Пока ты кричишь моё имя

7 апреля 2001 года, Нью-Йорк — Просыпайся, солнышко. — тихо сказал Уилл, касаясь губами щеки Майка. Майк недовольно хмыкнул и перевернулся на бок, пряча лицо в подушке. — Ещё пять минут. — пробормотал он. — У меня официальный выходной. Уилл усмехнулся и наклонился снова, теперь уже настойчивее. — Давай-давай. — прошептал он. — Открывай глаза, именинник. — Мм… — Майк приоткрыл один глаз, увидел улыбающееся лицо Уилла и тут же улыбнулся в ответ. — Ну вот. Я проснулся. Можем теперь обратно спать. — Нет. — Уилл легко поцеловал его в губы. — Мы не можем. — Почему? — Майк лениво обнял его за талию, притягивая ближе. — Это мой день рождения. Я официально желаю провести его целиком в кровати. С моим горячим парнем. — Ты выдвигаешь слишком заманчивые условия. — рассмеялся Уилл. — Но вообще-то у тебя сегодня гости. — Мы их не впустим. — серьёзно сказал Майк. — Сделаем вид, что нас нет. — Майк… — Свет выключим. Занавески закроем. Будем говорить шёпотом. — Макс выбьет дверь. — спокойно сказал Уилл. — Она может. Майк фыркнул и уткнулся лбом ему в плечо. — Ладно, да. Это аргумент. Они ещё пару секунд просто лежали молча. Солнечный свет пробивался сквозь занавески, в комнате было тепло и спокойно, так спокойно, что Майку захотелось остановить время. Уилл всё-таки выпрямился и осторожно высвободился из объятий. — Ладно. — сказал он мягко. — Сегодня тебе можно полежать подольше. Он наклонился, быстро поцеловал Майка в висок и добавил: — А я пойду делать завтрак. Майк тут же перевернулся на бок и подпер голову рукой. — Мне слишком одиноко. — трагично заявил он и посмотрел на Уилла снизу вверх, включая свои самые безотказные щенячьи глазки. Уилл замер на секунду. Потом резко отвернулся. — Я отворачиваюсь. — сказал он. — Потому что не могу на это смотреть.  — Уилл! — возмутился Майк. — Это мой день рождения! — Ты злоупотребляешь положением. — отозвался Уилл уже из коридора.  Он ушёл на кухню. — Ты разбиваешь мне сердце! — крикнул Майк ему вслед. Из кухни донёсся смех. — Запишу это в список твоих сегодняшних трагедий! Уилл как раз лил тесто на сковороду, аккуратно поворачивая её, чтобы блин получился ровным, когда из спальни раздался звонок телефона. Звук был приглушённый, будто доносился сквозь подушку. — Алло?.. — голос Майка был сонный, тёплый, с ленивой хрипотцой. — Сегодня? У меня вроде как выходной… Уилл замер, держа половник над сковородой. Пауза затянулась. — Ладно… — продолжил Майк уже тише. — Понял. Приеду, как смогу. Связь оборвалась. В кухне снова остались только шипение масла и тихое потрескивание блинного теста. — Майк? — крикнул Уилл, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Что там? — По работе! — отозвался Майк из спальни. — Ничего страшного. Уилл кивнул, хотя Майк этого не видел. Он перевернул блин и включил кофеварку. Достал из шкафа две кружки — жёлтую и синюю. Они, как всегда, стояли рядом. Все еще те, из которых они пили у Майка дома. Которые были с ними в общежитии и во всех съемных квартирах.  — Солнышко, иди, завтрак готов! — крикнул Уилл из кухни. Майк вышел, зевая и всё ещё слегка сонный, и на секунду просто застыл в дверях. Стол был накрыт: тарелки аккуратно расставлены, блины сложены стопкой, рядом миска с ягодами, мёд, масло, свежесваренный кофе. И сбоку несколько красиво упакованных коробок, перевязанных лентами. — Это… — Майк медленно подошёл ближе, прищурился, будто боялся спугнуть момент. — Это мне? Уилл, стоя у плиты с лопаткой в руке, даже не обернулся. — Нет, Майк. — совершенно серьёзно сказал он. — Это я просто не распаковал свои подарки за две недели. Майк фыркнул, подошёл сзади, обнял Уилла за талию и прижался щекой к его плечу. — Ты знаешь, — протянул он лениво. — я сейчас отнесу тебя обратно в кровать и выбью из тебя весь сарказм. Уилл рассмеялся, чуть