Часть 1
21 января 2026 г., 22:27
Экран мигнул: «Game Over». Лёша с животным рычаниеьм швырнул джойстик в стену - пластик разлетелся вдребезги прямо над головой Лиды. Она вздрогнула, инстинктивно сжимаясь в комок. Этот жест, который должен был защищать, только сильнее его взбесил.
-Лёш, врачи сказали, нужны деньги на витамины… и на учёт… - её голос сорвался на шепот, она смотрела на него снизу вверх виновато произнося дрожащим голосом.
Он резко обернулся. В его глазах не было раскаяния - только капризная, звериная злость двадцатилетнего ребенка, которому испортили праздник.
- Деньги? -Он вскочил, нависая над ней всей своей массой, перекрывая воздух.
- Ты всё испортила, Лид! Мою жизнь, мои планы! Ты залетела, а я теперь должен пахать, как проклятый?
- Из-за меня? - Лида почувствовала, как к горлу подступает горькая обида.
- Ты же сам говорил… Про аллергию на резину, про то, что «успеешь вытащить»! Ты клялся, что всё будет нормально!
Этот аргумент взбесил его окончательно. Он грубо вцепился пальцами в её плечи, впиваясь ногтями в тонкую кожу. Тряханул так, что зубы клацнули, а в глазах поплыли черные пятна.
— А ты и уши развесила, дура?! - проорал он ей в лицо. - Мало ли что я говорил! Это ТВОЁ тело, ты должна была думать! Ты специально это сделала, чтобы пузом привязать меня! Тварь! - он выплюнул эти слова ей в самое лицо. - А может, ты еще под кого-то ложилась, а на меня теперь этого выродка вешаешь?! Решила на меня чужие грехи повесить?
Он толкнул её -брезгливо, как мешающуюся под ногами вещь. Лида влетела плечом в дверной косяк. Острая, пульсирующая боль прошила руку, но в груди жгло сильнее. Она видела его взгляд: в нём не было ни капли жалости
- Теперь ещё и ныть будешь? Рожу недовольную скорчила? - он брезгливо перешагнул через неё, едва не наступив на пальцы, и потянулся за курткой
- Вставай и убери этот срач. Из-за твоего нытья у меня вся жизнь наперекосяк.
Дверь с грохотом захлопнулась. Лида осталась лежать на холодном линолеуме, вслушиваясь в звонкую тишину.Лида понимала: она ждет ребенка от того, кто сам навсегда останется злым, капризным младенцем. И бить он будет каждый раз, когда ему станет скучно или страшно.