Ошибка в расчетах

      Ровно через пять минут такси уже ждало у подъезда. Утро встретило их унылой, беспросветной хмарью: Лондон привычно тонул в густом молочном тумане. С неба сеялась мелкая, холодная изморось. Тучи нависали над городом тяжёлым свинцовым пологом, готовым в любой момент обрушиться. Даже тени казались чернее обычного. В дороге они молчали. Абсолютная тишина обычно была для Шерлока идеальной средой для размышлений — болтовня отвлекала. Но сегодня всё было иначе. Тишина давила на виски. Марсель смотрела в окно, наблюдая, как мелькают за стеклом силуэты мокрых зданий. Ворот её пальто был поднят — прежде она так не делала. Она полностью игнорировала его присутствие, что давало ему редкую возможность наблюдать за ней без помех. Дыхание: глубокое, контролируемое. Мимика: лоб нахмурен. Мышечный тонус: повышен, особенно в плечевом поясе. Заключение: состояние скрытой агрессии. Он мысленно законспектировал данные и с лёгким раздражением отвернулся, глядя в своё окно. «Пытаешься вести свою игру? Что ж. Этот эффект должен самоликвидироваться со временем». — Куда едем? — внезапно спросила она, впервые за долгие десять минут повернув к нему лицо. — В офис Мосли. На Даунинг‑стрит. Нужно вскрыть его компьютер. Справишься? — коротко отрезал он. — Конечно, — ответила она резко. Их взгляды сцепились снова, но теперь ни один из них не хотел отводить глаза первым. В конце концов Марсель решила действовать первой: — Что? Шерлок вдруг с неожиданной остротой отметил, что её глаза — изумрудные, яркие. И, пожалуй, это единственный элемент её внешности, не подлежащий критике. Он выдержал паузу, а затем тихо проговорил: — Ресница… И отвернулся, слегка хмурясь, как будто смущённый собственной неловкостью. Марсель растерялась — она ожидала чего угодно, но только не этого. Она думала, он просто таращится на неё из‑за вчерашнего. — Где? — спросила она, уже насторожившись. Шерлок терпеливо вздохнул, наклонился к ней и, аккуратно взяв за плечо (почувствовав, как она вся напряглась от его прикосновений), провёл большим пальцем по её скуле, якобы смахивая несуществующую ресницу. Марсель замерла, её дыхание на секунду прервалось. Разумеется, никакой ресницы там не было. Это был чистый, безжалостный эксперимент по сбору данных о её реакции.       Остаток пути они преодолели в тишине. Такси высадило их у невзрачного серого здания с обветшалым фасадом — типичной лондонской коробки из бетона и тоски. Шерлок вышел первым, вдохнув полной грудью холодный, пропитанный гарью и влагой воздух. Туман медленно отступал, обнажая чёрную мокрую мостовую, но дождь лишь усилил свой натиск, хлеща по асфальту тяжёлыми, равнодушными каплями. Пронизывающий холод, невыносимый для сентября, был ему только на руку — он бодрил, прочищал мысли, возвращал остроту восприятия. — Где компьютер? — её голос прозвучал чётко и сухо прямо у него за спиной. Марсель, натягивая тонкие чёрные перчатки, зашла с боку, нарушив его личное пространство с деловой бесцеремонностью. Холмс окинул её быстрым, оценивающим взглядом сверху вниз, коротко кивнул в сторону подъезда и двинулся вперёд, не удостоив вербальным ответом.       На четвёртом этаже их встретил ледяной, свистящий сквозняк — панорамное окно от пола до потолка оказалось разбито вдребезги. Осколки стекла, ещё не убранные, искрились под мертвенным светом люминесцентных ламп, словно осколки неотшлифованных алмазов, рассыпанные по грязному линолеуму. Среди этого холодного хаоса их поджидал Лестрейд. При виде Шерлока лицо инспектора исказила гримаса раздражения — недавняя стычка между ними была ещё свежа и болезненна. Холмс же лишь едва заметно приподнял уголок губ, находя зрелище чужой ярости забавным и даже полезным: раздражённый человек невнимателен. В помещении копошились ещё несколько человек из Скотленд‑Ярда, возясь с остатками остекления и бестолково снимая отпечатки там, где их уже давно не было. Шерлок мысленно сравнил их с неуклюжими креветками в мутной воде аквариума. — Осторожнее с техникой, мисс, — протянул Лестрейд, когда Марсель потянулась к служебному ноутбуку на столе. — Вещь казённая, дорогая. Может, позовёте кого‑нибудь из наших техников? Они, знаете ли, обучены. — В его бархатном, подчёркнуто «отеческом» тоне