наклонившись вперёд, чтобы не уронить лопатку. — Даже не думай, — сказал он сквозь смех. — Мне сегодня нужно много сил. Это, между прочим, твой юбилей. — Вот именно. — Майк поцеловал его в шею. — Имениннику положены поблажки. Уилл развернулся, легонько стукнул его лопаткой по груди. — Имениннику положено есть блины, пока они горячие. Садись. Майк послушно сел за стол, всё ещё улыбаясь, оглядывая завтрак и подарки так, будто не до конца верил, что всё это для него. — Ты вообще понимаешь, — сказал он тихо. — что я тебя не заслуживаю? — Понимаю, — спокойно ответил Уилл, ставя перед ним тарелку. — Но тебе всё равно придётся с этим жить. — Ты самый жестокий человек в этом мире.  Майк потянулся к первой коробке, аккуратно развязал ленту и снял крышку. На секунду он просто замер. — Уилл… — выдохнул он. — Ты серьёзно? Внутри лежало компактное устройство для набора текста. Аккуратное, с простой клавиатурой и маленьким экраном. — Я подумал, — пожал плечами Уилл, стараясь выглядеть спокойным.— тебе нужно что-то компактное. Чтобы можно было писать где угодно. Когда приходит вдохновение.  Майк провёл пальцами по клавишам, словно проверяя, настоящие ли они. — Это… — он усмехнулся, но голос предательски дрогнул. — Это идеально. Он отложил устройство и сразу потянулся ко второй коробке. Бумага зашуршала, крышка поднялась и Майк увидел комикс. Настоящий. Нарисованный от руки. С аккуратной обложкой, на которой были они.  Он открыл первую страницу. Потом вторую. Потом третью. Хоукинс. Качели. Велосипеды. Игры. Лес. Монстры, демогорганы, Изнанка… И между всем этим они. Всегда рядом.  Иногда напуганные, иногда упрямые, иногда смешные. В углу одной из страниц маленькая подпись: «Мы выжили». Майк сглотнул. Глаза защипало. — Ты… — он провёл ладонью по лицу. — Ты всё это нарисовал? — Ага. — Уилл сел напротив, подперев подбородок рукой. — Я не знал, как ещё это сохранить. Это ведь история. Наша. Майк листал дальше, всё медленнее. На последних страницах уже не было монстров. Там были дом, кухня, две кружки на столе и подпись: «Дальше — жизнь». — Господи… — прошептал он. — Это лучший подарок, который мне когда-либо делали. Он поднял взгляд на Уилла, глаза блестели, слёзы всё-таки скатились. — Спасибо. Правда. Я… я даже не знаю, как… — Эй. — Уилл мягко улыбнулся. — Дыши. И оторвись уже от комикса. — Я не могу. — Можешь. — он кивнул на тарелку. — Потому что блины остывают, а я не готов слушать речь на пустой желудок. Майк тихо рассмеялся сквозь слёзы, отложил комикс рядом, потянулся за вилкой и, не отпуская взгляда от Уилла, сказал: — Ты знаешь, что ты — моя любимая история? — Знаю. — ответил Уилл. — Теперь ешь. Они доели завтрак медленно, без спешки, будто оба пытались растянуть это утро ещё хоть на несколько минут. Майк допил кофе из своей кружки, отодвинул тарелку и нехотя встал из-за стола. — Мне правда жаль. — сказал он, уже направляясь в спальню. — Я бы с радостью никуда сегодня не ехал. Уилл опёрся бедром о столешницу и посмотрел ему вслед. — А нельзя никак отложить? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал легко, без упрёка. — Хотя бы на завтра. Майк остановился в дверях, обернулся. Лицо у него было виноватое. — Я пытался. — честно сказал он. — Правда. Но там всё завязано на сроках, редактор, какие-то люди из издательства… если я сейчас не приеду, это всё съедет. Он сделал шаг обратно, подошёл ближе и положил ладони Уиллу на талию. — Я постараюсь вернуться как можно быстрее. Обещаю.  Уилл вздохнул, потом кивнул. — Ладно. — сказал он. — Я просто… хотел, чтобы сегодня было побольше нас. — Будет. — Майк наклонился и поцеловал его в лоб. — Просто с небольшой паузой посередине. Уилл улыбнулся, притянул его за воротник и быстро поцеловал в губы.  Майк собрался, Уилл пошёл его провожать к двери.  — Не перетрудись. — сказал Майк. — И не забудь, что ты лучший человек на планете. — Это ты сейчас подлизываешься? — усмехнулся Уилл. — Немного, — честно признался Майк и, уже отступая к двери, подмигнул. — Увидимся. Дверь закрылась, и в доме стало тихо. Уилл выдохнул, включил музыку, что-то лёгкое, фоновое и принялся за дело. Он убрал гостиную полностью: протёр полки, расставил книги ровными стопками, аккуратно разложил подушки на диване. Потом достал коробку с украшениями. Гирлянды мягкого тёплого света он повесил вдоль стены и над окнами. На стол поставил вазу с цветами — простыми, но живыми, с лёгким запахом весны. Развесил несколько бумажных флажков и шарики. Всё получилось не кричаще, а уютно, по-домашнему, так, как он и хотел. Потом он пошёл на кухню. Уилл готовил с сосредоточенной радостью. Нарезал, мешал, пробовал на вкус. На столе постепенно появлялись блюда: то, что Майк любил с детства, и то, что они уже открыли вместе за эти годы. Дом наполнялся запахами.  Под конец он достал торт. Он стоял в холодильнике с вечера, аккуратно накрытый. Уилл поставил его на стол, снял крышку и на секунду просто посмотрел, с тем самым тихим удовлетворением, которое бывает, когда всё получилось. Потом взял кондитерский мешок и аккуратно вывел надпись: «С юбилеем». Достал свечи. Две цифры 3 и 0 встали рядом, ровно по центру. Уилл чуть поправил их, чтобы стояли идеально прямо, и улыбнулся сам себе. Он отошёл на шаг назад, оглядел комнату, стол, торт, свет гирлянд. Всё было готово. Осталось только дождаться Майка. Когда Майк вернулся, дверь хлопнула чуть громче, чем обычно и Уилл сразу это заметил. Он вышел в прихожую и по одному взгляду понял. Что-то не так. Майк выглядел собранным, но напряжённым, словно всё время прокручивал в голове один и тот же разговор. — Всё в порядке? — спросил Уилл осторожно. Майк помедлил долю секунды. Ровно настолько, чтобы Уилл это уловил. Потом кивнул и натянул привычную улыбку. — Да. Просто тяжелый день получился. Ничего серьёзного. Уилл не стал давить. Он знал этот тон и знал, что если Майк захочет — скажет сам. Майк прошёл дальше и вдруг остановился, оглядывая гостиную. Гирлянды мягко светились, стол был накрыт, в воздухе витал запах еды. Он медленно выдохнул, словно только сейчас позволил себе расслабиться. — Вау… — тихо сказал он. Потом развернулся и шагнул к Уиллу, обняв его крепко, почти прижав к себе. — Как ты всё это успеваешь? — пробормотал он в его волосы. — Почему у нас всегда так красиво? И почему ты у меня такой чертовски талантливый? Уилл усмехнулся, обнял его в ответ. — Просто планирование и любовь к тебе. — сказал он легко. Майк отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ему в глаза, и начал целовать медленно, неторопливо, как будто пытался вернуть себе ощущение дома. Поцелуи были мягкие, тёплые, с паузами между ними. — Слушай… — сказал он вполголоса, коснувшись лбом лба Уилла. — А если мы всё-таки отменим гостей? Прямо сейчас. Просто закроем дверь и сделаем вид, что нас нет. — Майк… — Я серьёзно, — добавил он с улыбкой. — Это звучит как идеальный день рождения. Уилл уже собирался что-то ответить, как раздался стук в дверь. Чёткий, уверенный, ни капли не сомневающийся в том, что им откроют. Уилл выдохнул и улыбнулся. — Боюсь, уже не получится. — сказал он. — Судя по силе удара, это либо Макс, либо кто-то, кто у неё учился. Майк закатил глаза, но улыбка всё равно осталась. — Ладно. — вздохнул он. — Но потом, вечером, только ты и я. Уилл поцеловал его ещё раз, коротко. — Договорились. На пороге действительно стояли Макс и Лукас, а между ними, едва удерживаясь от подпрыгивания на месте, их шестилетняя дочка Эмили. Как только дверь открылась, Эмили даже не стала дожидаться приглашения. Она юркнула внутрь, как маленький ураган, раскинула руки и буквально влетела в Майка. — С днём