Передаётся ли бессонница воздушно-капельным путём?

Гриша никогда не мог похвастаться кристально чистым режимом, где он ровно в 9 вечера уже в кровати, а ровно в шесть утра на ногах, совсем наоборот. За годы накопленная хроническая тревожность порой заставляла его пару суток подряд прошататься зомбарём по делам, не давая уснуть до самого последнего момента. Всё было настолько плохо, что он мог одну неделю спать не просыпаясь, а другую полностью провести вне кровати. Нужно говорить, что психика с этого летит конкретно? Наверное нет, все друзья и без этого всё понимали. Казалось уже ничего его не исправит, в конце концов такие штуки должны лечить врачи, к которым он уж очень не любил ходить. Молодец, иначе никак его не назовёшь. А молодцы сосут концы - это ему сказал Максим, когда они только познакомились. Человек, по вине которого и так убитый режим Гриши был воскрешён и изнасилован до смерти. Это поистине невероятно, потому что их часовые пояса отличались ровно так, чтобы Гимад сбивал режим, а не Нейзи, только получилось у них наоборот. Почему? А потому что, как оказалось, у фурри в жопе всегда бывает козырь: Максим ещё до знакомства со своим центральным другом выработал у себя привычку жить ночью и спать днём. Это получалось у него настолько хорошо, что грешным делом можно было подумать, что в заснеженной российской тайге и правда водятся вампиры, которые этого бедолагу и покусали. Только пообщаешься с ним побольше и начнёшь понимать, что скорее он этих вампиров покусал, заразив аллергией на солнце. Их вечера в кс го всегда перерастали в полноценные марафоны, а совместный просмотр фильмов превращался в камеру пыток жаворонков. Начиналось всё Гришиным вечером, а заканчивалось соответственно Максиминым утром. Так было вообще всегда, даже если они на пять минуток хотели зайти в дискорд и что-то обсудить, их разговор о поломке жёсткого диска мог перерасти во внезапную пересборку всего пк, причём посреди ночи, где что-нибудь обязательно упадёт на пол, разбудив бдительных соседей снизу. Такого у Гриши раньше не было ни с кем, поэтому он героически жертвовал режимом ради своего лучшего друга. А возможно он сам подсознательно не хотел отпускать его и идти спать, они ведь столько всего могли бы обсудить. Так шло время, вся их ночная жизнь вошла в привычку, стала стабильностью настолько, что даже в рабочие дни им это не мешало жить. И примерно когда это случилось Гришины проблемы со сном вернулись. Раньше причиной его бессонницы была лишь тревога, из-за которой он по несколько часов ворочался на холодной кровати, пока не уснёт. Потом она ушла, потому что в жизни появился тот, кому не лень её прогонять. Сейчас причина её возвращения оказалась для него тайной. Возможно дело было во многолетнем сбитом режиме, как и раньше, всё же человеческий организм привык ночью спать, а не обсуждать всякие бредни. А может дело было в неожиданном человеческом голоде. Обнимать человека и держать его за руку, пока разговариваешь вместо тупой романтичной хуйни стало для него мечтой. Психологи говорят, что прикосновения успокаивают, это что-то на уровне физических нужд, где-то между потребностью в социальном контакте и потребностью в безопасности. Теперь Гриша им верил, потому что даже подушка, которую он обнимал перестала ему помогать. Он думал, что помрёт рано или поздно, пока Максим неожиданно не предложил куда-нибудь съездить. По его рассказам он последний раз путешествовал в две тысячи седьмом в Геленджик, когда маме резко захотелось на море, его желание покинуть родные края посмотреть на новые пейзажи было вполне оправданно. Тем не менее, лететь они собрались не на юга, а куда-нибудь, где будет интересно провести время. Впрочем оба понимали, что им не особо важно куда, главное вместе, жить-то они тоже будут в одной хате. Это было непомерное счастье для тактильно изголодавшего, о котором даже мечтать наверное стыдно. Их встреча была ровно такой же, как и разговоры в дискорде: долгая, красочная и её не хотелось заканчивать. Только в отличие от них она и не заканчивалась, а становилась ещё ярче. Гулять по ночному городу-миллионнику оказалось безумно интересно, а Гриша, дурак, живя в таком же этого всю жизнь не замечал. Да, бессонница никуда от такого не делась, возможно даже стала сильнее, но ему уже было на неё плевать. Он был счастлив, прямо здесь и прямо сейчас, забив давно на поиск её причин. А потом они поцеловались. Он сам толком не понял как, не понял даже кто конкретно был инициатором. Это было спонтанно, как в самых глупых романтических фильмах, где-то в час ночи, на случайной улице незнакомого города, в свете фонарей и вывесок закрытых магазинов. Только никто не стал убегать. Они стояли и глазели друг на друга, пока Максим не увидел за спиной Гриши ярко-зелёный рекламный экранчик и не вспомнил невероятно тупой мем про разрешающий сигнал аптеки, который они вспоминали сегодня вечером. Тогда он заржал так, как не ржал никогда в жизни. Возможно от стресса. А может потому что мем и вправду смешной. Никаких признаний вопреки ожиданиям в ту ночь не звучало, прогулка продолжилась, словно ничего не было, потом также закончилась, без каких-либо интересных поворотов. Но бессонница, как оказалось, передавалась воздушно-капельным, потому что Максим тоже ею заболел и Гриша имел прекрасную возможность слушать как он ворочается, пока не встал и не притащил к нему в кровать ноутбук. Так они легли смотреть что-то там, сюжет и название чего никто уже и не вспомнит, ведь они наконец нашли лекарство от бессонницы, которое оказалось таким же простым, как и её получение. Сон в обнимку. Вот так просто. Лежать с кем-то рядом, слушать чьё-то сердцебиение работает лучше любых таблеток снотворного. Жаль, что всё же это гораздо дороже, чем колёса, прописанные мозгоправом. Потому что совсем скоро им пришлось разлетаться. Лекарство не действует, если его не принимать. Они оба очень быстро это выяснили, когда всё же решились поговорить. Это была не минутная слабость, а целая зависимость, которую они приобрели совершенно случайно. Всё опять же могло превратиться в слезливый сериал про любовь на расстоянии, но Максим с Гришей не большие любители ебать друг другу мозги, так уж вышло, поэтому довольно быстро приняли решение съехаться. Это было дорого и долго, только никто из них ни разу об этом не пожалел. Тревожность Гриши сошла на нет со временем, не только потому что он тащился со своего партнёра, а потому что этот самый партнёр потащил его на психотерапию. Жизнь постепенно начала приходить в их собственную норму, но их традиция спать в обнимку, держась за руки так и осталась неизменной. Они давно уже не гормональные подростки, которых прёт с любых телесных контактов, просто выяснилось, что иногда спать рядом с любимым человеком гораздо приятнее, чем не спать.