Обратная сторона монеты

—Милая, ты завтракать? — спросила её мама, мило улыбнувшись. Амаи застыла на месте на секунду и вздрогнула. Потом девушка мягко кивнула и прошла две последние ступени. Одаяка уже переоделась в свою рабочую форму. Она посмотрела на часы, стоящие рядом с тостером. На них было 6 часов утра. Их пекарня открывается в 8. Она ещё успеет подготовить тесто. Амаи подошла к холодильнику и достала оттуда пакет с хлебом. Она выбрала два первых кусочка и лёгким движением руки положила буханку обратно. В утренней тишине(лишь мама копошилась у шкафчиков) Амаи засунула куски хлеба в тостер и включила его. «Нужно масло», — подумала она, снова подходя к холодильнику. Достала, положила на стол. Пошла к стене за ножом. —Только тосты? — спросила мама. Амаи не сразу её услышала. —Что? — переспросила она, словно выйдя из транса. —Я говорю, ты будешь только тосты? — терпеливо и по - доброму повторила Беика. —А, да... — неловко кивнула Амаи. А затем отвела взгляд на тостер. Она смотрела на него ещё секунд 10 и вдруг спохватилась: она забыла включить его. Куски хлеба всё также торчали снаружи. Амаи быстро исправилась. Щелчок — и техника работает. Совсем скоро младшая Одаяка уже намазывала масло на поджаренный хлеб. Амаи смотрела на тёмную корочку, постепенно становлящуюся жёлтой... И вдруг обнаружила, что масло начало подтаивать на тёплом летнем воздухе. Она монотонно намазывала один и тот же ломтик уже длительное время. Амаи тут же убрала руку и принялась за еду. Она ела медленно, наслаждаясь вкусом. Но слишком долго зависать она себе не позволила: пекарня не ждёт. Ей следует раскатать тесто до открытия. —Ты в порядке, милая? — раздался нежный голос из - за спины. Амаи почувствовала прикосновение к своему плечу. —Да, мама. — ответила она, забрызгивая рабочий стол мукой. —Как твои.. Зависания? — с беспокойством спросила она. Амаи немного сжала плечи. Она отчётливо ощутила груз маминого беспокойства. —Всё хорошо.. Они уже не такие частые. — ответила она. В груди защемило, ведь это было небольшой ложью. Амаи, правда, уюеждала себя, что это не враньё. Просто по утрам она сонная. А по вечерам уставшая. Поэтому, а не от.... —Любимый, ты уже встал? — с энтузиазмом спросила мама, оборачиваясь. Амаи перестала чувствовать её прикосновение, а голос отдалялся. Она поставила перед собою кусок нераскатанного теста, а в руки взяла скалку. Девушка сжала ручку и вздохнула. Она посмотрела на своё рабочее место. Готовка.. Отвлекала её. Иногда помогала забыть тот опыт, что ей пришлось пережить. Но так было не всегда. Порой любимое дело действовало на её разум с точностью да наоборот. Иногда Амаи вновь погружалась в прошедшии дни с головой. До самого настоящего транса, из которого только силою выдёргивать. Особенно часто она вспоминала ту неделю. 10... Нет, 8. Всё верно. С 8 числа всё и началось.

***

В тот день она встретила его. Это был уже вечер, если говорить честно. Амаи всегда была эмпатична. Не было ни одной ситуации, где она бы оставила человека наедине со своей грустью. Вот и в тот раз не смогла пройти мимо. Хоть и замялась, но обернулась. Заговорила с ним. И, наверное, просто утонула в его глазах. Он не был нереально красив или что - то в этом роде... Просто он так сильно переживал из - за неё. Наджими, ученицу паралельного класса и, как оказалась, его подругу детства, исключили из Академи. Это было шоком для всех, безусловно. Но именно в его глазах Амаи разглядела не только непонимание, но и печаль. Печаль за что - то невысказвнное и оставленное в глубине души. Её поразила эта эмоция. Она сразу захотела придвинуться ближе. Но вместо этого лишь отвела взгляд и убрала руку от своих губ. Какого это — ошибаться в человеке, которого знаешь с детства? Насколько больно понимать, что всё это время жил во лжи? Что тебя нагло обманывали, а ты даже не представлял... Амаи такого чувства не знала. Она не смогла поддержать его словами. Это она поняла сразу. Но зато она могла сделать нечто иное. Она поделилась с ним кексами. Её глаза заблестели, когда заблестели чужие. Стрепня матери её не раз выручала. А потом они заобщались. Обменялись номерами и говорили всё воскресенье. Переписывались. Он ей открывался. Рассказывал о ней всё больше и больше. Какой яркой она была. Какой эмоциональной. Но ответственной, умной. Доброй, серьёзной. Умеющей держать слово. И как больно ему было, когда весь этот образ разбился у него на глазах. Как он треснул ещё раньше, чем настала кульминация. И как ему не хотелось верить. Амаи почувствовала это в своём сердце. Ей было обидно вместе с ним. Грустно, тоскливо. Она очень хотела его поддержать. А между тем их пекарне не хватало денег. И Амаи едва не забыла написать консультантке с личной просьбой. Вот так вот сильно она увлеклась чужим горем. С нею такое и раньше случалось. Но никогда так не ёкало в груди, когда слушала голосовое. Болело бывало, так глухо и протяжно. Но не дёргалось её сердце ещё так живо и сильно. Амаи уже тогда знала: завтра она заговорит с ним. Отведёт в сторонку и поговорит по душам. Без лишних глаз и ушей. Ей невдомёк было, что будет дальше. 10 числа был понедельник. Амаи пропустила первую неделю апреля в Академи, ведь работала в своей пекарне... Но она не сильно жалела об этом. Она уже была второгодкой, многих знала. У неё были друзья. Много друзей. Она так думала, по крайней мере. Люди были рады видеть её вновь. Она улыбалась прохожим и махала рукой встречающимся по пути одноклассницам. Но её мысли были забиты совсем не тем. Она не просила его о встрече у школы. И сразу же пожалела об этом, ведь пришлось догонять. В короткой юбке бежать было очень неловко. Ей не нравилась их школьная форма. Она была слишком... Вызывающей.. Амаи окликнула его. Ямада обернулся на зов. Девушка поприветствовала его кивком и аккуратно отвела в сторонку. Она мягко взяла его за руку. Лишь кончиком пальцев коснулась его ладони. Ей очень хотелось, но было не немного боязно. Они практичечки не знали друг друга. Парень, не ожидавший таких нежностей, вздрогнул. Амаи и сама покраснела. Они прошли ворота молча. Ей не хватило сил начать разговор на глазах у всех. Но вон те кусты и цветущие деревья показись ей отличным местом для начала разговора. Она мягко потянула его туда. Мимо проходили люди. Но они были заняты разговорами. Никто на них не смотрел. Одаяка почувствовала, как парень выдохнул. —Ты чувствуешь себя лучше? — вежливо спросила она. Он замялся. В конце концов, Таро просто помотал головою. —Ну.. На самом деле... Я ещё не смог осмыслить произошедшее... — с грустью признался он. Его взгляд упёрся в пол. Амаи заметила, как чужие глаза потускнели. Девушка тут же преисполнилась решимостью это исправить. Не колеблясь ни секунды, она протянула свои руки к нему. Их ладони соприкоснулись. Амаи увидела лёгкий румянец на его щеках. Её позабавила такая реакция. Она расплылась в милой улыбке. —Я знаю, что может поднять тебе настроение! — задорно сказала она. Прикосновение было тёплым и приятным. Но Одаяка не хотела слишком сильно давить на Таро, поэтому отпустила его руки. Ей показалось, что он не привык к такому поведению девушек. И ей совсем не хотелось его пугать. —Сегодня я буду продавать выпечку у главного фонтана. Если будешь проходить мимо, я угощу тебя бесплатными сладостями! — со смехом сказала она. —О, боже — это слишком щедро. — тут же неловко попытался съехать Таро. —Я не могу принять еду, не заплатив за неё... — промычал он, почесав затылок. Парню явно стало очень стыдно. Но Амаи была наполнена решимостью порадовать его. —Твоя улыбка уже считай плата! — нежно ответила она, сложив руки на фартуке. Её лицо вновь озарила улыбка. Одна только мысль о том, что он будет пробовать её еду, грела ей душу. Разве это может быть менее важно, чем деньги? Парень усмехнулся. —Ох, Амаи... Ты и правда можешь быть обаятельной, если захочешь.. — и на этих словах его лицо вновь зарделось. Амаи наблюдала за этим с улыбкой. Такая реакция показалась ей до невозможности милой. —Тааак... Это да? Ты прийдёшь на продажу? — елейным голосочком спросила она, по - совиному склонив голову в сторону. —Хехехехе, хорошо, ты меня уговорила! — весело ответил он. Амаи сразу подметила лёгкость в его движениях. До этого он был скован, но сейчас, кажется, расслабился. Это не могло её не радовать. —Я прийду ближе к обеду. — утвердил он, улыбаясь. —Хорошо, семпай! — тут же энергично закивала Амаи. —Постарайся нагулять хороший аппетит! — со смехом сказала она, направляясь к воротам. —Обязательно. — с ещё более задорным смехом ответил он. Амаи не обернулась. Но по её спине пробежал холодок. Она не придала этому чувству значение. А потом и вовсе забыла, ведь ей позвонили. Сердце сжалось, когда на экране высветились знакомые кандзи. Мама редко звонила ей в школу без повода. В нынешних реалях... Амаи сильно сомневалась, что случилось что - то хорошее. Она случайно озвучила эти мысли вслух и тут же ринулась к позолоченной беседке в стороне. Она пробежала мимо компашки местных правонарушителей. Ей стало немного печально, когда она краем уха услышала их нахальный тон. В прошлом году они не были такими... Разве что рядом с Шидесу ходили. Может, это она их так?.. Амаи не стала думать об этом слишком долго. Тревога билась в грудной клетке, когда она нажала «ответить на звонок». —Да, мам! Что - то случилось? — волнение звенело в её голосе, когда она поднесла трубку к уху. Чужая паника и отчаяние по ту сторону трубки захлестнули её. Амаи едва устояла на ногах. Она качнулась назад на пятках, а потом резко поддалась вперёд. Ей пришлось приложить и вторую руку к телефону, иначе она бы точно смяла юбку. —...Крысы?! Ты Серьёзно?.. — на выдохе вскрикнула она. Голос стал совсем тонким. Амаи не могла в это поверить. Их пекарня.. Крысы.. К ним же должна приехать проверка! —...Подожди.. Что... Как это возможно?.. — лепетала девушка, медленно распремляясь. У неё не могло уложиться всё это в голове. Но от мамино беспокойного голоса становилось практически физически плохо. Наизнанку выворачивало. Амаи была ошарашена. Но вместе с тем с недр души поднялось ещё одно чувство. Злость. —..Ну..Я.. У меня есть теория... — неловко начала она. Сначало было боязно. Но гнев придавал ей уверенности. Она выпрямилась, словно опираясь на свой внутренний стержень, и продолжила говорить. —Много плохих вещей произошло в последнее время. Это не выглядит.. Естественно. Всё так, будто... Это делает кто - то. — заключила она. Её голос оставался нежным. Но где - то ниже живота закипала злоба. Амаи очень сильно любила свою семью. Если кто - то пытается навредить им... Он не заслуживает жизни. Отчасти Амаи понимала, что такие фразы — юношеский максимализм. С другой стороны, это ведь её чувства. Она ничего не могла с ними поделать. Мама не сразу поняла её. А потом и вовсе осадила. Амаи потухла после первой серьёзной нотки в её голосе. Любимому человеку сложно перечить. —Я знаю, что я права... — глухо проговорила она себе под нос. —Но как это доказать?.. — загруженно продолжила, положив смартфон в карман юбки. Доказательства. Вот этого у неё как раз не было. И мама была абсолютно права, когда упомянула это. Но Амаи всё равно была расстроена. Она всё равно хотела, чтобы её услышали. Чтобы к ней проявили капельку доверия. Может, если бы они прислушались... Амаи тихо вздохнула, поднимаясь на второй этаж, чтобы оставить сумку в классе. Одаяка встречалась с друзьями из клуба возле дверей их личной комнаты. Она попросила о встрече в их общем чате этим утром. Подходя ближе, грустное выражение пропало само собою. Друзья ей улыбались. Она и сама радовалась встрече. —Привет, ребята! Так рада снова вас видеть! — от чистого сердца сказала она, сделав приветственный поклон. —Спасибо, что присмотрел за клубом, пока меня не было, Шоку! — сказала она, поймав взгляд парня. Его глаза слегка блестнули. —Я только рад помочь, Амаи. — с улыбкой сказал он, протягивая ей красную повязку лидера. Амаи приняла её, успешно избежав ненужного прикосновения. —Привет, Кенко! Всё так же на правильном питании? — с улыбкой спросила она, завязывая ткань на плече. Вопрос был больше риторический; этого парня Амаи знала уже достаточно давно. —Ты сама знаешь, Амаи! — со смехом ответил он, правильно улавив её настрой. —Суп да каша — пища наша! — уверенно проговорил он, хлопнув себя кулаком по груди. Все вокруг тихо рассмеялись. Амаи и сама повеселилась. В чём - то он был прав. Хотя, если так подумать... Врятли он хорошо отреагирует на её решение... —Привет, Сейджо! Полагаю, ты тоже особо не поменялся, да? — с улыбкой спросила она. Кенко не оценит, а вот этот парень скорее наоборот. —Конечно, нет! — с уверенностью ответил блондин. —Я всё ещё влюблён в Соеденённые Штаты Америки! — гордо проговорил он. Амаи прикрыла рот рукавом, делая вид, будто хихикает. Практически у всех в этом клубе были свои особые пристрастия.. Вот Сейджо присоединился недавно, и к нему Амаи ещё предстояло привыкнуть. Краем глаза девушка уловила резкое движение бровей Аджии. Чтобы сгладить ситуацию, к ней она и обратилась следующей. —Эй, Аджия! Ты ещё не начала засматриваться на что - то новое? — невинно хлопнув глазками, спросила она. Темноволосая девушка моментально вздрогнула и сложила руки на фартуке. На её лице появилась добротная, но, к сожалению, фальшивая улыбка. —Ну, ты меня знаешь... Я предпочитаю работать в зоне комфорта. — вежливо отрезала она. Амаи только тихонько покивала. Она знала Аджию с детства. Их объединяла любовь к кулинарии. Вот только Аджия всегда была очень враждебна к чужим культурам. Амаи ценила её преданность истокам... Но иногда было просто физически больно смотреть, как она хмурится рядом с Сейджо. Амаи не хотелось бы каркать, но она искренне удивлена, что у этих двоих ещё не было громкого конфликта. Уж слишком различны были их личности. Аджия сильно сдерживалась, а Сейджо.. Амаи кинула беглый взгляд на его мечтательное выражение лица, прежде чем обернуться к Саки. Он, наверное, даже и не подозревает, что безумно бесит кого - то... —И последняя по очереди, но не значимости! — задорно сказала она, игнорируя атмосферу. —Я очень скучала по твоим сладостям! — честно призналась она, состроив милые глазки. В её плане на эту неделю никто не поможет ей сильнее Саки. —А я скучала по тебе! Я так рада, что ты вернулась! — после этих слов милая девушка тут же протянула к ней руки. Амаи с радостью обнялась с нею. Они очень хорошо общались с Саки. Она даже могла бы назвать её одной из своих лучших подруг. Спустя пару секунд девушки с хихиканьем разошлись. Амаи встала перед всеми своими друзьями и окинула их взглядом. Пришло время посвятить их в свой план. Она общалась близко со всеми... И очень надеялась, что на продаже выпечки ей поможет каждый. Её план был прост: печь сладости каждое утро, а затем продавать их в любое свободное от уроков время. Вместе с друзьями они договорились заниматься этим до 5:00. После этого они все вместе встретятся в клубе и отметят завершение этого дня. В марте они пекли тортики и ели их вместе... Но сейчас будут использовать непроданные сладости на выставке(не пропадать же им, в самом деле?). Единственное, о чём переживала Амаи, это о том, что ей не позволят такое провернуть. Директор развернул её сразу, направив к консультантке. Амаи была готова сделать всё, чтобы вымалить у неё разрешение. Она была немного удивлена, когда после объяснения ситуации ей без вопросов дали согласие. Впрочем, ошарашенность тут же сменилась радостью. Это мероприятие позволит ей закрыть недавно появившийся долг семейной пекарни! Амаи с улыбкой направлялась в домашнюю комнату. В их клубе было слишком мало плит для них всех. А ещё Амаи всё же предпочитала газовую. Поэтому все они направились в «домашнюю» комнату. Девушка подошла к своему столу и принялась собирать ингридиенты. В день открытия она решила сделать тарталетки с различными ягодными начинками. Для каждого типа ягод своя уникальная форма корзинки. Глаза Амаи блестнули, когда она собирала первые сладости. Вишню проще всего перемолоть в варенье и сделать полоски из теста, как у пирогов. Малина отлично сочетается с белым шоколадом. Для её корзинки Амаи выбрала волнистые полоски. Облепиховые тарталетки получили лишь небольшие бантики сбоку. Голубику, ради разнообразия, она перемалывать не стала. Целые, хорошо вымытые ягоды отправились в корзинку в форме лодочки. Амаи сделала концы выше, чтобы при переноске ягоды точно не вывалились. Когда тесто пропеклось и всё было красиво сложено, Амаи выложела свои десерты на поднос. Она мягко улыбнулась, поправив ложной одну из ягод. «Выглядит довольно вкусно», — подумала она, поднимая голову. Её друзья тоже уже закончили. Кенко во всю распинался Аджии, какие его диетические пироженые полезные и вкусные. Амаи только неловко улыбнулась. Она сомневалась, что их будет покупать кто - то кроме парней из спортивного клуба. С другой стороны, именно Кенко раструбел во всех чатах, что им тоже стоит посетить продажу выпечки. У спортсменов Академи была особая диета. Кенко постарался ей соответствовать. Амаи была бы немного рада, если бы им удалось привлечь к мероприятию и их. Ещё пять человек звучит неплохо для её бюджета! Аджия приготовила традиционные японские моти разных вкусов. Сейджо приготовил пироженные в виде мини - гамбургеров. Амаи они показались милыми. Саки готовила бисквитные тортики. А Шоку сделал много желе красивой и разной формы. Амаи его работа понравилась больше всех. Впрочем, похвалила она всех одинаково. Клуб Кулинарии направился к главному фонтану. Столик, подготовленный для них преподавателями, уже стоял на месте. Амаи была немного удивлена, какими помогающими были их учительницы. Она не могла благодарить их больше за такое содействие. Все пятеро учеников поставили свои подносы и принялись ждать. Амаи с замиранием сердца смотрела на главную дверь. Слишком долго ожидать не пришлось. Первыми их стол посетили сёстры Басу. Амаи быстро сориентировала Сакью в меню. Инкью всё время выглядывала из - за её плеча и всё порывалась вклиниться в диалог. Сакью ушла с тарталеткой с вишней. Инкью же выбрала клубничное желе в виде, собственно, клубники. Амаи не могла нарадоваться, когда спустя пару минут пришли ещё ученицы. Она с радостью общалась с ними, предлагая и продавая сладости. У столика собиралась очередь. Начать всегда непросто. Ученики, заинтересованные новым мероприятием, задавали много вопросов. Амаи смахнула пот со лба. Небольшая очередь рассосалась. Аджия болтала с Кенко, а Саки с Сейджо. Только Шоку стоял рядом. Амаи сосредоточилась на звуке фонтана позади неё. Отвлеклась на красивое падение розовых лепестков. И вдруг отчётливо ощутила на себе чужой взгляд. Она повернула голову в сторону. Ей удалось поймать краюшек зелёных глаз. —У меня что - то на лице? — беспокойно спросила она у застывшего парня. Её указательный палец тыкнул на собственное лицо. —Н-нет, я просто... Прости. — с неловким смехом ответил он, и щёки зарделись. Словно не зная, куда деть свои руки, засунул их за спину. И отвернулся. Амаи смотрела на него ещё несколько секунд. А потом хмыкнула и отвернулась. «Не понимаю. Ну надо же!» — с лёгким удивлением и даже весельем подумала она. Обычно чужие чувства не бывают для неё загадкой. Напротив — они заполняют её жизнь, не давая даже вздохнуть свободно. А тут ни единой мысли в голове, отчего Шоку может себя так вести. Это её немного веселило. Амаи сложила руки на фартуке и принялась покорно ждать. Её взгляд не отрывался от главного входа. С первым звонком все пятеро друзей разбрелись по классам. Выпечка осталась стоять на улице. Амаи поднималась по лестнице в свой класс. Удивительно, но помещение встретило её.. Пустотой. Одаяка потерянно оглянулась вокруг. Неловко потоптавшись на месте, она всё же села за свою парту. Вскоре начали подтягиваться и другие ученики. Но их всё равно было безумно мало. Амаи начала вспоминать, куда могли деться остальные. Она помнила, что у них не было полной посадки в Академи. Кажется, не хватало 3 учеников. «И неужели все здесь?» — подумала она, просматривая свои соцсети. Перед тем, как отнести выпечку на стол, она сделала пару фотографий. Амаи выбрала и обработала самую красивую. На ней она рукой держит тарталетку с облепихой. На заднем замыленном фоне видны красиво выложенные на подносе пироженные. Добавив приветливую надпись к фотографии, Амаи опубликовала пост. Девушка просидела в телефоне ещё несколько минут. А затем дверь в класс распахнулась и вошла её учительница. —Рада видеть тебя в живую, Амаи. — приветливо сказала она. —Я тоже рада вернуться к вам! — с широкой улыбкой ответила девушка. У неё были очень хорошие отношения с учительницей. Она была терпеливой и доброй. Она практически никогда не отказывала в помощи после уроков.. Не считая обеденного перерыва, конечно. Но, так или иначе, с нею всегда можно было легко договориться. Постепенно к уроку подключились и ученики на дистанционном обучении. Амаи неловко улыбнулась. Она вспомнила, куда делись её одноклассники... Сунобу сломала ногу, Рито уехала готовиться к олимпиаде, Сайко и Рюто отсутствовали по семейным обстоятельствам. Шидесу... Амаи немного передёрнуло от страха. Эта девушка нагоняла ужас на большую часть Академи, и Одаяка её тоже побаивалась... Нехорошо так говорить, но её и кучу других учеников более чем устраивало отсутствие правонарушительницы. Разве что её банда оставалась несогласной... Кстати, они сами пришли на пару минут позже. Амаи всё ещё удивлялась подобому поведению. Регулярные опоздания на уроки... Девушка грустно посмотрела на расстроенную учительницу. Она с трудом понимала, почему нечто такое продолжают терпеть. Признаться честно, Амаи соскучилась по учёбе. Именно в таком формате. В официальной форме, напротив учителя. Дома этой учебной обстановке ей немного не хватало. Амаи встала из - за парты, захватив с собою бенто. Она собиралась поесть... Но не прямо сейчас. С улыбкой и едва ли не вприпрыжку девушка направилась к главному фонтану. Там уже собрались девушки из её клуба. Амаи поздоровалась и встала на своё место. И принялась терпеливо ждать. Её глаза блестели. Уже пришли первые покупатели. Амаи с улыбкой отвечала на их вопросы и рекомендовала сладости. Но сердце её начинало биться чаще, едва открывалась дверь перед глазами. В один момент долгожданное событие всё же наступило. В дверях показался он. С улыбкой Ямада подошёл ближе. —Семпай! Я рада видеть тебя! — с улыбкой сказала ему Амаи. И в сердце как - то странно защемило в этот момент. —Привет, Амаи! — приветливо сказал он, сделав небольшой поклон. —Люди весь день хвалили твою еду; теперь я и сам хочу её попробовать! — с энтузиазмом сказал он, впившись глазами в еду перед ним. Они заблестели от предвкушения. У Амаи в груди разлилось тёплое, приятное чувство. —Оуу, я рада это слышать! — не скрыла она, немного зажмурившись. Улыбка натянулась так высоко, что даже немного заболели скулы. —Давай, выбирай любую! Возьми ту, что кажется тебе самой вкусной. — посоветовала она, разведя руками. Амаи с радостью смотрела, как семпай оглядывает каждую сладость на этом столе. Она была готова угостить его чем угодно. Но сердце безумно сильно вздрогнуло, когда он потянулся именно к её тарталетке. Он выбрал ту, что с голубикой. Надкусил и начал жевать. От этого странного чувства в груди Амаи захотелось приложить руку к сердцу, но она сдержала свой порыв. Внешне девушка оставалась спокойной. —Ммм! — замычал он, распахнув глаза. В них Амаи увидела наслаждение и счастье. Улыбка дрогнула. Это именно то, чего она хотела добиться. —Воу! Это правда очень, очень вкусно! Не удивительно, что вся школа стоит на ушах! — проговорил он. И такая радость была в его глазах, что девушка сама стала радостной. И смеяться захотелось, громко-громко. Она не удержалась и хихикнула. —Я рада, что тебе понравилось. — спокойным голосом сказала она. Впервые в жизни Амаи слышала стук собственного сердца. —Так, сколько я должен тебе? — спросил он будничным тоном и потянулся за сумкой. Лишь на секунду Амаи увидела в его взгляде прежние чувства. Глубоко загнанную грусть, подавляемую рутиной. Он возвращался к своему старому состоянию. Амаи не дрогнула внешне. Но в душе поднялась буря эмоций. Она не могла позволить ему вновь ощущать это. Она этого не хотела. Она очень хотела его осчастливить. Прямо до боли в животе. —Семпай, ты разве не помнишь? — елейным голоском сказала она, склонив голову набок. —Я уже говорила тебе: от тебя в качестве оплаты мне требуется лишь.. —Амаи сделала небольшую паузу. Ямада смотрел прямо на неё круглыми глазами. Девушка просто не удержалась. Она наклонилась ближе к столу и заглянула ему прямо в глаза. —...Твоя улыбка! — шутливо сказала она, подмигнув Таро. Парень тут же потянулся к затылку и весь зарделся. —Аах, боже... Даже не знаю, что слаще: ты или сладости... — неловко, запинаясь говорил он. Амаи приложила ладонь к губам, чтобы сдержать смех. Он был таким милым. Амаи никогда бы не подумала, что полюбит парня его внешности. Ей вообще другие нравились.. Но этот был просто очаровашкой! Как же тут не влюбиться в него? —Возвращайся в любое время. Я буду рада накормить тебя вновь! — от всего сердца сказала она. И в душе будто цветы распустились от его улыбки. —О, я обязательно прийду! — ответил он. —Мне просто нужно быть поосторожнее и не подсесть, хахаха! — пошутил он. Амаи прыснула от смеха. И на том они распрощались. Выстроилась очередь, и у Амаи не было возможности отвлечься на себя. —Шоку, ты бы не мог поработать за меня? — спросила она, когда большая часть посетителей рассосалась. Парень, молча стоявший напротив, вздрогнул. —Я бы хотела съесть своё бенто.. Проголодалась за день. — с лёгким смехом сказала она, отведя взгляд. Вмиг стало немного неловко. А парень тут же отчего - то засуетился. —Д-да, да, конечно! Я прийму заказы за тебя. Не торопись. — ответил он, под конец возобладав над эмоциями и заговорив спокойно. Амаи поблагодарила его и с радостью направилась к фонтану. Усевшись в самом центре, она положила коробку на колени. Медленными движениями девушка начинала трапезу. Она не хотела спешить. Ей хотелось задержаться в этих минутах подольше. Амаи вдохнула полной грудью и мягко улвбнулась. Чудесная погода, цветущая Сакура, шум фонтана позади. Разве не прелестно? Так умиротворённо.. Шоку принимал заказы за неё. У него получалось не хуже, чем у неё. Амаи за ним внимательно наблюдала. И была довольна его работой. «Он станет отличным шефом», — подумала она про себя, дожёвывая варёную рыбу. Весь оставшийся обед Амаи просидела у фонтана, мирно поедая приготовленную заранее еду. А потом начались уроки. Они прошли совершенно спокойно. Учительница пару раз спрашивала Амаи вопросы по теме. Одаяка была прилежной ученицей, потому отвечала без ошибок. Потом началось время уборки. Амаи взяла швабру и поспешила в «домашнюю комнату». Все девушки из клуба уже собрались там. Аджия с улыбкой наклонилась в приветственном поклоне. Саки повторила за ней, но более энергично. Амаи ответила им тем же. Она была благодарна высшим силам за таких хороших друзей. Парни ещё не пришли. Возможно, поэтому Саки не удержалась от сплетен. —Знаешь, Амаи, пока тебя не было столько всего произошло! — взволнованно воскликнула девушка, прижав тряпку к груди. —Если ты про исключение Наджими... — с мягкой улыбкой начала было Одаяка, но её быстро перебили: —Нееет, я не про это! — возразила она, замотав головою из стороны в сторону. —Ты слышала, что Дафуни Бурейку предложили стать одной из... — девушка говорила взахлёб и очень громко. Аджия поглядывала на неё боковым зрением. А потом дверь начала открываться. —...гяру... — неловко закончила Саки, не успев толком снизить тон. Все три ученицы уставились на открывшийся проход. Там стоял Сейджо. —Привет, гайс! Ну тоесть ребята, только по английски! — сказал он, махнув рукой в приветствующем жесте. Капли от мокрой тряпки, которую он держал в руках, разлетелись во все стороны. Комната застыла в тишине. Амаи замерла, пытаясь прочувствовать обстановку. А Саки просто остолбенела. Одаяка успела увидеть, как её щёки зарделись. —Привет. — холодным голосом ответила Аджия и очень демонстративно поклонилась. Амаи заметила хмурость на её лице и запаниковала. Последнее, чего бы ей хотелось — ссор в клубе. —Да, не забудь вытереть плиту, на которой ты готовил, Сейджо! — быстрым тоном проговориоа она. —Мы говорили об этом утром, помнишь? — елейным голосочком спросила она, хлопнув глазками. Амаи боялась, что жесты Аджии его заденут. Но, взглянув на его ясную улыбку и огоньки в глазах, сразу поняла: зря. —Оукей, гёрл! — со смехом сказал он, вальяжно подходя к своему рабочему месту. —Не переживай, Амаи. — парень кинул на неё уверенный взгляд, два раза постучал указательным пальцем по голове и сказал: —Эта головёшка всё помнит! — после этого он ей подмигнул. Амаи хихикнула. Сейджо в своей наивности был даже чем - то забавен. Жаль только, что Аджия так и продолжала отводить взгляд. Но хоть Саки более менее успокоилась. Девушка усердно тёрла плиту и смотрела в одну точку. Мию всё ещё была красной. —Привет. — раздался мужской голос и дверь вновь распахнулась. Амаи оторвалась от пола и посмотрела на вошедшего человека. Это был Шоку. У него из - за спины с неловким выражением лица выглядывал Кенко. —Мы что - то пропустили? — спросил брюнет, задумчиво окинув глазами комнату. Все ученики были усердно заняты своим делом. —Ничего особенного. — пожала плечами Амаи и вернулась к работе. На её лице сияла улыбка. Совсем скоро Сейджо заговорил вновь. Он ляпнул глупость, а Шоку осадил его. Амаи тихонько похихикала над его невдупляющим взглядом. В их компании скучно не бывало. Одна тема сменялась другой, и так по - кругу. Несмотря на радикальное различие в характерах, им всем удавалось находить общий язык. Сейджо никогда не обижался, если ему указывали на его ошибки. Кенко не лез со своими советами, даже если ему хотелось, и умело поддерживал диалог. Аджия держала свои мысли при себе, не создавая конфликтов. Саки разбавляла мужскую компанию и делала её комфортной для Амаи. И Шоку. Он отлично сглаживал углы. Одаяка прошлась по помытому месту ещё раз. Их компания, такая разношёрстная, тем не менее отлично сочеталась друг с другом. Амаи была очень рада, что ей удалось найти таких друзей. Девушка протирала свою плиту тряпкой, когда по её спине пробежал холодок. Она медленно обернулась к двери. Та была открыта настеж; Кенко забыл её закрыть. Амаи увидела чужую женскую фигуру. Та тут же подскачила и быстрым шагом скрылась за дверью. Одаяка невольно нахмурилась, и её движения стали медленнее. Через 3 секунды она спохватилась и отвела взгляд. Её губы вновь расплылись в улыбке. Беглым взглядом она проверила: никто этого не заметил. Все были поглощены объяснением Саки. Амаи показалось, что девушка из клуба Боевых Исскуств смотрела на неё. Но, возможно, это просто её фантазия. Когда на часах пробило 17, Амаи была несказанно рада подхватить поднос и направится в клубную комнату. За весь день её ноги слегка гудели от стояния на одном месте. Если бы они просто разносили еду, как обычно и делают, то было бы легче. Девушка с видимым удовольствием уселась за стул, поставив поднос на стол. Вскоре к ней присоединились её друзья. Шоку вызвался налить всем чай. Амаи кивнула, кинув взгляд на оставшиеся сладости. Им многое удалось продать. На её подносе осьалось лишь 2 тарталетки. Похожая ситуация была у всех остальных, за исключением, разве что, Кенко. Его пироженные брали не так часто; мало кто верил, что «вкусно» и «полезно» можно было совместить. Но зато к ним сегодня приходили спортсмены! Амаи очень порадовалась, когда они посетили продажу в конце дня. Она уж было подумала, что те не прийдут. Но все они заглянули, чтобы попробовать труды Кенко. Один из них — кажется, Денкашиза — взял целых 2 пироженных. Кенко был безумно рад. Шоку налил всем по кружке чая и сам сел за стул, поставив чайник на стол. Ребята тут же потянулись за сладостями. Амаи и сама поступила так же. Взяла она, конечно же, пироженные Кенко. Парень не выглядел сильно стрессующим из - за того, что его творения были менее популярны среди учеников, но Амаи всё равно хотелось его поддержать. Она хорошо знала, что все повара и пекари считают, сколько сегодня им не удалось продать. И сравнивают себя с другими. Она сама через это прошла. Время близилось к ночи, а разговоры всё не утихали. Учителя вскоре разогнали компанию друзей по домам, и все направились по домам. Амаи шла по улице, наблюдая за красивым жёлтым цветом неба. Она скучала по таким собраниям. Их клуб был не только о готовке. Он был ещё и о дружбе и совместном времяпровождении. Именно поэтому Амаи так ценила его. Она была безумно рада управлять им.. Тогда. Да, в то время она и вправду была счастлива в этой компании. Амаи состояла во многих кулинарных пабликах и клубах. Но этот был её любимым. —Привет, Амаи! — поприветствовала её мама у прилавка. Посетителей не было, и младшая Одаяка беспрепятственно подошла к ней. —Привет, мам! У меня хорошие новости. — сразу сказала она, доставая телефон из кармана. Бейка сразу же встрепенулась и поддалась вперёд. Амаи открыла заметки и пролистнула вниз. Одна из последних написанных: количество денег, которое она собрала за счёт распродажи выпечки. —Вот, смотри! — сказала она, развернув телефон экраном к матери. —За первый день довольно неплохо, да? — спросила Амаи, мягко улыбнувшись. —Милая... — начала Бейка, положив руку на сердце. —Спасибо тебе. — проникновенно сказала она. Амаи почувствовала, как разливается тепло в груди от одного её взгляда. —Возможно.. Возможно, ты права! Может быть, нам действительно хватит этого... Чтобы покрыть ущерб... — продолжила она, потерев подбородок. Её взгляд стал задумчивым и загруженным. Как будто она пыталась просчитать что - то в уме. Улыбка Амаи медленно начала сползать с лица. Она потеребила свою школьную юбку. Ей не хотелось портить вечер. Но, наверное, лучшего момента для вопроса и не предоставится. —Мам, насчёт того, что было утром... — медленно начала Амаи. Она схватилась за свой левый локоть и отвела взгляд. Ей не нужно было смотреть, чтобы увидеть, как помрачнело лицо матери. —Как всё прошло? — встрепенувшись, спросила она. Обе её ладони легли на сердце. Бейка тяжело вздохнула и покачала головой. —Не очень, Амаи. — старшая Одаяка потёрла лоб и отвела взгляд в сторону. —Мы едва успели поймать этих зверюг.. Одну пропустили, но инспектор не заметил. — опущенным голосом говорила она. Сердце Амаи сжималось от боли. —Вообщем... — за этим словом последовал ещё один вздох. —Твой отец очень напугался. Я сегодня работала одна. —Как он? — со страхом в глазах спросила Амаи. В груди похолодело. У Шефу были некоторые проблемы с сердцем. Ему было нежелательно испытывать стресс. —Нормально. Мы измерили давление, оно не сильно поднялось. — покачав головой, ответила Бейка. —Ты можешь проведать его. — заметила она, указав на дверь с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА». Амаи тут же ринулась к ней. —Сегодня почти нет гостей, я справляюсь. — уже из - за спины девушка услышала слова матери. Сердце кольнуло виной за то, что не предложила свою помощь. Но потом Амаи наконец поднялась по лестнице и переступила порог дома. Её мысли вновь вернулись к главному. «Нужно проведать отца». Их дом располагался на втором этаже, сразу под семейной пекарней. Внутри всегда было тихо, но голос людей и мытьё тарелок доносились снизу. В комнатах всегда был приглушённый свет и пахло зелёным чаем с ноткой алоэ. Амаи разулась и одела свои мятные тапочки. Она считала их дом уютным и спокойным. В это место хотелось возвращаться. Особенно, если у тебя был тяжёлый день. Младшая Одаяка сразу же направилась в спальню родителей. Она распахнула дверь. Её встретили сначала уставшие глаза, а затем не менее уставшая, но радостная улыбка. —Пап! — не сдержав порыв, Амаи подбежала ближе. Тут же спохватилась: ей не стоило повышать голос, ведь у отца могла болеть голова. Амаи немного сжалась. Она присела на край кровати и прижала ноги друг к другу. —Ты как? — уже тише, с сочувствием спросила она. Шефу издал тихий смешок. —В порядке, милая. По крайне мере сейчас. — сказал он, накрыв своей рукой лажонь дочери. Амаи сжала пальцы и через силу улыбнулась. Сердце билось сильнее от волнения. Было очень трудно видеть собственного отца с такими мешками под глазами и вымученной улыбкой. —Помоги маме лучше. — заметил он, подмигнув дочери. А затем Шефу убрал руку и положил её на живот. —Я ещё посплю. —Конечно! — тут же ответила Амаи, вскочив на ноги. В этот раз она удержалась от вскрика и чётко проконтролировала свой тон голоса. —Отдыхай. — мягко сказала она, пружинящими движениями направляясь к двери. Девушка вышла из комнаты и тихонько закрыла её. Абсолютно беззвучно. Амаи постояла у двери без движения ещё несколько секунд, а затем направилась уже к своей комнате. Ей стоило переодеться в рабочую одежду и спуститься вниз. В квартире Одаяки было невероятно тихо. Именно поэтому активная речь этажом ниже была слышла так хорошо.