рождения!!! — закричала она во весь голос и крепко обняла его за талию. — Эй! — рассмеялся Майк, наклоняясь, чтобы обнять её в ответ. — Спасибо, суперзвезда. — Тебе тридцать! — радостно сообщила Эмили. — Это очень много! — Спасибо. — фыркнул Майк. — Теперь я чувствую себя просто отлично. Эмили уже не слушала. Она заметила шарики в гостиной, ахнула, отпустила Майка и побежала туда, смеясь и ловя их на ходу. Макс, проводив взглядом Эмили, которая уже пыталась одновременно поймать три шарика, покачала головой и усмехнулась: — И в кого она такая шустрая, а? Лукас, не раздумывая ни секунды, ответил: — В меня, наверное. — Конечно. — фыркнула Макс. — Уж точно не в меня. Она сделала шаг к Майку, вдруг став серьёзнее. Она обняла Майка крепко, по-настоящему, как умеют только люди, прошедшие с тобой слишком многое, чтобы делать это формально. — Не знаю, как так вышло, — сказала она тихо, почти ему в ухо, — что моя дочка любит именно тебя больше всех. Она отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ему в лицо, и усмехнулась: — С юбилеем, Уилер. — Спасибо, — искренне ответил Майк. — Я стараюсь быть достойным. Лукас тоже подошёл и обнял его крепко, по-дружески, с лёгким похлопыванием по спине. — Рад, что ты дожил до тридцати. — сказал он с той самой полуулыбкой, в которой было и поддразнивание, и настоящая радость. — Я тоже. — хмыкнул Майк. — Не все на меня ставили. Из гостиной раздался радостный визг Эмили и звук лопнувшего шарика. Уилл вздохнул, но улыбнулся. — Это только начало. — сказал он. — Проходите. Пока дом ещё стоит. Макс, уже разувшись, вдруг обернулась к Уиллу, шагнула к нему и обняла тепло, уверенно, по-своему. — Пусть Эмили души не чает в Майке, — сказала она с усмешкой. — зато ты, Байерс, мой личный любимчик. Уилл рассмеялся, чуть смутившись, и ответил: — Я заметил. Ты смотришь на меня так, будто я твой тайный проект. — Потому что так и есть. — кивнула Макс. — Самый удачный. Лукас уже прошёл в гостиную, где Эмили пыталась построить башню из шариков, Макс последовала за ним и в этот момент в дверь снова постучали. Уилл открыл. На пороге стояли Дастин и Сьюзи. Уилл машинально опустил взгляд и тут же поднял брови. — Подождите. — сказал он медленно. — И когда вы собирались нам это рассказать? Сьюзи сияла, Дастин выглядел так, будто это вообще самая обычная ситуация в мире. — Ну… — Дастин пожал плечами. — Извини. Мы люди науки. У нас нет времени на громкие объявления, только на факты. — Этим фактам навскидку месяцев шесть? — хмыкнул Уилл рассматривая живот Сьюзи.  Сьюзи рассмеялась, а Дастин шагнул вперёд и тут же крепко обнял Майка, Сьюзи присоединилась с другой стороны. — С днём рождения! — сказала она радостно. — Тридцать лет, чувак. — добавил Дастин, хлопая Майка по спине. — Это тот возраст, когда ты ещё молод душой, но колени уже начинают сомневаться в твоих решениях. — Спасибо. — скривился Майк. — Очень вдохновляюще. — Я просто готовлю тебя морально. — пожал плечами Дастин. — Как друг.  Почти сразу за ними у двери появилась Джойс с этой своей тёплой, чуть взволнованной улыбкой, Хоппер рядом, серьёзный, но явно довольный, Эл и Ченс чуть позади. Началась новая волна объятий, поздравлений, коротких фраз, сказанных вполголоса и от сердца. — С днём рождения, Майк. — сказала Джойс, прижимая его к себе. — Я так рада, что ты есть у Уилла.  