Патриоты

На дворе был поздний вечер. Дождь наконец-то закончился, и в таверне стало непривычно тихо. В холле «Последнего Света» всё ещё горели свечи, но местные мужчины уже разошлись по своим углам, готовясь к предстоящему дню. К команде из иллитида и четырёх друидов присоединилось ещё двое. Двое пожилых братьев-близнецов прискакали на закате по просьбе Клира. «Тогда свиток размытия, что ещё у тебя есть?» — Клир разложил все имеющиеся свитки на столе перед собой. Один из братьев-близнецов, Янос, протянул ещё несколько свитков, которые привёз с собой. Обсуждение плана наступления было в самом разгаре, но Хальсин был уже не в состоянии предлагать новые идеи. Сейчас он сосредоточился только на том, чтобы не пропустить ничего действительно важного, но и это было нелегко. Больше суток без медитации и сна давали о себе знать. За окном горели факелы, на которые архидруид то и дело отвлекался. В этот раз его внимание привлекла странная тень, заставив насторожиться. Через мгновение он увидел Тав, тифлинга Йолли и его чёрного пса, проходивших мимо. Девушка что-то оживлённо рассказывала, не замечая взгляда Хальсина. Друидка не захотела участвовать в обсуждении, настаивая на том, что должна подготовить местных бойцов на случай нападения. Правда была в том, что ей просто было неинтересно слушать чужие речи и уж тем более находиться в одной комнате с Таркимом. Спустя несколько минут он услышал её голос, эхом отразившийся в холле. Затем увидел её в коридоре, проходящую мимо. В свете свечей он смог получше разглядеть её. Она шла босиком, и её заштопанные штаны были полностью измазаны в грязи. Архидруид задумчиво вздохнул, пытаясь вернуть внимание к разговору. «Коли иллитид не лжёт и в самом деле у них более двадцати опытных ратников, тогда, верь мне, потребно оружие, что куда весомее, чем огненные стрелы», — Янос кивнул своему брату-близнецу, молча сидевшему весь вечер. Речь старика была непривычна для ушей Хальсина, и ему приходилось вслушиваться в слова, чтобы понять, о чём речь. Близнецам было не менее пятисот лет, и мужчине было жутко интересно, откуда они родом и как сумели дожить до таких преклонных лет. Эльфы редко умирают от старости. Глядя на этих мужчин, он понял: редкое — не значит невозможное. Отвлёкшись от беседы в очередной раз, мужчина понял, что с него хватит на сегодня. Он извинился перед товарищами и вышел из комнаты. Как только он перешагнул порог, его до дрожи пробрал сквозняк. Озябнув, он обернулся и увидел, что дверь в таверну всё ещё не заперта на ночь, и пошёл её запирать. В темноте он разглядел пару сапог, стоящих у входа. «Подожди, дай мне их почистить», — услышал он голос за своей спиной. Тав шла по коридору со щёткой в руках. Ветер снова ворвался через распахнутую дверь, взъерошивая волосы архидруида. Девушка заулыбалась, наблюдая, как он старается обуздать свою шевелюру. «Я быстро почищу их и запру дверь, можешь не ждать», — друидка вышла босиком на крыльцо и стала бережно отскребать куски грязи от своих сапог. Хальсин облокотился о дверную раму и скрестил руки на груди, из-под полуопущенных век наблюдая за ней. «Надеюсь, это болото у входа подсохнет к утру», — задумчиво сказал он. Тав кивнула, отковыряла последний кусок грязи от подошвы, занесла обувь внутрь таверны и поставила её в угол. «Ты выглядишь так, будто сейчас сядешь на пол и уснёшь, Хальсин», — она похлопала мужчину по плечу. Архидруид мгновенно собрался и потянулся закрывать дверь. «Да, медитации будет мало», — усмехнулся он. «Спи спокойно, я попросила, чтобы сегодня два отряда дежурило, — довольно сказала друидка. — Пойдём!» Мужчина кивнул и зашагал в сторону своей комнаты; девушка проследовала за ним. «Ну что? Напланировали?» — спросила Тав, поднимаясь за мужчиной по ступенькам. «Пока нет. Надеюсь, к