***

С самого утра Амаи позаботилась о том, чтобы ей не пришлось ловить парня за руку у входа в Академи. В мангах, помнится, это выглядело мило, но всё же девушка понимала, что для Ямады это могло ощущаться неловко или даже постыдно. Он всё же парень, как никак. Поэтому, ещё в 6 утра, она написала ему сообщение, где попросила встретить её у входа в школу. Амаи написала бы ему и вечером... Но до 12 ночи разбиралась у плиты вместе с матерью. А потом просто упала на кровать и вырубилась. Затем девушка увлеклась своей обычной утренней рутиной. Телефон пылился в сумке. Перед самым выходом из дома она проверила чаты ещё раз. У неё на лице появилась лёгкая улыбка. Таро прочитал её сообщение и ответил, что будет ждать её на прошлом месте. Глаза Амаи радостно сверкнули. Она убрала телефон обратно в сумку, проигнорировав сообщения в других чатах. И, радостная, отправилась в Академи. Таро действительно ждал её у входа. —Хей, семпай! — Амаи бодренько встала напротив, сделав приветственный поклон. Парень ответил ей тем же. —У меня для тебя вопрос: Как много блюд ты умеешь готовить? — сразу же спросила она, решив долго не медлить. У неё было желание привлечь его внимание и завоевать его сердце. И для этого она заранее разработала в голове целый план. —О, ам... — тут же замялся он. —Нууу... — протянул парень, почесав подбородок. —Стыдно признавать, но, ничего особенного, если честно... — с неловкой улыбкой он покачал головою. —Ну могу там лапшу заварить... Или яичницу какую... А так даже рис варить не получается, если честно... — признался он, отводя взгляд. Его щёки стали немного красными. Амаи в душе посмеялась с его реакции. Но и немного обрадовалась. Ей его незнание только на руку. Учить готовить новичка гораздо легче, чем учить готовить «среднячка». —Может я могу научить тебя? — с огоньком в глазах спросила она, ступив на шаг ближе. —Я выберу что - нибудь простое! — тут же со смехом отступила, увидев его удивлённый взгляд. —Это будет весело, обещаю! — сказала она, заглянув ему в глаза. Амаи поймала себя на мысли, что ей нравиться это делать. —Ах.. Сейчас?.. В Академи?.. — заторможенно спросил он, отступив на шаг назад. —Ох, нет. — ответил он, вздрогнув. Его лицо скривилось так, будто он увидел что - то мерзкое. Амаи с интересом в глазах склонила голову на бок. —Уверен, я всё испорчу, испачкаю всё вокруг, и себя, и униформу... — загруженно начал перечислять он. Амаи проследила, как его руки активно жестикулируют и иногда мелко подрагивают. Она хмыкнула про себя, а внешне лишь распрямила спину. «Теперь понятно». —Вот почему мы надеваем фартуки, глупенький! — непринуждённо и со смехом сказала она. Рабочая рука погразила ему указательным пальцем, а нерабочая распремила нежно - зелёный фартук на её юбке. Таро удивлённо проследил за её движениями. —Так ты ничего не испачкаешь! И одежда останется чистой! — задорно говорила она. А потом Амаи открыла глаза и посмотрела на него вновь. На секунду она в удивлении застыла. На его лице не появилось понимания. «Не угадала?». —Я? В фартуке? Хах... — переспросил он, вновь потянувшись к затылку и отведя взгляд. В его голосе сквозила неловкость. —..Ну, я пытаюсь представить это, и... — со смехом он вновь замялся. Амаи наблюдала за ним очень внимательно, не пропуская ни одного случайного жеста. В глубине души она уже начала догадываться, что его смущает. Но ждала, когда он окончит свой монолог. —.. Ну, не знаю.. — парню было явно неловко отказываться. Амаи могла бы почувствовать стыд, но вместо этого лишь сильнее опёрлась на свой внутренний стержень. Она собиралась настаивать. Ей хотелось сблизиться с ним. И она поанировала добиться этой цели любой ценой. — Я думаю, это не будет похоже на.. «меня». — всё ещё неловко, но твёрдо завершил он, посмотрев ей в глаза. Амаи поймала этот взгляд. Щелчок. Она расплылась в улыбке. «Теперь понимаю». —Я кажется догадалась.. — чуть протянула она, заставляя его бровь вновь подпрыгнуть вверх. Девушке нравилось его удивлять. —Ты думаешь, что носить фартук это не круто, не так ли? — с лукавой улыбкой и прищурившись спросила она. Парень дёрнулся назад. Он схватился за свою шею и начал чесать её ладонью. По румяным щекам Одаяка поняла: попала в яблочко. — Я могу это исправить! — громко заявила она, вновь приковывая его взгляд к себе. Она хихикнула. — Позволь мне задать тебе вопрос; какой твой любимый цвет? — спросила она, непринуждённым движением потянувшись за блокнотом и ручкой в сумке. И тут Ямада словно ожил. Он встрепенулся и подошёл ближе. Его губы расплылись в улыбке. Из взгляда исчезла прежняя загруженность. Сердце Амаи защемило. Она больше не спрашивала его о прошлом. Но оно его всё ещё не отпускало. Только теперь... —Ооо, это вопрос с подвохом! — с порога заявил он с блаженной улыбкой. Амаи оставалось только невинно хлопнуть глазками и открыть светло - зелёный и пушистый блокнотик. Она не вкладывала никакого подвоха в вопрос. Он был простым, можно даже сказать детским. Такой ещё в садике задаёшь ровестникам. Но, глядя на его счастливое лицо... «Пусть думает, как хочет», — со смехом подумала Амаи, щёлкнув ручкой. —Чтож, мне нравится зелёный и голубой, потому что они напоминают мне о природе. Ещё мне нравится цвет цветов Сакуры... — говорил он. Амаи записала на новой странице:«Голубой, зелёный, розовый». Ей эта информация была важна. Любимый цвет — это мелочь, глупость. Но если человек тебе нравиться... Ты именно такие мелочи и будешь запоминать. Амаи слегка улыбнулась. В груди разлилось приятное тепло. —...Но когда речь идёт об одежде, то я очень привередрив в цвете. — он продолжал говорить, жестикулируя. Амаи ловила каждое его движение. —Обычно я предпочитаю чёрный. Мне кажется, что этот цвет отлично сочетается с золотым.. Вот на этом моменте Амаи и оживилась, вновь начав писать свои заметки. Она написала:«Фартук чёрный, с золотым». —...но это довольно сложно, добавить золотой в одежду, не сделав её безвкусной... — заметил он, задумчиво посмотрев га небо. Амаи тут же дописала:«Немного». Она привела стрелочку от этого слова к слову «золотым». —Ох! Чёрт, прости, я только что понял, что я говорил, типа, миллион лет. — резко дёрнулся он. Его рука вернулась к шее и принялась растирать её. Амаи с улыбкой убрала блокнот в незастёгнутую ранее сумку. Туда же отправилась и ручка. Она вновь хихикнула. —Не извиняйся, сенпай. — отмахнулась она. — Мне нравится узнавать нечто новое о тебе! — честно призналась, заглянув ему в глаза. Ей было абсолютно нечего скрывать. —И теперь я знаю какие цвета ты любишь! — радостно закоючила она. Ямада на минуту завис. Но проницательная Одаяка видела, что ему приятно. Это отражалось в его взгляде. —Я сошью тебе стильный фартук, который ты так полюбишь, что с радостью наденешь на себя, в припрыжку отправишься на кухню, и начнёшь готовить! — восторженно сказала она, уже представляя в голове эту картину. Собственная радость придавала ей сил. Амаи прижала ладонь к своей щеке. —Воу, правда? — удивлённо спросил он. Его взгляд был абсолютно ошарашенным. —Ого! Тебе не стоит заходить так далеко!.. — чисто из вежливости заметил он. И тут же задумался об этом. Именно так Амаи и догадалась, что он сказал это на автомате. Даже не потребовалось услышать, что ему очень интерестно, как будет выглядеть результат. —Думаю, я закончу с шитьём к обеду. — уже менее весело ответила она. В голове был расписан чёткий график работы на день. По крайней мере, на утро. —Ты сможешь подойти к выставке в это время? — уточнила она. Оставлять работу на Шоку это, конечно, хорошо... Но было бы лучше, если бы он сам зашёл к ней. —Окей, звучит как план! Тогда увидимся в обед! — весело сказал он. И на этом они распрощались. Амаи пошла повесить сумку. По пути она вдруг приметила, что её сердце бьётся ощутимее. Коридоры были заполнены разговаривающими людьми, но никто не смотрел на неё напрямую. Она приложила руку к груди. Амаи была занята семьёй. Но в то же время её голову переодически посещала мысль... «Он правда мне нравится?» — проговаривала она, пока ещё добавляя вопросительную интонацию. Но уже менее явно. Чем больше Амаи общалась с ним... Тем явнее были «симптомы» влюблённости, о которых она читала в мангах и видела в аниме. Учащённое сердцебиение, бабочки в животе... Бесконечное желание смеяться. Амаи никогда не была настолько весёлой. Она частелько улыбалась. Но не смеялась, нет. Это совершенно другой уровень. Она обычно спокойнее намного, а тут... «Подумаю об этом вечером», — твёрдо решила она, направляясь в «домашнюю» комнату. Ей нужно было предупредить своих друзей, что она сначала отправиться в комнату шитья, а потом уже присоединиться к ним на продаже. И попросить Шоку поуправлять продажей пироженных, пока она будет отсутствовать. —Привет, ребята! — Амаи заглянула в комнату с весёлой улыбкой. Её голову занимали мысли о предстоящем деле и о том, что они стали ближе с Таро. Именно поэтому она не заметила, как быстро все присутствующие внутри перестали говорить и уставились на неё большими глазами. —Я присоединюсь к вам чуть попозже, прямо сейчас мне нужно кое - что сделать. Шоку, ты за главного! — задорно сказала она, украдкой глянув на парня. А затем развернулась и направилась в комнату напротив. Внимательный и хмурый взгляд шатена остался незамечен. Комната замерла в тишине после её ухода. Первой двигаться начала Аджия. Она надела рисовые шарики на палочки, формируя классическую форму данго. Потом «ожил» Сейджо. Его брауни уже можно было выкладывать на поднос. Саки также спохватилась, быстренько подобрав посыпку для своих кексов. Кенко молча заглянул в рецепт. Только Шоку не притронулся к своим кексам. Он лишь сильнее нахмурился, посмотрев на незакрытую дверь. Комната шитья находилась совсем рядом с «домашней» комнатой. Амаи вошла туда с широкой улыбкой. За столом сидел неизменный обитетель этого места Кашибучи Хазу. —Доброе утро, Кашибучи-кун! — добродушно поздоровалась она. На секунду звук машинки прервался, ведь парень дрогнул. Он медленно обернулся к девушке. Амаи не видела его лица, но по дрожащим рукам и губам поняла, что тот нервничает. Парень несколько раз открыл и закрыл рот, будто порываясь ответить, а затем резко вскочил с места и выбежал из комнаты. Амаи только и успела, что отскочить да проводить поражённым взглядом. Под звук удаляющихся шагов Амаи простояла ещё десяток секунд, пытаясь осмыслить произошедшее. Она не совсем поняла причину такого поведения. Кашибучи был крайне застенчив; настолько, что был готов хоть в стенку врезаться, но чёлку с глаз не убирал. Так он прятался от всего мира. Амаи нахмурилась. С другой стороны, разве всё настолько плохо? Одаяке казалось, что она видела, как он общается с другими студентами. Он подрагивал и мялся, но вот так убежать... Девушка грустно вздохнула и двинулась к стенду с тканью. «Может, просто перенервничал. Может, испугался нового лица», — спокойно думала она, осматривая стенд. Это был первый звоночек, и его Амаи успешно проигнорировала. —О! Отлично, тут есть немного чёрной ткани! — огласила она свои мысли, забирая нужный кусочек. Девушка подошла к одной из машинок и положила свою находку рядом. Она немного порылась в ящиках и нашла золотые нитки. С восторгом в глазах Амаи уселась за машинку. Побег Кашибучи её расстроил: она лелеяла в себе надежды подружиться с первогодкой. Они были не такими уж и разными. Амаи первый месяц была сильно занята. Новички в клубе, дом, работа, семья... Но на самом деле девушка очень любила шить. Одаяка включила машинку и начала работу. На её лице сияла улыбка. Шитьё было её давним хобби. В те дни, когда казалось, что еды и готовки в её жизни стало черезмерно много, она обращалась именно к этому занятию. Оно помогало ей разгрузиться и отвлечься. Готовка(особенно выпечка) всё же была скорее работой. Иногда она надоедала. Амаи взяла иглу и начала аккуратно «вставлять» в фартук золотые нити. Ей очень нравилось шитьё. Оно расслабляло. А ещё её этому научила мама. Вот только в последнее время у Амаи не было времени на это занятие; особенно в школе. Она немного жалела об этом. А теперь радовалась, что благодаря Таро предоставилась возможность им заняться. Амаи выключила аппарат и подняла над собою готовый фартук. —Вот и всё! Отлично! — уверенно проговорила она самой себе. Затем вытащила из сумки подготовленный заранее подарочный пакет и засунула вещь туда. Оставалось лишь скинуть все лишние вещи на парту. И можно было вновь приступить к рутине. «Ребята, наверное, уже заждались меня», — подумала Амаи, входя в практически пустую комнату. Только пара студенток общалась за дверью. Все её друзья уже ушли на продажу со своими творениями. В голове промелькнула мысль, что ей их нужно обязательно посмотреть и оценить. Но сначала нужно было приготовить свою порцию. В тот раз Амаи занималась тарталетками. В этот раз девушка решила сделать что - то простое и портативное, чтобы не сильно заморачиваться. Выбор пал на пончики. Амаи была немного удивлена, что Сейджо их ещё не сделал. В этом плане она будто бы решила поддержать его любовь к западной культуре. Она сделала четыре вкуса: шоколадный, посыпанный пудрой, клубничный и «бабл гам». Последний был чистой воды импровизацией из разряда «а что, если». Амаи добавила в него немного мороженого одноимённого вкуса. Собственная работа её улыбнула. Она аккуратно вытерла излишки пудры с тарелки и переложила всё на поднос. —А вот и я! Простите за ожидание. — весело сказала Амаи, подходя к выпечке. Шоку молча потеснился в сторонку, позволяя ей поставить свой поднос и занять главенствующую позицию. А потом у центральноги фонтана воцарилась тишина. Только звук падающей воды на фоне и всё. Никаких разговоров или смеха. Казалось, её друзья даже не дышали. Амаи быстро прочувствовала, что тишина стала давящей. Она сделала небольшое движение головой, скользнув взглядом по их лицам. Все до единого были напряжены. Парни неловко отводили взгляд, Саки, наоборот, внимательно вглядывалась в её лицо. Аджия выглядела обеспокоенной. Амаи почувствовала знакомую тяжесть в груди. Так бывало всегда, когда людям вокруг неё было морально плохо или некомфортно. Одаяка хотела спросить их, но тут к ним подошёл клиент. Он обратился к Шоку, хотя тот уже не стоял посередине. Амаи переключила его внимание на себя. Тот на секунду замялся, но быстро сориентировался. Не укрылись от проницательной девушки скованность в чужих движениях и бегающий по сторонам взгляд. И чем больше Амаи наблюдала, тем непонятнее ей становилось. В душе росло смятение. Она чувствовала, будто что - то произошло. Что - то такое, о чём знают все, кроме неё. И это чувство не давало ей покоя. Когда же прозвенел первый звонок, Амаи почувствовала облегчение. Все разошлись по классам, и она последовала их примеру. Амаи надеялась, что в практически пустом классе давящая атмосфера её отпустит. Она практически не ошиблась. Уроки действительно прошли спокойно. Иногда Амаи чувствовала на себе чей - то долгий взгляд, но подавляла желание дёрнуться и не обращала внимание. Ближе к обеду напряжение улетучилось полностью. У Амаи была одна радость: Таро должен был прийти к ней. С лёгкой улыбкой девушка подхватила пакет и направилась к продаже выпечки. Там её встретили знакомые нервные улыбки. Но Одаяка приняла решение проигнорировать их. Дверь к центральному фонтану распахнулась. Сердце девушки забилось чаще. Ямада пришёл за её творением. Она сделала вдох и расслабила руки. Ей не о чем волноваться: её фартук вышел идиальным. —Он готов, сенпай! Твой изготовленный на заказ фартук, соответствующий твоему стилю! — весело проговорила она, когда они отошли от стола и встали возле левого дерева Сакуры. Амаи передала парню красный пакет. —Хаха, хорошо, давай посмотрим... — проговорил он, потянувшись за вещью. Всего на одну секунду их пальцы соприкоснулись. Ямада не обратил внимание. Он даже не заметил. Зато у Амаи в животе всё будто загорелось. И в груди, и внизу разгорелся настоящий пожар. Амаи специально поставила руки так, чтобы он коснулся её. Ей, наверное, хотелось лишний раз убедиться, что она сделала правильный выбор. Пока Ямада заглядывал в пакет, Амаи незаметно мотнула головой. —Ну? Что думаешь? — с живостью в голосе спросила она, когда парень застыл с её творением в руках. Стук собственного сердца мешал ей прочитать атмосферу. —Ого! Ты была права! — воскликнул он, и на его лице запоздало появилась широченная улыбка. —Это действительно выглядит круто! Я, если честно, не ожидал, что получится так.. Круто! — говорил он, кажется, немного затрудняясь в подборе слов. В груди Амаи разлилось тепло. И вновь, против воли, она хихикнула. —Я так рада, что тебе нравится! — проникновенно сказала она, приложив руки к груди. —Я не знаю, почему я думал, что все фартуки должны быть розовыми и девчачьими. Ты действительно доказала мне обратное! — заметил он, прижав к себе ткань поближе. —Так, значит ли это, что теперь ты заинтересован в готовке? — склонив голову на бок, спросила Амаи. —На самом деле.. Да! Я не могу дождаться, когда смогу надеть его! — ответил он, вновь выставив фартук перед собою. Он осмотрел его ещё раз. И в его глазах девушка увидела предвкушение. Она улыбнулась мягче. Чувство удовлетворения и гордости за то, что удалось осчастливить, она знала хорошо. —Отлично! Как насчёт завтра? Я буду учить свой клуб в «домашней» комнате. Ты можешь присоединиться к нам. — сразу же предложила она. Её цель была простой: сблизиться с Ямадой, и признаться ему в пятницу. Она верила в миф о Сакуре. И немного надеялась на его мистическую помощь. Амаи решила не упускать ни один шанс, и сразу же позвала Ямаду на давно запланированный урок. Блюдо, правда, придётся сменить, выбрав что - то попроще, но зато, если всё продолжит идти в таком темпе, она сможет признаться ему уже в эту пятницу! —Ну, это звучит отлично! Я прийду! — пообещал он. И Амаи с улыбкой направилась обратно. С предыдущей очередью разобрался Шоку. Сейчас же был редкий момент затишья. Амаи не стала медлить и попросила парня позволить ей поесть и сегодня. Тот не спорил. Но посмотрел на неё как - то странно. Не так, как вчера. Амаи могло бы это побеспоить... Но она была слишком рада после разговора с Ямадой. Девушка вновь ушла есть в одиночестве. Через пару минут она услышала шаги в свою сторону. Одаяка подняла голову. —Амаи, мне нужно тебе кое - что сказать. — с обеспокоенным выражением лица Аджия присела рядом. —Я слушаю. —Амаи мило улыбнулась ей. Аджия немного помялась, но всё же выдала: —Кто - то распускает о тебе слухи. — с тяжестью в голосе проговорила она, опустив взгляд. Глаза Амаи расширились. Её сердце пропустило один удар. —Зачем? — спросила она на выдохе. Палочки были положены обратно в коробку с бенто. —Не знаю.. — помотала готовой Аджия. —И кто это делает тоже не знаю. Вот, смотри. — после этих слов подруга разблокировала телефон и передала его Амаи. Девушка начала листать ленту. С каждым новым заголовком она хмурилась всё сильнее. «Ложь Одаяки», «Вся правда об Одаяке Амаи», «Самый лживый лидер клуба в Академи», «Шокирующая правда про Одаяку: какая она на самом деле?»... Это было лишь несколько самых популярный трейдов в Сайкоддите. Амаи тяжело выдохнула. На неё будто свалился огромный, тяжёлый камень. В голове не было паники или грусти, злости. Был только немой вопрос: почему сейчас? Амаи открыла вторую ссылку сверху и бегло прочитала текст. Она с непониманием вглядывалась в строчки, не понимая, откуда у людей возникли такие мысли. «Ненавидит готовку? Не терпит людей? Заодно с правонарушителями?!» — восклицала девушка мысленно, а вслух у неё только челюсть слегка отвисла. Амаи не понимала, откуда всё это вылезло. Она в упор не помнила, чтобы кому - то переходила дорогу. Её репутация всегда была высокой... —Откуда вообще пошли эти слухи? — с беспомощностью в глазах, Одаяка повернулась к Аджии. Черноволосая девушка потупила взгляд, накручивая прядь волос на палец. —Я пыталась выяснить, но все получили эту информацию от разных людей. Кто бы это не начал, он действует очень оперативно. — подавленным тоном объяснила она. Амаи отвернулась. Её взгляд помрачнел. Девушка просидела без движения десяток секунд, слушая шум фонтана. А потом Амаи взяла в руки палочки и положила телефон рядом с юбкой подруги. —Спасибо за информацию, Аджия. Я подумаю, что можно с этим сделать. — искренне сказала она, слегка кивнув. Подруга ответила тем же. —Ребята в нашем клубе не дадут тебя в обиду. — слабо улыбнувшись, заверила она. Оставшуюся часть обеденного перерыва Амаи провела в одиночестве. Одаяка старалась не думать об этом слишком сильно. У неё было черезмерно много забот для предавания тревогам и страхам. И всё же она ощущала некоторое напряжение даже во время уроком. Против воли, её мозг иногда начинал генерировать дальнейший план действий. Нужно было найти того, кто это делает. В ином случае пытаться отмыться бессмысленно: этот человек просто продолжит врать и запустит всё по второму кругу. Но как его отыскать? У Амаи не было ни единой идеи в голове. В любом случае, жизнь продолжалась. Одаяка тряхнула головой и направилась за шваброй в дамскую комнату. Время уборки началось. Ещё не заходя в саму комнату, девушка услышала чьё - то обсуждение в туалете. Она только собиралась показаться из - за стенки... Как вдруг собственное имя, сказанное достаточно громко, остановило её. —..Про Амаи? Я вообще не ожидала, что она будет так думать о нашем клубе! —Дааа! Я была в таком шоке, когда она мне это сказала! —Я понимаю, что мы, конечно, достаточно громкий клуб... Но они же на первом этаже! —Нууу, клуб Драммы вот тоже на клуб Боевых Искусств жаловался... Хотя их тоже этаж разделяет... —Ну это понятно, но это же не повод называть нас громкоголосыми курицами! Амаи от удивления прикрыла рот рукой. —Это да... Могла бы просто попросить или типа того.. —Воот! И я о том же! Да и вообще, мне кажется она как Сунобу... Просто вредничает. —Может быть... На этом моменте Амаи уже просто не выдержала. Обидно стало едва ли не до дрожи в руках. Но девушка лишь развернулась на носочках и быстро ушла. Она вышла из туалета с пустыми руками и в своей обычной позе. Амаи сделала глубокий вдох, а потом медленно выдохнула. Этот процесс она повторила несколько раз. Девушка спустилась в другой туалет за тряпкой. «Помою полы в следующий раз», — решила она, расслабив мышцы лица. До этого ей приходилось напрягать их... Чтобы не нахмуриться. Теперь скованное поведение покупателей было ей более чем понятно. Однако девушка игнорировала все знаки и намёки. Она всё так же улыбалась и с живостью рекламировала сладости. Она не собиралась позволять этому недображелателю рушить её жизнь. Эта продажа нужна в первую очередь её семье. И ради неё Амаи была готова пойти на всё. На часах пробило 17, и последние покупатели ушли. Амаи молча взяла свой поднос и подавила вдох. Она устала от своей фальшивой улыбки. В тишине клуб направился в свою комнату. Все поставили подносы посреди стола. Шоку молча встал за чаем. Амаи с грустью посмотрела на свой поднос. В прошлый раз на нём осталось лишь 2 тарталетки. Теперь же на на нём лежали 14, уже изорядно заветрившихся, но всё ещё аппетитно выглядящих пончиков. Даже Кенко в этот раз обогнал её по количеству продаж ровно на 1 пироженное. Амаи грустно улыбнулась. Она была за него рада, честно. Парень усердо пропогандировал свою диету, и людям она даже порою нравилась, но в продаже выпечки он всегда оставался позади. Амаи очень хотела, чтобы он получал столько же внимания, как и все остальные. Но не в ущерб ей самой. Шоку разлил чай по кружкам и сам сел за стол. Компанию друзей вновь охватило неловкое молчание. Никто даже не потянулся за сладостями. Амаи взглянула на подносы ещё раз. На одном из них остались лишь крошки. И этот поднос принадлежал Шоку. Он же и заговорил первым: —Итак.. — под внимательным взглядом чужих глаз парень не дрогнул, лишь прочистил горло. —Предлагаю подвести итоги этого вечера. — сказал он, а затем поднял глаза и посмотрел прямо на Амаи. Он улыбнулся. Девушка ответила ему тем же. —Сегодня я не могла дать вам совет во время готовки. Но, может быть, у вас были какие - то вопросы? — милым голосом спросила Амаи, окинув взглядом комнату. Тишина пробыла с клубом Кулинарии ещё 2 секунды. А затем заговорил Сейджо. Потом Саки. И нежно - зелёная комната вновь заполнилась разговорами. Амаи наконец сбросила с себя фальшивую улыбку и показала собственную, настоящую. Девушке вновь стало спокойно. Напряжение ушло совсем. Одаяка объясняла, как правильнее нагревать шоколад для брауни, и украдкой бросила взгляд на Шоку. В этот жест она вложила всю свою благодарность. Парень, кажется, хмыкнул и вроде бы даже зарделся? Амаи наверное показалось. Она уже и не помнит, как на самом деле было. Тяжёлый день отдавался физической болью в теле. Амаи вымоталась. Слишком много событий заставили её зевнуть на улице, и она едва успела прикрыть рот рукою. Но она не могла лечь спать прямо сейчас. Матери нужна была помощь в пекарне. К тому же, ей нужно выбрать новое блюдо для завтрашнего урока. —Я дома! — прокричала она, и колокольчики на двери оповестили девушку за прилавком о её приходе. Бейка мягко улыбнулась, приветствуя дочь кивком. —Переодевайся, милая. И зайди к отцу; ему нужна твоя помощь с тестом. — сказала мать, обняв Амаи. Младшая Одаяка радостно кивнула и поскорее побежала в дом. Уже наверху она наконец разблокировала телефон, который всё это время был на беззвучном. Первым делом Амаи полезла в клубный чат, а затем в свои заметки. Ей нужно было выбрать такое блюдо, которое даже начинающий может приготовить... Девушка положила палец в рот и задумчиво прикусила ноготь. Спустя пару секунд она резко встрепенулась и вытащила руку изо рта. Её глаза заблестели. Она набрала сообщение:«Завтра будем готовить Кацудон». Глаза Амаи загорелись. Обычная свинная котлета в панировке, залитая яйцом, подаётся с рисом и фирменным соусом. Проще не придумаешь! К этому рецепту девушка так же приписала карамелизированный лук. Готовить его не трудно, а ведь он очень хорошо дополняет вкус любого мяса! Амаи отправила сообщение в сеть и выключила телефон. Она подбежала к своему столу, вытащила ручку и оторвала листочек. Быстро, но аккуратно набросала все основные шаги в приготовлении. Амаи не нужно было смотреть в интернет, чтобы это сделать. Едва представив в голове конечный результат, девушка легко могла расписать рецепт. Закончив с этим делом, Амаи аккуратно свернула листок и положила его в сумку, чтобы не забыть утром. А затем переоделась и со спокойной душой отправилась помогать родителям. Во время уроков Амаи потребовалось найти в интернете перевод слова, ведь она его подзабыла. В ином случае девушка бы уже и не посмотрела в телефон. Там её ждал неприятный сюрприз. У Амаи не было времени смотреть чаты с незнакомыми номерами, но это сообщение пришло от Аджии, подруги детства, и его она проигнорировать не могла. Текстовая часть звучала так:«Амаи, всё очень плохо». А дальше было только фото. Одаяка с плохим предчувствием нажала на него, чтобы вывести на полный экран. В сердце что - то ёкнуло, конда она увидела чужое сообщение. Неизвестная ей Аяно Айши написала прямо под основным сайтом школы: «Вы знали, что Одаяка Амаи плюнула в еду покупателю?». Амаи покрепче сжала телефон и челюсть. «Откуда такая информация?» — подумала она. А сердце уже забилось чаще. Она же этого не делала! Тогда почему столько лайков на комментарии? И почему на него ответило так много людей? Одаяка бегло оглянула аккаунты ответивших. Большего и не требовалось: они все были как под копирку. «Девушки-гяру...», — опустошённо подумала она, сжав переносицу. Затем девушка вернулась в чат и с хмурым вырадением лица написала: «Этот слух пустила Айши?». Аджия начала печать. Амаи с замиранием сердца ждала. Пришёл ответ:«Я не уверена.. Не думаю, что так. Она сегодня подходила ко мне. Интересовалась тобою. Она мне показалось милой. Может быть, ей кто - то сказал...». Амаи тихо вздохнула. «Но откуда тогда пошла эта информация? И почему все в неё так быстро поверили?» — напечатала она. Ответ пришёл почти сразу:«Ну, это наверное просто подходит к той клевете, которую начали распространять. Вообще - то мне кажется, что я слышала об этом от тебя.. Но в упор не помню когда». Вот это сообщение заставило Амаи задуматься. Девушка задумчиво закусила нижнюю губу и пожевала её. «Ты имеешь в виду что это из моего прошлого?» — переспросила она. «Да. Ты же тогда была более... Чувствительной». — тут же ответила Аджия. Амаи хмыкнула. Она бы может и обиделась, прийди это сообщение от кого - то другого. Но с Аджией они были знакомы уже очень много лет. И кто, как не она, знает, какой Амаи была резкой и обидчивой в детстве. Девушка покачала головою. «Давай обсудим это завтра. Мне нужно доделать уроки». — написала она. А потом зашла таки в поисковик и набрала нужное слово. От Аджии пришло сообщение, но Амаи даже не зашла в чат, просто нажала «отметить как прочитанное» в окне уведомлений. Девушке было неприятно, даже больно от этих слов. Но у неё были другие дела. Она обратилась к дыхательной гимнастике. И уже через пару минут спокойно писала сочинение, полностью сосредоточившись на материале. Закончив с уроками, девушка буквально упала на кровать от усталости. Едва её голова коснулась подушки, она сразу же заснула. По крайне мере, именно так это и ощущалось.