звучала неподдельная уверенность в том, что женщина перед компьютером — это нонсенс, почти как кошка за рулём. Он даже бросил короткий, понимающий взгляд на Шерлока, будто приглашая того разделить эту «милую» шутку. Не дав Марсель шанса парировать, Шерлок повернулся к инспектору: — Уверяю вас, Лестрейд, вы и моргнуть не успеете, как все необходимые данные окажутся у нас. Иначе я бы, разумеется, не взял её с собой. — Он сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом. — Вы, как всегда, забывчивы. Разве не она предоставила ключевую цифровую улику в деле о фальшивомонетчиках с Бейкер‑стрит? Та самая, что вас всех и вывела на след? Инспектор прикрыл веки: — За вами, Холмс, не угнаться. Меняете помощников как перчатки. Где ваш доктор Ватсон, кстати? — А, вы о Джоне, — отмахнулся Шерлок с лёгкой, искусственной грустью. — Он теперь человек семейный, вы понимаете… Обременён бытом, к тому же скоро станет отцом. Не до наших игр. Марсель, уже погрузившись в работу, украдкой взглянула на Шерлока из‑под тёмных ресниц. Иногда он бывал безжалостен. Он же отлично знал, что у Лестрейда опять развалились отношения, и эта тема — открытый нерв. — Мои люди обошлись бы и без вашего цирка, — пробурчал инспектор, отворачиваясь к разбитому окну. — К следующему Рождеству, возможно, — парировал Шерлок. — Но Марсель сделает всё быстрее. Время, инспектор, — самый ценный ресурс на месте преступления. Вы же не станете спорить? — Смотрю на вас и удивляюсь. Великий Шерлок Холмс работает в паре с женщиной. Газетчики, наверное, в восторге. Холмс неоднозначно пожал плечами. — Вы теперь допускаете в свою работу элементы личного характера? Надеюсь, это не скажется на качестве ваших дедуктивных выводов. Выражение лица Шерлока изменилось мгновенно. Всё легкомыслие исчезло, губы искривились в холодной, опасной гримасе. Он сделал резкий, чёткий шаг вперёд, сокращая дистанцию до минимума. — Господа, — голос Марсель, ровный и твёрдый, разрезал нарастающее напряжение, — хватит мериться, чьё эго больше. Ваш примитивный корпоративный код — не более чем пустая трата моего времени. Шерлок, тебе стоит на это взглянуть. Вы, инспектор, тоже можете присоединиться, если присутствие женщины не смущает вашу бравую команду. Лестрейд смущённо откашлялся, отводя взгляд. Шерлок же, подойдя к Марсель вплотную сзади, навис над монитором; его внимание мгновенно захватили бегущие строки кода. — Вся переписка, пароли доступа, архивы аудио и видео, — тихо, словно только для него, проговорила она, ощущая вдоль спины излучаемое его телом тепло. Она бросила на него косой взгляд, отметив ровный, размеренный подъём его груди. Он был полностью здесь, в этой цифровой реальности. Она — нет, как ни пыталась сосредоточиться. — Превосходно, Марсель. Блестяще, как всегда, — произнёс детектив голосом, в котором звенела чистая, незамутнённая одержимость. И, увлечённый игрой, с той самой лёгкостью, на которую был способен только он, наклонился и поцеловал её в лоб — автоматически, бессознательно, по старой, укоренившейся привычке, даже не заметив собственного жеста. Марсель вздрогнула. Он этого не заметил. Лестрейд, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией, переключил внимание на данные. — Благодарю, — кивнул он, совершая над собой усилие, чтобы звучать учтиво. Он был человеком до мозга костей простым, без особых талантов и каких‑либо экстравагантных идей, и относился к женщинам с покровительственным, снисходительным любопытством, считая их созданиями в целом бесполезными в серьёзном деле, но чертовски приятными для глаз и, чего уж там, для отдыха. Но, в отличие от Холмса, он был вполне себе тонким ценителем женской красоты. И был почти на сто процентов уверен, что Шерлок держит при себе такую несомненно миловидную девушку не только ради её умений. Хакером она была, может, и не самым гениальным в городе, но справлялась с задачами на удивление ловко. — Ловко… — пробормотал он, и в этом слове звучало неподдельное, хоть и неохотное удивление. Инспектор пробежался глазами по выведенной на экран переписке, и его взъерошенные брови поползли вверх. В уголке губ Шерлока пристроилась самодовольная усмешка. — Много имён… — пробормотал Лестрейд, сбитый с толку информационным шумом. — Нас