утру они к чему-то придут». Хальсин подошёл к двери в свою комнату и потянул за ручку. «Не запираешь свою дверь?» — Тав удивлённо посмотрела на него, когда дверь открылась без ключа. «А кто тут по ночам ходит?» — сказал мужчина в недоумении. Девушка подавила смешок: «Спокойной ночи», — сказала она и продолжила идти по коридору. Хальсин разделся, лёг на кровать и закрыл глаза. Мысли завертелись в голове, как пчёлы, не давая расслабиться. Страх предстоящей битвы только подливал масла в огонь. Только пять минут назад он валился с ног, а сейчас не мог уснуть. Мужчина распахнул глаза и уставился в потолок. Всё это планирование битвы казалось бессмысленным. Почему эти теневые друиды просто не могут прийти и поговорить с ним? Земли хватило бы на всех с лихвой. Какая-то липкая хандра накрыла мужчину. «От усталости», — подумал он. Стоило подумать о чём-то отдалённом, спокойном. На ум пришли беззаботные дни, проведённые в Роще. Его бесконечно влюблённая Нелли. Он представил, как идёт по коридору к её комнате. Обычно это его успокаивало, но мысли роились, не давая сосредоточиться даже на чём-то приятном. Вдруг образ Тав, в грязи с ног до головы, всплыл в голове, заставив заулыбаться. Было в ней что-то такое живое, настоящее. Мужчина перевернулся на живот, всё ещё улыбаясь. Он не ошибся, предполагая, что он ей интересен. Она и не сильно скрывала. Ему это очень льстило. Он вспомнил, как однажды случайно увидел её без одежды, когда они разбили лагерь по дороге до Врат. Тав пошла искупаться в речке и остудиться перед ужином, совершенно не беспокоясь о том, что её кто-то мог заметить. Как бы ему хотелось повернуть время вспять и присоединиться к ней там. Прикоснуться к девичьему телу, прижать его к себе. Хальсин одёрнул себя, понимая, что завтра у них, скорее всего, будет непростая битва. Хотелось побыстрее разобраться с проблемой. Возможно, он сможет уговорить её остаться в «Последнем Свете» на пару дней после битвы. Возможно, даже отведёт её в место силы, которое нашёл неподалёку, и они смогут остаться одни ненадолго. Шальная мысль посетила его. Что если прям сейчас пойти и постучаться в ее дверь. «Нет, сейчас я не в форме. Будет еще возможности», — сказал себе он перед тем как провалиться в сон. *** Обстановка в таверне была напряжённая с самого утра — слухи об огромной армии теневых друидов дошли и до обитателей «Последнего Света». Ближе к полудню Омелуум объявил, что зелье готово и оно поможет им находиться в споровом тумане без последствий. Несмотря на то, что вчерашнее совещание друидов продлилось практически всю ночь, окончательное решение о тактике нападения так и не было принято. Тав сидела на крыльце у таверны позади всех остальных и слушала воодушевлённую напутственную речь Хальсина. «Я не стану обещать вам лёгкой победы. Не стану говорить, что мы точно знаем, как победить, — он сделал паузу, встретившись взглядом с несколькими бойцами. — Я видел сегодня утром, как вы проверяли оружие. Как перешёптывались. Как молились своим богам. И я знаю, о чём вы думаете. Хватит ли нас?» Он обвёл рукой комнату. «Я не знаю ответа. Никто не знает. Теневые друиды — не чудовища из-под земли. Они такие же, как мы. Из плоти, из страха, из отчаянной веры в то, что они правы. Но мы правы не потому, что нас больше. И не потому, что у нас есть какое-то секретное знание». Хальсин помрачнел и продолжил ещё более эмоционально: «Мы правы потому, что мы защищаем свой дом. Не “Последний Свет“ на карте — а ту самую землю, что под вашими ногами. Ту, куда мы пришли после всех скитаний и испытаний…» Хальсин продолжал свою речь, и Тав невольно восхищалась его умением говорить на публику. Все в толпе слушали его с открытым ртом. Никто из них не пойдёт в туман, но было решено, что они должны быть готовы держать