***

Следующее утро встретило Амаи ярким солнечным светом прямо в глаз. Девушка жалобно промычала что - то и потянулась за орущим будильником. В клетке начал шуршать ещё не уснувший хомяк. Вчера она забыла закрыть шторы, и теперь расплачивалась за свою забывчивость. Одаяка потянулась и зевнула. День начинался обычно. Одаяка даже не заглянула в телефон, лишь сняла его с зарядки и закинула себе в сумку. Она и думать забыла о тех слухах. Они хоть и влияли на её жизнь, но пока не так сильно, чтобы делать из этого трагедию. А сейчас все мысли девушки были о... —Доброе утро, семпай! — приветливо сказала она, подходя к небольшому дереву Сакуры. Парень повернулся к ней и сверкнул взглядом. Губы Амаи вновь растянулись в улыбке. Хотела бы она видиться с ним чаще; ходить в школу вместе, уходить из неё вместе.... Но заставлять Ямаду ждать её до 16 она считала просто дурным тоном. Таро не состоял в клубе, и делать в школе после времени уборки ему было особо нечего. Возможно, стоит попробовать уговорить его присоединиться к ним в клуб?.. —Доброе, Амаи! Ты ведь сегодня будешь учить свой клуб готовке в домашней комнате? ..Но сначала нужно посмотреть, как он справится с этим блюдом. —Ура, ты помнишь! — радостно воскликнула она. Амаи очень хотела привить ему любовь к готовке. Но совсем не желала наседать слишком сильно. —Ты же поисоединишься к нам, правда? — спросила она, большими глазами посмотрев на парня. Тот потянулся к затылку. —Да, я там буду! Но, если честно, я всё ещё немного нервничаю... Мне кажется, я облажаюсь. — на последних словах его рука спустилась к шее и он начал активно чесать её. Амаи только снисходительно улыбнулась. —Не переживай, сенпай! Готовка — это просто. — отметила она, пустившись в обучающую речь. Амаи предстояло управление семейным бизнесом в будущем(родители её об этом не просили, но она сама хотела продолжить их дело), так что ей нужны были навыки учителя. По хорошему так же не помешало бы получить кулинарное образование. Хотя, оглядываясь назад, Амаи со смехом отмечала, что оно врятли даст ей нечто новое. —Всё, что тебе нужно, это следовать рецепту! И я буду тебе помогать; в каждом шаге. — успокоила она его, в конце не удержавшись и задорно подмигнув. Ямада тут же смутился. —Если это правда так.. И ты будешь мне всё время помогать.. То тогда мне не стоит волноваться вовсе. — проговорил он, сначала отводя взгляд, а затем посмотрев ей прямо в глаза. И в этом жесте уже была благодарность. А ведь они ещё не начали готовить. «Милашка», — подумала Амаи, когда вновь ёкнуло в сердце. —Вот это настрой, сенпай! — похвалила она его, кивнув. —Я выбрала такое блюдо, которое даже начинающий сможет приготовить, так что всё будет хорошо. Я обещаю! — сказала она, улыбнувшись ещё шире. Рядом с ним всё время хотелось смеяться. И проблемы все исчезали. И бабочки в животе тоже были. Ну разве это не судьба? —Как скажешь! — со смехом ответил парень. —Я буду с нетерпением ждать нашей встрече на уроке! — бросила она, подмигнув напоследок. —Я тоже! Увидимся в обед! —сказал он, махнув ей на прощание рукой. На этом они и разошлись. Амаи направилась в класс, чтобы повесить сумку. Там её ожидала ошеломляющая, но, к сожалению, крайне неприятная новость. Вся парта была исписана чёрным маркером. Девушка мелко вздрогнула и застыла у грязной поверхности. Разумеется, фразы тут были далеко не приятные... «Бесполезный мусор», «Потеряйся в канаве», «Ходи и оглядывайся», «Умри» и рядом приписка: «От всего класса». Амаи нахмурилась. Её сердце сжало болью. Самая большая надпись была посередине, и даже шрифт у неё был толще, жирнее. Эта надпись звучала так: «УБЕЙ СЕБЯ». Амаи в глухой тишине повесила сумку на крючок. Она простояла ещё несколько секунд у своей измазанной парты. Ей было грустно и больно видеть все эти слова. Она не думала, что всё это зайдёт так далеко. В конце концов девушка лишь тихо вздохнула и поплелась на первый этаж. «Нет времени рефлексировать об этом. Вытру это во время уборки», — сказала она себе и выдохнула. Потом вдохнула и по новой. Дыхательная гимнастика в таких непредвиденных ситуациях не подводит никогда. В «домашней» комнате её вновь ожидал сюрприз. Правда в этот раз так сходу и не скажешь, плохой он или хороший. Амаи с удивлением на лице застыла в дверях. Все её друзья выстроились в ряд, а впереди стоял Шоку. Он сегодня выглядел вдвойне радостным — его глаза просто сияли от количества эмоций. Амаи бегло окинула взглядом всю шеренгу. —Я что - то пропустила? — невинно поинтересовалась она у заместителя, тыкнув пальцем на себя. —Вовсе нет! — радостно, даже торжественно заявил Шоку. —Мы ждали только тебя. — со странным огнём в глазах сказал он, и только в этот момент Амаи заметила пакет в его руках. Парень протянул ей свёрток и уверенно кивнул. С искренним непониманием в глазах Амаи взяла его в руки. Под внимательные взгляды девушка начала его распаковывать. А как только дошла до союержимого, то удивлённо ойкнула. Внутри находился снежный шар. Вот только вместо снега там была Сакура. А снежинки были заменены на её листья. Он выглядел просто, но чарующе. —Как твои друзья, мы решили поддержать тебя в связи с последними событиями. — начал пояснять Шоку. —Мы не хотим, чтобы ты позволяла клевете влиять на твою жизнь. Мы знаем, что всё просто слухи, и мы в них не верим! — Шоку стукнул себя кулаком в грудь и нахмурился. Амаи была так удивлена, что даже глаз свести с него не могла. И, кажется, у неё немного отвисла челюсть. Совсем чуть-чуть. —Мы решили подарить тебе по подарку. Как небольшое напоминание о том, что тебе всегда есть на кого положиться. — успокоившись, продолжил он. Амаи взглянула на него. Посмотрела на его уверенность и непоколебимость. И её глаза начали блестеть. По телу разлилось приятное тепло, а губы сами собою расплылись в улыбке. «Так это мне подарок.. », — подумала она, ещё раз взглянув на шар. И где Шоку только такой откопал? —Спасибо тебе. Правда. — проникновенно сказала она. —Знаешь, мне действительно было это нужно сейчас.. — с искренней улыбкой сказала она. Парень слегка зарделся и почесал нос, разрывая зрительный котакт. Но Амаи не подумала, что ему было неловко. В тот момент её грела чужая забота. Очень тепло стало в груди теперь, когда она поняла, что не безразлична. Что не все они её ненавидят. Что те фразы написал лишь кто - то. Кто - то неважный и далёкий. И показалось тогда, что пусть. Пусть пишут, что хотят. Амаи на них всё равно. У неё есть близкие и друзья. Ей других и не надо. —А я продолжу! — Аджия вышла вперёд с широкой улыбкой, протянув девушке уже свой пакет. Одаяка с радостью приняла подарок, и с лёгким удивлением обнаружила внутри Тайяки. Таких у них много и они повсеместы. Вот только тесто на тех тёмное, а эти были очень светлыми и мягкими. Неужели это.. —Те самые! — с улыбкой опередила вопросы Аджия. —Помнишь их? —Двойная ваниль... — пролепетала Амаи и тут же весело хихикнула. Всего один раз она такие пробовала. Давно ещё, когда они в средней школе на экскурсию поехали. Они тогда в каких - то горах были, Амаи и не помнит уже. И вот они там продавались. Именно этот рецепт. Нигде больше девушка такого не встречала. Те Тайяки были безумно нежными и вкусными. Амаи мечтала попробовать их вновь, но всё никак не могла найти. —Спасибо! — с живостью проговорила она, положив вафлю в пакет и схватившись за руки подруги. Она благодарила её долгих 10 секунд. —Теперь твоя очередь, Кенко! — задорно сказал Шоку, наблюдавший за этим со стороны. —Я? — удивился названный парень, и даже чутка замялся, но всё же вышел вперёд. —Вот.. — как - то немного скованно пробормотал он, протягивая свой подарок. Амаи с рвением заглянула внутрь. Там она обнаружила небольшой брелок. Пушистая белая лапка красовалась на конце. —Ну.. Ты же любишь кошек.. — пояснил он, отведя взгляд. —Да. — с улыбкой подтвердила Амаи. —Спасибо, Кенко! Ты такой внимательный. — заметила она. Парень отступил на шаг и кивнул. Амаи казалось, что ему было неловко. —Теперь ты, Сейджо! — пригласил следующего человека Шоку. Амаи обернулась к названносу парню с заранее подготовленной благодарностью. Но тот не сдвинулся с места. Он молчал, опустил голову. Его коробка была по виду увесистой, но держал он её в одной руке. В комнате воцарилась тишина. Улыбка девушки немного спала. Она обратила внимание на его руку.. И вдруг увидела, как Сейджо сильно сжимает коробку. В тот же момент Амаи будто током прошибло. На неё свалилось всё то напряжение, которое исходило от парня и которое она так успешно игнорировала до этого. Сейджо резко, даже грубо шагнул к ней. А Амаи инстинктивно отпрянула. Резко в комнате стало колюще холодно. Исчезло то чувство тепла в груди. Оно заменилось кусающей тревогой. Она не могла вспомнить, как выглядят его глаза. Он не поднимал их с того момента, как она вошла в комнату. Эта мысль её напугала. Парень грубо толкнул коробку ей в грудь. Одаяке аж воздух из лёгких выбило. Машинально она схватилась за эту вещь. В руках эта коробка и осталась. Розовая, милая. Такую бы точно выбрал Сейджо. Но сейчас, глядя на его хмурое выражение лица, Амаи сомневалась, что перед нею тот Сейджо, которого она знала. Девушка сглотнула. —...Это на сегодняшнюю продажу. А дарить я тебе ничего не буду. — грубо отрезал он. И в его голосе звенела сталь. Он посмотрел на неё так, будто хотел избавиться от неё. Так, будто они давние враги. А потом он просто вышел из комнаты. И все остались ошарашено стоять в тишине. Это так не походило на него. Так контрастировало с его жизнерадостным и невинным поведением до, что просто не укладывадось в голове. Амаи не могла представить, что нужно было ему сказать, чтобы он так себя повёл. —...Я поддержу его... — раздался тихий женский голос. Все глаза обратились к стоявшей до этого особнячком Саки. Она сжимала губы и прижимала красивую коробку с бантом к груди. —Я.. Согласна с ним. — уже громче, уверенней сказала она. Саки подняла голову. И в её глазах Амаи увидела капли слёз. Но не это было главным. Главным была эта решительная враждебность. Амаи показалось, будто ей вставили нож в грудь и провернули его пару раз. —Я буду учавствовать в продаже... — Саки замолчала, вновь сжав губы. Амаи прочла между строк: она борется с истерикой. —...Но только потому что я пообещала тебе! И обещания я сдерживаю! — горячо, будто бы с упрёком выкрикнула она. Её руки сжались сильнее на подарке. А потом она тоже выбежала из комнаты. Под удаляющиеся шаги Амаи проводила её взглядом. В тот раз она впервые почувствовала, как в груди расползается болезненная чёртная дыра. То, что должно было стать показателем их дружбы, быстро переросло в конфликт. Саки вернулась в комнату через пару минут, уже без коробки. Все оставшиеся члены клуба Кулинарии уже были у своих плит и молча готовили свои блюда. Девушка тоже занялась этим делом. Амаи без огонька в глазах раскатывала бисквитное тесто. Она готовила кейк - попсы. Четыре вкуса, четыре посыпки. Белая, красная, зелёная, голубая. Десерт прост в приготовлении и декоре. Амаи с грустью взглянула на одно пустое место. Сейджо к ним так и не вернулся. Все уже приготовили свои десерты и с подносами направились к фонтану. Амаи же подошла к его подарочной коробке. Она медленными движениями распаковала её и в удивлении застыла. Внутри был яблочный пирог. По вмду можно было сказать, что этот точно не из магазина. «Так вот что он имел в виду», — промелькнуло в голове девушки. Её лицо вновь стало бесстрастным. Теперь всё встало на свои места. Амаи взяла нож и разрезала пирог на 20 кусочков. Аккуратно выложила их на его поднос, и, подобрав со стола уже свои творения в другую руку, двинулась к продаже. Сейджо и Саки болтали друг с другом. Парень посторонился, даже не взглянув на неё, просто пропуская вперёд. Амаи поставила подносы на стол. Шоку уже принимал заказы покупателей. Амаи вклинилась в разговор, ловко перетягивая инициативу на себя. Покупатель вначале противился, порывался задавать вопросы Шоку. Но Амаи была настойчива. В конце концом ей удалось вновь возобладать над своею продажей. За утро она успела и позабыть, что её парту разукрасили. При взгляде на этот чёрный маркер сердце неприятно сжалось. Амаи молча села за парту и достала свои письменные принадлежности. Не было времени идти за тряпкой и стирать оскорбления. Амаи пристроила подаренные вещи в сумку и приготовилась к уроку. В класс вошла учительница. Она окинула взглядом грязную парту Амаи, но не стала на этом зацикливаться. Она прошла к своему столу и принялась разбирать бумаги. Амаи скрестила руки в замок и потупила взгляд. На душе кошки скребли, но времени на проживание этих эмоций не было. Девушка заставила сердце замолчать. После начала обеденного перерыва, Амаи с удивлением обнаружила, что бенто в сумке не было. Учитель и одноклассники к тому моменту уже ушли, а Одаяка с несколько ошарашенным выражением лица продолжала копаться внутри. Она чётко помнила, что положила бенто перед выходом их дома. Неужели кто - то его украл? —Милашка, это ищешь? — раздался женский голос над головою, сопровождающийся мерзким смехом. Амаи начала поднимать глаза, но тут с грохотом перед нею свалилось бенто. Девушка дёрнулась и отпрянула. Коробка от удара открылась, и всё содержимое высвпалось наружу. Амаи подняла глаза. Перед нею стояла Мусуме Роншаку. Негласный лидер популярных девушек-гяру. Вся её компания стояла чуть позади. И тихо хихикала. —Оййй, прости! — с мерзким хихиканьем воскликнула голубоволосая девушка. —Она выскользнула из моих рук. — она демонстративно пожала плечами и разразилась хохотом. Амаи почувствовала только боль в груди. Она попыталась встать, но тут Роншаку схватила её за волосы. Её длинные ногти впились ей в голову. —Сидеть. — приказным тоном отвесила она, вмиг посерьёзнев. В животе Амаи что - то сжалось и перевернулось. Она невольно повиновалось. Это сердце бьётся так, что отдаётся прямо в желудке? Или она это придумала? Роншаку зашла за спину Амаи. Её руки вновь легли ей на голову. Амаи почувствовала её острые ногти на своих ушах. Чужое дыхание опалило шею. По спине пробежал холодок. —Ты знаешь, говорить гадости про нас это очень, очень нехорошо... — прошептала гяру. Её тон звучал даже не предостерегающе, а скорее угрожающе. Оставшиеся 4 девушки сформировали круг вокруг неё и посмеивались, прикрыв рот рукой. Амаи опустила взгляд на парту. Она не хотела смотреть на все эти надписи. А всматриваться в их глаза не хотелось ещё больше. Роншаку отстранилась от девушки, но, судя по звукам, начала что - то доставать. Амаи хотела встать и уйти. У неё были дела. Урок с клубом, урок с Ямадой. Она даже не поела. Она хотела просто закинуть в себя пару онигири и убежать. Но вся еда теперь была рассыпана по парте. Хлопок. Амаи закашлялась, когда мел попал ей в ноздри. Смех вокруг стал оглушительнее, звонче. За первым последовал второй, без промедления и будто бы даже сильнее. У Амаи заслезились глаза, но пальцы, тыкавшие в неё, она увидеть успела. Ещё один хлопок. Эти губки для доски больно били ей по ушам. Амаи машинально прижала руки к голове. Ещё хлопок и ещё. Роншаку только набирала темп. Мерзкий гогот не утихал, даже будто бы нарастал, становясь фоновым шумом. А у Амаи в груди разрасталась паника. У неё нет времени на это. Совершенно нет! Ещё урок, Ямада.. Клуб. Еда.. Она так и не поела. Амаи кашляла, но каждый новый вдох требовал больше воздуха. Сердце билось часто и сильно, словно желая пробить грудную клетку. Когда болезненные и оглушительные удары прекратились, Амаи захлестнули чувства с головою. Она схватила лежавшую на коленях в сумку и резко вскочила, рванув к выходу под неодобрительные возгласы. Она врезалась в полуоткрытую дверь, ведь не открыла глаза. Их ужасно щипало от остатков мела. Амаи убежала прежде, чем её смогли нагнать. Она на ощупь добежала до туалета и заперлась в первую же кабинку. Конечно, девушки пытались к ней прорваться. Но Амаи ловко защёлкнула замок у них перед носом. Они дёргали дверь и кичали на неё. Но ничего не добились. Амаи упала на колени и сидела без движения. Песчинки мела вымыли слёзы. Даже к раковине подходить не пришлось. Когда девушки-гяру в раздражении отступили, когда их шаги окончательно затихли, она нашла в себе силы потянутся к сумке. Подрагивающими руками девушка вытащила подарок Аджии. Она подарила ей Тайяки. Амаи собиралась поделиться ими с мамой. Прийти домой и выпить их с чаем. Теперь же она подаленно жевала вкусный десерт. Амаи почти не чувствовала нежности или вкуса. Девушка съела всё до последней крошки и машинально сложила пакет обратно в сумку. Она боялась выходить. Боялась вновь увидеть их злые глаза и понять, что они её ждали. Понять, что она в ловушке. Но у неё были дела. Усилием воли Амаи заставила себя открыть дверь и выйти. Она потеряно огляделась по сторонам, ожидая засады. Но никого не было. Девушка взглянула на себя в зеркало. По мешкам под глазами было ясно: она плакала. Все волосы были в белой пыли: остатки мела. Даже её платок был испачкан. Амаи резкими движениями умылась холодной водой. Было так неприятно, аж до дрожи. Она сняла свой любимый платок и аккуратно стряхнула мел. На скорую руку намочила волосы. Совсем чуть - чуть, просто чтобы не так заметно было. Затем девушка с несколько отстранённым видом вышла из туалета. Только у «домашней» комнаты она вспомнила о своём выражении лица. Откашлявшись и натянув мягкую улыбку, Амаи зашла внутрь. Её уже все ждали. Губы девушки дрогнули, когда она поймала на себе грозный взгляд Сейджо. Но она ничего не сказала по поводу присутствия его и Саки. —Простите за ожидание. — слегка поклонившись, сказала она. Собственный голос звучал как - то далеко и странно. Её весёлый тон констратировад с реальным настроением девушки. И оттого слова, выходящие изо рта, воспринимались как нечто чужеродное. —Итак, начнём наш урок! — задорно сказала она, поставив сумку на стол. Рецепт из тесной сумки переместился на середину стола. Любой мог подойти и заглянуть в него. Амаи большую часть времени стояла возле Ямады. Лишь изредка она проверяла, как готовят остальные. Им её помощь ожидаемо не требовалась, а вот этот парень испытывал частые для новичков трудности. Ещё до начала готовки он немного испачкал нос в муке. —Ох! — Амаи умилительно рассмеялась. —У тебя кое - что на носу, сенпай... — сказала она, неловко отведя взгляд. Вновь пробило на хихиканье. Парень тут же потянул руку к этой части тела, но не смог убрать муку, ведь его руки тоже были в ней. —Так, давай я помогу тебе. – сказала девушка и протянула к нему руку прежде, чем он успел отреагировать. Ямада ойкнул, и они оба рассмеялись. Амаи почувствовала приятное покалывание в груди. Она заметила, как покраснели его щёки, но не заметила, как покраснела сама. После этого девушка поспешила уйти. В оставшееся время Амаи направляла, но не рвалась делать работу за него. Даже если у него выходило криво, она не поправляла. Только снисходительно улыбалась. —Иии готово! — с улыбкой сказала девушка, лишь единожды не удержавшись от соблазна протереть тарелку полотенцем. Блюдо Ямады отправилось в линейку со всеми другими Кацудонами. Каждый выглядел очень красиво и аппетитно. —Сенпай, попробуй! — предложила она, взяв небольшой кусочек свинины палочками —Я? — переспросил он, слегка отпрянув. Затем Таро отвёл взгляд и почесал затылок. —Но ведь ты судья... —Я пробовала ингридиенты в процессе готовки. — пояснила Амаи с елейной улыбочкой. —Попробуй! Ты ведь над ним так старался... — попросила она милым голосом, поднося палочки к его рту. Парень весь зарделся. Он сначала пытался юлить... Но в итоге сдался. Ямада действительно взял еду у неё с палочек. Он позволил ей покормить его. Амаи почувствовала сладкое чувство удовлетворения. Парень промычал что - то вроде «ммм, вкусно!» и схватился за лежащий на столе набор. Амаи молча опустила свои палочки. Но тепло в животе осталось и разлилось по телу. Одаяке это чувство понравилось. Она очень хотела испытать его ещё раз. —Что думаешь, сенпай? Тебе понравилась готовка? — спросила она с блеском в глазах, когда Таро проглотил последний кусочек. —Следовать инструкциям было намного веселее, чем я думал! Да и блюдо вышло очень вкусным! — с радостью заявил он. От этих ямочек на его щеках у Амаи вновь защемило в груди. Она даже и думать забыла о всём клубе Кулинарии, что сейчас смотрел на них. —Это чудесные новости! — воскликнула она, и таки не удержалась. Рука легла прямо на сердце. Уж слишком ощутимым было это чувство. —А, и спасибо за этот фартук! — отметил он, оттянув рукою чёрную ткань. —Благодаря ему я не запачкал свою форму! — восторженно отметил он. Амаи захотелось смеяться. Это прозвучало так по - детски наивно, что было даже забавно. —Видишь, сенпай? Я говорила, что тебе не о чем волноваться! — не удержавшись от хихиканья, ответила она. У неё немного болели скулы. Но это были мелочи. —Ты не против поделиться со мною другими рецептами? — с живым интересом спросил он. —Конечно! Я превращу тебя в пяти-звёздочного Мишленовского шефа! — эмоционально пообещала она. Это была не гипербола. Амаи действительно хотела бы, чтобы он встал с нею во главе её пекарни. Оглядываясь назад, она была рада, что тогда Ямада воспринял это как шутку. —Хаха, я бы не заходил так далеко, но готовка и вправду была весёлой! — ответил он. И на этом они распрощались. Как только он захлопнул за собою дверь, Амаи очень явственно ощутила мороз на своей коже. Она обернулась к своему клубы. Исчезло чувство тепла, счастья, безопасности. Она вновь почувствовала себя одиноким воином в поле. И вспомнились сразу издевательства тех девушек, и оскорбительные надписи на парте.. Но Амаи не позволила улыбке исчезнуть. —А теперь приступим к дегустации! — как можно веселее ответила она, стараясь не выдавать свой внутренний дискомфорт. Первым на очереди был Шоку. Он сначало очень сильно перебирал пальцами и явно нервничал, ожидая приговора. Но, после общения Амаи с Ямадой, он как - то.. Потух. Сейчас он стоял абсолютно без движения. Амаи отрезала кусок от ещё тёплого блюда и отправила его в рот. Она распробовала текстуру мяса, вкус соуса, варёность риса. —Твоё блюдо почти идиально! — с радостью заключила она, вытерев рот платком. —Разве что, немного соус пересолен... Но, думаю, это просто случайность! — со смехом отметила она, отложив платок. Парень только как - то зажато кивнул. Амаи не могла не отметить его рассеянность. Вслух она, естественно, ничего говорить не стала. У неё не было ни единого предположения о том, что с ним могло случиться. Следующим по очереди был Кенко. Он приготовил лишь нечто, отдалённо напоминающее Кацудон. Парень сохранил традиционный соус к нему, но не обжаривал в панировке. Фритюр и правильное питание были фактически антонимами... Амаи всё понимала и сама ему это разрешила. В конце концов, это ведь его блюдо. Девушка так же попробовала кусок. В этот раз соус она нашла идиальным. Но не могла не дать комментарий по поводу мяса: —Свинина была на кости, верно? —Д-да.. — потерянно и ошарашенно ответил парень. —Как ты это узнала? Амаи мягко улыбнулась. —По вкусу поняла. В следующий раз бери нарезку без кости, хорошо? — заметила она. Не дожидаясь реакции, направилась дальше. Аджия гордо стояла над своим блюдом и ждала вердикта. Амаи порадовала её уверенность. Аджия была единственной, кто во время готовки прльзовался специализированными сковородками ояко-набе. Это ускоряло процесс, но вкуса не меняло. Амаи хорошо распробовала её блюдо. У неё нашлись замечания к карамелизированному луку, но само мясо было великолепным. И это главное. Ведь именно свинина — звезда шоу. Именно она должна сиять на тарелке. Аджия критику восприняла спокойно. И вот Амаи сделала шаг вперёд. Она чувствовала, что едва ли не физически натолкнулась на холодный взгляд Сейджо. Она бы сравнила это чувство с втыканием меча в грудь. Одаяка всё равно пошла дальше, позволяя лезвию войти глубже. Под его презрительным взглядом она отправила в рот один кусочек. Десяток секунд она жевала в тишине. Напряжение в комнате ощутимо кололось. —Мясо немного пережарено. — обычным голосом сказала она, не побоявшись заглянуть парню в глаза. Сердце ёкнуло, но улыбка не дрогнула. Амаи чувствовала, как её приветливость медленно становится маской, отделяясь от неё самой. — Тебе стоило бы оставить его доходить до готовности в соусе. Тогда он бы был более сочным внутри. — пояснила она ровным голосом. Сейджо не сводил с неё презрительного взгляда. —В остальном всё идиально! — завершила она, сжав руки в замок. Она почувствовала, как липкий страх расползается в животе и ползёт к груди. Совсем как 10 минут назад. Сейджо хмыкнул и пробормотал что - то вроде «да, окей», а затем отошёл в сторону, позволяя Амаи пройти дальше. Осталась только она... «Последняя по очереди, но не по значимости...», — с грустью подумала Одаяка, поглядев на зажатый силуэт Саки. Девушка всё время избегала прямого зрительного контакта и всем видом демонстрировала, что ей здесь некомфортно. Амаи знала, что это не показуха. Она умела отличать ложь от правды. В любом случае видеть её такой было очень больно. Амаи казалось, они с нею близки... Девушка отрезала кусок и начала его жевать. —К мясу замечаний нет. — спокойно сказала она, вытерев губы платком. —Но есть совет для соуса: лучше используй коричневый сахар для более карамельного вкуса, а не обычный. — поделилась она своим опытам. Саки кивнула, но глаз не подняла. Она продолжала держаться за свой правый локоть, и будто бы всё сильнее и сильнее зажималась. Амаи на носочках развернулась. Смотреть на это было просто безумно неприятно. —Ну что ж, вернёмся к продаже! — радостно огласила она. Свой голос она услышала будто со стороны. Амаи стоило бы ещё тогда заметить, что улыбка перестала быть искренней, а стала скорее рефлексом. В её классе не было девушек-гяру. Это единственное, что радовало девушку по возвращению в класс. Что не радовало, так это беспорядок на парте в виде разбросанной еды. Амаи на носочках развернулась и посеменила за тряпкой. Она успела и позабыть об этом конкретном казусе. Вся еда отправилась в тряпку. Бенто было помыто и сложено обратно в сумку... Которую Амаи забыла в домашней комнате. Девушка рванула туда, и прибежала обратно только после звонка. Учитель уже был в классе. —Пожалуйста, постарайтесь приходить вовремя. Садитесь. — терпеливо попросила она запыхавшуюся Амаи. Правонарушители окинули её коротким взглядом и уткнулись в тетради. Амаи хотела объяснить ситуацию, но вовремя заметила, что учительница её уже не слушает. Кольнуло неприятно в сердце от этого невнимания. Амаи молча села за парту. Когда началось время уборки, Одака в целом подуспокоилась. Она уже не чувствовала обиды в груди, когда оттёрла парту и направилась за шваброй. Лишь когда за спиной раздалась знакомая тональность смеха, стало невероятно тревожно. Амаи покрепче сжала ручку швабры и обернулась. Зря. Она успела увидеть, как Хошико Мизудори хватает таз с водой, но не успела среагировать. Холодная вода, как бы странно ни звучало, ошпарила её. Амаи отпрыгнула. А девушки только заливались смехом. Машинально Одаяка выставила перед собою швабру. Как будто бы она могла её защитить. С её волос стекала мокрая вода. Теперь нижнее бельё просвечивалось сквозь белый вверх. Мокрая юбка липла к бёдрам. Но девушку волновало не это. Она сглотнула. Популярные девушки сформировали вокруг неё полукруг. —Милая, ты же не думала, что так легко отделаешься? — «промурлыкала» Роншаку. До боли в ладонях Амаи сжала ручку швабры. —Ты нас таааак расстоила... — девушка вырвала у неё вещь из рук. Одаяка, словно потерянный котёнок, проследила, как швабра упала на пол. —Мы хотели ещё повеселиться с тобою.. — Роншаку схватила её за галстук и притягула к себе. Амаи ощутила лёгкое удушье на шее. Она посмотрела в её глаза. И этот взгляд напугал её ещё сильнее. Она почувствовала, как колени задрожали. —...А ты так резко убежала! — под противный гогот Роншаку показушно надула губки. —Но теперь - то ты никуда не денешься... — Мусуме щироко улыбнулась, сжав галстук сильнее. Амаи оставалось только сжать зубы и молиться, чтобы слёзы не проступили на глазах. Она знала: за это её щадить не будут. Внезапно смех затих и, и так же внезапно Роншаку отпустила её, тут же обернувшись. Амаи нашла в себе силы не упасть на колени. По компашке прошёлся шёпот, а потом они все двинулись к выходу. Амаи рвано выдохнула. Сердце всё ещё колотилось. Мышцы всё ещё были напряжены. На неё удивлённо смотрела одна из девушек из клуба Музыки. Они не сказали друг другу ни слова. Девушка слегка сжала губы и молча пошла к унитазам. Амаи подобрала с пола швабру и пошла к выходу. Она заставила себя не фантазировать о том, что могло бы случиться дальше. —Амаи! Что с тобой? — воскликнула Аджия, подбежав к девушке. Одаяка сначала не поняла. А потом подул ветер. Она почувствовала неестественную прохладу, а затем вспомнила, что её тогда облили... А теперь она стояла перед всеми мокрая, и с неё буквально капала вода. Амаи должна была насторожить собственная реакция. Должна была... Девушка удивлённо посмотрела вниз. Внизу уже накапало несколько капель с волос. —Облилась... — запоздало ответила она Аджии, терпеливо ожидающей ответа. —Случайно.. — скомканно добавила, и губы сами собою растянулись в улыбке. В нервной улыбке. —У меня в шкафчике есть запасная форма. Пошли! — сказала она, потянув девушку за собою. Амаи не сопротивлялась. Перед уходом она успела увидеть красные щёки парней и прямой, ошарашенный взгляд Саки. Ей и самой стало немного неловко. Они всё видели... А она же ещё по коридору неспешно шла... «Стыд - то какой», — промелькнуло в голове. Аджия фактически затащила её в душевую. На переодевания ушло несколько минут. Амаи не стала заходить в душевую, лишь вытерлась полотенцем, висевшем в шкафчике. Затем девушка поспешила обратно. Она убиралась с лёгкой улыбкой на лице. Но ей было совсем не весело. Она чувствовала враждебную атмосферу в клубе. То, чего она так боялась с самого начала года, произошло. В их дружеской компании произошёл конфликт, и теперь они раскололись на два лагеря. Амаи вернула швабру на место и направилась к стэнду с выпечкой. Конечно, чтобы состоять в одном клубе, не обязательно быть друзьями. Амаи приветливо кивнула подошедшему Заметоре. Тот скривился. Но клуб Кулинарии был особенным именно потому, что все они были друзьями. Такие разные между собой, и всё же им удалось подружиться. Терять эту атмосферу было до безумия болезненно. Амаи так долго работала над этим. Над собою. Так старалась сглаживать углы. Она ни в коем случае об этом не жалела; она всё делала правильно, Амаи это знала. Но теперь, сидя в тихой комнате и молча поедая свои пироженные, ей было грустно. Её труды не окупились. Она не смогла сохранить их дружбу. И если бы только она знала, как это предотвратить... Амаи поставила кружку на стол и с грустью посмотрела на подносы. Число нераспроданных сладостей на её подносе только увеличилось. Амаи знала, что это не её вина. Она сделала их вкусными и нигде не напортачила. То, что сейчас происходило с её жизнью, было вне зоны её контроля. Но ей всё равно было обидно. Она не могла съесть их все. Вчера у неё болело сердце, когда она выбрасывала остатки в мусорку. Никто не смог осилить такое количество. А сегодня Сейджо и Саки принципиально не брали ничего с её подноса. В конце дня Амаи достала из сумки небольшой целофановый пакет и запихала все сладости туда. Они были заветревшимися и выцвевшими. Но она всё равно хотела разделить их со своей семьёй. Даже если они уже не такие вкусные. Девушка распрощалась с ребятами и направилась к дому. Знакомая тропа, знакомый закат. Улыбка Амаи наконец опала. Она больше не видела смысла её поддерживать. Дома улыбнётся. Не хотелось беспокоить родителей... Пакет с кейк-попсами бился о ноги. Амаи прокручивала в голове события этого дня. Они были мягко говоря шокирующеми. У неё не было слишком много времени переживать об этом раньше. И вот оно появилось. Грудь сдавила боль с новой силою. Отдалённый смех и слишком долгое эхо от своих шагов сначала списывалось на додумки мозга. Амаи полагала, что сегодня слишком сильно нервничала и просто впечатлилась. Но соблазн обернуться не спадал. В конце концов он стал таким навязчивым, что она не удержалась. Девушка круто развернулась. Никого не было. И шум утих. В полной тишине она стояла на узкой дороге и вглядывалась в каждую кочку. Столб, дорога, магазин. Никого. Амаи пошла дальше. Ей стало неловко за своё поведение. «Напридумывала..», — тихо выдохнула она. А потом звук возобновился. Амаи начала замедлять шаг. Вернулось чувство страха и погони. Сердце забилось сильнее. Она вновь обернулась. И вновь никого. Амаи слегка отпрянула от вмиг затихшей улицы. Первой мыслью было:«Я схожу с ума?». Но она решила проверить. Дать своему мозгу ещё один шанс. Она шла по улице долго, игнорируя звуки. Ей казалось, что кто - о зовёт её по имени. Тихо, сквозь смех. Амаи дождалась, когда она дойдёт до поворота. Не ускоряя шаг, но испытывая нетерпение, зашла за угол. А затем резко развернулась. Ей удалось поймать кончик блондинистых волос с фиолетовыми прядями, исчезающий за углом. Амаи побежала. Преследователей это позабавило. Они разразились гоготом, ринувшись за ней. Одаяка слышала их шаги отчётливо. Она знала, что они бегут за ней. Она никогда не была хороша в спорте. Бег не давался ей просто. Но подгонял адреналин. Пакет с кейк-попсами болтался в воздухе. Амаи переживала, что что - то выпадет. Ей крупно повезло. Улица, ведущая в её пекарню, была оживлённой и солнечной. Да и жила она не так далеко от Академи. На последнем повороте девушки отстали. Амаи перестала слышать их хохот и шаги, но всё равно продолжила бежать. Она схватилась за ручку двери и уделила себе несколько секунд, чтобы просто отдышаться. Она не была готова к таким активностям. —Амаи? — удивлённо спросила мама, видевшая её в окне здания. —Я дома.. — устало выдохнула девушка, всё ещё пытаясь вернуть себе нормальное дыхание. Она упёрлась руками в колени и согнулась пополам. Похоже, она поспешила с заходом внутрь... —Что - то случилось? — обеспокоенно спросила Бейка. —Нет! — весёлым голосом и с широкой улыбкой огласила Амаи, вмиг распрямившись. —Просто решила немного побегать. Я принесла сладости! — объяснила она, а затем вмиг переключилась на другую тему, показывая матери содержимое пакета. —Ох, кейк-попсы! — старшая Одаяка с интересом заглянула внутрь. —Это ты в Академи делала? —Ага! — ответила Амаи. Её скулы вновь болели. Но она должна была... Ради бизнеса своих родителей. И их благополучия. Сосредоточиться на уроках оказалось невероятно сложно. Амаи запихнула в рот один ванильный кейк-попс, надеясь, что он ей поможет. Родители с радостью съели принесённые сладости, пусть уже и не такие свежие. И даже не спросили, почему их так много, хотя знали о продаже. Ей тоже оставили немного. Амаи мельком глянула на телефон. Он стоял на беззвучном, но на экране без конца всплывали уведомления. Одаяка мельком прочмотрела текст. Она запрещала себе открывать гаджет, пока не сделает уроки. Но даже мелкое подглядывание было сравнимо с болью от ножа в сердце. Спам, отметки.. Амаи по названиям понимала, что её отмечают в постах «разоблачения», или что - то в этом роде. Грустно вздохнув, девушка перевернула телефон экраном вниз и продолжила решать уравнение. Разобравшись с уроками, девушка всё же решилась проверить телефон. Было почти 23 часа, а уведомления всё ещё приходили.. Едва Амаи убирала одно, тут же появлялось новое. Она даже не читала, где её отмечают и что пишут. С грустью Амаи посмотрела на свой аккаунт в соцсетях. Число подписчиков заметно поубавилось. Хотя качество её фотографий и сладостей не ухудшилось. Проблема была не в этом. С тяжёлым сердцем Амаи приняла решение отключить возможность отмечать её в комментариях вообще везде. Также под ограничение пошли личные сообщения. Теперь их могли отправлять только друзья. Так Амаи разобралась со спамом от девушек-гяру. С тяжёлым вздохом девушка легла на кровать. Она с грустью листала свои соцсети. Теперь большая часть её аккаунтов была закрыта. Её карьера в интернете? Окончена. Подписчиков было почти десять тысяч вчера. Теперь их только около 7 тысяч. Злые сообщения приходили везде. Даже на почте Амаи нашла несколько писем с угрозами. Девушка закусила нижнюю губу и отвела взгляд. В глазах начало щипать. Она не хотела драмматизировать. Не хотела делать из этого катастрофу. Но это было проблемой. И Амаи больше не могла это отрицать. Над нею издевались, и это мешало её жизни. Теперь всё именно так. Пока слёзы ещё не взяли вверх, Амаи быстренько написала Ямаде с предложением на следующее утро. Она вышла из чата и тут же зашла в другой. Амаи написала:«Мы можем созвониться сейчас?». Аджия была в сети. Она не читала сообщение минуту. Две. Амаи не выходила из чата, нервно обновляя страницу. Её статус не менялся. Она была в сети. Пальцы девушки немного подрагивали. Она правда не хотела реветь или что - то в этом роде. Но ей было плохо. Она не могла это отрицать. Аджия наконец прочла её текст. И тут же начала печатать. С замиранием сердца Амаи ждала ответа. Её пальцы потянулись к кнопке звонка.. «Прости, Амаи, давай в другой раз? Я занята уроками». Одаяка рвано выдохнула и перевернулась на бок. Телефон упал на подушку вместе с рукою. Экран начал темнеть. Амаи отвела взгляд от гаджета и укусила внутреннюю сторону щеки. Было довольно больно. «Придётся справляться самой», — подумала она, ставя телефон на зарядку. В этот день она засыпала с тяжестью на сердце.