Хоппер хлопнул его по плечу: — Тридцать. Неплохо держишься. — Стараюсь не раздражать копов. — ответил Майк. Следом подошла Эл и крепко обняла Майка, уткнувшись ему в плечо, так знакомо, так тепло. — С днём рождения, Майк. — сказала она тихо. — Я так соскучилась. Ты бы знал, как мне вас не хватает. Он обнял её в ответ, прижал чуть сильнее, чем нужно. — Я тоже по тебе скучаю, Эл. — сказал он хрипло. — Каждый день. Она слегка отстранилась, улыбнулась ему той самой улыбкой и кивнула, будто больше слов не нужно. Ченс подошёл немного неловко, как всегда, будто всё ещё не до конца привык к таким моментам. Он коротко обнял Майка. — Я… — он кашлянул. — Я не силён в речах. Так что просто… с днём рождения. Майк усмехнулся и хлопнул его по спине. — Спасибо. — сказал он искренне. — И спасибо тебе за то, что бережёшь Эл. Ченс кивнул, чуть смутившись, но улыбнулся. Когда все наконец прошли внутрь и начали рассаживаться, Джойс остановилась у стола. Она оглядела блюда, украшения, сервировку и всплеснула руками. — Подождите. — сказала она. — Как так вышло, что мой сын готовит лучше меня? Уилл виновато улыбнулся. — Я просто… старался. Макс, не отрываясь от напитка, лениво бросила: — Ну, Джойс, что ты хочешь. Это гейские настройки.  В комнате повисла секунда тишины, а потом все рассмеялись. Майк, всё ещё смеясь, подошёл к Уиллу со спины, обнял его за талию и, уткнувшись подбородком ему в плечо, сказал совершенно серьёзно: — Вообще-то у Уилла все настройки самые лучшие. Премиум-версия.  — Майк, — протянул Уилл, покраснев, но не вырываясь. — Прекрати, люди же вокруг. — Пусть завидуют. — пожал плечами Майк. В этот момент в дверь снова постучали. Они пошли открывать вместе. На пороге стояли Нэнси и Джонатан, а между ними двое одинаковых, шумных, невероятно энергичных близнецов. Чуть позади Стив с девушкой, держащей его за руку, и Робин с Викки. Близнецы даже не стали ждать, пока взрослые поздороваются, они влетели в дом первыми. — С днём рождения, дядя Майк! — выпалили они одновременно, обнимая его за ноги. — А Эмили уже тут?! — Тут! — раздалось из гостиной, и в следующую секунду Эмили появилась словно из ниоткуда, схватила обоих за руки. — Пошли! Я покажу вам шарики! И ещё кое-что секретное! — Секретное! — радостно подхватили близнецы и вся троица исчезла в гостиной. Майк только успел рассмеяться и покачать головой. Нэнси подошла ближе и крепко обняла его. — С днём рождения. — сказала она мягко. — Я так горжусь тобой. Ты стал очень хорошим взрослым. Даже если иногда всё ещё ведёшь себя как подросток. — Это мой стиль. — усмехнулся Майк. — Я знаю. — улыбнулась она и поцеловала его в щёку. Джонатан тем временем обнял Уилла. Не спеша, по-настоящему, так, как обнимают только братья. — Рад тебя видеть. — тихо сказал он. — И я. — ответил Уилл. — Спасибо, что пришли. Стив шагнул вперёд, явно наслаждаясь моментом. — Так. — сказал он. — Прежде чем вы начнёте задавать вопросы… Он поднял руку своей девушки. На пальце блеснуло кольцо. — Мы помолвлены. Майк и Уилл переглянулись. — Ого. — сказал Майк. — Мы вообще ничего не знали, что у тебя есть девушка. — добавил Уилл. — Конечно, не знали. — хмыкнул Стив. — Вы узнали последние. Он пожал плечами. — Я долго хранил этот план внутри. Майк фыркнул. — Это наша карма?  — Абсолютная. — кивнул Стив с довольной улыбкой. Все рассмеялись. Подошла Робин, обняла Майка крепко и шепнула: — Тридцать. Это когда ты официально можешь делать вид, что знаешь, что делаешь. — Я уже репетирую. — ответил он. Потом она обняла Уилла. — Ты всё ещё выглядишь так, будто стареть вообще не собираешься. Нечестно. Викки обняла их обоих по очереди, тепло, без спешки. — С днём рождения! — сказала она Майку.  Все наконец расселись за столом. Шум стоял такой, что в какой-то момент Уилл перестал различать отдельные голоса, всё слилось в тёплый, живой гул. Кто-то тянулся за добавкой, кто-то спорил, чей салат вкуснее, дети смеялись слишком громко, а Хоппер ворчал, что «раньше порции были побольше». — Это безумно вкусно. — сказал Лукас, отодвигая пустую тарелку. — Я серьёзно. — Если вы вдруг расстанетесь, я забираю Уилла себе. Нам нужен такой человек в семье. — добавила Макс.  — Даже не мечтай. — тут же сказал Майк, приобнимая Уилла за плечи. — Мне просто невероятно повезло. Вот и всё. Уилл смущённо улыбался, опускал взгляд, отмахивался: — Да ладно вам, я просто готовил… — Нет, — перебил Дастин. — это не просто готовил.  В дверь опять постучали. На пороге стояли Карен, Тед, Холли и Дерек. Майк и Уилл посмотрели на него и сказали одновременно: — Охренеть. Дерек усмехнулся. Он действительно сильно изменился: похудел, вытянулся, плечи стали шире, осанка уверенная, взгляд спокойный. Холли пожала плечами с видом человека, который всё это наблюдает каждый день. — Ага. — сказала она. — Я вам говорила.  Карен даже не дала Майку опомниться, шагнула вперёд и обняла его крепко, по-матерински, прижимая к себе так, будто он всё ещё был тем самым мальчишкой с растрёпанными волосами и сбитыми коленями. — Боже… — выдохнула она, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть ему в лицо. — Я всё никак не могу привыкнуть. Моему мальчику тридцать. Глаза у неё блестели, и она даже не пыталась это скрыть. — Ты так вырос. — сказала она тихо. — Такой взрослый.  Майк смутился, но улыбнулся и обнял её в ответ. — Мам… Тед шагнул следом, протянул руку, потом передумал и хлопнул Майка по плечу. — С днём рождения, сынок. — сказал он. — Тридцать лет — серьёзно. Он оглядел квартиру, потом добавил с привычной прямотой: — Хотя, конечно, вы живёте теперь чёрт знает где. Я всё никак не пойму, чем вам Хоукинс не угодил. Майк закатил глаза. — Паааап… — Что? — Тед поднял брови. — Я просто спрашиваю. — Мы это уже обсуждали. — вздохнул Майк. — Много раз. Карен тут же вмешалась, как всегда. — Тед. — сказала она строго. — Сегодня день рождения. Не лекция. Тед поднял руки в знак капитуляции. — Всё, всё. Молчу. Холли уже прошла внутрь, оглядывая украшения. — С днём рождения, Майк. Тут красиво. — сказала она. — И да, Дерек теперь выглядит так, что все его бывшие одноклассницы жалеют о своих решениях. — Холли! — одновременно сказали Карен и Тед. Дерек только рассмеялся. — Не переживайте. — сказал он спокойно. — Я им уже простил. Все сели за стол. Хоппер, жуя и прищурившись, посмотрел на них поверх стакана. — Ладно. — сказал он. — А планы у вас есть какие-нибудь? Ну… особенные? Уилл пожал плечами. — Пока всё как всегда. Работа, дом. Он повернулся к Майку, ожидая подтверждения. Майк кивнул, но сделал это не сразу, на долю секунды позже, чем нужно. Почти незаметно. Но Уилл это уловил. Кто-то передавал тарелки, кто-то спорил, кому достался последний кусок, кто-то уже смеялся, не успев даже попробовать еду. — Я всё ещё не понимаю, — сказал Дастин, размахивая вилкой, — как человек, который ненавидел готовку в старшей школе, теперь готовит так, что мне хочется попросить добавку и рецепт. — Это любовь. — тут же отозвалась Макс.  Дети поначалу честно поели, ровно столько, сколько позволял их внутренний запас терпения. Потом Эмили первой сползла со стула, за ней близнецы и уже через минуту по дому разносился их бег и смех. Через какое-то время Эмили подбежала к Уиллу, держа в руках салфетку и фломастер. — Уилл. — сказала она шёпотом, будто делилась большим секретом. — А можно мы порисуем у тебя в кабинете? Обещаем не трогать важные вещи. Уилл наклонился к ней, заглянул в глаза. — В кабинете художника нельзя не рисовать. — сказал он серьёзно. — Конечно можно. — Правда?! — Эмили просияла. — Правда.  Дети радостно взвизгнули и унеслись по коридору. Майк посмотрел им вслед и тихо сказал: — Ты знаешь, что ты слишком добрый?  Уилл улыбнулся, слегка пожав плечами. — Я просто не запрещаю детям быть счастливыми. Майк наклонился ближе. — Вот именно. Карен и Джойс переглянулись почти незаметно, тем самым взглядом, который означал: мы думаем обо одном и том же.  