интересует одно, — отчеканил Шерлок, отсекая всё лишнее. — Томас. Последний, с кем контактировал Мосли перед исчезновением. Марсель, найди его. Марсель ввела имя. — Его нет в штате. Нет ни в одном корпоративном списке. — Вот и отлично… — Шерлок резко отпрянул от экрана, сложил пальцы домиком и прижал их к губам. Его сознание — великий и ненасытный механизм — сделало новый, мощный виток. — Мосли вёл дела с Томасом Герхардом! — На его лице расцвела торжествующая, почти мальчишеская улыбка. Его дедукция — этот живой, стремительный поток — вырывалась на свободу, грозя вот‑вот перерасти во вспышку полного «прозрения». Он был уже почти уверен: Герхард, немец средних лет, астматик, — именно тот, кто поспособствовал исчезновению банкира. — Мосли мог просто сбежать, прихватив деньги, — не унимался Лестрейд, цепляясь за простейшее объяснение. — Так думает его брат, — Шерлок качнул головой, и в движении был весь холодный приговор. — Мосли мёртв. Марсель взглянула на Холмса. — Томас? — насторожилась она, почувствовав подспудную тревогу. В стенах Бейкер‑стрит это имя прежде не звучало, хотя Шерлок обычно делился с ней даже самыми бредовыми, на первый взгляд, догадками. Но Холмс её уже не слышал. Весь его мир свернулся до тонкой, звенящей нити расследования. В голубых, пронзительных глазах горел холодный, безудержный, всепоглощающий азарт. — Кто этот Томас? — растерянно спросил Лестрейд. — Его же нет в организации! Шерлок с театральным, преувеличенным возмущением закатил глаза. — Разумеется, нет. Томас Герхард — сообщник Мосли. У них случилась размолвка. Они активно переписывались весь прошлый месяц, а потом не поделили деньги. Томас не выдержал. Назначил встречу в том самом дешёвом отеле на Браун‑стрит, где Мосли и видели в последний раз. — Шерлок внезапно замолчал, будто в его сознании щёлкнул новый тумблер. — Вы помните детали, Лестрейд? Или они стёрлись в пыли ваших протоколов? Инспектор мрачно нахмурился, чувствуя, как почва уходит из‑под ног. Дело о пропаже банкира тянулось уже третий месяц, параллельно у него висело ещё два. Холмс с показным терпением вздохнул. — Чёрт возьми, Лестрейд, вы хоть что‑нибудь помните? — Лицо инспектора побагровело от беспомощной ярости. — Следы! На месте были неоспоримые следы третьего человека. У Томаса был свой собственный помощник. Вероятно, тайный. Тот, кто помог устранить Мосли. Улавливаете наконец? — Шерлок сделал уничижительный жест у виска, будто прокручивал ржавые шестерёнки собеседника. — Томас сядет, но сначала выведет нас прямо к своему напарнику. Кто бы он ни был — он и есть сердце всей загадки. Их не было двое. Их изначально было трое. Но Мосли, скорее всего, не догадывался о существовании третьего. Лестрейд скрестил руки на груди, сжимая их так, что побелели костяшки пальцев. Терпеть Холмса — вот его регулярная задача. — И всё это вы вывели из пары писем? — скептически фыркнул инспектор, отказываясь верить. — Чушь собачья. Гадание на кофейной гуще. — Не только из писем. Это дедукция, — отрезал Шерлок, и в его простоте звучала бездна превосходства. — Томас — ваш человек. Всё лежало на поверхности. Не желая тратить ещё секунды на эти препирательства, он резко повернулся к Марсель: — Я еду на Холброн, опросить персонал отеля, где гостил Томас. Ты со мной? Он не спрашивал. Он констатировал, будучи абсолютно уверен в её немедленном согласии. И просчитался. — Нет. Я проверю ещё кое‑какие адреса. Езжай один. Шерлок на мгновение застыл, будто получив неожиданный, тихий удар по лицу. Марсель ходила с ним повсюду — на любое, даже самое пустяковое и скучное дело. А сейчас… отказалась. Воспоминания о вчерашнем, о её сбитом дыхании и о сегодняшней утренней стене молчания обрушились на него тяжёлой, неудобной, чужеродной ношей. Он машинально сделал шаг назад. — Ладно…       Впрочем, какая, в сущности, разница? Что за глупости? Зачем ему сейчас хакер? Острая, сиюминутная необходимость в ней бесспорно отпала. Свою непосредственную, техническую работу она уже выполнила. Отлично. Встретятся вечером, на Бейкер‑стрит, за чаем, в привычной тишине, там спокойно, без этих идиотов, поговорят о деле. Всё в порядке. Всё логично. Всё под контролем. Между ними ничего не было. Всё осталось как прежде. Она сама так решила.