***

Следующим утром она встала раньше обычного. Всё было из - за Ямады. Она всё ещё лелеяла надежды сблизиться с ним. Именно поэтому она попросила его встретиться у стоянки с велосипедами. Ей хотелось прогуляться с ним до школы. Выпив таблетку от головы, Амаи дрожащими руками собирала сумку. Ей было немного боязно. Она допускала, что он может оборвать с ней общение из - за слухов. Но ещё вчера их диалог был дружеским. Да и он согласился... Амаи верила, что у неё всё получится. В конце концов, может быть, он не из тех, кто верит в сплетни? Они с ним никогда не обсуждали эти слухи. Он не спрашивал, а Амаи просто не хотела говорить. Отбросив страхи, она мило улыбнулась ему на улице. Он казался немного скованным в движениях. Амаи догадывалась, почему. И всё же заговорила совершенно о другом: —Эй, сенпай! Я всё думала, как вернуть тебя на кухню... Скажи, почему ты всё ещё избегаешь готовки? Что тебя отталкивает? — поинтересовалась девушка. Парень ещё сильнее замялся. —Ну, если честно... Просто я вспоминаю свой опыт и... — Ямада неловко рассмеялся. —В прошлый раз я порезался, когда пытался приготовить салат... — с этими словами он показал свою правую руку. На указательном пальце был пластырь. Амаи удивлённо встрепенулась. —Просто если даже я даже такую мелочь сделать не могу... Есть ли смысл делать что - то более сложное? — почесав затылок, спросил он. Амаи нахмурилась. Этот тон ей был знаком. Неуверенность в себе и страх ошибки... Не единожды и не дважды она с такой позицией встречалась. И каждый раз она вызывала негативный отклик в душе. Амаи было жаль людей, которые так боялись провала. Это заставляло её задуматься о том, как к ним раньше относились, чтобы привести к этим мыслям. —Готовку можно сделать менее опасной! Даже, как ты выразился, сложные блюда могут быть безопасными, если знать несколько решений! — поспешила заверить она. —Правда? И каких же? — с интересом переспросил Ямада. —Например, если ты боишься обжечься, то ты можешь использовать электрическую плиту вместо газовой! Она никогда не обожжёт тебя! — с радостью отметила Амаи. Ей вспомнилось, как она обучала детей азам готовки. Тогда одна девочка так же боялась пораниться. Этот факт её тогда неплохо успокоил. —Ого, я не знал! — удивился Ямада. —Есть ли какая - то причина, по которой ты всегда используешь газовую плиту вместо электрической? — поинтересовался он через несколько секунд. —Да, есть много причин! Например, некоторые кулинарные техники требуют быстрой смены температур, а это возможно только на газовой плите. — с улыбкой пояснила она. —Правда? А ты не боишься утечки газа или типа того? — с волнением спросил он. Амаи хихикнула. —Вовсе нет! Газовые плиты имеют несколько мер безопасности, предотвращающие подобные ситуации. Например, есть специальный сенсор, который остановит газ, если пламя не раззжено. Помимо этого, вытежка забирает излишки газа. Пока она работает, он не будет скапливаться в воздухе. Но, что более важно... — Амаи заглянула парню прямо в глаза. —...Прежде чем начать использовать плиту, я *всегда* проверяю, есть ли запах газа. Если я его учую, я сразу же выключу плиту! — заверила она его с лёгкой улыбкой. Парень, до этого очень внимательно смотревший ей в глаза, вдруг дёрнулся и отвернулся. Его щёки слегка покраснели. —Воу, ты правда знаешь своё дело, Амаи.. — отметил он, отведя взгляд. Вскоре он вновь повернулся к девушке с интересом в глазах. —Но... Ты специализируешься на сладостях типа шоколада, верно? Амаи кивнула, не перебивая его. —Так как часто тебе приходиться готовить на газовой плите? — спросил он. —Чаще, чем ты думаешь! — со смехом ответила Амаи. —Например, некоторые рецепты шоколадной помадки требуют нагревания воды. — отметила она. Это было первое, что пришло ей в голову. — На самом деле я буду готовить её сегодня после времени уборки! — поделилась она. Девушка и вправду собиралась потренироваться в новом рецепте, который она получила от мамы. В следующем месяце они вводят новую позицию в пекарню, и ей следует научиться готовить её просто мастерски. —Правда?! Мне нравится шоколадная помадка! Оставишь мне кусочек, окей? — голодными глазами попросил он. Амаи рассмеялась и закивала. Ей только в радость! По спине пробежал холодок. Незаметно для него, девушка оглянулась через плечо. Как и ожидалось, сзади была лишь пустота. Амаи подавила вздох. Уже у ворот Академи девушка отвела парня в сторонку. Настроение было чудесным. Амаи боялась, что косые взгляды на неё и слухи повлияют на его отношение к ней. Но тот, похоже, совершенно не переживал об этом! —Сенпай! Ты когда - нибудь был на пикнике? — с ослепительной улыбкой поинтересовалась она. —На... пикнике? — неловко переспросил он. Амаи кротко кивнула. —Всмысле, ел еду на улице? — с абсолютным непониманием в глазах уточнил он. Одаяка тут же ударилась в пояснения: —Пикник — это не только про еду на улице! Карзинка, плед, звуки природы... — перечислила девушка, мечтательно вздохнув. —Оу! — воскликнул парень. —Ну, я... Никогда не пробовал, если честно. — ответил он, почесав затылок. —Тогда давай устроим пикник в обед! — радостно воскликнула Амаи. Сердце забилось быстрее. Всё шло так, как она и планировала. —Поедим возле куста роз у спортивного зала! —В теории звучит неплохо... — задумчиво начал онс потеребив подбородок. —Но что насчёт насекомых? Муравьи, мухи или типа того? — с сомнением во взгляде поинтересовался он. —О, не волнуйся об этом! Там ничего, что будет их приманивать! — со спокойной душой заверила его Амаи. —Ну, тогда... Конечно, давай устроим пикник! — с радостью ответил он, улыбнувшись. Кажется, все тревоги покинули его голову. Амаи мягко улыбнулась этим мыслям. На этом они и распрощались. Нехорошее предчувствие сдавило грудь, когда девушка прикоснулась к двери, ведущей в класс. Амаи неловко застыла в дверях. Она беззвучно ахнула и прикрыла рот рукой. На её парте стояла одна белая хризантема в красивой хрустальной вазе. Девушка почувствовала, как её ноги подогнулись. Этот цветок имел значение глубокой скорби по погибшему человеку. Но Амаи живая, а он всё равно стоит на её парте. А это значит... Одаяка медленно подошла к своей парте. Её губы дрогнули, когда она вешала сумку на крючок. Белую хризантему дарят живому человеку только в одном случае: если хотят его смерти. В гробовой тишине Амаи простояла над партой ещё десяток лишних секунд. Она прижала кулак к груди, словно надеясь таким жестом унять боль в сердце. Ей и до этого писали пожелания смерти на парте. Но подобный жест в их культуре — куда более жестокая форма издевательства. Амаи почувствовала себя оскорблённой до глубины души. Она тяжело вздохнула и на свинцовых ногах поплелась в «домашнюю» комнату. Она никогда раньше не испытывала такой боли. Пожелание смерти... Амаи не думала, что эта сторона их общества однажды коснётся и её. Она всегда находила со всеми общий язык. Не удивительно: ей нравилось делать других счастливыми. Никогда над нею не глумились. Так жестоко и массово — уж точно. Это не её вина. Амаи это понимала. Но на душе всё равно было тяжко. За дверью «домашней» комнаты были слышны громкие разговоры. Одаяка не стала подслушивать; она молча вошла внутрь. И едва её силуэт показался на пороге, все тут же затихли. На неё обратились все глаза. Амаи держала «дежурную» улыбку. Она окинула глазами каждого. Саки смотрела с обидой из - под лба. Сейджо отвёл взгляд в сторону, но в нём всё равно было явно видно раздражение. Аджия смотрела на неё с извинениями. Кенко выглядел напуганным. Во взгляде Шоку проглядывалась сталь. —Как продвигается готовка сладостей? Нужна ли моя помощь? — елейным голосочком спросила Амаи, склонив голову на бок. Она проигнорировала ледянящий душу незримый холод и враждебность в воздухе намеренно. Ей никто не ответил. Шоку молча отошёл от Аджии к своей плите. Все остальные последовали его примеру. Аджия замялась, но в итоге просто тяжело вздохнула и вернулась к брошенной бобовой пасте. Амаи простояла в дверях ещё несколько секунд, но вскоре и она заняла свою позицию у плиты. Девушка потянула себя за щёки, делая себе немного больно. Ей нужно было прийти в себя и сосредоточиться. Сегодня она собиралась приготовить тирамиссу. Как всегда, четыре вариации. Клубничный, лимонный, с матчей и старая добрая классика. Каждый десерт будет подаваться в красивом, прозрачном, угловатом стеклянном стакане. Девушка долго кропотливо работала над вкусом и украшением. Ей было не важно, будут они съедены или нет. Она делала это в первую очередь для себя. Амаи очень любила готовить. Это её отвлекало. В первую очередь — от плохого. Роясь в ящиках в поисках нужного стекла, Амаи мельком глянула, что готовят другие. Аджия сделала четыре версии Мандзю. Шоку приготовил 4 вида миниатюрных шоколадных фигурок. Сейджо делал печенье с шоколадной крошкой. Кенко, как обычно, занимался «здоровыми» пироженными. Он не изменял своим принуипам. Состав оставался неизменным, лишь декор менялся из раза в раз. Саки приготовила 4 вида мороженного. Амаи мягко улыбнулась. Она не могла вспомнить, что они готовмли вчера. Зато она отлично и в подробностях помнила, что было приготовленно в понедельник. Одаяке иногда казалось, что её нынешняя жизнь слегка «выцвела». Потеряла свои яркие краски. Но она старалась не сильно зацикливаться на этом чувстве. В конце концов, прошло лишь три дня. Разве может её жизнь скатится на дно за такой короткий временной отрезок? Закончив с оформлением, Амаи задумчиво посмотрела на красиво выложенные сладости. С сомнением во взгяде она всё же достала телефон из кармана и настроила камеру. Взяв одно классическое пироженное, она поднесла его к свету, подобрала красивый кадр, и сделала хорошее фото. Под действием вдохновения девушка так же зашла в свою соцсеть и напечала текст для своего аккаунта. Она не прекращала выкладывать фотографии своих творений все эти дни. Но травля в интернете сделала своё дело. Количество её подписчиков стремительно падало к 6 тысячам. Однако Амаи не хотела сдаваться. С упрямым огоньком в глазах она опубликовала новый пост. Но, подумав ещё немного, всё же приняла решение отключить комментарии. Она выключила телефон сразу же, не желая видеть огромное количество дизлайков, которое наверняка его накроет. —Амаи? — услышала она грубый мужской голос за своей спиной. Девушка обернулась. От холодного взгляда заместителя её немного передёрнуло. Амаи видимо погрустела. Она запомнила Шоку... Не таким... —Возможно, мне стоит взять на себя управление продажей. Что думаешь? — ровным, даже несколько ледяным голосом спросил он. Амаи склонила голову на бок. Шоку выглядел абсолютно серьёзно. Он смотрел на неё с вызовом. Молчание длилось несколько секунд. Затем губы Амаи расплылись в лёгкой улыбке. —Спасибо, что согласился взять на себя управление на некоторое время. — елейным голосочком сказала она, выделив голосом два последних слова. —Мне действительно нужно приготовить кое - что ещё, так что я задержусь ненадолго! Но потом мне нужно будет вновь встать на место управляющего. — ровным голосом говорила она, сложив руки в замок. Шоку слушал её молча, выражая реакцию разве что недоверчивым прищуром. —В конце концом, это мероприятие ведь в первую очередь *моя* инициатива. Значит и организацией обязана заниматься я, правда? — Амаи фальшиво хихикнула. На несколько мгновений воцарилась тишина. Шоку не отводил глаз с её лица. Амаи стойко выдерживала это моральное давление. —Ладно. — спокойно ответил он и тут же развернулся. Лишь когда он вышел из пустой комнаты, Амаи позволила себе рвано выдохнуть. Она приложила руку к груди. Её сердце быстро билось от страха. Все остальные ушли до окончания их разговора, так что Амаи могла позволить себе дать слабину. Девушка хотела приготовить сладости для пикника. Она планировала это мероприятие, и заранее прописала в заметках несколько рецептов. Некоторые сладости требовали хранения в холоде, так что Амаи собиралась оставить их в холодильнике в этой комнате или комнате клуба. Смотря как поместиться. В основном она хотела заняться выпечкой. В заранее взятую с собою корзину Амаи сложила колбасы и сыр, а также свежеиспечённый ею хлеб. Бутерброды она хотела сделать на месте, так что отложила масло и небольшой ножик. Помимо этого она также постаралась над вкусным тортом и тарелкой с моти и воздушным панкейком посередине. В корзинку также добавилось несколько эклеров. Амаи отложила бутылочку шоколадного соуса на будущее. Она с улыбкой посмотрела на заполненный холодильник. Обед получится... Сытным. Девушка хихикнула и направилась к продаже выпечки. Никто не брал приготовленные ею тирамиссу, пока она была управляющей. Когда их рекламировал Шоку, несколько десертов исчезло с подноса. Но теперь все будто намеренно скользили глазами мимо её творений. Этот факт неприятно уколол девушку к концу утренней продажи. В остальном всё было обычно. Обычно паршиво. Ситуация с репутацией Амаи не изменилась, если не стала хуже. Девушка вернулась в класс и села за свою парту. На душе кошки скребли. Она достала телефон и зашла на сайт фанфиков. Она надеялась почитать что - то успокаивающее перед уроком. Заходить в личные соцсети не хотелось от слова совсем. Вскоре пришёл учитель. Амаи машинально потянулась за сумкой, чтобы достать оттуда ручку. Она несколько раз прощупывала пространство возле крючка. Но ничего не находила. Немного удивлённая, Амаи заглянула под парту. И не увидела своей сумки на месте. Она просто не висела на крючке, хотя Одаяка точно помнила, что вешала её. И вот тут девушку будто хододной водой облили. Она выпрямилась по струнке и сложила руки на юбке. Сжала их в кулаки, силясь унять дрожь в теле. Амаи впилась глазами в спину учительницы. Она спокойно писала что - то на доске, не обращая внимание на напряжённую до кончиков пальцев девушку. Амаи глянула на часы. До урока оставалось две минуты. Одна. Звонок. Амаи так и не решилась огласить свою проблему. Учительница уже повернулась к классу и начала говорить. —Простите... — тихим голосом прервала её Амаи. Она подняла вверх руку. Её предплечие подрагивало от напряжение. —Да, Амаи? — бесстрастным голосом спросила преподавательница. —Я забыла дома сумку. — глухим голосом сказала Амаи. Ложь вырвалась легко, без внутреннего сопротивления и боли. Девушка так и не взглянула на учителя, продолжая пялится в пол. Она услышала, как преподавательница тяжело вздохнула. Услышала её шаги до собственной парты, услышала, как она открыла ящик. Но глаза не подняла. —Вот. — учительница положила ручку прямо возле вазы с белой хризантемой. Амаи не подняла взгляд. Напряжённая, словно пружина, она потянулась за вещью. В класс вошли правонарушители, и внимание учителя переключилось на них. А Амаи всё так же сидела на своём стуле, и никак не решалась поднять взгляд на людей. Она чувствовала пульсирующую тревогу в груди. И это чувство нарастало. Когда отгремел звонок, Амаи тяжело выдохнула и скрестила пальцы в замок. Она обратилась к дыхательной гимнастике, чтобы структурировать мысли и охладить голову. Её одноклассники начали расходиться. Амаи далеко не сразу услышала приближающиеся шаги к своей парте. А когда над головою раздался тихтй смех, она поняла: уже поздно. Девушка вздрогнула и подняла глаза. Девушки-гяру окружили её. Они прикрывали рот ладонью, хихикали и переглядывались. Их было только двое. Амаи бросила напуганный взгляд на дверь. Вошла ещё одна. Девушка сглотнула. В горле неприятно заскребло. Одаяка почувствовала липкий страх, расползающийся по груди. Ей стоило бы встать и уйти. Но вместо этого она только сильнее вжалась бёдрами в стул. Она попробовала пошевелить пальцами рук. Получилось. И всё же она не находила в себе силы даже поднять глаза. Амаи слышала, как остальные тоже заходят в комнату. Видела их тела, но прямого взгляда в глаза избегала. Одна из девушек зашла ей за спину. Сердце ударилась о стенку груди больнее. «Опять...», — с каким - то прохладным принятием подумала она. А потом ей больно ударили губкой по ушам. Амаи подпрыгнула на месте и тут же прижала ладони к голове. Мелкие частицы мела затрудняли дыхание. Смех стал громче, агрессивнее. Конечно, ведь звезда шоу — Мусуме Роншаку. Они все ждали только её. Девушка больно била ей по голове, а Амаи лишь стискивала зубы и подавляла кашель. В определённый момент эта пытка прекратилась. Амаи продолжала зажиматься и подрагивать. Она слышала, как девушки вокруг неё пытаются отдышаться сквозь смех. Мыслями Одаяка была не здесь. Она думала о Ямаде и о том, что опоздывает на пикник. Ей нужно было идти. Но она не то что двинуться, даже взгляда кривого бросить боялась. Черезмерно страшно было. Бёдра будто прилипли к стулу. Лишь когда шаги начали отдалятся и вскоре вовсе затихли, девушка приоткрыла глаза. Их тут же защипало от мела. Амаи опустила дрожащие руки обратно на юбку. Одним резким движением она встала и, игнорируя головокружение, направилась в ванную. Много времени на умывание не потребовалось. У Амаи опасно подрагивали губы, но она заставила сердце молчать. Быстренько собравшись и захватив с собою корзинки и тарелки, Амаи направилась к кусту роз. Там её уже ждал Таро Ямада. Парень удобно расположился на заранее подготовленном пледе и мягко улыбался её торопящейся фигуре. —Прости за ожидание! — милым голоском выкрикнула Амаи, аккуратно расставляя тарелки вокруг парня. Постепенно страх и негатив начал отступать. Она кружилась вокруг улыбающегося парня и внутри живота бабочки порхали. Вскоре и сама девушка устроилась на пледе. Она легла на одно бедро, не разводя ноги и аккуратно поправив короткую юбку. —Что ты думаешь об этом пикнике, сенпай? Разве здесь не чудесно? — умиротворённым голосом спросила она. Тёплая погода уже начинала действовать на неё как лёгкое снотворное. Девушка быстро расслабилась, и теперь её немного клонило в сон. —Я раньше никогда здесь не был.. Тут довольно неплохо! — заметил Ямада, неловеко почесав затылок. Он сидел, скрестив ноги в позе по - турецки. Амаи с небольшой белой завистью смотрела на его силуэт. Из - за юбки она не могла устроиться так же удобно. —Самая лучшая часть пикника, это то, что мы так далеко от всех остальных, что здесь нет никакого шума! — радостно заметила она. Да, именно тишины ей сейчас очень не хватало. В последнее время будничная суета её будто в стенку вдавливала. А здесь было так спокойно... —Ты права! — восторженно заявил он. —Я могу читать книгу не отвлекаясь на что - либо ещё! — сказал он, показав девушке принесённую вещь. Амаи успела увидеть название: «Повесть о Горо». Она мягко улыбнулась; почему - то Одаяка не сомневалась, что Ямада читает классику. —Теперь, когда мы немного расслабились, давай приступим к еде! — предложила она, подвигая тарелку с тортом и моти ближе к Ямаде. Парень оживлённо встрепенулся. —Да, давай! — он взял шоколадное моти с краю тарелки. —А что ещё ты принесла, Амаи? — спросил он прежде чем отправить сладость в рот. —В основном выпечку с моей пекарни! — гордо заявила она, немного поднимая платок с корзинки. Она позволила ему заглянуть внутрь. Сверху лежали эклеры. —А ты? — спросила она, лукаво глянув на его тарелку. Ямада, к тому времени уже прожевавший моти, неловко улыбнулся. —Ох, просто бутерброды и сэндвичи... Я ещё не такой хороший повар. — сказал он, почесав шею. —Не переживай, сенпай! У тебя ещё всё впереди! — ободряюще сказала девушка, беря один сырноколбасный кусок хлеба с тарелки. О своих заготовках она решила тактично умолчать. —Хаха... Ну, посмотрим! — весело сказал он, потянувшись к её шоколадным эклерам. Влюблёнными глазами Амаи украдкой пронаблюдала за его движением. Время пикника медленно подходило к концу. У спортивного зала не было звонков, так что Амаи сверяла время на телефоне. За две минуты до первого звонка она всё же решила спросить: —Сенпай... Может, сегодня я провожу тебя до дома? Парень застыл, и даже жевать прекратил на секунду, а Амаи мило хлопнула глазками. Ямада с трудом проглотил всё съеденное и приложил палец к губам. —Ну, даже не знаю... — промямлил он. Амаи склонила голову на бок, словно сова. Её улыбка не спадала, но постепенно прекращала быть искренней. —Не думаю, что сегодня получится... — пробормотал он, отведя взгляд. Амаи кротко кивнула. Она понимала, что у парня могут быть и другие дела. В конце концов, её дело — предложить. Она не обижалась и не... —Вообще, насчёт этого... — тихо начал он. Амаи потянулась за тарелкой. Торт был съеден, остались лишь крошки и две моти. —Возможно, нам стоит прекратить встречаться по утрам у школы... — тихим голосом сказал он. Рука Амаи дрогнула. Она подняла на него вопросительный взгляд. —Ну, знаешь!.. — резко воскликнул он. Капли пота упали с его лица. Он намеренно избегал взгляда девушки. —Не нужно, чтобы другие видели, как мы общаемся... — сказал он, и нервно рассмеялся. А Амаи будто по голове чем - то тяжёлым ударили. —А то подумают ещё... Чего... — с нервным сиехом продолжал он. Маска Одаяки слетела с лица и разбилась вдребезги. С бесстрасным выражением она повернулась обратно к тарелке и придвинула её к себе. Её движения стали ровнее, монотоннее. Голос не дрожал, тональность не менялась. Они распрощались и разошлись. Амаи направилась в домашнюю комнату; избавиться от мусора. «Получается, всё же переживал», — хмыкнула она себе под нос. Губ коснулась совсем не весёлая улыбка. Вмиг стало холоднее рукам и ногам. С пустым, будто бы потухшим взглядом Амаи зашла обратно в класс. Спокойствие при мысли о нём больше не приходило. И чувство безопасности не появилось, когда они пересеклись в коридоре. Амаи дежурно улыбнулась и ушла. На душе было по - тяжёлому пусто. Время уборки началось с тревоги. Амаи не могла понять, куда делась её сумка. Совсем скоро, впрочем, стало совершенно не важно. На выходе из туалета её поймали популярные девушки. —Эй, Амаи! — громко воскликнула Роншаку с мерзкой улыбкой на лице. Амаи инстинктивно попятилась, и тут же почувствовала, как две пары рук схватили её под локоть. Девушка только пискнуть и успела, а затем её настойчиво так потянули за собою. Амаи повиновалась. Держали её крепко. —Пойдём с нами. — махнула рукой Роншаку, уже развернувшись и направившись вниз. Амаи покорно поплелась за нею. Вернее сказать, содействовала девушкам, держащим её. Она понятия не имела, куда её ведут. Но не препятствовала. —Тебе интересно, куда делась твоя сумка, не так ли? — вальяжно спросила Роншаку у домашней комнаты, оглянувшись через плечо. Её подруги расхихикались, а сама Одаяка сглотнула. Вот тут её инстинкты завопили, что нужно бежать прочь. Что впереди опасность. Но её уже держали в четыре руки. Амаи шла дальше, хоть и чувствовала, как ноги подгибаются. Её завели в раздевалку. —Какой там у тебя шкафчик? — вальяжно спросила Роншаку. Амаи дрожащей рукой потянулась указывать искомую вещь, но тут девушка протянула «Ах дааа...», и Одаяка быстро смекнула, что это не требуется. Одним резким движением Мусуме открыла её шкафчик. Дверца с грохотом ударилась о металлическую поверхность идентичных предметов. Потерянным взглядом Амаи пробежалась по вещам в нём. Её сердце сжало тисками боли. Внутри лежали её вещи. Порванная в клочья спортивная форма покоилась внизу. Ботинки были раскрашеными и мокрыми насквозь. Их кое - как запихали поверх одежды. На вешалке висел школьный купальник, изрезанный ножницами со всех сторон. Амаи почувствовала, как щиплет глаза, когда поняла, что за эту вещь ей придётся платить. Купальник был собственностью школы. Их семья обязана была возместить ущерб. Роншаку немного наклонилась и, пошарившись в дальнем углу, достала кое - что более интересное. Одаяка поверженно выдохнула. Ноги больше не держали, и она бы упала на колени, но её логти всё ещё удерживали подруги главной гяру Академи. Роншаку улыбнулась широко, но гадко. С явным наслаждением она наблюдала за отчаянием в глазах Одаяки. В руках Роншаку держала сумку девушки. А если точнее, то, что от этой сумки осталось. В оставшемся хламе с трудом угадывалась потерянная утром вещь Амаи, но она её всё равно узнала. Брелок, который ей подарил Кенко, был закреплен именно на ней. Белая лапка была нетронутой, и на фоне того распотрошённого ужаса выглядела очень не к месту. Амаи почувствовала, как глаза заполняют слёзы. Она посмотрела Роншаку в глаза, и в этот взгляд вложила всё невысказанное непонимание и отчаяние. Может быть даже некую мольбу. Ни капли сострадания в чужой голубезне она не увидела. —Раздевайся. — угрожающе-спокойно раздалось со спины. В тот же момент Амаи почувствовала прикосновение на своём плече. Девушки отпустили её, и Одаяка с удивлением обернулась обратно. Постепенно все её эмоции переростали в испуг. Взгляд Мизудори был таким враждебным, что даже вдохнуть неправильно становилось страшно. Отошедшие девушки тут же присоеденились к своим друзьям, формируя вокруг неё круг. Амаи почувствовала себя загнанным зверем. Она сделала неловкие движения руками, будто порываясь действительно раздеться, и в то же время останавливая себя. Одаяка надеялась, что ей послышалось. Она в это слаба верила, но в давящей тишине её надежды продолжали расти. Эта просьба казалось ей настолько безумной, что... —Давай! — требовательно воскликнула Мизудори, пошевелив ладонью в воздухе. Амаи едва не поперхнулась воздухом. Она обняла себя руками и окинула всех их взглядом ещё раз. Их глаза были одинаковыми. Разные цвета, но идентичный посыл. Амаи казалось, что она сходит с ума. Эта просьба не казалась другим странной или угнетающей. А вот ей — казалась. И это чувство вызывало сомнения. С неуверенностью во взгляде девушка развязала галстук со второй попытки и скинула с себя рубашку. Она осталась стоять в юбке и лифчике. Амаи обернулась, чтобы повесить рубашку в шкаф, но путь к своему шкафчику ей отрезала Датдаяма. Одаяка дёрнулась и неловко потопталась. Гяру не двигалась. Спустя секунду она грубо выхватила у неё вещь из рук и бросила у своих ног. Стало больно от одного только взгляда на рубашку, так