оборону, если друиды не справятся. Архидруид объявил, что они будут выступать через час, и толпа зашевелилась. Закончив свою речь, он смотрел, как все расходятся по своим постам, ответственно принимая свою роль в этой борьбе. Тав нашла свои сапоги там же, где оставила накануне. Она засунула руку в сапог и с облегчением вздохнула: высохли. Теперь нужно опять их зашнуровать. Она села на лавочку и стала продевать шнурки в отверстия, пока не дошла до верха. Размеренные движения немного успокаивали. Её отвлёк голос Клира, раздающийся из комнаты рядом с ней. «Если ты пойдёшь в образе медведя, то попадёшь под их когти», — Клир продолжал говорить, но Тав не могла разобрать его слов. Затем она услышала голос Хальсина: «У тумана появился новый очаг. Они хотят отрезать нас от дороги». Тав быстро разделалась с сапогами и вошла в комнату. Мужчины всё ещё не были одеты для вылазки. «Ну что? — её голос заставил их обернуться. — Расскажите мне тоже». Хальсин взволнованно посмотрел на девушку. Не успел он открыть рот, как во дворе послышался лай. Вскоре к лаю добавились голоса и крики. Все трое переглянулись. Кто-то на улице зазвонил в колокол. «Как? Сейчас?» — Хальсин замер. «Что это значит?» — Тав не успела договорить, когда увидела человека, падающего с крыши, с горящей стрелой между рёбрами. Тав подошла ближе к окну, чтобы обнаружить, что мужчина лежал неподвижно. «Ты с ума сошла? — Клир отдёрнул её от окна и закричал: — Чего ты ждёшь?» «На нас напали!» — закричал кто-то в холле. Всё происходило будто в тумане. Друиды вышли на улицу и увидели армию, обступившую таверну со всех сторон. Во дворе творилась неразбериха, огненные стрелы летели отовсюду. В воздухе стоял кислый запах спор, смешанный с дымом. Вокруг кто-то кричал и метался. Теневые друиды наседали со всех сторон, и их было намного больше, чем защитников в таверне. Ситуация выглядела плачевной. Хальсин и Тав немедленно превратились в животных и стали штурмовать ряды противника, надеясь пробить оборону. Вдох. Выдох. Стараясь как можно меньше думать, Тав сбивала с ног одного теневого друида за другим, ловко уворачиваясь от их клинков. Битва казалась каким-то диким и очень жестоким танцем. Пантера и медведь прикрывали друг другу спины и не давали себя обступить. Тав стала замечать, что кто-то перебивает стрелы, летящие на них сверху. Она не сразу заметила Клира, метавшего заклинания во все стороны. Он был спокоен и сосредоточен. Каждое его движение было выверенным и отточенным до автоматизма. Можно было только гадать сколько таких битв он прошел. Но их успех не продлился долго. Кто-то бросил огненный шар прямиком на головы друидов. Всё произошло так быстро, что Тав не успела даже пошевелиться. Боль, словно разряд тока, прошла по всему телу. Её выбросило из образа пантеры, и она оказалась посреди отряда теневых друидов совершенно обезоруженная. Не успела она отдышаться, как увидела ещё один огненный шар, летящий прямо на неё. В этот раз она ловко увернулась и проследила, откуда прилетел снаряд. Её взгляд соприкоснулся со взглядом старого, поджарого мужчины. Он стоял в окружении маленькой тощей женщины. Он тут же отвёл взгляд и прошептал что-то на ухо своей спутнице. Спустя секунду женщина вытащила кинжал из ножен и, ухмыляясь, превратилась в ворона и полетела в сторону Тав. «Неужели такая героиня защищает осквернителей этих земель?» — услышала она скрипучий женский голос за спиной. Немедленно обернувшись, Тав чудом не напоролась на острие кинжала. Рефлекторно отступив назад, она споткнулась о человека, неподвижно лежавшего на земле и села на него. Противница была настроена серьёзно и тут же наклонилась над Тав, делая замах, готовая вонзить кинжал аккурат в сердце девушки. Кто-то из стрелков заметил это и тут же запустил стрелу женщине меж