит в этом? И лобызается со всякими тётками, выслушивая болтовню о том, как эти мумии застали их ещё младенцами. — Думаю, эмоции от встречи с этими людьми Кляйн и Линда испытали бы те же, — отвечал Даниэль, смотря на флюте в руках коллеги, — смотри не напейся, а то я тебя знаю. — Мы на работе и я знаю меру. Не бубни. — Сказала та, кто маскирует выпивку в картонных стаканах для газировки. — Только на фудкортах! — И в офисе. Неоднократно. — В офисе, не на задании же! А сейчас я просто вхожу в роль, Линда любит шампанское, — стыдливо бросила девушка, осознавая то, насколько жалким является её оправдание. Парочка ютилась на балконе, изредка наблюдая за происходящим дома. Конечно, торжество было посвящено их "возвращению домой", но старики по большей части обсуждали свои дела, а родственников помладше ради большей безопасности для легенды решили не приглашать, видимость создавали лишь Робин и Сандей, которые скучающе маячили по дому, хоть такие встречи для них были не в новинку. Вибрирующий звук уведомления: «Руперты явились. Бегом вниз. Улыбайтесь во все зубы, иначе выбью. Будьте дружелюбны. Побольше воздуха и поменьше личного для начала.» — Выбьет?! Это точно Мурата писала? — с удивлением спросила девушка. — Герта к ней домой залезла, чтобы сорвать отдых и сообщить об этом деле. Думаешь, она сейчас чувствует себя самой счастливой? — с лёгкой усмешкой ответил Даниэль, — итак, я – Кляйн, ты – Линда. Мы привилегированные детки с личными водителями, но общаться вежливо всё же умеем. Делай вид, что скрываешь ядовитую стерву, а я буду унимать своё желание сразу похвастаться всеми успехами, что достиг за время учёбы.

***

— Линда! Кляйн! — восклицала нарядная девушка, сдерживающая свои радостные порывы, что велели ей наброситься на молодых людей с объятьями. — «Не переигрывай» — Рацио лишь наблюдал за ней, вскинув брови. — Вы так изменились, ребята. Когда мы последний раз виделись вы были меньше! Ох, не то что бы я была больше, я тоже была меньше, но все же... Я такая болтушка, извините, — театральная манера и два аккуратных тёмных хвостика на голове Алисы не могли не очаровывать людей вокруг, что и помогло Стелле чуть больше проникнуться к девушке. — Привет, Алиса, — на лице "Линды" проступила лёгкая улыбка, — Рацио.. — его тоже нужно было не забыть поприветствовать. Зацепилась за него взглядом на толику дольше. Он тоже смотрел на нее. Необъяснимое чувство тревожности и слегка маниакального желания узнать этого человека, но почему? Потому что выглядит как точёная статуя, имитирующая человека? Красивый и ухоженный – на первый взгляд, но присмотреться и видны недочёты, правда, лишь в одежде. Природные, будто рисованные, волнистые тёмные волосы в сочетании со спокойным выражением лица, будто у беспристрастного прокурора – несомненно заставили бы сердце любой молодой девушки уйти в пятки. Так и хочется подойти, потрогать и услышать запах дорогого парфюма с древесными нотами, название которого известно лишь своему носителю. Но, к сожалению, вспыхнувшую лёгкую симпатию, основанную на привлекательности объекта, придется безжалостно прижечь. Крах жизни Рацио Руперта и его семьи – их цель, а учитывая вид деятельности и серьезные намерения Герты – это уже константа. — Линда, холодно. Что ты зависла? — отрезвляюще процедил Даниэль. — Ой! Я просто тоже удивилась, как они изменились, извините, — неловко выбросила Стелла, — идёмте в дом.

Час спустя

Одно по одному и пустые диалоги о, якобы, прожитых днях вдали от дома. Даниэль прекрасно отличался своей адаптивностью и умением "лить воду" тогда, когда это нужно. В этом его поддерживала Алиса Руперт, которая с детским интересом навостряла уши в очередной раз, когда "Кляйн" начинал одну из тирад об успешном успехе. Рацио же, напротив, выступал лишь слушателем, вернее, делал вид что слушал, будучи погруженным в свои мысли. "Линда" сидела перед ним и, дабы не сжирать Руперта взглядом, пыталась удержать глаза на его активной сестре, что помогало делать вовлеченный вид. — Рацио, у тебя как? — вкинул Даниэль, вытащив первого из размышлений, — пока ещё ни слова не сказал. — Ничего особенного. Учёба, работа... — отводя взгляд подальше проговаривал парень, — А ты, Линда? — вдруг обратился он к девушке. — А? Да-да, то же самое, — растерянно ответила та, что не мог не заметить её коллега и слегка пнул её ногой под столом, — просто не выспалась, к тому же... очень скучающие родственнички, — на этом она сделала отдельный акцент, — утомили меня, как только пришли сюда. Лезли к нам, пока мы не сбежали наверх. И все же, раздражительность Стеллы сыграла ей на руку. Она натурально была недовольна обилием обнимающих её тёток, подобно Линде. — Ясно, — коротко ответил Рацио. Тем временем, со второго этажа, спрятавшись за шторами, в узкую щель меж ними наблюдали подлинные Зандары. — Тц.. Только посмотри на этот спектакль, — произнесла Линда. — Будь благодарна этой девке, которую ты покрывала оскорблениями. Не думаю, что сама хотела бы там оказаться. — У меня, между прочим, совесть есть. Втираться в доверие к Рупертам, чтобы опрокинуть их? Крысиный поступок. — Пф... у тебя совесть? — выпалил Кляйн, — поэтому сейчас напротив Рацио сидят эти двое? Могу тебе так же напомнить о щедром вознаграждении за молчание. — Заткнись. — жёстко ответила Линда, — ты тоже за него молчишь, раз знаешь ситуацию. Я была ребенком и жертвой обстоятельств... Сколько раз видела ту жуткую сцену в кошмарах. — Переборщил, извини. — Не извиняю, идиот, — набрав воздуха, девушка отпрянула от штор и облегчающе выдохнула, — во всяком случае, мы в безопасности, а наш папаша спелся с той акулой. Союз с хищниками делает нас абсолютными победителями в этих обстоятельствах.