некрасиво упавшую на пол. Амаи ощутила на себе негласное давление пяти девушек. Она поспешила скинуть с себя юбку. Руки дрожали. Амаи не хотела этого делать. Но почему - то делала. Она даже не понимала, зачем повинуется. Она даже не представляла, как можно было бы иначе. За юбкой упал лифчик, а потом и трусы в полосочку. Мурасаки над нею посмеялась. Амаи ещё больше сжалась. Их голодные глаза будто требовали ещё. Одаяка не понимала, откуда у них возник такой интерес к её телу. Её щёки покраснели. Чтобы она там не думала, она оказалась не права. Их губы растянулись в мерзкой улыбке, когда они полезли за телефонами. Только единожды она успела издать наивно-непонимающее «А?», и тут со всех сторон заблестели вспышки. Звук фотографии заполнил душевую. Амаи инстинктивно пыталась прикрываться, но двух рук не хватало. Они нажимали на кнопку фотографии так, будто это была игра на скорость. И смеялись. Им было очень смешно с её реакции. Тихое хихиканье быстро переросло в громкий гогот. Амаи с абсолютно красным лицом попятилась и упёрлась спиною в металический шкаф. Её обдало ещё большим холодом. Ей впринципе было холодно вот так вот стоять. Ледяной пол кусал пятки, прохладный ветер обвивал грудь. Амаи охватила дрожь. В этот раз в глазах даже не защипало — они просто намокли. Слёзы не текли по щекам, но оставались на веках и размывали чужие лица. Может, оно и к лучшему. Их взгляд было тяжело выдерживать напрямую. У Амаи дрожали пальцы, колени и горло. Истерика накатывала медленно. Она сопротивлялась. Когда прекратился этот нестихающий гогот, ей стало легче. Одаяка попыталась применить дыхательную гимнастику. Но с таким количеством глаз вокруг было сложно сосредоточиться. —О-оууу! — весело протянула Роншаку, выходя вперёд. Амаи подняла на неё взгляд. Обзору мешали собственные слёзы, но она видела её широкую улыбку и телефон, болтающийся в руке. Он был повернут экраном к ней. На экране крупным планам была выведена её голая фотография. —Похоже, что теперь у меня есть твои пикантные фоточки! — издевательски протянула гяру и разразилась смехом. Остальные её поддержали. Одаяка обхватила себя ладонями и сжала губы. Пальцы на руках были ледяными. —И я разошлю их во всееееее паблики! — сквозь смех пропела Мусуме. Сердце Амаи пропустило удар. —Ну или не разошлю. — уже более серьёзно и угрожающе сказала она, склонив голову на другой бок. Смех её банды не утихал. —Если будешь хорошо себя вести... — протянула она, прищурившись. Она поймала её взгляд. Амаи сглотнула. В грудной клетке билась паника. —Усекла, зайка? — напоследок пожурила она, схватив девушку за подбородок. Одаяка чуть не упала от резко нахлынувшкй дрожи во всём деле. Роншаку посмеялась с её реакции и направилась к выходу. Все её друзья моментально утекли вслед за ней. Будто бы их и не было вовсе. Одаяка съехала вниз по дверце шкафа и упала на колени. Пол был холодный, поэтому на пятую точку она не садилась. От мороза мучались её ляжки и плечи. Но это была не главная её проблема. Амаи была на грани истерики. Она буквально задыхала от чувств. Её сердце словно пыталочь пробить грудную клетку. Девушка всё ещё обхватывала себя руками. Её пальцы не отогревались, а только будто сильнее леденели. Она вся дрожала. Амаи не собиралась плакать. Слёзы предательски лезли наружу. Капли палали на холодный кафель. Но Амаи не поддавалась истерике. Она прокручивала у себя в голове алгоритм действий. Глубокий вдох, медленный выдох. Повторить. Повторить. Повторить. Повторить. Ей было трудно не сбиваться с мыслей. И оттого процесс шёл медленно. Амаи просидела на холоде, абсолютно голая, больше 20 минут. Когда она вышла из здания, её глаз нервно дёргался. Время уборки кончилась. По планам нужно было готовить помадку. Шоколадная помадка. Теряясь в пространстве, Амаи машинально направилась в «домашнюю» комнату. Её пальцы подрагивали. Ребята из клуба уже разошлись. Амаи была в комнате одна. Она подошла к плите и глубоко вздохнула. Амаи поставила кастрюлю на комфорку и подошла к холодильнику. —...Для начала позволим ингридиентам растаить... — начала говорить она, высыпая твёрдые плитки шоколадки в кастрблю. Обычно она предпочитала работать в тишине. Но сегодня всё было иначе. Сейчас в её голову будто включили какую - то фоновую программу. Тишина её только добивала, а не успокаивала. Против воли появлялись ненужные воспоминания и сценарии. Амаи медленно помешивала тающий шоколад лопаткой. Ей было трудно удерживать дрожь. «Мне нужно успокоиться», — думала она. —...Затем, добавим немного ванилы.... — тихо приговаривала она, выливая пару капель в кастрюлю. —...Перенесём на сковородку... — продолжала она, аккуратно перемешаясь к другой конфорке. Амаи и раньше иногда озвучивала свои действия. Это происходило случайно. Но тогда это было больше от скуки. Сейчас же руки и ноги девушки откровенно подрагивали. Это больше не было чем - то умиротворяющим и прекрасным. Сейчас её готовка была лишь отчаянным шагом успокоить саму себя. —...Оставим всё как есть.... — пролепетала она, помешивая жижу лопаткой. А затем замолчала. Амаи рвано вдыхала и выдыхала воздух. Она не прекращала помешивать шоколадную массу. Спустя пару минут она наконец почувствовала прогресс. Её отпускало. —...Итак...— уже ровным, но всё ещё тихим голосом сказала она, беря полотенце. Одаяка аккуратно взяла горячую сковородку в руки с помощью него. —...Оставим её отдыхать в холодильнике! — радостно сказала она, отходя от плиты. Девушка закрыла дверцу морозильной камеры и мягко улыбнулась. Она почувствовала, что вновь может дышать полной грудью. —Не могу дождаться, когда буду резать подавать её завтра! — восхищённо сказала она, сложив руки в замок и прижав их к своей щеке. На сердце снова стало легко. —Да ты что, правда что ли? — насмешливый женский голос разбил всё в одночасье. Амаи вздрогнула и тут же обернулась. Тяжело сглотнула и схватилась за плечи. Сюрреалистичный, но материальный холод вернулся. Пять девушек - гяру стояли в дверях и ухмылялись. Роншаку прошла вперёд. Остальные — за ней. Амаи инстинктивно попятилась. Ей захотелось плакать, когда она поняла: весь её небольшой прогресс моментально исчез. Она вернулась на исходную позицию. Накрыл и страх, и обида, и дрожь в коленях вновь не унималась. За секунду её состояние откатилось на 10 минут назад. За этот небольшой отрезок Амаи смогла прийти в себя и возобладать над эмоциями. Роншаку уничтожила это состояние одной ухмылкой. —Поделишься с нами? Да, Амаи? — под издевательский смех пропела она, потеснив Одаяку. Лидер кулинарного клуба едва успела отскочить. Роншаку чуть не наступила ей на ногу. Одним резким движением девушка открыла дверь. С замиранием сердца Амаи наблюдала, как та ищет глазами её помадку. А затем Роншаку засунула палец внутрь сковородки и облизала его. Её подруги замолчали, словно ожидая реакции или сигнала, или ещё чего. Тишина возобладала над комнатой секунду. Две. Три. Затем Роншаку гнусно хихикнула и взяла её сковородку. Ещё не успевшая замёрзнуть субстанция едва не перелилась через край. —Ну - как пробуйте, девочки! — приказным тоном сказала Роншаку. Оставшиеся гяру, будто только этого и ждавшие, тут же накинулись голодной толпой на её еду. Наблюдать, как они суют туда руки и, слизывая весь шоколад, засовывают их обратно, Амаи сравнила бы с ударом ножа по сердцу. Как работник общепита, она прекрастно понимала, что теперь эту помадку только выкинуть. Сердце болело ещё и от обиды. Было тяжело смотреть, как уничтожают твои труды. Спустя несколько секунд Роншаку вдруг сделала неестественное движение телом, и сковордка с помадкой с громким звуком упала прямо на пол. Амаи вздрогнула и круглыми глазами посмотрела вниз. Всё растеклось по полу, словно в фильме ужасов. Девушки загоготали громче и надменее. —Прости, она выскользнула у меня из рук! — сквозь смех выдавила Роншаку прежде, чем уйти. Амаи вскоре осталась одна. Она стояла без движения над опрокинутой сковородкой. Работа в пустую. А ей ещё на продаже выпечки стоять. Её там вроде бы и не ждёт никто. Но это ведь её продажа. Она её организовала. Как можно бросить? Амаи не могла заставить себя сдвинуться с места. В голове будто включили какой - то непрерывный, полугромкий звук. Девушка впервые почувствовала себя оторванной от реальности. Она пришла в себя где - то через семь минут. За это время помадка дотекла до шкафчиков. Амаи быстро ломанулась в туалеты за тряпкой. Устранять беспорядок было не так сложно, как потом выйти к остальным с улыбкой на лице. И стойко выдерживать её, когда на тебя направлены четыре гневных взгляда. Амаи даже не заметила, что Аджия ругалась с кем - то до её прихода. А как только она подошла — сразу сдалась и замолчала. Подруга лишь бросила на неё сочувствующий взгляд. Но и его Амаи не увидела. Она вообще тогда будто бы была не в своём теле. Вот вроде бы и стоит за прилавком, болтает с человеком. Отчаянно пытается обратить его внимание на себя. А вот вроде бы она и не здесь. И движения словно не она совершает, а какой - то механизм, вкученный в её тело. Машинально это всё. Амаи не помнит, о чём говорила или что делала. Всё на автомате. Удивительная штука — человеческий мозг... Шоку не налил ей чай. Всмысле, он только ей не налил. У остальных - то он был. Амаи видела, как они его пьют. Девушка поняла это не сразу. Лишь когда опустила глаза и увидела, что держит пустую кружку. Она удивилась, что обиды или пусть хоть капли гнева не почувствовала. Ни единая эмоция не всколыхнулась в душе. Амаи осмотрела своих друзей. Хотя теперь их было сложно так назвать. Сейджо, Саки, Кенко, Шоку общались в четвером. Аджия молча ела тирамису Амаи. Одаяка посмотрела на свой поднос. Почти ничего не взяли. Хотя с её едой всё было так. Просто не разбирали и всё. Амаи ещё раз оглядела болтающий людей. Она видела, как их рты открываются. Но не могла осознать сути слов. Их речь была просто фоновым шумом. Амаи посмотрела вниз. Скатерть показалась ей красивой. Одаяка чувствовала, как скулы сводит от улыбки. Но ничего от этого не чувствовала. Она словно была в каком - то лимбе, не иначе. По пути домой обнаружилось ещё одно досадное обстоятельство: сменки не оказалась в шкафчике. В это время суток у Амаи подобная ситуация вызвала не панику, а лишь усталый выдох. Ей пришлось идти домой в школьной обуви. По пути из школы её, конечно же, преследовало тихое хихиканье. Амаи сначала не шугалась. Потом насторожилась. Обернулась, но никого не было за спиной. Лишь знакомые из Академи. Не они. Амаи чутка успокоилась и поплелась дальше. Так или иначе, ей нужно было дойти до дома. Хихиканье не прекращалась. Амаи думала, что это просто знакомые. Потом списывала на незнакомых. Всё - таки смена обуви — большая часть их культуры. Амаи выглядела по меньшей мере как дура. Она это понимала. И все тумаки принимала с покорным видом. Но когда она ушла с людной дороги, а звук не прекращался, тревога в груди забила в колокола. Амаи нервно сглотнула. Она не хотела повторять вчерашнюю погоню. Ей хватило и одного раза. Она не собиралась играть в эту игру снова. И не хотела оборачиваться. С другой стороны, ей нужно было знать. Она должна была чётко понимать, что это не они. Что никто за неё не идёт. Что она не загнанный в угол зверь. Что этот первородный страх беспочвенен. Она хотела убедиться в этом. Желание быть уверенной подначивало её обернуться. Едва ли она знала, что у её преследователей сегодня на уме была другая игра. На очередном повороте Амаи поджидал грубый толчок в плечо, театральное «оу» и внезапный бабл - ти, пролившийся ей на рубашку. Амаи замерла на месте и медленно посмотрела вниз. Вся её форма была испорчена. Одаяка не сразу поняла, что девушки рядом с неё очень громко смеются. Она не сразу распознала этот звук. Ей просто не дали времени отреагировать. Схватили под локоть, что - то сказали(Амаи не разобрала), и повели за собою. Совсем, как в тот раз. Девушку будто ледяной водой окатили. Она дёрнулась и порывалась бежать, но быстро оборвала эту реакцию. Некуда. Её уже поймали в сеть. Теперь оставалось только идти по набережной с ними под ручку неизвестно куда. Амаи задышала рвано. Горло сдавило железными тисками. Картинка перед нею расплывалась. Амаи теряла связь со своим телом и внешним миром, всё больше погружаясь даже непонятно куда. Она осознавала это. Самое страшное — не знала, как это остановить. Впервые она не ставила чужие эмоции поверх своих. Просто не могла. И оттого не знала, что делать. Амаи терялась в пространстве. Дорогу Одаяка не помнила. Помнила лишь, что они в какой - то момент спустились на каменный пляж и зашли под мост. Это было совсем маленькое, тихое место. Лестница вела наверх. С обратной стороны был лишь забор и каменная гряда. Потом только море. Они прижали её к стене. Ткнули туда спиною, словно куклу. Амаи и пискнуть в протест не успела. Они вновь окружили её и наблюдали. В их глазах Амаи видела какое - то тёмное удовлетворение. Возможно, она выдумывала. Сейчас она уже в этих воспоминаниях не так уверена. Всё было туманно. Амаи помнит, что они достали ручку. Сначала начали рисовать её на руках. Давили сильно, хихикали ещё, словно наслаждаясь. Амаи только мычала от боли. Потом достали балончики краски. Их запах был ужасно едким. Амаи ещё подумала тогда, что её форме точно конец. Потом бросились в неё ошмётками. Амаи помнит, что узнала в них свою сумку. Бедая лапка была разорвана и выброшена в море. Кстати, Амаи бы очень хотела, чтобы они не подходили к морю. Ведь потом Мизудори предложила взять камни. Амаи ошалела. Со смехом они начали выбирать те, что побольше. И вот тут у Амаи завопили инстинкты так, что она не выдержала. На дрожащих ногах поднялась с колен. Все они отошли к морю, выбирать свои снаряды. Амаи до этого безропотно их издевательства принимала. Она будто бы была не здесь. Но вот её голова вернулась к ней на плечи. Адреналин вдарил в тело. Она бросила беглый взгяд на них. Далеко. Больше её не держат. И Амаи побежала. Наверное, она бежала не так сильно, как думалось ей. Она помнит, что её ноги сильно болели. Девушки-гяру сразу услышали этот звук. Они даже чуть не схватили её за юбку, когда она убегала. Она почувствовала этот поток ветра. Их крики и возмущение она особо не регестрировала, но помнила, что они были. Такие вопли трудно забыть. Амаи не помнила дорогу. Но там не было развилок, так что она просто бежала вперёд. И тут вдруг она почувствовала резкую, острую боль в спине. Девушка даже выгнулась слегка. Этот попал ей чуть ниже лопаток. Потом такой же болью обожгло левую икру. Этот выстрел попал лишь в ноги. Они кидались в неё камнями. Успели понабрать, и вот... Ей разок прилетело в голову. Так сильно прилетело, что аж в ушах зазвенело и слёзы выступили. И в глазах темнеть начало. Разноцветные точки повсюду полетели. Амаи потрясла головой, силясь избавиться от этого чувства. Она не сразу осознала, что рискует упасть в обморок. Наверное, оттого она и оступилась на лестнице наверх. Нога соскользнула и Амаи подвернула стопу. Вспоминать об этом бвло чертовски больно. А сейчас ещё и стыд накатил; Амаи тогда побежала мимо девушек по набережной. А могла бы сразу побежать по лестнице наверх. Так бы и оторвалась от них. Но она поступила глупо. Безрассудно. Стопу она подвернула сильно. Боль была просто адская. А они ещё и камнем по ней потом попали. И в руку, и в плечо... Разве что в шею ей не попали. А там уже Амаи на людную улицу выбежала. Они кидаться перестали, да и сами от неё отстали. А она ходу не сбавляла. Страшно было так, что живот крутило. Амаи не думала, что можно бежать, прихрамывая. А прохожие от неё шарахались, как от чётнутой. У неё по всему телу были яркие, вырвиглазные цвета от тех баллончиков с краской. Её ими облили с головы до ног, даже волосы испортили. И разило жутко. А там, где не бвло краски — были следы от ручки. Амаи точно уже не помнит, но, кажется, на её теле написали много плохих слов. А потом их закрасили красками. Они смешались с потом и капали вниз. Теперь у неё ещё и глаза щипало. Эта боль была невыносима. Амаи от неё заворачивало. Хуже всего было стопе. Одаяка хромала всё чаще и чаще. Но ушибыот ударов камней тоже напоминали о себе. Щипание в глазах лишь добивало. Амаи искренне не помнит, как добежала до пекарни. Интуитивно, наверное. Она завалилась туда в таком виде и почти сразу упала на колени. Бейка громко вскрикнула от ужаса. —Амаи! — с криком она подбежала к упавшей девушке. У младшей Одаяки дрожали колени и руки. Она тяжело дышала. —Что с тобой? — в панике спросила мама, протягивая ей руку. И вот тут Амаи наконец накрыло. Истерика, с которой она так долго боролась в Академи, всё же её настигла. Девушка обессилено упала на бок и начала истошно рыдать. Громко и протяжно выла, обняв себя руками. Прямо на пороге пекарни... Едва зайдя в дом, Амаи резко растеряла всё своё самообладание. Шатенка смутно помнила, как добралась до ванной. Мама не отходила от неё ни на шаг. Амаи только через день узнала, что тогда она закрыла пекарню раньше срока. Младшая Одаяка дрожала на стуле, пока родительница набирала ей ванную с хмурым лицом. Краска из баллончиков въелась в кожу. Следы от ручки жгли кожу. Волосы Амаи были испорчены. По всему телу были следы от ушибов. Форму теперь только в мусорку. А сменки вообще не было. —Залезай. — с горечью в голосе Бейка указала на ванную. С громким всхлипом Амаи направилась к ванной. Её трясло, словно от лихорадки. Тёплая вода не особо могла исправить положение. Девушка залезла в ванную и обняла себя руками. Она чувствовала себя ужасно грязной. А ещё ей было больно. Когда она полностью залезла в ванную, вода моментально окрасилась в грязный, коричнево - зелёный цвет. Бейка молча потянулась за бутылкой мыла. Её взгляд был хмурым. —Теперь, Амаи, начинай говорить. — по - болезненному строгим голосом сказпла она. Младшая Одаяка сжалась в клубок. —Я хочу знать всю историю. — уточнила мама. От нежного прикосновения Амаи вздрогнула. Её вдруг охватил жгучий стыд за свою слабость. Материнские руки аккуратно намыливали её плечи. А её саму не отпускала дрожь. —Из Академи... — сиплым голосом начала она и запнулась. Говорить об этом было так сложно. Она никогда не планировала этого разговора. Да и вообще не собиралась затрагивать эту тему. —Девушки... Из Академи.. — продолжила она. Её губы начали дрожать. Слёзы потекли по щекам и растворились в мутной воде. —Это они с тобою сделали? — спокойным голосом спросила Бейка. В её фразе она уловила звенящую сталь. Амаи не нашла в себе сил для чего - то большего, чем короткий кивок. Краска полностью сошла с тела. Осталась только ручка. Бейка тёрла следы руками. Амаи иногда вздрагивала от боли. Ей было так стыдно стоять перел мамой вот так. Она уже давно не оголялась перед нею. Не маленькая уже; думала и не прейдётся... —Почему? — спустя секунды молчание и усталый вздох последовал короткий вопрос. Бейка, поняв, что руками оттереть следы не получается, обратилась к её голове. Она взяла с полки шампунь. —Слухи... — пролепетала Амаи. Нежное прикосновение матери вновь шугануло. Частично Амаи была даже рада, что не видела тогда маминых наверняка заплаканных глаз. Младшая Одаяка выглядела ужасно жалко. —Ложные... Их кто - то распускал... Не знаю... К-кто... — выдохнула девушка. Говорить после срыва было трудно. Горло будто тисками сдавило. Но движения матери успокаивали. Её размеренные, мягкие прикосновение по голове начинали действовать. Амаи это пока не чувствовала. Но вот уже и сердце бьётся не так быстро. Вот уже и слёзы потекли тихо, без громких всхлипов. —Амаи, послушай меня. — с грустным вздохом, но твёрдо сказала Бейка. —Если над тобою издеваются, если у тебя есть проблемы, ты должна сказать мне. Я твоя мама. Я всегда поддержу тебя и защищу где нужно. Ты не должна молчать. — наставляла она. Амаи слушала её молча. Бейка прекратила массировать ей голову и взялась за душ. Она смывала мыло и краску с её волос. Амаи задержала дыхание. Бейка продолжала: —Скажи, почему ты мне сразу не сказала? Это ведь не сегодня началось, верно? — с болью в голосе спросила она. Старшая Одаяка убрала душ и снова схватилась за мыло. Амаи подождала, когда вода с волос перестанет течь с лица. И наконец она смогла вдохнуть полной грудью. В этот момент Амаи почувствовала облегчение. Её отпустило. Ушли излишки эмоций. Она вновь могла мыслить явно. Теперь она больше не была обречена лишь лепетать перед вопросами. Теперь она ей всё расскажет. Эта мысль вызвала с одной стороны чувство некой вины, ведь она обещала себе их не напрягать. И обманула. Но с другой стороны... Амаи ощутила облегчение. Она набрала в грудь воздуха и заговорила: —Я хотела разобраться во всём сама. Думала, что я справлюсь. — после этих слов Амаи сжала зубы. В груди кольнуло болью. —Всё произошло слишком быстро... Издевательства начались два дня назад. — девушка опустила подбородок и вздохнула. —Я пыталась выяснить, кто это делает. Если честно, я даже ничего не успела предпринять... — призналась она. —Прости, мам. Я хотела потерпеть до конца недели. Думала, что справлюсь. —Зачем терпеть, Амаи? — встряла до этого молча намылившая её голову Бейка. —Если бы ты мне сразу сказала... — она запнулась. —Можно же уйти! — твёрдо сеазала она. —Никакое образование не стоит таких страданий. — с болью в голосе заметила она. —Но ведь... — тихо начала Амаи. Бейка взяла в руки душ и принялась смывать с неё мыло. Она была вынуждена замолчать. —Престижное образование — это здорово, но... Если у тебя проблемы с коллективом, то зачем оставаться? Намного проще найти новое место. — заполнила паузу мама. —Всегда можно поменять что - то. Пробовать новое — это не страшно. Не получится здесь, получится там. Главное найти место, в котором тебе будет комфортно. — мягко говорила она. В душе Амаи поднималось несогласие. Мама говорила правильные вещи, и младшая Одаяка была с ней согласна, но проблема была не в этом. Она итак всё это знала и понимала. Она молчала не поэтому. —Но ведь продажа выпечки должна была длиться неделю. — ровным голосом заметила Амаи. Сердце больше не выпрыгивало из груди, язык не дрожал. Она чувствовала себя спокойно. —Я договорилась с консультанткой на неделю. Я должна была заработать деньги.. Они же нам нужны. — против воли Амаи немного погрустела в конце предложения. —И что? — словно отрезала Бейка. —Разве это повод изводить себя? —Я.. Я очень хотела помочь. — Амаи чуть осела в ванную. Мама в это время устленно оттирала её тело от ручки. —У нас ведь... И весь бизнес... Я ни о чём другом думать не могла! — горячо призналась Амаи. Она испытывала проблемы с объяснением своих чувств. —Я только о нашей пекарне и думала... Почти... — снизив эмоциональность, призналась она. Бейка устало вздохнула и потянулась за мочалкой. —Послушай, Амаи. — начала она. Младшая Одаяка покорно прикрыла глаза. —Знаешь, я жалею о том, что втянула тебя в это. — с болью в голосе сказала она, начиная тереть девушку жёлтой мочалкой. —Ты уже не маленькая девочка, и я была так рада, когда ты захотела помочь... — Бейка устало вздохнула. Грубая текстура мочалки делала Амаи больно. Ссадины и синики болели. Но она молчала. —Но ты не должна так изводить себя. Правда. Мы не в таком бедствующем положении, что аж еле сводим концы с концами. И тебе не нужно так напрягать себя. — говорила она. Амаи мельком глянула на свои плечи. Жирные следы чернил наконец начали сходить с её кожи. Оставалась лишь болезненная краснота. —Никакие деньги не заменят нам тебя, Амаи. Твоё здоровье, и физическое, и моральное состояние — это самое ценное. — проникновенно сказала Бейка. —Да, мам. Ты права. — встряла Амаи. В её голосе звучало полное согласие. —Я заигралась. Мне не стоило так на этом зацикливаться. — и с этими слова и девушка словно выкинула белый флаг. Вмиг стало легко на душе. Ушла вина, стыд, неловкость. Всё стало понятным и ясным. Амаи не смотрела на Бейку. Но по грлосу поняла: она улыбается. —Главное, что ты живая, Амаи. Это самое важное. Не позволяй этому сломить себя, хорошо? — и она наклонилась к ней, чтобы поцеловать её в макушку. Младшая Одаяка не нашла в себе сил даже на лёгкую улыбку. Но её ответ был искренним: —Конечно. Когда всё тело было отмыто, синяки обработаны, а грязная вода спущена в канализацию, Амаи обтёрлась полотенцем и накинула на себя заранее подготовленную мамой пижаму. Был уже глубокий вечер. Но впервые за эту неделю девушка не чувствовала себя черезмерно нагруженной или загнанной в угол. Усталой — да, но это была лёгкая усталость. Словно всё лишнее выплеснули из тела и теперь оно совершенно раслаблилось. Отчасти это ощущение было даже приятным. На пороге ванны её ждал отец. Амаи, расправляющая мокрые волосы, замерла у двери с неловкой улыбкой. Шефу очень старался выглядеть серьёзным: сдвиннутые брови, скрещенные руки на груди. Вот только подрагивающие губы и черезмерно взволнованный взгляд выдавал его абсолютно не умеющуюся злиться натуру. Амаи неловко помялась у двери. Отец шумно вдохнул воздух, расцепил руки и загробастал её в свои объятия. Немного скованно Амаи ответила. —Ну вот что же ты так с нами! Нервов на тебя не напасёшься! — обиженно заявил отец, плкрепче сжимая её плечи. —Прости, пап... — только и смогла ответить девушка, погладив его по спине. Кольнула вина острым уколом. Но боль растворилась в счастье. Амаи чувствовала себя любимой и нужной. Чувствовала, что за неё переживают. Это чувство дороже золота. Амаи это знала. И потому было так хорошо и радостно на душе. Пока они обнимались, из другой комнаты пришла Бейка. Амаи поняла это по звуку её шагов. Мягкий, приглушённый. Младшая Одаяка распахнула глаза. Мама вышла к ним с милой улыбкой. —Мы решили, что она уйдёт из Академи. — сказала она, заботливо положив лажонь на плечо мужа. —А? Уйдёт? — растеряно переспросил Шефу. Он окинул удивлённым взглядом их обеих. Амаи улыбнулась и твёрдо кивнула. Отец видимо расслабился и с улыбкой потянулся к шее. —Ну да и ладно тогда...

