Сквозь шторм

      Машина тронулась с места, и тишина внутри салона показалась оглушающей. Дети сидели на заднем сидении, прижавшись друг к другу, словно маленькие зверята, готовые спрятаться от любого опасного звука. Они не знали Чонгука, не доверяли ему, но доверяли папе — и этого было достаточно, чтобы молча терпеть дорогу.       Чонгук украдкой смотрел в зеркало заднего вида: то на детей, то на машины позади. Его пальцы крепче сжимали руль, дыхание становилось чуть более резким. Он не знал, чего боится больше — слежки или того, что в этой машине слишком много невысказанных слов.       Он бросил взгляд на Тэхена, сидящего рядом. Капюшон всё ещё скрывал его лицо, но напряжение чувствовалось в теле. Чонгук хотел спросить, но слова застревали в горле. — Чуть позже я всё расскажу, — тихо сказал Тэ, словно почувствовав его мысли. — Та квартира ещё свободна?       Чонгук кивнул. — Да. — Хорошо. Только я потерял ключ, — добавил Тэхен, и уголок его губ дрогнул, будто он сам удивился этой мелкой детали. — Не страшно, — ответил Гук, и машина свернула на объездное шоссе.       Квартира встретила их стерильной чистотой. Белые стены, ровные линии мебели, запах свежих чистящих средств — всё говорило о том, что Чонгук подготовился. Он понял, что это не просто встреча. Он понял, что Тэхен пришёл за спасением, которое когда-то обещал ему Чонгук.       Дети замерли в коридоре, прижавшись к стене. Принцесса держала Кая за руку, будто боялась, что тот сорвётся и натворит бед. Кай, конечно, уже вертелся, чихнул от резкого запаха и буркнул: — Фу, пахнет как у врача.       Тэ строго посмотрел на него, но уголки глаз дрогнули — почти улыбка. — Разувайтесь и идите мыть руки. Принцесса, проследи за ним.       Он открыл холодильник, скорее машинально, чем осознанно, ведь ничего кроме пустоты не ожидал. Но внутри оказалось всё: овощи, фрукты, мясо, даже детские йогурты. Он замер, а потом тихо выдохнул. Конечно, он позаботился. Конечно, он всё понял.       Тэхен достал продукты и начал готовить ужин. Его движения были быстрыми, отточенными — словно он пытался заглушить тревогу делом. В голове мигала одна мысль: покормить детей.       Чонгук молча накрывал на стол. Он не вмешивался, не задавал вопросов. Просто делал то, что мог.       Когда ужин был готов, дети ели молча, но жадно. Тепло еды и усталость сделали своё дело: глаза начали слипаться, головы клониться. — Ну что, маленькие тигры, — неожиданно сказал Чонгук, — кто быстрее уснёт, тот завтра получит самый большой кусок торта.       Кай фыркнул: — А если я не усну? — Тогда торт достанется мне, — серьёзно ответил Гук, и в комнате впервые прозвучал тихий смешок.       Тэхен быстро унес детей в ванную, помог им умыться, уложил в кровати. В комнате повисла тишина, только его голос звучал мягко, когда он пел колыбельную.       Принцесса вдруг открыла глаза и спросила: — Отец нас здесь не найдёт?       В её взгляде смешались страх и взрослая серьёзность, не свойственная десятилетнему ребёнку. — Нет, солнце, — тихо ответил Тэ, наклоняясь ближе. — Здесь мы в безопасности.       За дверью Чонгук замер.