поднебесного цвета глаза

— любимая, а где моя любимая? — мужчина подошел в приемное к посту, где стоит нина — чего? — лариса где? а че ты грустная такая? — да ниче — неклюдов? — брагин! — нин, мы друзья или как? совсем обо мне забыла — олег, работы выше крыши — да ладно! вот удивила то! — поссорились — сильно? — как всегда — хочешь поговорим? — пока нет. а лариса, кстати, ушла, она разве не сказала? — нет..— мужчина смутился и замялся, не ожидал — странно. у нее дела какие-то? — нехорошо стало — в смысле? — ну так. сказала, ей нехорошо и уехала, и что тебе сама скажет, но видимо не сказала — интересно, ладно. не грусти, нин он отошел в сторону и набрал телефон супруги. несколько минут ожидания, надоедающие гудки и голос оператора. три раза. тишина. все это начинало волновать олега. почему ушла? плохо? что? где? ничего не сказала, на звонки не отвечает. но срываться и лететь домой пока не спешил, мало ли: в ванной, на кухне, спит. как раз нина позвала свободного хирурга: женщина с перитонитом. лариса уже несколько дней ловила себя на недомогании: постоянно хочется спать, иногда тошнит, а порой и вообще - провалиться бы и никого не видеть, ни с кем не разговаривать. в голове свое состояние разбирала подробно: стресс, усталость, перегорела к работе, недостаток витаминов..мысли о беременности, конечно, тоже допускала. но только как опытный доктор, а не женщина. хотя что тут такого? довольно логично, что в хорошем браке, с любовью и регулярной постелью, ребенок - ожидаемые исход. в целом, готова. готова опять? к токсикозу, сменам настроения, пеленкам и декрету? смогут ли супруги пройти это и остаться вместе, подарить любовь маленькому человеку? они разговаривали об этом не один раз: что будет как, что будет если. она знает: муж хочет. да и лариса вроде тоже. кто ж не хочет от любимого мужчины. олег - неплохой отец, хотя и видит единственную дочь раз в полгода. зато общается с тамарой по видеосвязи еженедельно, да и в предстоящий отпуск на Байкал супруги планировали взять девочку. но страшно все равно. хотя муж поводов для сомнений в себе не дает и не давал. после её ранения: схождения, многочасовые разговоры, пробы, ошибка, смена тактики, признания в любви и свидания, — все для того, чтобы быть вместе. с тех пор и по сей день он — надежное плеч. всегда рядом, всегда удивительно тонко чувствует, всегда все для нее. мысли «за» и «против» одолевали голову женщины, пока она ехала домой по обеденным пробкам москвы. через полтора часа мужчина уже закончил операцию. всего его мысли занимала жена. набрал еще несколько раз — абонент недоступен. что за черт. он отпросился с работы на остаток дня и поехал домой. — лариса! — первое, что услышала их квартира, лишь он переступил порог. дверь в ванную закрыта. слава богу. три стука. — у тебя все хорошо? нина сказала, ты плохо себя чувствуешь, мне ничего не сказала, телефон выключен! ну что это вообще? кто так делает? а в ответ — тишина. — я выломаю сейчас дверь наконец поворот защёлки и она. — ты зачем приехал? — ты издеваешься? что у тебя болит? — ничего — ты с ничего уходишь с работы в середине смены? из больницы — ты только из—за этого приехал? — ну конечно! ничего не сказала, телефон выключен, спрашиваю-молчишь, а вдруг ты там в обмороке! он ворчал и сердился, а она лишь смотрела на него, сжимая в руках бумажный прямоугольник, взглянуть на который так и не решилась. но отчего—то уже точно знала количество полос. она впивается губами в губы супруга, нежно и настойчиво. обнимает колючую щеку свободной ладонью. большие руки крепко стискиваются на тонкой талии, немного сминая лавандовый халат. он оторвался от поцелуя и улыбнулся. злится не может, ворчать тоже. это же она. — ну без скальпеля же.. — дай руку.. пару секунд он смотрел ей в глаза. но потом протянул ладонь. они держались друг за друга лишь одной рукой: она уже обнимала его шею, он — ее талию. не разрывая зрительного контакта, положила ладонь с тестом на его. — посмотри сам, я боюсь — это то, о чем я думаю? она неловко и стеснительно пожала плечами, поджала губы и убрала руку. глаза, напуганные неизвестностью будущего выдавала её с головой. тест лежал не той стороной. мужчина ловко орудуя пальцами, перевернул заветный прямоугольник. взгляды супругов сосредоточились на двух ярко-ярко-красных полосках. он зажал в руке билет в их следующий этап и прижал к себе жену за плечи. на талии — еще крепче. тяжелый и шумный выдох, пока внутри разливалось покалывающее чувство стойкости и спокойствия. — маленькая моя, любимая — шепот около уха, поцелуи волос, виска, а потом и лица. он целовал много, боясь упустить участок её непривычно теплой, обжигающей кожи. он слишком не хотел показывать свои слабости, но отчаянно их выдавал. чтобы она знала, что это значит для него. и она, конечно, знала. потом обыденные, но и другие объятия одновременно. объятия родителей одного ребенка. женщина долго держала эмоции в себе, но этот мягкий, обволакивающий плен стал крайним. муж как якорь в бесконечном мире борьбы. она громко шмыгала носом, чувствуя как лицо покрывается черными хлопьями туши. — ты чего ревешь — улыбается и шершавыми пальцами вытирает следы соли с нежных щек — я очень тебя люблю — шепчет и соприкасает их лбы она много раз кивает и снова шмыгает. смотрит в карие глаза. — не бойся — шепчет уже в макушку, снова прижимая ближе своих девочек.