***

С утра Амаи всё равно собиралась в Академи. Но в этот раз в сумку(не свою, а мамину; она одолжила, пока новую ей не купят) она клала не учебники и бенто, а свои документы и пару ручек. Амаи испытывала лёгкий мандраж. Справедливости ради, смена учебного заведения — большое событие. Почти как начать новую главу в своей жизни. Амаи тяжело вздохнула, закрывая сумку. Прошлая глава закончилась грустно. У Амаи всё ещё побаливает в груди от жалости к самой себе. Но она знает: так будет лучше. Тяжело оставлять в Академи частичку себя: клуб, друзей... Любовь. Это необходимо. И всё равно в груди колит болезненно, когда выходишь из дома. В руках — пакет с запасной сменкой. Прошлую украли, благо была замена. Амаи вышла на час позже. Ей ни к чему было приходить к семи. Напротив: стоило бы прийти попозже. Она совершенно не хотела пересекаться с учениками. С ними уж точно. Улицы были пустыми. Амаи чувствовала себя немного неловко. На ней было лёгкое и миловидное платье. Вместо формы в руках охапка денег — чтобы возместить её отсутвие. Никакая стирка не могла бы реанимировать вчерашний кошмар, в котором она завалилась домой. Ближе к территории Академи мандраж перерос в тревогу. Амаи обратилась к дыхательной гимнастике. Основные вороты уже были закрыты. Девушка направилась к пожарному входу. 8:20. Амаи убрала телефон и посмотрела на пустой коридор. Чтобы пройти до кабинета консультантки нужно обогнуть один класс. Амаи искренне надеялась, что все ученики уже на своих местах... И не заметят её силуэт в окне. В гробовой тишине она прошла по коридору. Мельком глянула в учительскую: она была практически пустой. Только Киёши-сенсей разминалась у окна. Амаи прошла мимо неё и остановилась у нужной двери. Сердце пару раз ударило громко. Девушка набрала побольше воздуха в лёгкие и постучалась. Вновь охватил мандраж. Из - за двери раздалось короткое «войдите». Девушка последовала совету. —Чем я могу вам помочь? — спокойно спросила консультантка, скрывая своё удивление, вызванное внешним видом девушки, за простым движением: поправлением оправы очков. Амаи села на стул перед нею. Стоило лишь войти в комнату, и весь мандраж как рукою сняло. На смену ему пришло лишь глухое спокойствие. —Я бы хотела отчислится. — твёрдо сказала Амаи. Она сразу почувствовала, что атмосфера в кабинете стала холоднее и неудобнее. Консультантка замедленно кивнула. На её лице не отразилось никаких эмоций... Разве что губы сжались плотнее. —Мне понадобится причина и документы. — не отрывая глаз, сказала Кунахито. Амаи тут же выложила на стол папку со стопкой бумаг. Всё уже было организованно и подготовленно. Консультантка молча распаковала файл и начала осматривать каждую бумагу. Она достала ручку и принялась что - то переписывать у себя. Амаи положила руки на колени и спокойно ждала. Все документы оформлены вчера вечером. Причина отчисления: личные обстоятельства. Вместе с родителями они пришли к выводу, что офишировать издевательства бесполезно. Если учителя не пресекли их сразу, то и теперь бессмысленно надеятся на правосудие. Амаи не могла сказать, что её неудовлетворяет или удовлетворяет такой исход. Она была где - то посередине. Спустя несколько минут Кунахито закончила писать и подняла глаза. —У вас нет задолжностей по учёбе, так что вы можете уходить сегодня. — буднично отметила она, поймав взгляд Одаяки. Затем консультантка достала из ящика стопку бумаг. —Ваши документы. Удачи вам. — сухо прокоментировала она. Амаи сложила выданную стопку в файл к другим бумагам. —Спасибо. Вам тоже. — не забыла бывшая ученица Академи и про вежливость. Кунахито уже уткнулась в компьютер, но всё же кивнула на её слова. Амаи вышла из кабинета. Она... ничего не чувствовала. Внутри была пустота. Будто собственное отношение к этой ситуации ещё не успело сформироваться. Это сбивало Амаи с толку. События происходили слишком быстро и, видимо, её мозг ещё не успел их до конца осознать. Казалось бы — пять дней назад вернулась в Академи... И вот уже она забирает документы и уходит. Навсегда. Амаи застыла посреди коридора. Повинуясь минутному порыву, она быстрым шагом дошла до двери, ведущей к главному фонтану. Она уже была открыта. Амаи застыла у входа, не выходя из здания. Прямо у фонтана стоял пустой стол без подносов. На нём она ещё вчера продавала выпечку. Странное чувство появилось в груди. «Это правда конец?», подумала Амаи, и всё же вышла из тени. Она подошла ближе к столу. Рассмотрела скатерть, надпись на банке. Последний день продажи, а то и два, больше напоминали ад. Амаи занималась этим исключительно из мысли, что им это надо. А ведь ещё в понедельник она была уверена, что это будет весёлым интерактивом для их клуба... «Мой клуб!..» — резко подумала она. Непроизвольно отступила на шаг. Сердце прожгла ноющая боль. Её клуб друзей развалился. Ещё в среду, наверное. Амаи надеялась, что хоть кто - то останется на её стороне. Наверное, этим человеком стала Аджия. Она дружила с ней так давно, что та не была подвержена влиянию этих слухов. Она слишком хорошо её знала, чтобы повестись на эту драмму. Амаи уже была у школьных ворот. Она погрузилась в свои мысли и совсем позабыла смотреть на дорогу. Из - за этого девушка чуть не врезалась в металлические прутья. По привычке хотела пройти в центре, но забыла, что главные ворота закрыты. В последнюю секунду опомнилась. В тот момент её почему - то совершенно не насторожила эта рассеянность. А между тем она никогда ранее не была ей свойственна. Наверное, Амаи в тот момент было просто не до этого. Хотя она не помнит, чтобы чувствовала сильную боль в тот момент... Возможно, она просто сидела где - то глубоко в ней... И проявлялась в самые неподходящие моменты. На обратном пути Амаи зашла в магазин. Надо было купить мёда, сахара и по мелочи. Прошлось открыть список продуктов, записанный в телефоне. Амаи не проверяла девайс со вчерашнего дня. Не до этого было. Там скопилось множество уведомлений. Но сейчас девушка не собиралась их всех проверять. Хотя они напомнили ей кое о чём. Ей нужно было достойно попрощаться с бывшими друзьями из клуба. Как никак, она была лидером. Теперь эту роль, наверное, окончательно возьмёт Шоку. Стоило написать ему об этом. Амаи бы очень не хотелось, чтобы целый клуб развалился из - за недопонимания. Девушка прислонилась к стене у полки с овощами и грустно вздохнула. Хотела бы она продолжать учить ребят кулинарии. Все они были безумно талантливы и, что главное, мотивированны. Но теперь это попросту невозможно. От мысли, что они все даже не расстроются от этой новости, Амаи захотелось плакать. Она сделала глубокий вдох и принялась печатать своё последнее сообщение. После него она покинет их общую группу... Прямо как и саму Академи. Сообщение было таким: «Снова привет! Хотела сообщить, что я ухожу из Академи и перевожусь в другое учебное заведение. Клуб остаётся на Шоку, как бывший заместитель, теперь ты можешь претендовать на роль полноценного лидера. Уверена, ты с этим справишься:) Желаю вам всем удачи!» И стикер с котёнком напоследок. Не дожидаясь ответов, Амаи вышла из чата и стёрла его. Она смотрела в телефон ещё несколько секунд, а затем оторвалась от стены и направилась дальше по списку. Она не стала писать, куда именно переводится. Посчитала это ненужным. ...Немного боялась, если честно. Она не хотела, чтобы эта информация перешла ни к тем людям. Амаи было чем заняться дома. В пекарне всегда много дел. Помощь никогда не будет лишней. Амаи направилась на кухню, выпекать новую порцию булок с корицей. За работой день пролетел незаметно. Вот уже и солнце садилось за горизонт. Небо окрашивалось в тёплые тона. Амаи оторвалась от печенья и подошла к окну. Девушка открыла его и выглянула наружу. Она смотрела на небо долгие минуты. Она думала о том, что могло бы сегодня быть. Сегодня она могла бы пройтись с Таро до Академи. Могла бы говорить с ним утром и в обед. Могла бы украсить тот огромный торт и выложить его в соцсети. Наконец, в это самое время она бы могла стоять у Сакуры. Положила бы записку в его шкафчик и побежала бы к этому огромному дереву. И сердце бы, наверное, стучало очень сильно. Как в начале этой недели, когда они только начали общение. Амаи закусила внутреннюю сторону щеки. Ей было интересно узнать его ответ. Если бы не вся эта драмма со слухами, принял бы он её чувства? У неё не было возможности спросить. Она от этого отказалась... Чтобы вчерашний кошмар не стал её жизнью. До Амаи таки долетел запах гари. Девушка быстро обернулась, и с удивлением обнаружела, что печенья начали подгарать. Из духовки тонкой струйкой повалил серый дым. Младшая Одаяка тут же кинулась выключить технику и вытащить сладости. С горечью она обнаружила, что все они почернели по краям. Такие подавать людям нельзя. Со стыдом Амаи выкинула эту порцию в мусорку и направилась к кассе. Ей нужно было предупредить маму, что печеньям потребуется ещё несколько часов.

***

У пекарей нет выходных. Те, кто работают на себя, должны поддерживать бизнес круглосуточно. Однако, справедливости ради, немного свободного времени у Амаи всё же появилось. Раньше его не было от слова совсем. Давно уже оно исчезло, ещё со средней школы. Но Амаи не жаловалась. Сегодня девушка с лёгким удивлением обнаружила, что этот вечер будет предоставлен целиком и полностью ей самой. Она не будет делать уроки. У неё их нет. Она отчислилась. Это осознание оставляло после себя лёгкий холод в груди. Амаи не могла понять, то ли это приятная прохлада, то ли замораживающий ужас. Рабочий день прервался звонком телефона. Амаи, вытиравшая до этого плиту, подскочила на месте. —Я сейчас! — крикнула она отцу, выбегая из кухни. Амаи немного удивилась, когда на экране увидела фото Аджии. Она совсем не ожидала, что подукга ей позвонит. —Ало? — неуверенно сказала младшая Одаяка, приложив телефон к уху. —Привет, Амаи. — раздалось из трубки. —Ты что - то хотела, Аджия? — спросила девушка, непроизвольно начав намаиывать передний локон на палец. —Я тебе писала вчера, ты так и не ответила... — начала говорить подруга. Амаи громко ойкнула и приложила ладонь ко рту. Она уже давно не была заядлым игроманом и задротом. Она редко заходила в телефон от скуки. Только по необходимости. Поэтому она частенько была... «не на связи». Но Амаи и подумать не могла, что подруга ей писала! Обычно она всё говорила лично... Прежде чем Одаяка успела извиниться перед нею, Аджия спросила: —Ты ведь из - за издевательств ушла, верно? Амаи сжала губы. На секунду она застыла на месте, но затем быстро ожила и тихо ответила: —Да. — на большее сил не нашлось. С одной стороны Амаи хотела бы описать ей все свои чувства и свою боль... Но она совершенно точно знала, что Аджия долго её слушать не будет. Подруга не любила, когда кто - то возле неё начинал жаловаться. Даже если на такое поведение есть более чем весомая причина. —Понятно. Я так и думала. — сухо ответила она. —В любом случае.... Я звоню не поэтому. Вот тут Амаи отчего - то насторожилась. Что - то странное было в тоне давней подруги, что заставило её выпрямитьсч по струнке. —Знаешь, я кое - что вспомнила. Это про ту девушку... Аяно Айши. —Ох! — вскрикнула Амаи. Её рука потянулась к затылку. —А мы... уже говорили о ней? — неловко спросила она. —Да, ты не помнишь? Я писала тебе в среду. — ответила Аджия. Амаи тут же погруснела. —А, ты про тот комментарий... — опустошённым голосом уточнила она. В груди что - то закололо. Амаи не очень хотелось обо всём этом вспоминать. —Так, что ты хотела сказать? — встрепенулась она через пару секунд. —Вообщем, я ей тогда дала ссылку на твой старый аккаунт в другой сети.. Та, что была популярна 5 лет назад. —Да, помню её. — ответила Амаи, кивнув и переминувшись с ноги на ногу. —Вообщем... —Аджия тяжело вздохнула. —Я недавно опять на него зашла, и.. Там последний пост о том, как ты плюёшь в еду грубого покупателя.. Амаи едва не осела на пол. Её рот раскрылся сам собою. Девушка вдруг ощутила огромный груз на своих плечах. Словно кто - то повесил ей на шею ожерелье из гирь. —Понятно. — подавленным голосом сказала она. Амаи почувствовала, как руки начинют слабеть. Она приложила ладонь к другой руке, держащей телефон у уха. —Понятно, откуда она это взяла. — озвучила Амаи и без того очевидную информацию. —Да.. —Аджия звучала расстроенно. —Ну, тебе стоит удалить свой аккаунт... Или хотя бы тот пост. —Ага. Конечно. — выдавила из себя Амаи. —Спасибо за предупреждение. —Да, без проблем. Пока. — спокойно ответила Аджия. Щелчок. Амаи безвольно опустила руку с телефоном. Она чувствовала себя идиоткой. Оказывается, у части слухов были основания. Ну, как это обычно бывает... Процентов 40 правды(в лучшем случае) и ещё 60 процентов лжи — и вот твоя жизнь уже разрушена. Это действительно рабочая тактика. Так люди и превращают чужую жизнь в ад. Амаи опёрлась локтями на балкон и покрепче сжала зубы. Хотелось стонать и выть от злости. Айши эта может и не виновата. Может и не с такими намереньями она в эту соцсеть полезла. Было чертовски стыдно именно за своё прошлое. Она уже давно поменялась, давно попросила у богов прощения за свою юношескую глупость... И всё же некоторые ошибки нестираемы. Вот они и нагнали её. На лбу выступили капли пота, и Амаи вытерла их тыльной стороной ладони. Ей было плохо. Она не могла избавиться от мысли, что если бы не этот конкретный слух, то всё бы было нормально. Меньше людей бы поверили. Не было бы массовой травли. Это бы не спасло её от тех издевательств... Но, может быть, у неё бы хотя бы был круг поддержки. Может, от неё не отвернулись бы так массово. И тогда она бы с этим справилась. Или хоть признаться бы успела. Так хотя бы не все её мечты посыпались, словно штукотурка со стен. Её терзало чувство, что если бы не она, то всё могло бы быть лучше. Девушка оттолкнулась от балкона и встала на ноги полностью. Она ударила себя по щекам(забыв, что в одной руке держала телефон, поэтому правой было особенно больно) и приказала себе собраться с мыслями. «Нельзя раскисать! Работы ещё много», — сказала она себе и направилась обратно на кухню. Часы летели незаметно. Амаи любила выпечку, но это всё равно было работой. Даже любимое дело утомляет. Амаи замешивала тесто для тыквенных пирогов, когда на её плечо легла тяжёлая мужская ладонь. —Ох? — встрепенулась она, подняв глаза. Шефу смотрел на неё с мягкой улыбкой. —Как ты, милая? — с умилением спросил он. —Всё хорошо! — ответила девушка, широко улыбнувшись. Её руки начали мешать тесто быстрее. Оно почти выплёскивалось ей на фартук. —Ммм, Амаи... — начал отец, неловко отведя взгляд. Амаи очень внимательно наблюдала за его движениями. —А ты уже решила, куда будешь переходить?.. — спросил он. Повисла неловкая, давящая тишина. —Я-я имею ввиду, если ты уже подумала!.. Я тебя не тороплю, ни в коем случае! — тут же запаниковал Шефу. Он отстранился от Амаи и замахал руками. —Я ещё не смотрела. — с милой улыбкой зачвила Амаи. Она не отрывала глаз от своего отца. —Но, думаю, я перейду в колледж. — будничным тоном отметила она и отвернулась. Девушка продолжила замешивать тесто. Оно постепенно становилось намного гуще, чем было. —А, хорошо, хорошо.. — ответил Шефу. Амаи услышала, как он чешет свой подбородок. —Я не давлю на тебя, мне просто интересно... — неловко уточнил он. Амаи кивнула, не поворачиваясь. Её пробило на лёгкую улыбку. Ей было приятно, что он интересуется. Она игнорировала ту разъедающую пустоту в груди, возникшую от этого вопроса. В остальном же день прошёл спокойно. В выходные всегда было много покупателей. И очень много работы. Но Амаи не жаловалась! Эта работа их кормит, в конце концов. Девушка работала до глубокого вечера. Собралась очередь, поэтому закрыться вовремя не получилось. Семья собралась за столом, скромно поужинав в тишине. Все были уставшими и оттого неразговорчевыми. Амаи направилась наверх в спальню. Ей хватило одного взгляда на клетку для хомяка, чтобы понять, что прямо сейчас она спать не ляжет. Хам-хам был её любимым питомцем уже почти год. Она чистила его дом каждые выходные. Суббота или воскресенье. Логичнее всего делать это в воскресенье... Но иногда хомяк так сильно загрязнял свою клетку, что Амаи просто не могла откладывать уборку. Вот и сегодня она с вымученной улыбкой подошла поближе, чтобы разглядеть то, что она и издалека увидела. На железных прутьях был налёт. Наполнитель был перерыт во всех углах. В домик Амаи даже не заглядывала: и так знала, что там ситуация не лучше. Вздохнув, девушка посмотрела на своего питомца. Сейчас был поздний вечер, так что он был очень даже активен. Хам-хам, как и все нормальные хомяки, всегда бодростовал ночью. Амаи так уставала за день, что вырубалась почти сразу, и никогда не обращала внимание на его шум. Девушка открыла клетку и протянула руку. Питомец с радостью запрыгнул на неё. Амаи вытащила его из клетки и начала аккуратно поглаживать одним пальцем. Обычно Амаи относилась к нему просто как к части рутины. Встал, поел, покормил хомяка, поменял ему воду, ушёл в школу. Вечером по новой. Нудные обязанности. Но Амаи правда любила своего питомца. Просто иногда ей критически не хватало на него времени. Девушка тихо хихикала. У её хомяка была милая привычка: он умилительно попискивал, когда его гладили. По языку его тела девушка понимала, что это именно радость, а не страх: он сам тянулся к рукам и тыкался своей маленькой мордой ей в палец. Она начала гладить его чуть сильнее. Амаи редко выпускала его из домика. Она боялась, что он может съесть что - то не то с пола и отравиться. Она жила прямо над пекарней, в конце концов. Если и выпускала, то только в специальном прозрачном шарике для хомяков. Но сегодня был особенный день. Сегодня Амаи позволила ему сидеть у неё на руках, пока она сама на кровати. Амаи сомневалась, что питомцу это было необходимо: он умело развлекал себя и в одиночку. Иногда Хам-хам мог даже отказываться от рук. Просто не идти к ним и всё. Девушка делала это больше для себя. Ей становилось морально лучше, конда она его гладила. Сразу вся тяжесть на сердце куда - то исчезала. —Ладно, теперь давай уберём твой домик... — с хихиканьем сказала она, вставая с нагретого места и убирая хомяка в клетку. Тот долго не горевал: тут же кинулся к кольцу и начал свой забег. Судя по характерному звуку, подобными марафонами он занимался всю ночь. Амаи направилась в ванную, намочить тряпку. Этим вечером ей стало чуточку лучше. «Нужно почаще его ласкать».

***

Воскресенье началось с милой улыбки мамы и мягкого укора: «Отдохни лучше, милая. Ты заработалась. Пойди лучше погуляй. Развеешься». Амаи застыла с венчиком в руках и только и могла, что глазками похлопать. Её щёки немного зарделись. Она не думала, что родители отмечают, как часто она рвётся работать. Она всего лишь помагала им. Она не получала от этого какую - то выгоду. Родители не давали ей чаевые или вроде того. Амаи работала не поэтому. Отчасти из - за любви к готовке. Отчасти из желания забыться и отвлечься. Сейчас готовка для Амаи была больше побегом. Побегом от стресса. Она всё ещё не до конца осознала, что с ней произошло. Сложно подготовиться к таким резким изменениям. Постоянная нужда чем - то заниматься не оставляла места на грусть и тоску. Но это не решало её проблемы. Она лишь задавливала их глубоко внутрь. Рано или поздно они всё равно всплывут наружу. Амаи удалось уговорить маму позволить ей работать утром. Но после обеда её выдурили с кухни напару с отцом. Девушка обнаружила себя в одиночестве в своей комнате. Без каких - либо планов. Впервые за долгое время лишь она, спящий хомяк и свободное время. Амаи немного растерялась. Сначала она просто рассеяно смотрела в стену, совершенно не зная, чем себя занять. Вскоре от нечего делать она взялась за телефон. Давно она его не проверяла и не чистила от всякого хлама. Амаи вообще избегала тесного общения с техникой; был у неё негативный опыт, из - за которого она едва не стала хиккикамори. Но, раз уж ничего более важного у неё всё равно не намечается, можно и проверить свои соцсети. С лёгким волнением Амаи зашла в приложение для общения. Лёгкое волнение оказалось неошибочным нехорошим предчувствием. Девушку ожидало множество непрочитанных чатов от людей, с которыми она однажды общалась в Академи. Заходить в них было откровенно страшно. Но Амаи просто не могла и дальше убегать от проблем. Она открывала каждый чат и глазами пробежалась по сообщением. Содержание было... Зачастую не очень вежливым.. Каждое грубое слово Амаи воспринимала как пощёчину. Она покрепче сжимала губы и продолжала читать. Мысленно девушка поблагодарила свою сооброзительность: ей могли писать только друзья, так что не пришлось разгребать кучу сообщений от незнакомцев. Таких, наверное, было бы не мало. Вздохнув, Амаи продолжила чистить свои чаты. Большинство людей улетело в блок. Сложнее всего было решить, что делать с бывшими друзьями из клуба. Счастливые воспомнинания из прошлого теперь доставляли только боль. Хорошо подумав, девушка заархевировала чаты и не стала ограничивать доступ к сообщениям... Ей было бы слишком больно вот так всё обрывать. Может быть, всё ещё образумится... Амаи на это надеялась, хоть и верилось слабо. Больнее всего было смотреть на чат с Таро Ямадой. Девушка не удержалась, пролистнула выше. Они начали общаться совсем недавно. И вот уже получается закончили. Амаи с грустью листала ввше, пропуская многочисленные голосовые. Она впервые почувствовала себя... Влюблённой. Ей впервые показалось, что она готова к отношениям. Она впервые сама испытала это чувство, а не увидела его на экране телевизора. Девушка долистала до начала, и медленно свайпнула обратно. Ей хотелось восстановить хронологию событий. Знакомство, вечер, общения все выходные. Потом встречи в Академи... Совместная готовка. Амаи вспомнила, как он испачкал нос в муке... Она ещё тогда убирать её полезла. Раньше она не понимала, почему героини аниме становятся такими бестактными. Теперь всё встало на свои места. Амаи вспоминала, что было дальше. И всё никак не могла понять: в какой момент всё пошло не так? Где она накосячила? Почему в конце концов... «Не нужно, чтобы другие видели, как мы общаемся», — так он сказал. Вроде бы ничего такого. Амаи прекратила листать общий чат. Её взгляд расфокусировался. Она будто бы смотрела сквозь телефон. Она - то думала, что между ними что - то зарождается. Какая - то симпатия. А он, оказывается, весь день думал, как её мягко развернуть. Амаи очнулась от транса, только когда пару капель упали на футболку. Амаи непонимающе посмотрела вниз, а затем протянула руку к своему лицу. Щёки были влажные. Амаи встрепенулась и вскочила с кровати. Она засуетилась на месте. Ей понадобилось некоторое время, чтобы достать салфетку из тумбочки и вытереть свои мокрые глаза. Амаи помотала головой, чтобы прийти в себя. В душе осталось сметение. Она совсем не ожидала от себя такой реакции. Девушка вернулась к чату. В своём последнем сообщении, написанном ещё вечером четверга, Ямада совершенно чётко указал то, о чём Амаи и так догадалась. Он просто ещё раз подтвердил, что их общение окончено. Девушка прочитала это между строк ещё в обед. И больше она к нему не подходила. Амаи вновь поудобнее улеглась и продолжила проверять соцсети. Следующий на очереди был её личный блог для друзей. Ну, не такой уж и личный, на самом деле. Она давала его всем, кто проявлял к ней дружелюбность. В нём она просто рассказывала своё мнение на ту или иную ситуацию. Иногда делилась забавными наблюдениями. Ничего важного. Было немного больно видеть, как уменьшилось число подписчиков. Однако, зайдя в комментарии, Амаи захотелось, чтобы оно было ещё меньше... Уж лучше бы все эти люди молча ушли, а не засоряли ей комментарии. Под последними постами развернулись целые баталии на тему этой драммы. Амаи с трудом понимала, о чём идёт речь. Большинство слухов были выдумкой. Те, что соответствовали правде, были скорее случайностью. Амаи вздохнула и приняла неутешительное решение: заблокировать их всех. Всех, кто оставлял оскорбительные комментарии, она удалила из своего аккаунта. К её удивлению, оставшихся было совсем немного. Аджия и пару друзей не из Академи. Амаи рассеяно смотрела на довольно маленькое число. Она и не думала, что вся её жизнь так тесно связана с Академи. Теперь она не знала, что и думать... Следующее приложение, подвергшееся чистке — Сайкограмм. Именно туда Амаи выкладывала основной контент. И именно там были все её подписчики. Были. Амаи уже расстаивалась по этому поводу. Она даже предприняла меры, чтобы остановить хейт. Но едва ли это помогло... Под последними фотографиями Амаи обнаружила множество новых гневных комментариев... Количество её подписчиков продолжало падать. Амаи посмотрела на аккаунты повнимательнее. Большинство из них были на её странице недавно. Амаи предположила, что это чьи - то фейки. Уж очень знакома была эта манера общения... Видела она уже такую кое - где. Под комментарием Айши на сайте Академи. Одаяка листала дальше и дальше. И с каждым новым комментарием её всё сильнее и сильнее охватывала обида. Она никак не могла понять: чем она это заслужила? Ничего из этого не было правдой. А люди велись так легко и просто... Экран телефона начал дрожать. Так Амаи обнаружила, что дрожит сама. Девушка была на пределе. Она больше не могла и не хотела это терпеть. Амаи приняла твёрдое решение. Соцсети нужно полностью удалить. Только так она сможет защитить себя от травли в интернете. Под влиянием эмоций нажимать на кнопку было просто. Амаи не чувствовала, что удаляет нечто важное. Даже многочисленные подтверждения не изменили её решения. Под снос пошёл не только аккаунт в Сайкограмм. Она проверила свой личный блог. В этот раз действительно личный: ссылку на него получали только близкие друзья. И под ним было множество негативных комментариев... От Саки все эти слова ощущались как предательство. Амаи доверяла ей... Так сильно, что ссылку на эту соцсеть дала почти сразу. Теперь она жалела об этом решении. Этот аккаунт девушка тоже удалила. Потом вернулась в уже проверенный ранее блог. И его она не пожалела. Вот только после этого Амаи успокоилась. И задумалась. А что она вообще делает? Все её труды в интернете теперь были в мусорке. С другой стороны... Возможно, они исчезли ещё с началом тех слухов. Амаи сомневалась, что у неё бы получилось вернуть свою поаулярность. Но неужели стоило заходить так далеко? Амаи потерянными глазами смотрела на предлодения создать новый аккаунт в знакомых соцсетях. Теперь она сомневалась в себе и своих решениях. Пытаясь отвлечься, девушка установила старое приложение для общения. Она очень кстати вспомнила о вчерашнем разговоре с Аджией. Свою старую соцсеть стоило удалить. Амаи попыталась пролистнуть дальше последнего блога. Её сил не хватило на чтение этого бреда.... Даже щёки от стыда покраснели. Амаи и правда была такой несносной в те годы? Это приложение девушка удалила без сожалений. Даже чуть легче стало. Этот аккаунт давно должен был кануть в бездну. Амаи отложила гаджет и распласталась на кровати. Она подняла глаза к потолку и положила руки себе на живот. Вопрос о том, чем ей стоит заняться, оставался открытым. Если не работать, то что? Амаи не хотела просто лежать без дела. Сразу ненужные мысли начинали голову посещать. Хоть белый шум включай, честное слово. Девушка поднялась с кровати и направилась на закрытый балкон. Там она уже давно организовала свой «зелёный уголок». Амаи нравилось заниматься растениями. Обычно она просто приходила полить их... Но, теперь, в появившееся свободное время, она могла бы и просто полюбоваться ими. Давно она уже не воспринимала их как радость, а не... Обязвнность. Запах на балконе всегда был приятный. Амаи машинально подобрала лейку, стоящую в углу. Она пришла сюда полюбоваться цветами... Хотя, если вспомнить, она их сегодня ещё не поливала. Вот этим и можно заняться. Всё лучше, чем в тишине и без дела. Девушка подошла к многочисленным гортезиям. Ей нравились эти цветы за неприхотливость. У неё было много различных видов. И много расцветок. Девушка с удовольствием полила и осмотрела каждый. После этого она направилась к азалии. Этому растению пора было давать удобрение. Подготовив всё нужное, Амаи направилась ближе в затемненный уголок. Там росли тенелюбивые растения: Астильба и несколько видов папоротников. К сожалению, у здешних растений не всё было хорошо. Недавно закупленные папоротники чем - то болели. Их листья засыхали. Амаи с грустью обрезала маленькие листочки и опрыскала те, что ещё не до конца высохли. Она надеялась, что это поможет растениям. Помотав головой, девушка переключилась на «светлую» часть. Под солнцем были расположенны суккуленты и кактусы. Их Амаи уже поливала. Больше воды на этой неделе им не требовалось. Теперь оставалось только полюбоваться. Девушка с улыбкой посмотрела на высокие колючие растения. Некоторым видам уже перевалило за десяток лет! Амаи по праву могла гордиться своим садом. Конечно, безусловно, жемчужина её коллекции растений — венерина мухоловка. Амаи открыла дверцы и выглянула из окна, чтобы посмотреть на это растение. В тёплое время года она выставляла венерину мухоловку на улицу. Она сама ловила себе пищу. Лишь изредка Одаяка ей немного помогала. Девушка проверила, чтобы у растения не появилось цветков. Ей не хотелось, чтобы её венерина мухоловка погибла, и она тщательно следила за этим процессом. Все опытные садоводы знают: этому растению цветки необходимо срезать. В ином случае все силы растение пустит именно на цветение, а на ловушки ничего не останется. Тогда венерина мухоловка погибнет. Амаи порадовалась, что никаких признаков цветения не наблюдалось. Разумеется, их семья выращивала и съедобные растения. Томаты черри, огурцы, несколько видов перцев, много мицубы и шпинат. А ещё недавно они начали выращивать бок - чой. Вот только эти растения росли в отдельной комнате, побольше, чем этот балкон. А ещё они принадлежали её родителям, а не только Амаи. Они выращивали эти овощи и раньше. А вот кокретно этот балкон был собственностью Амаи. Закончив полив, девушка направилась на первый этаж. Именно там, за кухней, был их небольшой огород. Они не могли позволить себе задний дворик, и все растения росли в комнате... Но так наверное даже лучше. У овощей были тепличные условия, и они давали плоды круглый год. Чтобы навестить тот сад, Амаи пришлось пройтись через кухню. Она только начала поливать томаты... Как вдруг посослышался скрип двери. —Амаи, милая, что ты здесь делаешь? — удивлённо спросила мама, заглядывая внутрь. —Поливая растения.. — с неловкой улыбкой ответила девушка, показательно помахав в воздухе полупустой лейкой. —Ты всё работаешь? Отдохнуть не хочешь? — с мягким укором во взгляде спросила Бейка. Она аккуратно закрыла дверь и покачала головой. —Нет, я отдыхаю... — ответила Амаи, похлопав глазками. Сначала она правда не поняла, что она имеет ввиду. —Милая, что я тебе говорила? — Бейка лёгким движением выхватила у неё лейку и поставила на подоконник. Амаи и слова вставить не успела. —Пойди погуляй. Подыши свежим воздухом. Тебе надо развеется. — с мягкой улыбкой сказала она, посмотрев Амаи в глаза. И вот тут младшая Одаяка всё поняла. Она затеребила свою домашнюю юбку и потупила взгляд. С её стороны было глупо думать, что мама ничего не видит. Заваливать себя работой в попытке убежать от чувств не значит избавиться от них. Амаи и сама это понимала. И всё же ей отчаянно не хотелось оставаться наедине со своими мыслями. Они её угнетали. Спорить с Бейкой было бессмысленно. Амаи оставалось лишь направиться в комнату и нарядиться в одно из своих платьев для прогулки. Она взяла с собою миленькую панамку и дамскую сумочку. Туда она засунула телефон. Девушка попрощалась с родителями и выскочила на улицу. Машинально она пошла к набережной. Она не знала, куда идти ещё. А потом запах моря заставил её застыть на месте. Она даже не подошла к периллам. Она ещё даже не видела волны. И всё же ей стало непомерно старшно. Она вспомнила тот вечер. Это всё произошло у моря. Амаи отлично помнила ту боль и обиду. Некоторые особенно болезненные ушибы ещё не зажили. Но сейчас вновь болело всё тело. И голова чесалась от той противной краски. Амаи не сразу поняла, что её трясёт. Липкий ужас сдавил её горло так ужасно быстро, и так же быстро окунул её в прошлое. Амаи бы стравнила это чувство с пронзающей стрелой. А потом всё спало. Одаяка дёрнулась и будто бы очнулась. Она стояла посреди светлой улицы. Мимо шли люди. Они болтали и смеялись. А у неё по телу бежали мурашки. Девушка нашла в себе силы развернуться и быстрым шагом пойти обратно. Она бежала подальше от моря. Она не знала, куда хочет пойти. Зато точно осознавала, куда идти ей нельзя. Ноги привели её в парк. Рядом с ним находилось небольшое кото - кафе. Амаи хотела бы его посетить, вот только денег с собою не взяла. Да и сейчас не стоило тратить их на развлечения. Им нужно было покрыть расходы на испорченные вещи из Академи. А ещё и эта новая пекарня по соседству... Амаи вздохнула и опустилась на лавку. Она только сейчас поняла, какой груз тащила на своих плечах. Девушка опёрлась руками на свои колени и опустила голову. Она чувствовала себя измотанной. Последние дни в Академи напоминали кошмарный сон, который всё никак не заканчивался. Амаи с трудом удавалось бороться с неприглядными воспоминаниями и находить причины для улыбки. Но она была выжатой. Эта борьба с самой собой забирала у неё все силы. Девушка посмотрела на свою ладонь. Пару раз сжала и разжала её. Она чувствовала слабость по всему телу. Амаи дотронулась до своего лба. Он был мокрым. Девушка прижала руку к груди. Ей было больно. Она сама не понимала, от чего. Она себя не узнавала. Куда делась её энергия и жизнерадостность? Амаи чувствовала, как постепенно сдаётся. Это не она сдавалась. Это её тело сдавалось. Амаи сидела на лавке, опустив голову. Мимо шли люди, но они на неё не смотрели. А она не смотрела на них. Ей хотелось рвать на себе волосы от бессилия. Амаи обещала себе, что на выходных посетит ту новую пекарню, которая(предположительно) портила их жизнь. И что теперь? Уже воскресенье, а у неё нет никаких сил на эту вылазку. У Амаи начинала кружиться голова. Чем дольше она сидела, тем хуже ей становилась. Пока она работала, она не чувствовала этой изнуряющей слабости. Признаться честно, Амаи немного паниковала. Она не понимала, что с ней. Девушка резко поднялась на ноги, и так же резко чуть не упала: сильно закружилась голова. Амаи направилась к дому. Ей срочно нужно было себя чем - то занять. Безделие на неё плохо влияло. Амаи отмахнулась от вопросов родителей(«Уже вернулась? Так быстро?») и сразу направилась в свою комнату. Чтение, рисование, писательство — что угодно, лишь бы занять мозг. Она схватилась за карандаши и достала листок бумаги. Рисование ей всегда нравилось. Сейчас Амаи совершенно не представляла, что собирается делать. Она просто начала хаотично набрасывать тонкие линии, надеясь, что нечто складное получится само собой. Ничего не получалось. Рисунок не шёл. А Амаи даже не могла сосредоточиться на своих мыслях. Она продолжала выбрасывать листки один за другим. И вновь лишь хаотичные линии. Никакой идеи. Никакого плана. Амаи не слышала себя и своих желаний. В этот момент громкий рингтон телефона показался спасательным кругом. Девушка бросила карандаш и ринулась к технике. Ей было не важно, чей там будет номер — лишь бы это был не спам. Она отчаянно нуждалась в разговоре. Хотя, если быть кристально честной, то больно кольнуло, что на экране была не Аджия. Амаи очень хотела поговорить с подругой. Но она, кажется, была заинтересована лишь в освещении своих проблем. Когда таковых не было, она ей и не звонила. Однако, разочарование быстро сменилось радостью. Имя старшей сестры радовало глаз. Дрожащими пальцами Амаи нажала на кнопку и приложила телефон к уху. Её тело подрагивало от напряжения. —Ало? —Привет, имо-тян-тян! — задорно проговорили с того конца провода. Днвушка почувствовала, словно с её плечей упал тяжёлый груз. Эта форма обращения была ей очень сильно знакома. Теперь не оставалась никаких сомнений: это её сестра. —Ну как ты там? — весело спросила она. —Сатоко... —Амаи выдохнула это имя из последних сил. —Тебя мама попросила позвонить, да? — опустив взгляд в пол, спросила она. —Йеп. Что - то случилось? — уже менее задорно спросила старшая сестра. Амаи села на кровать и упала на спину. —Много чего... — пустым голосом ответила она, разглядывая белый потолок. —Рассказывай. У меня выходной. — со смешком ответили с того конца провода. Амаи услышала скрип стула. Девушка мягко улыбнулась. В начале этого учебного года Сатоко уехала в Токио, учиться в колледж. Там же сняла квартиру и устроилась на подработку. Купила мотоцикл. Амаи видела её фото на стенке. Они стали реже общаться и видеться. Амаи и не думала, что так много времени прошло с того времени. Она уже почти забыла, как звучит её голос. —Я ушла из Академи. Потому что надо мною начали издеваться. Распустили ложные слухи. Я ничего не смогла сделать. — рассказала Амаи. Знакомая тяжесть сдавила грудную клетку. —Ну и правильно! В шею их. — раздражённо заметила Сатоко. —Сестру мою обижать... Забей на них, Амаи! — горячо сказала она. Амаи услышала, как она сплюнула. Девушка визуализировала лицо сестры у себя в голове и едва не рассмеялась. —Конечно. — покорно согласилась она. —Что ещё интересного? — спросила девушка, судя по всему, начиная что - то жевать. —Влюбилась... Но это невзаимно. — поделилась Амаи. Странное это чувство: вроде бы и легче от слов, а вроде бы и режут они по сердцу больно. —Отказал? — как - то черезчур обыденно спросила Сатоку. —Почти... Я не признавалась. Он из - за слухов.. Отстранился. — попыталась описать Амаи. —Мда, все мужики одинаковые.. Мои друзья такие же. — со смешком заметила сестра. —Это те, с которыми ты по трассе каталась? — поинтересовалась Амаи. —Дааа! Слушь чё про них скажу!... — тут же встрепенулась Сатоку. Амаи услышала, как та дёрнулась и вскочила. Её губ коснулась лёгкая улыбка. Сестра тут же пустилась в рассказы о своей нескучной жизни, а Амаи лежала на кровати и слушала. Ей было интересно. Она отвечала, переспрашивала, где нужно. Была вовлечена в разговор. Всё было как обычно. Она — слушает, сестра — говорит. Это всегда ощущалось как нечто правильное. А по - другому и быть не должно. Они всегда такими были. Амаи в роли спокойного слушателя, а сестра — в роли говорливого заводилы... И всё же что - то было не так. Амаи начинала чувствовать, как чужие слова вдавливают её в кровать. Повинуясь порывам, она поднесла свободную от телефона руку к груди и сжала ладонь в кулак. Её что - то беспокоило. Какая - то тяжесть в грудной клетке. Она сдавливала ребра и мешала дышать. Амаи хотелось закашляться от этого чувства. Но она молчала. Девушка дослушала сестру до конца и позволила ей выключить звонок. Она не сдвинулась с места. Не пошевелила даже пальцем. И даже когда Хам-хам засуетился в клетке, ей не захотелось подойти к нему и погладить его. Амаи продолжала лежать на спине и смотреть в потолок. В груди всё ещё пульсировало это давящее чувство, которому Амаи не могла дать название даже сейчас. Девушка просто не находила в себе сил встать и начать работать. Ей пришлось встать, конечно же. Она не могла лежать без дела и без мыслей вечность. Давление в груди не нарастало, но и не исчезало. Она мысленно ругала себя за лень без причины, за безделие, за трату времени. Не для галочки, а очень сильно ругала. Ей действительно было стыдно за это. И немного непонятно, откуда всё это вообще взялось. И в то же время такое простое действие, как подняться с кровати и спуститься вниз, всё равно ощущалось пыткой. Хотя, после этого, усадить себя за уроки было не такой уж и сложной задачей. Амаи ещё некоторое время назад начала ощущать, что в тишине её голова словно гудит от незаметных мыслей. Лишь сосредотачиваясь на чём - то это ощущение исчезало. В следующий раз, когда мама зашла её проведать, она с улыбкой ответила:«Я готовлюсь к вступительным экзаменам на следующей неделе! Не хочу медлить». Амаи никому не сообщала о своих внезапных физических проблемах. Но по загруженному взгляду матери уже тогда понимала: она как минимум догадывается, если не знает. У младшей Одаяки плохо получалось скрывать свои чувства.