лопаток. Она взвыла, но кинжал не выпустила. Её удар пришёлся в плечо друидки. С удовлетворением женщина попыталась провернуть кинжал в ране, чтоб доставить как можно больше боли, но Тав вдруг нащупала на земле метательный топорик. Здоровой рукой она подняла его и ткнула теневую друидку в лицо. Та выпустила кинжал и схватилась за окровавленный нос. «Получай, сучка», — прошипела Тав и замахнулась ещё раз — и в этот раз метнула топорик прямо в висок женщины. Сознание мгновенно покинуло тело, и женщина завалилась на колени, затем упала плашмя на землю. Адреналин помогал не чувствовать боль в плече. Она снова превратилась в пантеру. На этот раз её целью был мужчина, запустивший в неё снаряд. Она снова поймала его взгляд. Должно быть, он был их лидером — единственный, кто не сражался активно. Тав оттолкнулась от земли и одним прыжком преодолела расстояние между ними. Она тут же замахнулась лапой, но мужчина словно испарился и появился за её спиной. Он прошептал заклинание — и мозг пантеры будто вспыхнул в агонии. Она никогда не испытывала такой горячки. Пантера повалилась на землю и тут же снова превратилась в Тав. Кинжал так и торчал из её плеча. Она обернулась и увидела старика, стоящего над ней с усмешкой на устах. Клир запустил заклинание в лидера, но тот контратаковал, даже не открывая рта. Страх сковал девушку. Против такого противника у неё не было приёмов. Кто-то запустил в него стрелу, но она прошла сквозь него. От перенапряжения сознание Тав поплыло. Внезапно в голове стало очень спокойно. Ей казалось, что она наблюдает за боем со стороны. Вдалеке медведь, окружённый теневыми друидами, методично отбивал атаки, а Клир его прикрывал. Тарким и Йолли засели на крыше кузницы и оттуда тоже периодически стреляли и метали проклятия. Несколько местных мужчин всё ещё держали оборону с помощью Омелума. Тав вдруг стало безразлично, кто выиграет битву. «Вставай и атакуй медведя», — прозвучал голос в голове. Тав посмотрела на старика, но тот даже не шевельнулся. «Героиня снова очистит эти земли» — его губы были неподвижны. Тело Тав повиновалось. Она чувствовала боль, но не могла себя контролировать. Её руки сами вытащили кинжал из плеча. Внутри девушка выла от боли, но снаружи она продолжала идти навстречу медведю, готовая нанести удар. Когда между ней и медведем оставалось всего несколько шагов, она увидела друидов-близнецов, читавших какие-то заклинания со свитков. Два огромных красных шара синхронно полетели в разных направлениях. Один приземлился прямо над медведем Хальсина — и в мгновение ока трое из четырёх нападавших упали замертво перед ним. Сам же Хальсин остался не задет. Второй красный шар полетел туда, где стоял лидер теневых друидов. Вдруг в голове Тав прояснилось. Ещё бы мгновение — и она бы атаковала Хальсина. Кинжал выскользнул из ладони и упал на землю. Девушка застыла. Кровь текла по рукам из открытой раны. Вдруг, прямо над ней пролетел ворон. Тав как заворожённая смотрела ему вслед, но наконец, сообразив, что происходит, метнула заклинание в птицу. Ворон увернулся. Тав недолго думая кинула ещё одно. На удивление, в этот раз заклинание попало в цель. Ворон тут же превратился в мужчину-главаря и упал с метровой высоты на землю, приземлившись на спину. Пока Тав бежала к нему, кто-то метко выстрелил из лука, и стрела вошла прямо в глаз вожака. Тот закричал и забился в конвульсиях. Тут же в него полетели заклинания со всех сторон, и Тав решила остаться в стороне, чтобы не попасть под стрелы своих же. Вокруг послышались крики. Несколько других воронов взмыли в небо, но на этот раз никто в них не стрелял. Тав снова села на землю. Последнее, что она увидела перед тем, как отключиться, — Хальсин, бегущий к ней. Она все еще видела как шевелились его губы, но слов уже было не разобрать.