Карен первой осторожно положила вилку на край тарелки. — Знаете… — начала она мягко. — Я вот смотрю на детей и думаю… как же быстро всё меняется. Джойс кивнула, поддерживая тон. — Дом сразу становится другим. — сказала она с тёплой улыбкой. — Когда в нём есть детский смех. Уилл сразу понял, куда это идёт, и невольно переглянулся с Майком. — Мам… — протянул Майк с улыбкой, в которой уже было лёгкое предупреждение. — Я ничего такого! — тут же подняла руки Карен. — Просто… мне любопытно. Вы когда-нибудь думали… ну… о детях? За столом стало тише. Даже Дастин на секунду перестал говорить. Уилл прочистил горло. — Вообще-то… — начал он осторожно. — У нас уже есть Эмили и близнецы. Карен моргнула. — Простите… что? — Ага. — подтвердил Майк совершенно серьёзно. — Они считают нас своими дополнительными родителями. Макс усмехнулась: — Подтверждаю. Эмили зовёт их «мои дяди, которые всегда дома». Карен и Джойс рассмеялись, но Джойс всё же наклонила голову чуть набок. — А если серьёзно? — спросила она осторожно. — Вы… не думали о том, чтобы… ну… Майк выдохнул, чуть поёрзал на стуле. — Мы знаем, что сейчас есть разные варианты. — сказал он спокойно. — Суррогатное материнство, например. Мы… читали. — И обсуждали. — добавил Уилл, чуть быстрее, чем хотел. — В теории. Карен кивнула, не настаивая. — Это просто… — она мягко улыбнулась. — Вы были бы отличными родителями. Уилл опустил взгляд в тарелку, Майк осторожно сжал его пальцы под столом. — Спасибо, — сказал Майк. — Правда. Но сейчас… мы хотим, чтобы всё оставалось вот так. Они переглянулись, и этого было достаточно. Джойс улыбнулась и первой сменила тему: — Ладно. Тогда скажите лучше, кто съел последний кусок пирога? — Это был не я! — мгновенно сказал Дастин. — Я только проверял, остался ли он! Напряжение растворилось так же мягко, как и появилось. За столом снова зазвучал смех, кто-то заговорил одновременно с кем-то другим, а из кабинета донёсся радостный визг детей. Майк наклонился к Уиллу и шепнул: — Мы красиво ушли от темы. Уилл улыбнулся, не глядя на него. — Мы вообще в этом профессионалы. Стив рассказывал историю, которую уже половина слышала, но всё равно слушала. Робин подшучивала, Нэнси смеялась, Хоппер ворчал, но с улыбкой. В этом шуме, в этих голосах было что-то очень простое и очень важное. Праздник закончился так же тепло, как и начался. Постепенно гости стали расходиться: кто-то обнимался у двери, кто-то забирал сонных детей, кто-то обещал «созвониться на неделе». Дом пустел медленно, оставляя после себя запах еды, смех, разбросанные салфетки и ощущение хорошо прожитого дня. Когда дверь за последним гостем закрылась, в доме вдруг стало очень тихо. Уилл собрал тарелки, поставил их в  раковину, потом вернулся в гостиную. Майк сидел на диване, откинувшись на спинку, будто только сейчас позволил себе выдохнуть. — Ну как тебе? — спросил Уилл, садясь рядом. — Понравилось? Майк повернулся к нему и улыбнулся. — Ты сделал всё идеально. Правда. Лучше и представить нельзя. Уилл улыбнулся в ответ, но не расслабился. — Майк… — он наклонил голову. — Я же вижу. Что-то не так? Майк вздохнул. — Нет. Да. Ну… как сказать. Он встал, прошёлся по комнате, потом вернулся и сел обратно. Из внутреннего кармана пиджака он достал белый конверт. Не протянул его сразу, просто крутил в руках, словно собираясь с мыслями. — Мне сделали предложение по работе. Уилл тут же оживился. — Что? Серьёзно? Майк, это же… это же невероятно! — Да. — Майк усмехнулся. — Книга выстрелила сильнее, чем я ожидал. Она стала бестселлером, и меня заметили. Уилл смотрел на него с таким восторгом, будто это произошло с ними обоими. — Я так тобой горжусь. — Я тоже рад. — честно сказал Майк. — Очень. Просто… есть нюанс. Он наконец поднял взгляд. — Это в Голландии. Уилл моргнул. — В Голландии?.. — Да. — Майк кивнул. — Контракт. Проект. Несколько лет. Возможно, больше. Повисла тишина. Не тяжёлая, но удивлённая. — Ого… — выдохнул Уилл. Майк протянул ему конверт. — Я ничего не подписал. — сказал он сразу. — Я