***

Неделя пролетела незаметно. За работой и уроками. Хобби тоже превращались в обязанность. Амаи больше не хотела выходить гулять. Каждый раз приходилось на ходу придумывать отмазки, чтобы не идти. Пару раз даже соврала. Выдала желаемое за реальность; никто ничего не заметил. Родители давали Амаи время отдохнуть. К концу недели девушка была готова на стены лезть, лишь бы снова пойти на учёбу. Отсутствие необходимости в ранних подъёмах угнетало её. Обнаруживая возле себя свободное время, Амаи тут же начинала нервничать. То руки дрожали, то глаз дёргался. Неделя отдыха превратилась в медленную пытку. Амаи не знала, куда себя девать. Днём она пекла хлеб и улыбалась покупателям, а следующим утром просыпалась вся зарёванная. И не единого воспоминания о сне. Она даже не могла понять, от чего такая реакция. Порой она чувствовала себя такой уставшей, что начинала сомневаться: а спала ли она вообще? Может быть она просто всю ночь смотрела в потолок и так и не заснула? Просто ушла из реальности в свои мысли. Такое перестало быть для неё редкостью. Родители замечали её состояние. Даже пытались поговорить. Амаи не знала, что им ответить. Она и сама не очень хорошо себя понимала. А ещё она заметила нечто досадное: теперь любые социальные взаимодействия ощущались как персональная пытка. Амаи не могла вынести более пяти минут разговора с человеком. По проишествию этого времени(а то и меньшего отрезка) она хотелось удавиться от усталости. Всю энергию будто выкачивали насосом. Вот это ощущение не было совсем уж незнакомым. Такое и раньше с ней бывало. Лишь единожды. После этого Амаи научилась выделять себе минуты на хобби. Она перестала растрачивать весь день на чужие проблемы и переживания. Научилась говорить дрожащее, нетвёрдое «нет». Больше с ней такого не случалось. Но теперь минуты «на себя» перестали помогать. Амми вернулась к начальной точке. И девушка откровенно не знала, что с этим делать. У неё не осталось вариантов для решения этой проблемы. Вступительные экзамены не отложились в голове как нечто важное или стоящее внимания. Они прошли словно в тумане. Амаи помнит, что они были достаточно лёгкими. Она хорошо училась в Академи. А уж в колледж - то поступить и того проще. Одаяка почти не напрягалась. Потому, наверное, все события и вылетели из головы. Когда пришли результаты, Амаи не почувствовала никакой радости. А ведь она поступила. Ей стоило бы улыбнуться пошире. Но она не смогла. «Обыденная» улыбка и так всегда была на её лице. Родители ничего не заподозрили. Амаи почувствовала облегчение. Ей было бы так неловко их напрягать... Амаи не помнит, как собиралась в свой первый день в колледже. Однако она помнит дорогу до него. Она отличалась от дороги в Академи. Девушке пришлось сесть на поезд и ехать больше часа. Амаи помнит лёгкое смятение от вида здания. Потом она пошла гулять по коридорам. Люди смотрели на неё с живым интересом. Она улыбалась им. В голове будто что - то звенело. Она плохо воспринимала чужую речь. Не могла разобрать слов, если быть точнее. Так и прошло её утро до первого звонка. Амаи отряхнула юбку и пошла к шкафчикам. У них она оставила кое - что из дома. Девушка не ощущала никакого волнения перед знакомством с новым коллективом. Она просто не видела причин для страха. К тому же, она пришла подготовленной. Амаи достала заранее взятый из дома поднос и аккуратно выложила из целофанового пакета булочки с глазурью. Амаи улыбнулась выпечке, что уже остыла, но ещё была мягкой. Угощение от её мамы — лучший способ подружиться с новыми одноклассниками. Девушка не сомневалось: им понравится. Никто не готовил выпечку лучше, чем её мама. Вместе со сладким угощением Амаи пошла наверх. Там её уже дожидалась учительница. Высокая и тонкая, как палка девушка с каштановыми волосами и серьёзным, холодным взглядом болотных глаз. Она скептически посмотрела на поднос девушки и хмуро поправила очки. Амаи мягко улыбнулась ей. В этот жест она вложила фразу «Не судите строго, я просто хочу порадовать других». Неизвестно, как этот жест истолковала учительница, но её взгляд смягчился. Она открыла дверь в класс. Амаи вошла туда первой. —Тишину, пожалуйста! — выкрикнула она, закрывая за собою дверь. В классе стоял тихий гам, напоминающий о том, что здесь много людей. Амаи встала посреди комнаты с подносом. Она спокойно отнеслась к огромному количеству глаз, направленных на неё. —Как вы видите, у нас новая ученица. Перевелась сюда из Академи. — спокойно проговорила учительница дежурную и всем знакомую фразу. Пока она вещала, Амаи с лёгкой улыбкой окинула класс взглядом. Многие на неё смотрели. Большинство глядело именно на её поднос. Далеко не все взгляды были приветливыми и добрыми... Да чего уж там — в некоторых не было и доли интереса или удивления. Лишь одна враждебность... Но Амаи это не удивило. Глупо было предполагать, что ученицу из более успешного учебного учреждения встретят с распростёртыми объятиями. —Представьтесь. — учительница махнула руеьй в её сторону и вновь поправила так и наровящие съехать очки. Видимо, они были ей большеваты. Амаи набрала в грудь побольше воздуха и улыбнулась ещё милее, мягче. Ничего не даётся просто так. Она знала: благосклонность одноклассников ещё предстоит заслужить. —Меня зовут Амаи Одаяка. Раньше я была главой клуба Кулинарии; не только в Академи, но и в средней школе! — с улыбкой рассказывала она. —У моей семьи есть собственная пекарня. На самом деле, сегодня я принесла вам оттуда выпечку! Я бы хотела угостить вас, поэтому я пройдусь по рядам и раздам по булочке каждому. — с этими словами девушка двинулась к ряду у двери. Она аккуратно взяла хлебное изделие за салфетку, которая лежала под ним, и положила её на первую парту. За ней сидел черноволосый парень. Он удивлённо посмотрел на неё. Амаи поймала его взгляд и помилее улыбнулась. Тот зарделся. Но Амаи этого не заметила: она пошла дальше по рядам. Она дала выпечку своей матери каждому. Все смотрели на неё по - разному. Некоторые девушки смущённо зажимались, другие заторможенно кивали, кто - то смотрел на неё с отвращением или даже ненавистью, а кто - то напротив, ярко улыбался. Её даже благодарили. Амаи только покладисто кивала. Парни в основном принимали угощение без реакции, с вежливой улыбкой и тихой благодарностью. Кто - то тут же засиял от радости и принялся уплетать булку за обе щеки. Кто - то промолчал, но не отказался от предложения. Лишь один парень за последней партой скривился, когда она подошла к нему. Амаи это увидела, но всё равно мягко улыбнулась. И даже когда он закатил глаза и демонстративно убрал руки с парты не отреагировала плохо. Она просто пошла дальше. Ей такое поведение было знакомо. И она знала: лучше не реагировать вовсе. В конце Амаи подошла к столу учительницы. —Это вам. — протянула она ей последнюю булочку. Девушка оторвала глаза от бумаг. —Спасибо. — ответила она, принимая угощение. Сладость тут же была отложена на край стола, куда - то за принтер. —Начинаем наш урок. — огласила учительница. Амаи села за свою парту. Она не оглядывалась по сторонам, но уже чувствовала: враждебных взглядов, направленных на неё, стало значительно меньше. Уроки прошли обычно. Амаи бы и не заметила, что она в колледже, а не в Академи, если бы не началась большая перемена. Действительно, девушка даже слегка удивилась, когда вышла из класса с обедом и не оказалась в привычном коридоре. Спустя пару секунд она только и могла, что улыбнуться своей рассеянности. Амаи покачала головой и направилась на улицу. Раньше она всегда ела у своего клуба... Но теперь она больше не лидер. Да даже и не участник, что уж там. В последнюю неделю в Академи она обедала на улице у фонтана. Амаи решила не изменять этой привычке. Ей это нравилось. Фонтанов тут, правда, не было. Девушка вышла на улицу и пробежалась глазами по лавочкам. На многих из них уже сидели люди. Одаяка решила пройтись чуть дальше. Она не хотела встревать в незнакомую компанию, но не оставляла надежд найти знакомое лицо. В конце концов она подошла к круглому столу чуть поодаль от зала. За нём сидело 3 девушки. Было место ещё для двух человек. —Извините, можно к вам? — мягко заговорила Амаи, привлекая к себе внимание. Она посмотрела в глаза только одной из шатенок. Эта самая девушка встрепенулась и ярко улыбнулась. Совсем как утром. —Оо, ты же та новенькая! Как тебя... Амаи Одаяка! — воскликнула она, указав на неё пальцем. Остальные девушки потерянно оглянулись. Амаи почувствовала удовлетворение. Она мило улыбнулась и кивнула. Эта девушка была её одноклассницей. Она ей показалась достаточно приветливой. Амаи надеялась, что она её не оттолкнёт. —Садись к Морико-чан, Амаи-сан! — задорно выкрикнула она. Девушка справа встрепенулась. Амаи предположила, что она имела в виду её. —Ты не против? — мягко спросила она, посмотрев ей в глаза. Та заторможенно кивнула и поёрзала на стуле. Амаи поставила коробку с бенто на стол и сама села рядом. Одноклассница, которая её узнала, сидела по центре, окружённая Морико и ещё одной девушкой, чьё имя Амаи не знала. Последняя смотрела на неё с живым интересом и жевала яичный рулет. —Вы знакомы? — спросила она, не отрывая глаз от Амаи. —Она сегодня перевелась в мой класс! Она раздала всем такииие вкусные булочки! Они же из твоей пекарни, да, Амаи-сан? — затораторила девушка. Пока она говорила, Одаяка воспользовалась паузой и начала есть своё бенто, и лишь когда к ней обратились, она утвердительно кивнула. —Понятно. — незнакомая Амаи девушка проглотила еду и отложила палочки в сторону. —Меня зовут Фудзино, это Сакико. — она сначала представилась сама, а затем указала на девушку по центру. —Это Морико, как ты, наверное, уже догадалась. — спокойно заметила она. Боковым зрением Амаи заметила, как названная девушка снова поёжилась. —Ой! Я же не представилась... — зарделась от смущения Сакико. Она прижала ладонь ко рту и нервно улыбнулась. —Приятно познакомится. — сказала Амаи с широкой улыбкой, проглотив кусок угря. —И мне. — с улыбкой ответила Фудзино. —Амаи-сан, а как называется твоя пекарня? Я хочу туда сходить! И вы со мной, девочки! Нам надо там всё - всё попробовать! Если оно всё такое же вкусное!.. — энергично заговорила Сакико, замахав руками во все стороны. —Спасибо за похвалу. Называется «Пекарня Одаяки». — с улыбкой ответила Амаи. Девушка широко улыбнулась и захихикала. —Правда так вкусно?... Ты нам даже кусочка не оставила.. — подала голос сидевшая тихо до этого Морико. —Ну простиии, я просто не удержалась!! — тут же захныкала Сакико. —Оно всё такое вкусное! И я!.. И она!.. Я вам потом куплю ещё! — словно захлёбываясь словами, говорила она. Фудзико покачала головой и закатила глаза. —Опять будешь жаловаться, что потолстела... — с лёгкой улыбкой сказала она. Пока Сакико с возмущёнными глазами набирала в грудь воздух, Амаи еле слышно хихикнула и взяла себе побольше риса. Кажется, с друзьями у неё проблем не будет. Ну, можно на это надеется, по меньшей мере. К концу дня все девушки разбежались по клубам, так что Амаи после уроков осталась совершенно одна. Сакико взяла её номер ещё на обеде, но так ничего и не написала. Амаи не хотела ждать их полдня, поэтому решила со спокойной душой собраться домой. Она не очень горела желанием выбирать себе новый клуб. Тут как с бывшими: ещё не отошла от прошлого. Ей хотелось пока повременить с этим делом. Да и ей есть чем заняться после уроков: пекарня родителей не даст заскучать... Теперь, когда у Амаи появилось время действительно об этом подумать, она вдруг вспомнила, что в этом же колледже должна была учиться исключённая из Академи Наджими. Не то чтобы это было чем - то удивительным: этот колледж был прямым конкурентом Академи. Все, кто так или иначе не попадал в элитное учреждение, с большой долей вероятности направлялись сюда. Амаи казалось, что они быстро столкнуться... Но что - то она не могла вспомнить, чтобы видела хоть кого - то с длинными, рыжими волосами. Девушка вздохнула и вытащила обувь из шкафчика. Её не особо волновали сплетни и, как следствие, судьба Осаны Наджими. Она просто вспомнила об этом интересном факте. Только и всего. Но даже если бы она и видела эту девушку, она бы всё равно не стала подходить к ней. Она не собиралась осуждать её или ещё чего. Просто вспомнила о ней. Вот и всё. Уже дома Амаи всё рвалась на кухню, принимать заказы. Ей хотелось работать. С уроками она расправилась крайне быстро. В колледже они были не такими сложными и объёмными. Родители долго не хотели пускать её на кухню. Но Бейка разрешила ей стоять на кассе. Уже там Амаи встретила девушек из Академи. Сакико сдержала слово и действительно пришла угостить подруг выпечкой из её пекарни. Энергичная шатенка чуть не кинулась через прилавок, когда увидела её. Фудзино еле её удержала. Амаи заметила, что вместе с тремя знакомыми ей девушками пришла ещё одна. Она приветливо улыбнулась и ей, хоть и не знала её имени. Они взяли много сладостей. Большую часть накупила себе имено Сакико. Да и вообще, в тот день в их пекарню заходили знакомые Амаи лица. Она улыбалась им чуть шире, чем другим посетителям. Амаи ощущала гордость за свою маму. Всё это было только благодаря её умениям... И её уникальному рецепту глазури! Амаи даже захотелось ещё раз её обнять. Ночью Амаи ощущала себя настолько выжатой и истощённой, что даже уснуть не могла. Парадоксально, но факт. Пожалуй, теперь это время дня было её самым не любимым. Если в светлое время суток девушка ещё могла игнорировать все тревожные звоночки, то теперь это было просто непосильной задачей. Амаи приложила ладонь ко лбу и сморщилась. Она не знала такого лекарства, которое выключало бы этот назойливый звук в голове. Он чем - то напоминал помехи на телевизоре. Такой же громкий и раздражающий. Она с трудом смогла уснуть в тот раз.

***

История повторялась из ночи в ночь. И всё же по утрам Амаи просыпалась с мягкой, милой улыбкой. Она её практиковала перед зеркалом, и носила весь день, как любую часть одежды. Она стала часто пить таблетки от головы. Не каждый день, но всё же. Девушка не придавала этому значение. Она продолжала ходить в колледж как обычно. Старалась поддерживать общение с людьми. Как правило хватало лишь участия. Одноклассники сами тянулись к ней, как мухи к мёду. Она продолжала заводить друзей. Сначала были подруги Сакико. Потом она познакомилась с парнем Фудзико. Потом к ней подошли девушки из паралельного класса. Они сами с ней заговорили. И сами напросились проводить её до дома. Они были довольно шумными. Её даже пригласили в кафе после уроков. Они сделали всё домашнее задание за коктелями и десертами. Потом девушки собрались в парк развлечений в соседнем городе. Амаи вежливо отказалась. Сослалась на то, что ей нужно помочь родителям в пекарне. Когда отошла от них, неслышно выдохнула. Ей и правда стало тяжелее находиться возле людей. Вот вроде бы и нормально всё, а вроде бы и что - то удручает, к земле тянет. Амаи не могла объяснить это чувство. Она сама толком не понимала, что это такое. Это не было похоже на лень... Это было что - то иное. Амаи редко позволяла себе на этом зациклится. Учебные дни проходили спокойно. Амаи быстро освоилась в новом месте. На самом деле она и не заметила особой разницы между Академи и колледжом. Программа была чуть послабее, к поведению учеников были чуть лояльнее. Но в остальном всё было точно так же. Амаи всегда было чем занять себя. По утрам она болтала вместе с друзьями. Обедали они обычно в большой компании. Благодаря Сакико Амаи теперь знала многих людей, и теоритическм могла напрашиваться куда угодно. Она не сказала бы, что сильно сблизилась с этими людьми. Но общения ей так или иначе хватало. Так она и наслаждалась мирной жизнью в другом учебном заведении. Однажды после уроков к ней подошла группа учеников. Среди них было много девушек, и лишь пару парней. —Эм, привет... Ты Амаи Одаяка? — спросила самая близкая к ней девушка. Она улыбнулась и неловко помялась на месте. Все остальные стояли чуть поодаль и с интересом наблюдали за ними. Амаи подняла глаза и беглым взглядом обвела подошедших к ней людей прежде чем ответить. —Да, вы не ошиблись. Вам что - то нужно? — с улыбкой отозвалась она. Говорившая девушка тут же расплылась в улыбке и будто бы воспрянула духом. В её глазах заискрилось нетерпение. —Я Каноко Мотидзуки. Я узнала, что ты раньше была лидером клуба Кулинарии, да и неплохо готовишь... — девушка теребила юбку и смущённо отводила взгляд. Амаи слушала её с лёгкой улыбкой. —Вообщем, я бы хотела предложить тебе вступить в наш клуб! — радостно заявила она. Амаи склонила голову на бок. Она не успела ответить, потому что Мотидзуки начала что - то доставать из сумки и разворачивать. Амаи не стала сразу давать ей отворот-поворот. Она решила дать ей возможность попробовать. Девушка развернула большой помятый лист. На нём красивым шрифтом было выведено «Клуб чаепития» и добавлен красивый рисунок. Оформление было выполнено в нежно - зелёных и нежно - розовых тонах. Амаи разглядела на рисунке лепестки Сакуры. А вот зелёный цвет напомнил ей о собственном клубе. Этот оттенок был её любимым. Она сама декорировала комнату того клуба, так что... Да, Амаи немного пробило на ностальгию. —Я лидер клуба чаепития. — с яркой улыбкой заявила девушка. —Мы изучаем философию дзен, традиции и этикет. Мы также помогаем иностранным студентам понять нашу культуру. — с радостью вещала она. Амаи показалось, что Мотидзука действительно любит своё дело. —Это здорово! — приветливо улыбнулась она. Когда же Амаи снова посмотрела на девушку, то заметила, что та подняла плакат ближе к своему лицу, а её глаза... Она смотрела на неё как - то иначе. Будто бы с отчаянной мольбою. —Одаяка-сан, в нашем клубе понимание культуры осущетвляется с помощью чайных церемоний.. Нам выделили кухню для приготовления сладостей, но никто из нас практически не умеет готовить традиционные японские сладости! А если и готовим, то получается не очень вкусно! Ты ведь помогаешь своим родителям в пекарне, да и сама хорошо готовишь! Пожалуйста, присоединяйся к нам! Твои навыки нам очень помогут! — тоненькими нотками говорила девушка. Она приближалась к лицу Амаи всё ближе и ближе. Её руки сильно сжимали и так помятую бумагу. Амаи нервно хихикнула и немного отстранилась. Ей было неловко от такого напора. —Хаха, ну... — неловко начала она, вытягивая шею. Мотидзука была так близко, что уже почти могла бы поцеловать её в щёку! —Я подумаю, хорошо? — примирительным тоном сказала она. —Можно мне изучить деятельность поподробнее? — спросила она, заглянув лидеру в глаза. Та встрепенулась, активно закивала и полезла в сумку за какой - то стопкой бумаг. Амаи отметила, что, хоть она и лидер, но красной повязки на руке у неё нет. Её это не расстроило, хоть она и подумала, что эта традиция в Академи ей нравилась. Она привносила в их жизнь красок, что ли... Уже дома, глубоким вечером, закончив с уроками, Амаи вспомнила про ту рекламу, которую ей дала лидер. Она неторопливо извлекла её из сумки и осмотрела. Это был небольшой журнал с красивой, явно нарисованной от руки обложкой. Мотидзуко заверила, что готова ждать её сколько угодно, поэтому Амаи неторопливо развернула журнал и принялась читать его. Она внимательно изучала каждую строчку, иногда хмыкая себе под нос. Идея вернуться в клуб ещё неделю назад звучала как шутка. Амаи совершенно не чувствовала необходимость в постоянном круге общения. Больше не чувствовала. После ухода из Академи она больше не хотела никуда вступать. К тому же, здесь не было прямого аналога клуба кулинарии. С другой стороны... Амаи всё больше и больше ловила себя на мысли, что эти активности достаточно интересны. А помощь иностранцам — хорошее дело. Да и ей самой наверняка понравится на таком присутствовать. Амаи призадумалась. Мотидзука упомянула, что у них есть возможность готовить. Это значит, что у Амаи будет возможность «трудоустроиться по специальности», грубо говоря. У неё действительно есть возможность помочь кому - то, используя свои сильные стороны. Амаи тяжело вздохнула и отложила журнал. Готова ли она снова приходить домой поздно? Даже не так: сможет ли она вновь проводить время с людьми? Амаи чувствовала, что общение с другими давит на неё. Ей было просто по - человечески тяжело. Она выматывалась. И всё же она не хотела от всех закрываться. Её пугала мысль, что такими темпами она изолирует себя от общества. Поэтому она игнорировала неудобства. Да, подсознательно Амаи избегала вступление в клуб; за все эти недели она ни разу не подошла к стэнду с рекламами. Она не была уверена, что хочет этого. Теперь же, когда её попросили... На следующий день Амаи вновь стояла у карты школы. Она искала наиболее короткую дорогу до двери клуба чаепития. Она кое - что приметила: помещений для него было выделено раза в два больше, чем для какой - нибудь калиграфии или того же клуба литературы(он вообще находился в библиотеке; тоесть, у них просто не было отдельного помещения). Потягаться в размерах с клубом чаепития могли разве что спортивные секции. Очевидно, что этот клуб был одним из самых многочисленных и спонсируемых колледжом клубов. Впрочем, это было неудивительно. С таким количеством активностей... До звонка было ещё около 40 минут, когда Амаи робко постучалась в дверь. Ей открыла Мотидзуки. Она громко ойкнула и распахнула двери полностью. —Я согласна вступить в ваш клуб. — с улыбкой заявила Амаи после тёплых приветствий. Мотидзуки тут же засияла от счастья и потянула её за рукав. —Амаи-сан... Ты же не против, если я по имени? Меня можешь звать просто Каноко... Так вот, добро пожаловать! — радостно воскликнула она. Амаи покорно позволила ей утащить себя. Ей выдали кимоно. А потом она проследовала в главную комнату за лидером. Внутри было много мягких подушек, на которые можно было сесть. Клуб и впрямь был многочисленным: было лишь пару свободных мест на полу. Амаи приметила множество иностранных лиц. Она уселась на подушку возле небольшой группы девушек. Она с ними пересекалась, но они не общались лично. Те приняли её с широкой улыбкой. Каноко заняла своё место по центру. Она начала свою лекцию. Текст явно был подготовлен исключительно для иностранцев: всю эту информацию Амаи знала с детства. Это такие традиции, которые ещё с материнским молоком впитываешь. Амаи заметила, что многие японки и японцы болтают друг с другом.. В отличие от тех же иностранцев. Кто - то даже записывал. Амаи поймала себя на мысли, что ей приятна здешняя атмосфера. Все такие расслабленные и дружелюбные. Не гнобят за происхождение. Ощущалась некая сплочённость. Амаи не вступала в разговор. Просто молча слушала чужие разговоры в пол уха. Она, помнится, едва не зазевалась. Вот настолько ей было спокойно. Одаяка немного боялась вступать в этот клуб. Но теперь она была рада, что сделала это. У Каноко очень приятный, успокаивающий голос. Обедала она в компании старых знакомых. А вот уже после всех уроков её наконец попросили сделать то, ради чего, собственно, в первую очередь и позвали. Амаи провели на небольшую кухню. Дальняя плита ближе к окну. Амаи порадовалась, что она газовая. Девушки смотрели на неё с восхищённым блеском а глазах. Амаи улыбнулась им. Не хотелось их разочаровать. Она решила приготовить Намагаси в виде цветов. Сакура уже понемногу отцвела своё, но Амаи всё равно выбрала за референс именно её лепестки. Ей понадобилось тесто с клубничным вкусом и лишь немного времени. Новые соклубовцы наблюдали за ней, раскрыв рот. Амаи даже почувствовала неловкость от такого внимания. Будто бы она какая - то звезда. В одну партию она добавила ягодное варенье внутрь. Она смешала малину и клубнику для более яркого вкуса. Другая же партия была без начинки. Амаи красиво выложила десерты на поднос и улыбнулась наблюдавшим за нею людям. Всё вышло ровно как она и планировала. К тому же, она уложилась в срок. Собрание клуба должно было начаться через 3 минуты. Девушка поспешила в их комнату. По сравнению с другими помещениями эта комната и правда была очень просторной. Когда Амаи вошла внутрь, там уже были практически все участники. Все они, как один, потянулись носом в её сторону. —Амаи Одаяка приготовила для вас традиционнные японские сладости. Прошу вас! — громко огласила Каноко. Амаи показалось забавным, что она говорила так, будто бы у неё есть микрофон. Бывают же люди, которым этот гаджет и не нужен... Амаи быстро раздала каждому по две Намагаси, одну с начинкой и одну без. Она уселась на свою подушку и сама присоединилась к чаепитию. Зелёный чай был восхитителен. В клубе было тихо и спокойно. Даже звуков пережёвывания практически не было слышно. Из чуть приоткрытого окна поступал прохладный воздух. Амаи подумала, что этот клуб подходит ей лучше всего. Сейчас — уж точно.

