Любовь – это не клетка, а свобода выбора

Порез на ноге ныл, но Се Лянь старался не обращать на него внимания. Он глубоко вдохнул свежий лесной воздух, пахнущий хвоей и влажной землей. "Идеально, – подумал он, – Именно то, что нужно для "тихого дня". Кажется, небольшое ранение не сможет помешать его планам, ведь сколько таких было? И ничего, все пережил! Он медленно шел по тропинке, перешагивая через корни деревьев и обходя поваленные стволы. Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, создавая причудливые узоры на земле. Шелест листьев и щебет птиц были единственными звуками, нарушающими тишину леса. Се Лянь искал то самое место, где речка делала изгиб, образуя небольшой тихий залив. Он помнил его по прошлым своим посещениям этого леса. Наконец, он добрался до нужного места. Речка тихо журчала, омывая берега, заросшие сочной травой и цветами. Се Лянь сел на мягкий луг, любуясь спокойной гладью воды. "Вот оно, – подумал он, – Мое "тихое место". Се Лянь наблюдал за игрой солнечных зайчиков на поверхности воды, пытаясь отыскать ответы на вопросы, терзавшие его сердце. Он размышлял о смысле жизни, о добре и зле, о предназначении. И казалось, сама природа шептала ему мудрые наставления, утешая и направляя. Тишина леса, нарушаемая лишь пением птиц и шелестом листьев, дарила ему умиротворение. Се Лянь закрыл глаза и погрузился в медитацию, позволяя своим мыслям свободно течь, словно река. Он чувствовал себя частью этого мира, частью этой вечной гармонии. И в этот миг он осознал, что счастье не в прошлом и не в будущем, а в настоящем, в умении ценить каждый миг, в умении радоваться простым вещам. К вечеру Его Высочество почувствовал удовлетворение своим времяпровождением. Даже ранение в ноге перестало его беспокоить. "Тихий день в одиночестве" удался, – подумал он, – И это, пожалуй, именно то, что ему было нужно." Эту ночь Се Лянь решил провести там же, в лесу у реки, уютно расположившись под деревом. Однако, рана снова разболелась и закровоточила, что напомнило ему о не самых приятных пережитых моментах и были они, как раз в одиночестве, но он, переосиливая желание подбросить кубик и оказаться рядом с Хуа Чэном, отмахнувшись "вдруг я буду мешать" (будто он мог ему помешать, смех да и только), решил поспать так "мол, жил я так 800 лет и пару дней поживу, ничего страшного, не умру". Но увы, сон не спешил приходить. Боль пульсировала в теле, мысли роились в голове, как потревоженный улей. Воспоминания, словно тени, проскальзывали сквозь сознание, напоминая о прошлых ошибках и нереализованных мечтах. Се Лянь вздохнул, ощущая тяжесть прожитых лет. Он поднялся, опёрся на дерево и, с трудом, пошел к реке. Прохладная вода принесла облегчение. Он омыл рану, надеясь, что это поможет унять боль. Луна, выглянувшая из-за туч, осветила его лицо. В ее мерцающем свете он казался призраком, неприкаянным скитальцем, потерявшим дорогу домой. Тихий плеск воды и шелест листьев были единственными звуками, нарушавшими тишину ночи. Се Лянь закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на них, чтобы хоть немного заглушить боль. Он знал, что Хуа Чэн мог бросить всё и в миг оказаться рядом, если бы он позвал его. И хотя мысль о его присутствии была невероятно соблазнительной, он упорно сопротивлялся. Он хотел доказать себе, что способен справиться с этим сам. Воспоминания нахлынули с новой силой. Падения, предательства, разочарования… он переживал их снова и снова, словно пленник заколдованного зеркала. Но среди этой тьмы неожиданно промелькнул слабый лучик света – образ Хуа Чэна. Его улыбка, его взгляд, полный любви и преданности. Этого оказалось достаточно, чтобы вернуть Се Ляня в реальность. Он понял, что не одинок. Даже если сейчас Хуа Чэн не рядом, он всегда где-то там, в его сердце. И он знал, что когда придет время, он придет. Се Лянь улыбнулся своим мыслям. С новой решимостью он снова погрузился в воспоминания, но на этот раз не бежал от них, а встречал их лицом к лицу. Он анализировал ошибки, прощал себя за неудачи и благодарил за уроки. Он принял свою жизнь, какой бы трудной она ни была, и устремился в будущее с надеждой и верой. В конце концов, сон все-таки пришел, унося с собой боль и тревоги.