Так будет лучше

Прискас остановился, увидев впереди Крискаса, обсуждающего что-то с одним из учёных. Догадатся, о чем шла речь было несложно. А говорили они о, казалось бы, безумном проекте Прискаса, который, теоретически, мог бы вернуть к жизни его младшего брата. Он был очень благодарен Крискасу за помощь, а главное, за поддержку даже тогда, когда сам Прискас терял всякую веру в осуществимость своей затеи. Оба были заняты разговором и Прискаса не замечали. Вдруг, у него возникла странная, но интересная идея - почему бы не потренировать свою новую способность на одном из них? Например, заглянуть в будущее Крискаса. Прискас сосредоточился на этой мысли, внимательно глядя на своего друга. Глаза блеснули фиолетовым светом. Вдруг Прискас замер - он не верил тому, что увидел. Наверное способность дала сбой... а вдруг всё же..? Он пришел в себя, лишь почувствовав удивлённый взгляд Крискаса. Прискас молча развернулся и ушел. Он никак не мог выбросить из головы своё видение - неужели его лучший друг способен на такое? Неужели он может... предать? И если б только это... нет, тут наверняка какая то ошибка! Но раньше способность никогда не подводила... неужели..? Прискас буквально влетел в свой кабинет и ударил кулаком по столу. За что ему всё это?! Сперва гибель брата, а теперь эта ерунда с его лучшим другом! Только сейчас Прискас в полной мере осознал, почему ясновидение многие считают не даром, а проклятьем. И всё же... нельзя допустить, чтобы его видение стало реальностью! Но тогда... надо что-то сделать с Крискасом. С его лучшим другом. С последним близким человеком, оставшимся у него... Остаток дня Прискас метался по кабинету, словно загнанный зверь, перебирая в голове десятки возможностей. Его колебания прервал объект его беспокойства собственной персоной. --И снова здравствуй! Ну что, домой-то собираешься? - он напустил на себя строгий вид - и никаких "иди, я ненадолго задержусь"! Знаю я твои "ненадолго"! Крискас подошел в Прискасу и положил руку ему на плечо. Его голос стал тише и мягче. --Слушай, я всё понимаю. Ты хочешь вернуть брата. Но, сам подумай, сидеть за расчетами всю ночь - плохая идея. Ошибок наделаешь, ещё и измотаешь себя в конец. А на свежую голову и думается лучше. Впрочем, согласен ты со мной или нет - всё равно я без тебя не уйду! Так что давай, собирайся и пойдем. Прискас слушал молча, не глядя на него. Он лишь кивнул. Либо сейчас, либо никогда. Потом Прискас просто не решится, он это знал. Но всё его нутро было против - это же предательство! Крискас даже не подозревает того, о чём знает он! А вдруг... нет. Прискас должен. Так будет лучше... по крайней мере, хотелось в это верить. Он тихо вздохнул и собрал все силы в кулак. --Хорошо. Сейчас пойдём, только... Прискас на секунду замер. ...можешь немного помочь кое с чем? --Тебе так объязательно сейчас? Впрочем, ладно, но чур после этого по домам. Так с чем помочь? --Да там одна из криокамер глючит, никак разобратся с ней не могу... Крискас немного удивлённо взглянул на него. --Ладно, пошли, сделаю, что смогу. Хотя, не понимаю, почему объязательно сегодня... Они молча шли по пустым коридорам. В какой-то момент Прискас осознал, что не может даже взглянуть Крискасу в глаза. Но тот, кажется, ничего не замечал. --И в чем поломка? Надеюсь, моих инжинерных способностей хватит? --Глючит, зависает, иногда не открывается или вообще отключается... Наконец, они зашли в небольшое помещение, где находилась криокамера. Она была открыта. Крискас тут же подошел к пульту управления и проверил действие нескольких кнопок. --Хм... пока вроде всё работает. Хотя, я то уж точно не против! Прискас стоял у него за спиной. Он безуспешно пытался взять себя в руки. Он должен это сделать. Для сохранения чужих жизней. Так будет лучше. Да. Лучше... Крискас заглянул в криокамеру, как вдруг почувствовал сильный удар в спину и свалился внутрь. Послышался тихий щелчёк. -Ай! Что ты делаешь?! Он быстро поднялся, однако лишь уткнулся носом в стекло. Криокамера была закрыта... Прискас молча рассматривал пульт управления и, кажется, был всецело поглощён этим занятием. Вдруг Крискас хлопнул себя по лбу и рассмеялся, шутливо погрозив ему пальцем. --Ах ты ж зараза! Хорошо у тебя криокамера глючит... Ну ничего, щас я тебе покажу настоящие глюки! Крискас весело улыбался. Он был искренне рад тому, что Прискас начал, пусть и