не соглашался. Пока ты не скажешь «да». Уилл открыл конверт. Внутри были два билета. Он посмотрел на них, потом на Майка. И вдруг улыбнулся. — Ну. — сказал он мягко. — По-моему, ты уже всё решил за нас. Майк усмехнулся, наклонился ближе. — Только если ты не против. Уилл даже не стал долго думать. Он закрыл конверт, отложил его на стол и повернулся к Майку всем корпусом. — Это, конечно, страшно. — сказал он честно. — Другая страна, другой язык, новая жизнь… Он усмехнулся, чуть нервно, но взгляд был твёрдый. — Но если ты хочешь, то я готов куда угодно. С тобой хоть на край света. Майк выдохнул, будто держал воздух в груди слишком долго. — Голландия… — пробормотал Уилл, больше себе, чем Майку. — Боже, Майк, это же… это не соседний штат. Он нервно усмехнулся, взъерошил волосы и заговорил быстрее. — Наши мамы сойдут с ума. Просто… сойдут. Моя мама будет делать вид, что всё нормально, а потом каждый звонок будет начинать со слов «я не волнуюсь, но…». А твоя мама… — он покачал головой. — Твоя мама сразу начнет планировать, как прилетать к нам каждые два месяца. Он сделал пару шагов и остановился у окна. — А дети. — голос стал тише, но слова полились ещё быстрее. — Боже, дети. Я же не буду видеть, как они растут. Я пропущу школьные спектакли, странные причёски, первые влюблённости. Я буду тем дядей, который появляется раз в год с подарками и извинениями. Он резко обернулся к Майку. — А что если им будет тяжело? Что если мы будем слишком далеко, и они перестанут нас помнить так же близко, как сейчас? И что если я не справлюсь? Я не знаю языка, я не знаю, как там всё устроено, я… Он выдохнул, но тут же вдохнул снова, готовясь продолжать. — И ты. — добавил он уже почти шёпотом. — А если тебе там будет тяжело, а я буду только мешать? Если я не смогу… — Уилл. Майк встал и подошёл к нему вплотную. Взял его лицо в ладони, мягко, но так, чтобы Уилл наконец остановился и посмотрел на него. — Дыши. — сказал он спокойно. — Просто дыши. Уилл замер. Его плечи медленно опустились. — Мы не исчезаем. — продолжил Майк. — Мы не бросаем никого. Самолёты летают, телефоны работают, а наши семьи упрямее нас обоих. Он слегка улыбнулся. — А дети будут знать, что у них есть два дяди, которые живут далеко, но любят их до безумия. И которые всегда возвращаются. Майк убрал одну руку, но вторую оставил, поглаживая большим пальцем щёку Уилла. — И ты мне не мешаешь. Никогда. Ты мой дом, Уилл. Где бы он ни был. Уилл моргнул, сглотнул и наконец тихо выдохнул. — Ты всегда так делаешь. — пробормотал он. — Останавливаю тебя, когда ты улетаешь слишком далеко? Уилл слабо улыбнулся и кивнул. — Да. Спасибо. Майк наклонился и легко поцеловал его в лоб. — Мы справимся. Вместе. Как всегда. Они вернулись и сели обратно на диван.  — Мне нужно сказать ещё кое-что. — замялся Майк.  Уилл сразу насторожился. — Что? Майк отвёл взгляд, потом снова посмотрел на него. Сделал шаг ближе, сел почти вплотную. Взял Уилла за руку, крепко, тепло, так, как делал всегда. — Неделю назад. — начал он медленно. — в Голландии кое-что произошло. Уилл не перебивал. Он просто смотрел на Майка внимательно, давая ему время. Майк сглотнул, тяжело вдохнул. — Когда я впервые предложил тебе быть моим другом… — он тихо усмехнулся. — я даже представить не мог, к чему это приведёт. Он чуть сжал пальцы Уилла. — Я знаю тебя всю жизнь. И всё равно каждый день узнаю заново. И я… — голос дрогнул, но он продолжил. — я хочу, чтобы так было всегда. До конца моей жизни. Он на секунду отпустил руку Уилла, полез в карман и достал маленькую коробочку. Открыл её. В комнате стало очень тихо. Майк поднял взгляд. — Уилл Байерс, — сказал он ровно, но в глазах было всё: страх, любовь, надежда. — любовь всей моей жизни… Он сделал короткую паузу, будто собираясь с последними силами. — Ты выйдешь за меня?