странновато, но шутить. А то после произошедшего с его братом, он, казалось, даже перестал улыбаться. Однако, когда Крискас взглянул на его лицо, смех сам собой прекратился. Прискас совсем не выглядел весёлым. Наоборот... даже не взглянул на Крискаса. Тот снова усмехнулся, на сей раз немного нервно - уж больно странно всё это было... --Ха, признаю, ты меня поймал! Сдаюсь на милость победителя. А теперь давай, выпускай меня отсюда! Я хочу домой и вломить тебе как следует за мою ушибленную спину. Прискас, всё ещё не глядя на него, протянул руку к пульту управления. Крискас облегчённо вздохнул и мысленно обругал себя - что за бред он успел уже нафантазировать! Вдруг по его спине пробежал холодок. Прискас нажал не на кнопку открытия криокамеры. Тут он услышал тихое шипение, взглянул себе под ноги и обомлел - криокамера медленно начала заполнятся жидкостью. Крискас ошарашенно взглянул на своего друга. --Э-эй, Прис? Открой! Уже не смешно! И тут, не говоря ни слова и не оглядываясь, Прискас развернулся и пошел к выходу из комнаты. Крискас на секунду остолбенел. -Прискас, стой! Это не смешная шутка! Вообще-то, тут не очень уютно... Ну же, пожалуйста, выпусти меня! Прискас!!! Он действительно замер. Крискас прижался к стеклу криокамеры. Он всё ещё не мог не верить в то, что это лишь глупая шутка или недоразумение, которое вот-вот разрешится, его выпустят отсюда и всё будет в порядке. Конечно, он пообижается немного, но это ерунда. Как он вообще мог подумать о том, что Прискас может ему навредить? Бред. Какие же они оба идиоты! Тем временем, жидкость была ему почти по пояс. И тут Прискас, поколебавшись, решительно подошел к двери. Сердце Крискаса ёкнуло. Голос почти сорвался на визг. --Ч-что ты делаешь?! Да стой же! Зачем ты так?! Прекрати, прошу! Это не смешная шутка, тут страшно! Ну ответь хоть что-нибудь! Прискас словно не слышал. Крискас изо всех сил ударил кулаком по внутренней поверхности криокамеры и тут же зашипел от боли. Когти с противным скрежетом царапали стекло, но не оставили ни следа. Он испуганно бился внутри криокамеры, пытаясь выбратся, пускай и не мог не сознавать бесполезность этих попыток. Его крики прервал звук захлопнувшейся двери. Комната погрузилась в полумрак. Крискас затих и обессильно оперся спиной о стенку криокамеры. Глаза стали влажными от слез. Он не верил. Это словно бредовый кошмар. Что вообще происходит?! Прискас не мог так поступить... или... видимо, мог... а вдруг его так и оставят здесь?! Это невозможно, Прискас не такой! Но почему тогда он не возвращается? Крискас начал замечать, что его тело словно деревенеет, а глаза начинают слипатся. Он слишком хорошо знал, что это значит - сейчас он уснёт... а проснутся сам уже не сможет, если, конечно, Прискас не вытащит его из криокамеры. Сквозь слёзы он вновь с надеждой взглянул на дверь. Ничего. Его предали. Бросили. Заперли в криокамеру, как какого-то подопытного зверька. Сон, затягивающий его, переставал казаться таким страшным - в нём он хотя бы перестанет чувствовать боль и обиду. Крискас бросил последний взгляд на дверь - всё же какая-то его часть упорно отказывалась признавать предательство друга. Всё казалось - вот сейчас он вернётся, вытащит его отсюда... но он не вернулся. Крискас наконец поддался сковывающему холоду и сонливости - у него уже не было ни сил, ни желания бороться. Он погрузился в сон. Прискас вышел из комнаты и прислонился спиной к стене. Кажется, даже когда погиб его брат ему не было так плохо. Было противно от самого себя. Повторяемое как мантра "он стал бы убийцей. Я сделал это для всеобщего блага." - уже не помогало. Его как магнитом тянуло обратно - к Крискасу. Но пути назад не было - он всё равно уже не посмел бы взглянуть ему в глаза. Кажется, было бы легче, если бы Крискас ругался на него, проклинал, угрожал... потому что его наивная вера в то, что всё происходящее - лишь глупая шутка, ранила больнее любых обвинений. Трудно сказать, сколько времени прошло. Пять минут? Десять? Час? Наконец, Прискас запер дверь на ключ и побрёл прочь. Ему никак не удовалось избавится от чувства вины... и гнетущего одиночества. Теперь он по собственной вине потерял лучшего друга. Оставалось надеятся, что это было не напрасно. Но Прискас не был уверен даже в этом. Кто знает - вдруг он сделал только хуже?.. вероятно, да. Прискас вздохнул - нет, об этом сейчас лучше не думать.