***

Потихоньку приближалось время экзаменов. Амаи не чувствовала особых переживаний по этому поводу. Учёба давалась ей хорошо. Она много времени проводила за уроками. Они были не сложными, просто... Амаи сама порой не замечала, как быстро летело время. Из раза в раз она засиживалась до поздна, вчитываясь в одну и ту же строчку. Порой зависала над одним словом на несколько минут. Или может даже чуточку дольше. Она очень много времени проводила за работой. Учёба, пекарня. Изредка выбиралась к друзьям, погулять. Познакомила Аджию с новыми подругами. Они вроде бы неплохо сошлись. Амаи надеялась, что подруга и сейчас с ними общается. Ей бы хотелось, чтобы у неё всё было хорошо. Амаи постоянно нагружала себя. Ей часто об этом говорили. Парадоксально, но сама она не думала, что перерабатывает. Бывали головокружения, рассеянность, однако Амаи казалось, что она работает недостаточно. Что она делает слишком мало. Что ей следует быть выше всего этого. Амаи не могла бы сказать, что у неё всё плохо. Она ходит на ногах, бегает-прыгает, может работать. Всё вроде бы было хорошо. И лишь ноющая боль в скулах напоминала ей: она притворяется. Её улыбка не искренняя. Она носит её словно маску. Как будто бы она пытается убедить саму себя, что она счастлива. Но это не так. Амаи хорошо помнит себя в прошлом году. В позапрошлом. В апреле этого года, в конце концов. Вот тогда она была счастлива. Тогда улыбка не причиняла ей боль. Сейчас же... Амаи не было плохо, нет. Просто она всё время была уставшей. И любимая еда перестала её радовать. И она порой ловила себя на мысли, что помогает другим уже просто по привычке. Привычное тепло не разливается в груди от этих действий. Она сравнила бы себя с исправным механизмом. Амаи не жаловалась. Она вообще никогда не говорила о своих наблюдениях. На вопросы «как ты?» отвечать «Хорошо!» стало обыденно. Даже не появлялось некой неловкости, мол соврала. А между тем она врала. Каждый раз, когда отвечала радостно и с улыбкой. От этих навязчивых вопросов Амаи ощущала дискомфорт. Ей было непонятно, зачем они спрашивают. Она и сама замечала за собою странности. Зависания, отрешённость, необщительность, забывчивость.... ...Вот как прямо сейчас. Кто - то настойчиво тыкал её в плечо ручкой. Амаи подавила громкое «ой» и обернулась. За нею сидел весёлый парень из клуба лёгкой атлетики. Амаи редко общалась с ним вне уроков; они просто почти никогда не пересекались. Он пропадал на тренировках, она — в своём новом клубе. Но он был хорошим. Активным и забавным. —Эй! Что у тебя в пятом? — шёпотом спросил он. Амаи сначала немного растерялась, но потом спохватилась и обернулась к своему тесту. Она успела и позабыть, что у них контрольная... Девушка быстро нашла нужный вопрос и с улыбкой озвучила для него ответ. Тот задорно подмигнул ей. Амаи с дежурной улыбкой повернулась обратно. Он был великолепным спортсменом, но вот учёба ему не давалась... Бывает! Время чем - то напоминало ей болото. Такое же вязкое и долгое. Не раз и не два Амаи ловила себя на мысли, что хочет поскорее пойти домой. Преградой всегда становилось участие в клубе. Амаи не могла просто взять и всё бросить. Её попросили. В ней нуждались. Она каждый раз подходила к лидеру с милой улыбкой и вопросом «Чем я могу помочь сегодня?», и каждый раз чувствовала неудовлетворение, когда для неё находилась работа. Амаи очень хотела пойти домой. Но она никогда не позволяла себе такой роскоши. Приходилось работать через силу. Сначала Амаи чувствовала себя плохо, ведь ей казалось, что её настроение отражается на её готовке. Она всегда была немного удивлена, когда люди нахваливали её «средненькие» блюда. В какой - то момент ей уже хотелось, чтобы вкус её еды поменялся. Чтобы всем перестало нравится и чтобы её прекратили просить готовить. Но этого не происходило. Амаи оставалось только смириться. Ей стали доверять всё больше и больше. И всё больше и больше ответственностей сваливалось на её плечи. Каноко порою недвусмысленно намекала, что хочет сделать Амаи своим заместителем. Одаяка обычно не придавала этому значение. Лишь мурашки по коже порой пробегали, когда она вспоминала, что девушка старше её на год. Что немного выбивалось из привычного шага жизни, так это плановый медосмотр. Узнав об этой новости, Амаи почувствовала себя ещё более удручающе, чем обычно. Основная проблема была в том, что девушка немного боялась уколов. Это пошло из детства, когда одна не очень опытная медсестра оставила ей синяк на пол руки... Она тогда ещё не сразу смогла найти её вену, и шарилась иглой внутри какое - то время(что было адски больно)... Амаи передёрнуло от этих неприятных воспоминаний. Ей давно уже не бывало так больно, как тогда. Но она всё равно немного нервничала перед уколами. Амаи знала: прививки будут. И это была её единственная причина для волнения. Со всеми остальными процедурами у неё не было никаких проблем. Амаи училась на втором году в классе 2-4. Пока их всех не позвали в кабинет медсестры, день проходил обыденно. Утро, обед. Где - то в час дня их всех наконец позвали к медсестре. По дороге туда Амаи осознанно выбрала идти в конце всего класса. Она не была особо настроена на разговоры, и не хотела, чтобы к ней обращались. Она пыталась скрыться от ненужного сейчас внимания. Это сработало. Впрочем, совсем скоро девушка пожалела о своём решении. Она не успела проскочить в начало, когда они дошли до кабинетов. А значит, теперь ей придётся долго ждать до прививки. Амаи заметила это не сразу... Но её нервозность росла. Ожидание её утомляло. Это было достаточно логично. Амаи подумала, что ей стоило бы быть более дальновидной. От волнения начало немного скручивать живот. Девушка со вздохом сложила пальцы в замок. Она не знала, как успокоить себя. Дыхательная гимнастика здесь не поможет: она и без этого дышит ровно. Амаи подумала, что ей стоит отвлечься на что - то ещё. Поискала телефон в карманах. Осознала, что оставила его в сумке. Еле удалось удержать на лице дежурную улыбку. От обиды захотелось рыдать. Очередь дошла до неё. К тому моменту Амаи уже готова была заворачиваться от боли. Справедливости ради, когда она встала на ноги, её прекратило так скручивать. И всё же ей было плохо, когда она открыла эту дверь. Внутри её ждала девушка в белом халате и с бумагой в руках. Она быстро проверила температуру Амаи и что - то записала в своём листе. Потом её отправили дальше. В освещённой комнате со столом, стульями и койками был проход в более узкий коридор. Амаи туда и направилась. Там было не так светло, хоть в конце и находилось большое окно. Там была полноватая девушка с хмурым взглядом. Она крутилась у полок. Амаи немного помялась, прежде чем пройти дальше. Её взгляд чисто случайно упал на иглы от шприцов. Её почти физически передёрнула. Девушка неуверенно ступила дальше. Медсестра не смотрела на неё. Лишь что - то перебирала и без конца хмурилась. Амаи села на стул рядом. —Давай руку. — попросила повернувшаяся девушка. Амаи протянула правую руку вперёд ладонью вверх. Видимо, в её жесте было что - то трусливое или неуверенное, может она просто как - то не так дёрнулась или сглотнула, в любом случае, медсестра раздражённо закатила глаза и еле слышно цокнула. —Так, только сцену мне тут устраивать не надо! Вы уже большие, я с вами нянчиться не буду. — строго проговорила она. Амаи стало очень стыдно. Она совсем не хотела напрягать кого - то. Да и орать от боли не собиралась. Её ещё что - то прожгло изнутри... Наверное, обида? Амаи тогда казалось, что её нервозность не так заметна... Девушка протёрла её руку влажной салфеткой. Когда она взяла в руки шприц, Амаи отвернулась. Она не хотела смотреть. Ей от этого было только хуже. И тут вдруг в взгляде медсестры что - то изменилось. И в Амаи тоже что - то поменялось. Картинка стала размыленной, и что - то мокрое покатилась по щеке. —Что такое? Больно? — обеспокоенно спросила она. Амаи расстеряно покачала головой. Она рассеяно оглядела комнату. Теппрь всё было таким нечётким... Слёзы продолжали капать с её щёк. Медсестра вытащила иглу(Амаи всё же было немного больно, но это мелочи) и закрыла ранку влажным диском. —У тебя точно всё нормально? — неверяще спросила она. Амаи слабо кивнула. Свободной рукой она провела пальцем по своей щеке и удивлённо посмотрела на оставшийся мокрый след. Она даже не чувствовала никакого щипания в глазах. Не было никаких предупреждений. —Садись в уголок, может. Посиди, успокойся. — предложила медсестра. Она указала на стул в начале коридора. Амаи рассеяно кивнула и покорно направилась туда. Она придерживала ватку на ране второй рукой. Одаяка растеряно глядела по сторонам некоторое время. Мимо неё прошли нескольео парней. Каждый так и наровил удивлённо глянуть на её заплаканное лицо. А потом слёзы прекратили литься. Она зашла в туалет, чтобы умыться. В голове крутился вопрос:«Что это было?». Амаи не могла понять, что вызвало такую реакцию. Ещё и так внезапно... Девушка думала об этом весь оставшийся день. Переодически она отвлекалась на что - то иное, но всё равно из раза в раз возвращалась к этому вопросу. Даже сейчас Амаи не могла найти ответ. Она запомнила это, как неловкий и странный случай.

***

Амаи сидела у фонтана. Перед её глазами была лишь серая тропинка. Сзади неё были слышны звуки падающей воды. Она ощущала лёгкую прохладу на спине, ведь на неё попадали брызги падающей воды. Девушка прикрыла глаза. Так спокойно и умиротворяюще. Она не смотрела по сторонам, но знала, что вокруг цветёт прелестная Сакура. Её красивые лепестки падают на дорогу перед нею. Она была одна. Её скулы были раслаблены. Не было этой фальшивой милой улыбки, которую она всегда носила. Ей не нужно было притворяться. Она в безопасности. Амаи ощутила мягкое прикосновение к своей ладони. Она уже не одна. Девушка с удивлением повернула голову в сторону. Её взор сразу поймал его улыбку. Она была такой яркой и милой. Настоящей. Не то, что у неё. Она - то та ещё врушка... А он такой честный и открытый. Это ей в нём и нравилось. Амаи почувствовала, как его прикосновение становится сильнее. Её сердце пропустило удар. Она опустила глаза вниз. Он держал её руку. Мягко, но крепко. Не больно, но ощутимо. Её никто так не держал. Даже отец. Он всегда был черезмерно нежен. А Амаи порой хотелось не этого. Порой хотелось крепкого, надёжного плеча. На которое можно опереться полностью. Хотелось, чтобы рядом был человек, вместе с которым не страшно рассыпаться в песчинки. Амаи редко выслушивали. Ещё реже — давали советы. Разве что мама, но это не то... Амаи хотелось бы, чтобы другие интересовались ею. Как она интересуется ими. И чтобы поддерживали её так же. Она всегда об этом мечтала. А он исполнил её мечту. Он будто точно знал, что ей нужно. Его забота — это что - то невероятное. Амаи была так ему благодарна... Внезапно он оказался ближе. Так близко, что Амаи ощутила его дыхание на своей коже. Она подняла свои глаза — и столкнулась с чужими. Тёмные, глубокие. Она будто тонула в них. Прямо как в той романтической манге. Его вторая рука оказалась на её запястье. Снова эта нежная грубость. Такой контраст. У Амаи сильнее забилось серодце. Он настаивал, но не давил. Амаи знала, что может остановить его в любой момент. Стоит только попросить. Но без просьб из его хватки не вырваться. Это осознание дарило какое - то томное, необычное удовольствие. Совсем скоро Амаи ощутила чужое дыхание на своей шее. От этого чувства её будто перемкнуло. Она вся сжалась. Амаи не видела, но чувствовала, как её щёки горят алым пламенем. Ей хватило лишь одного мягкого толчка, чтобы она упала спиною на кровать. Ему даже не пришлось прикладывать усилия. Амаи неловко свела ноги вместе. Эти чувства раньше были ей не знакомы. Это уже не те невинные бабочки в животе. Это нечто большее. Такое горячее и неудобное. И в то же время совсем не хотелось, чтобы это заканчивалось. Хотелось, чтобы он продолжал. Парень опалил её кожу своим горячим дыханием. Амаи стало совсем неуютно. Она заёрзала на одном месте. Мягкая простынь наверняка мялась от её действий. Она ощутила, как его горячие губы касаются её кожи. Они оставляли влажные следы. Что - то внутри перекрутилось в тот момент. Наверное, желудок. Амаи сжала руками простынь. А он накрыл её ладонь своей. Он её удерживал. Она старалась не сильно вертеться, чтобы не мешать ему. Хотя ей было чертовски сложно удержать себя на одном месте. Её щёки и без того горели... А он вдруг оставил на её шее толстый, влажный след. Амаи очень хорошо его ощутила. Она не сразу поняла, что это от языка, а не от губ. Девушка томно выдохнула. Её глаза были закрыты, а веки чуть подрагивали. По телу разливался пожар. Горело не в груди, а... Ниже. Даже ниже живота. Амаи тяжело задышала. Она почувствовала прикосновение к своей груди через одежду, а потом... Амаи едва ли не с вскриком вскочила с постели. Хомяк в клетке переполошился и ещё шустрее забегал в колесе. Одаяка с хлопком прикрыла ладонью рот. Она вся дрожала. Особенно сильно пробирало колени. Девушка тяжело дышала и выпученными глазами смотрела на своё одеяло. Шторы хорошо защищали её от яркого солнца. В полумраке и абсолютной панике Амаи пыталась отдышаться. Её сердце так и норовило выскочить из груди. С первой холодной водой на лице ум прояснился. Амаи судорожно пыталась понять, что с ней такое случилось. Попытки воспроизвести фрагменты своего сна приводили к сладкой боли в коленях и жгучему стыду на щеках. Девушка опёрлась на раковину руками и с глубоким вздохом навалилась на неё всем весом. Дыхание только - только начало приходить в норму. Амаи была готова схватиться за голову и рвать на себе волосы от непонимания и смущения. Эмоции брали вверх над разумом. Но ей надо было остыть. Правда, времени было в обрез. Амаи приказала себе не думать об этом и продолжать умываться. Холодная вода точно должна была привести её в чувства. Девушка с шарканьем вышла из ванны и обессилено упала на кровать. Она уронила корпус вперёд и закрыла лицо руками. На смену обжигающему стыду пришло болезненное разочарование. Не думала Амаи, что её сознание способно генерировать нечто подобное. И вот она здесь... То, что она так усиленно игнорировала, всё - таки всплыло. Амаи не могла представить, что может быть хуже этого. Долгие дни она настойчиво отгоняла от себя навязчивые мысли и паралелли. Изо всех сил старалась не зацикливаться на фантазиях и образах. Игнорировала все наваждения. И вот, к чему это привело. Это началось сразу после ухода из Академи. Ещё на пути обратно в дом Амаи поймала себя на мысли, что ей хотелось зайти на третий этаж. Просто внезапное, абсолютно нелогичное желание. Ей нечего было там делать. Она только что забрала документы. Просто там был он. У Амаи сразу сжало сердце от одной мысли о его улыбке. Она помотала головой и отогнала эти мысли. Потом то и дело появлялось сильное желание заглянуть на его аккаунты в соцсетях. У Амаи был его номер. Она могла бы их найти. Девушка помнит, как от мыслей даже пальцы дрожали. Она не посмотрела. Она приказала сердцу молчать. На протяжении многих учебных дней Амаи замечала у себя в голове странные мысли. «Этот парень такой усердный, совсем как он». «А его глаза по цвету напоминают мне его». «Под похожей сакурой я с ним общалась». «Я готовила для него из похожих ингридиентов». «Этот цвет ему бы понравился». «Интересно, что об этом сказал бы он». «Тот парень такой вспыльчивый, не то, что Таро». Амаи тяжело вздохнула и с разочарованием сжала простынь. Да, всё верно. Таро Ямада стал её самым желанным миражём и сладкой лихорадкой. Она по уши в него влюбилась. Как в тех детский мультиках или слащавых аниме. Он совершенно не выходил у неё из головы. Любую мелочь она ассоциировала только с ним. Амаи старалась игнорировать. Старалась не замечать. Но она словно дышать не могла без мыслей о нём. Это было не взаимно. Амаи с горечью закусила губу. Неприглядная правда резала ножом по сердцу. Но ей не нужно было спрашивать, чтобы знать. Он её не любит. Иногда мозг пытался убедить Амаи, что она ошиблась. Что та фраза была не непрямым отказом, а чем - то другим. Неважно чем, но суть в том, что она не так поняла. И между ними действительно есть симпатия. Однако, факты били тоскующей девушке прямо по лицу: он ни разу не написал ей, не позвонил, не навестил. Амаи просто перестала для него сушествовать. Не было в нём любви. Симпатия — возможно. Но для влюблённости или пусть даже привязанности они не дотянули. Слишком мало времени вместе провели. Слишком быстро окружение поменяло мнение об Амаи. Ей пришлось сдаться. Опустить руки. Порой она рисовала у себя в голове милые сценарии, где они вместе. Где они сошлись и у них всё хорошо. Сердце кровью обливалось в такие моменты. С горем пополам Амаи научилась жить с этим. Научилась продираться сквозь боль и не падать духом. Продолжать идти вперёд. Она не хотела позволять своим чувствам брать вверх. Сегодняшний случай беспокоил её намного больше, чем все предыдущие. Она научилась справляться с милыми фантазиями. Эта фантазия была не такой уж... Милой. И это тревожило девушку. Её глупая безответная влюблённость грозила стать зависимость. Амаи испуганно поёжилась. Этого ей совсем не хотелось. Вот только как остановить чувства она не знала. Не было никакой панацеи от таких проблем. Поэтому Амаи справлялась сама. Так, как умела. Ни на кого не полагаясь. Девушка начала ещё активнее заваливать себя работой. Проснулась, собралась, побежала на учёбу. В колледже она отдавала всю себя другим людям. Неважно, какой выжатой она чувствует себя сегодня — она всё равно поможет им советом. На уроках она всегда готова. Всегда может выйти к доске. Успеваемость ползла вверх. Амаи обгоняла многих студентов по оценкам. Потом клуб. Амаи начала учавствовать во всех активностях. Даже в тех, в которых готовка не предполагалась. Поскольку она стала часто общаться с иностранцами, девушке пришлось подтянуть свой уровень знания английского. Он у неё и так был неплохим... Но ей казалось, что этого недостаточно. Порой она засиживалась за книгами до глубокой ночи. А потом как ни в чём не бывало вставала в пять утра. После клуба была пекарня. Родители безуспешно пытались поумерить её энергию. Амаи догадывалась, что они видели в ней. Дома тоналка начинала слезать. Её мешки под глазами становились виднее. Амаи редко прислушивалась к их словам. Отдых, равномерная нагрузка... Оставаться наедине со своими мыслями — изощерённая пытка, не иначе. Её собственная фантазия играла против неё. Тишина подпитывала этого незримого врага. Амаи избегала такие моменты. Она глушила мысли работой. И белым шумом. Это единственный звук, с которым её фантазия не справлялась. Не получалось у неё проассоциировать его с Ямадой. И за это Амаи его очень полюбила. Любимый плейлист пылился в дальнем уголке телефона. 24/7 у Амаи в наушниках звучала всего лишь одна нескладная мелодия. А ещё девушка выбросила все свои духи далеко и надолго. В тех она была, когда они с ним впервые заговорили, у этих есть нотки его одекалона, а вон те пахнут, как тот фартук, который Амаи ему сшила... Одним словом, нет девушке от них покоя. Проще уж насовсем избавиться. Давал ли такой способ какие - либо результаты? У Амаи не было времени задуматься об этом. Она вообще не оставляла себе ни минутки на подумать. А если такая и выпадала, то она судорожно искала, чем бы её занять. Всё вокруг Амаи начинало расцветать. Сад плодоносил и цвёл, пусть и весна уже подходила к концу. Люди вокруг неё сияли и улыбались от счастья. Дела в их пекарне пошли в гору! Амаи удалось поймать на камеру их недоброжелателя. Она ночь не спала, а тут она, ещё и в таком пышном платье. Потом даже в полицию идти не потребовалось. Её партнёр за неё заступился. Они на другое место переехали. Теперь у пекарни Одаяки было одним неадекватным конкурентом меньше. Отец чуть не плакал от счастья, когда удалось наконец закрыть все долги. Амаи тоже хотелось. Но она почему - то могла лишь дежурно улыбаться. Иногда девушку отключало посреди дня. Она сама не понимала, как это происходит. Едва тело касается чего - то мягкого, как тут же она в отключку. И так несколько часов. Амаи стала чуть чаще, чем обычно принимать приглашения друзей на погулять. Она не хотела, но их болтовня была лучше всепоглащающей тишины. И тогда посыпались вопросы, в порядке ли она. Зависает, «отключается» от мира и всё прослушивает, иногда без причины дёргается, в рандомные моменты глаза начинают слезится, забывает то, что было несколько секунд назад... ... С Амаи всё нормально. Она просто устала. Просто не выспалась. Просто переела. Просто... Просто не важно. В этом нет ничего серьёзного. И эта регулярность — не тревожный звоночек. Это просто совпадение. Просто плохой день. Плохая погода. Неудачный момент. А так всё в порядке. И даже эта пустота в сердце уже не так сильно давит на грудную клетку. Когда на всю громкость включаешь белый шум так вообще хорошо. Так даже и уснуть можно... Вообщем, у Амаи всё нормально. ... Иногда она хотела заболеть. Порой плохо было так, что уже стоять на ногах не могла. Дрожали колени. Но температура неизменна — 36,6. Тогда становилось вдойне стыдно и обидно. Стыдно за то, что ноет без повода. А обидно потому, что боль - то есть. Хотелось бы хоть раз пропустить учёбу и отлежаться дома. Но она только глотала таблетку от боли и шла дальше. Без причины пропускать нельзя. Причин у Амаи не было.

***

В таком бешеном темпе Амаи и жила бы всё лето. Но у родителей девушки на свою любимую дочь были совершенно иные планы. Амаи замечала порой, как грустно они переглядываются. Но все сомнения откидывала: такой способ лучше. Он безопаснее. Она по крайней мере приносит пользу другим. Ею должны гордиться. Она не тратит свою жизнь впустую. Это ведь здорово. Наверное, Бейка и Шефу желали ей не этого? Иначе Амаи не могла объяснить, почему такое важное событие было преподнесено как сюрприз. Возможно, родители хотели её немного расшевелить... Амаи простодушно пропустила мимо себя их хитрые улыбки и переглядывания. Она ушла в колледж с привычной телу усталостью и измотанностью. Рутина была по - привычному вязкой и долгой. Амаи задерживалась в новом клубе. Как заместительницу лидера её попросили подготовить отчёт. Девушка залезла в телефон, чтобы записать нужную информацию в заметках. Она предпочитала старую добрую бумагу для таких целей, но записать надо было быстро, а под рукой ничего не было. Вот и пришлось выкручиваться. Тогда Амаи на глаза и попалось сообщение мамы. Она редко отвлекалась на сторонние чаты в течение дня. Для разговоров с друзьями у неё было выделено минимум по часу каждый день. Помощь другим она тоже воспринимала как свою обязанность. А поскольку это не было развлечением, то Амаи на это и не отвлекалась. Обычно было так. Но игнорировать сообщение от родителей она не могла. Амаи зашла в чат и прочитала текст. «Милая, после 17 мы запланировали поездку в парк. Постарайся быть дома к этому времени. Люблю тебя!» Амаи невольно нахмурилась. Работа в клубе заканчивалась в 18 часов. Сейчас было 16:37. Амаи помялась на месте несколько секунд, тупо пялясь в экран. Надо было что - то решать. Набрав в грудь воздух, девушка направилась к выходу из колледжа. По пути она заскочила в библиотеку; именно там сегодня была Каноко. Официальный лидер клуба всё чаще и чаще пропадала за книгами. У их класса экзамены только начинались. Она усиленно к ним готовилась. —Каноко-чан? Можно тебя на минутку? — с улыбкой проговорила Амаи, приближаясь к сидящей за столом девушке. Та тут же расплылась в приветливой улыбке. —Привет! Есть вопросы? — тут же переключилась она на деловой тон. —Просьба. — помотав головой, заметила Амаи. —Я не смогу сегодня написать отчёт. Мне нужно быть дома. Прости меня, пожалуйста. Вот бумаги. — с милой улыбкой отрезала Одаяка, бескомромисно положив заготовки на стол. Каноко только удивлённо вздрогнула. Она словно лишилась способности говорить на несколько секунд: беззвучно закрывала и открывала рот. Девушка выглядела абсолютно ошарашенной и крайне напуганной. —Ну, я тоже не могу... У меня учёба... — как - то задушено пролепетала она, с неверием глядя на Амаи. —Прости меня... Передай это кому - нибудь другому. Мне надо идти. — с жалостью в голосе проговорила Амаи. Это было наигранно, конечно же. Одаяка прекрасно понимала, что подставляет Каноко. Понимала, что теперь той будет крайне сложно. И всё же она не могла поставить её выше семьи. Такое решение было необходимостью. Тяжесть на сердце, конечно же, появляется. Амаи слишком хорошо ощущает эмоции растеряной девушки перед ней. И всё же она разворачивается и уходит. Это верное решение. Амаи уже давно умеет расставлять приоритеты правильно. Она не совершает больше глупых ошибок. Семья на первом месте. Одаяка сменила обувь и быстрым шагом поспешила на станцию. Она всё равно немного опоздает, но это лучше, чем не прийти вовсе. У входа её уже ждали собранные родители. Амаи порывалась извиниться перед ними, но те быстро пресекли её попытки. Девушка заметила, что у них в руках плед и корзинка для пикника. Сердце пронзило острой болью. Воспоминания хлынули на неё морской волной и едва не смыли хорошо закреплённую улыбку. Теперь Амаи улыбалась как - то ломано и криво. Она сжала ладони в кулак, чтобы не было видно, как подрагивают пальцы. Она на них не злилась. Ни в коем случае! Амаи знала, что родители лишь пытаются её поддержать и развеселить. На самом деле, она злилась на себя. Её раздражала своя драмматизация событий. Ей и самой надоело, что мозг каждую секунду находит эту треклятую связь. Раньше она думала, что влюблённость — это здорово. Сейчас же она целиком и полностью разочаровалась в этом концепте. В соседнем городе было много мест для развлечений. Этот парк был одним из самых крупных и «зелёных», если можно так выразиться. В начале лета здесь было здорово. Воздух был чистым и приятным. Амаи и её родители взобрались на небольшой холмик. Там они и расположились. Тёплый плед был развёрнут и разложен на траву. Пусть один лишь взгляд на этот клетчатый узор заставлял её сердце обливаться кровью, Амаи всё равно смотрела. Ей нравилась эта атмосфера. В детстве она часто устраивала пикники для своих друзей. В последнее время перестала, но... Ей правда это нравилось. Даже жаль, что из - за прошлого негативного опыта с парнем ей теперь так сложно. Бейка спросила, помнит ли она, как она была на пикнике со своей сестрой. Глаза Амаи сверкнули и на долю секунды улыбка стала искренней. Конечно, она помнит. И не только этот раз. И свой первый пикник она тоже помнит. Это ведь родители научили её устраивать это мероприятие. Она тогда была вместе с сестрой, мамой, отцом. Амаи в то время не очень хорошо готовила, и её шоколадные пироженные таяли от прикосновений(она не умела делать темперирование). Но все всё равно их ели. Бейка принесла свой фирменный шоколадный торт. Она обычно готовила его только на её день рождение, а тут просто так решила. Отец взял безе. Сатоко не готовила. Она вообще это дело не любила. Ну, её никто и не заставлял. Она по другому пути пошла. Её душа тянулась к механике... Сатоко принесла сосиски. Нарезала их, как осьминожек. Она ещё хотела яичные рулеты принести с рисом, но рисоварка сломалась, а завернуть яйца в рулеты у неё не получилось. Амаи помнит, как умоляла её дать ей попробовать свои неудавшиеся творения. Она только растеряно моргала. Она их с собою даже не взяла. Они же вообще несъедобными были по её словам. Амаи вздохнула и взяла только что налитый в кружку чай. Сделала глоток и вновь утонула в ностальгии. Славные были деньки... Амаи не сразу услышала шаги за своей спиной. На холме было тихо и спокойно. Даже птиц особо не слышно. И всё же Амаи не заметила. Она вздрогнула, когда чьи - то пальцы коснулись её плеча. Девушка обернулась с абсолютным ужасом в глазах... И застыла. —Привет, имо-тян-тян! — с улыбкой сказала Сатоко. Амаи непонимающе моргнула. Она не ожидала увидеть её. Сестра училась в Токио. Она не должна была приезжать сюда... Амаи очнулась только через пару секунд. Все сомнения отпали и девушка кинулась на шею к Сатоко. Её улыбка была искренней. Она почти прослезилась. Только вот сестра с задорным смехом завалила её на плед, и тут уже было не до слёз. —Сатоко, я же в юбке! — ошарашенно ахнула Амаи, не зная, как прикрыться в таком положении. Сестра только громко рассмеялась. Младшая Одаяка услышала смех родителей. И вот тогда её саму пробило на улыбку. Даже на секунду показалось, что весь мир засиял. Сатоко училась в Токио. Она не должна была приехать сюда так рано; у неё не было каникул или чего - нибудь похожего. Она пропускала рабочии дни. Даже неделю, с учётом дороги туда и обратно. И всё же она была здесь. На старшей из сестёр Одаяки была чёрная кожаная куртка, чёрная футболка с красным принтом и обтягивающие, чёрные штаны. На ней были её любимые кеды — чёрные, с жёлтой пантерой. Они немноги не вписывались в этот образ. Сатоко всё равно их носила, потому что считала «счастливыми». Амаи с мягкой улыбкой наблюдала за тем, как сестра взахлёб рассказывает родителям о своих приключениях в университете. Девушка отпила глоток чая и потянулась за ещё одним безе. Оказалось, что родители позвонили Сатоко и уговорили её сделать Амаи сюрприз. Для директора и учителей университета Сатоко сейчас болела, и потому не присутствовала на уроках. На самом же деле девушка приехала обратно в их городок на поезде. Чтобы навестить семью... Амаи ухмыльнулась, пряча усмешку за чашкой чая. Она догадывалась, какой подтекст был у этого действия. Догадывалась, почему родители уговорили сестру пропустить занятия. У Амаи и Сатоко были очень тёплые и доверительные отношения. Они всегда были близки. Амаи было тяжело пережить переезд близкого человека... Даже ещё тогда. Хотя, справедливости ради, раньше она справлялась с этим лучше. Родители пошли набрать воды из питьевого фонтанчика, чтобы было, чем разбавить горячий чай. Они ушли вдвоём. Амаи и Сатоко остались наедине. Младшая Одаяка могла только подавить ухмылку. —Ну что, рассказывай. — вальяжно скрестив ноги, попросила Сатоко. —О чём именно? — с опаской спросила Амаи, прикрыв рот рукой. Она прятала нервную улыбку. Девушка догадывалась, о чём пойдёт речь. И всё же была неуверена. Как много знали родители и как много они рассказали ей? Амаи должна была знать наверняка. —Ну, родные говорят, тебе плохо сейчас. Зарабатываешься, вся поникла. Это из - за Академи, да? Ты по ней скучаешь? — покачав головой, рассудила Сатоко. Она немного нахмурилась. Сердце Амаи пропустило удар. Она почти угадала. Амаи скучала... Только вот не по Академи, а по одному конкретному человеку, по которому и скучать - то не стоит. —Я просто... —Амаи потупила взгляд. Говорить об этом было откровенно страшно. Она столько раз просила друзей не молчать и всё рассказывать... Чтобы в итоге самой забиться в угол и помалкивать в тряпочку. Парадокс... Девушка тяжело вздохнула. —....Наверное, на мне просто отразились издевательства... — сказала она, неловко потеребив юбку. Амаи чувствовала на себе грозный взгляд Сатоку. —Что они с тобою сделали? — серьёзным тоном спросила она. Амаи чувствовала, как уголки губ дёргаются, порываясь растянуться в нервную улыбку. Она себя сдерживала. Это выглядело бы странно, если бы она дала волю чувствам. —Испортили вещи... Причёску... Камни кидали... — тихим голосом начала перечислять Амаи. Руки сами собою легли на плечи, локти. Те места, что тогда пострадали от ударов. У Амаи ещё долго на них были синяки. Младшая Одаяка не смотрела на сестру. Она разглядывала красные квадраты на скатерти под нею. Именно поэтому девушка не увидела, как Сатоко внезапно и быстро сократила расстояние между ними. Амаи вздрогнула, когда почувствовала прикосновения к спине. Испугалась сначала, аж сжалась вся от страха. А потом резко выдохнула. Это Сатоко просто обнять её решила. С вымученной, уставшей улыбкой Амаи ей ответила. —Они к тебе ещё пристают? — строго спросила Сатоко. Амаи покачала головой, и лишь потом вспомнила, что сестра сейчас не может этого увидеть. —Нет. — озвучила она. —Ну так и выкинь их из головы! Нечего о них даже вспоминать! — раздражённо проговорила сестра. Амаи услышала, как она сжала ладони в кулаки. Младшую Одаяку едва не пробило на хихиканье. Как же это было в духе Сатоко.... Старшая Одаяка отстранилась от сестры и заглянула ей в глаза. Её брови были сведены к переносице. —Оставь их в прошлом, ясно? Они не достоены такой чести с твоей стороны. — с фыркантем заметила она. Губы Амаи дрогнули в улыбке. Она кротко кивнула. От этого совета на душе стало как - то тяжело и непонятливо. Сестра говорила верные вещи. Вот только... —А вот и мы! — раздался из - за спины весёлый голос Бейки. Сёстры синхронно повернулись в её сторону. Родители несли в руках чайник и улыбались. Девушки расселись по разным углам с улыбками. Пикник продолжился в размеренном темпе. Они обедали до позднего вечера. Летом дни были длинными, так что темнеть ещё не начало. Сатоко не поехала с ними в дом. Она сразу отправилась на поезд. Девушка и так пропустила занятия. Теперь ей нужно было возвращаться обратно. Родители пытались уговорить дочь хотя бы переночевать в отчем доме. И всё же Сатоко была непреклонна. Амаи с дежурной улыбкой наблюдала за их диалогом. Веки непроизвольно задрожали. Она очень сильно хотела спать. Наконец все пришли к какому - то одному решению, и девушка поплелась домой вместе с родителями. Пикник получился превосходным, но она так сильно устала. Амаи будто бы пахала на поле весь день, а не посидела вместе с близкими пару часов на пледе. Вот они пришли домой. Амаи отправилась наверх, раздеться. Она хотела переодеться в рабочую одежду. Перед выходом из дома девушка надела лёгкое платье: ей не хотелось идти на пикник в школьной форме. Сейчас же его стоило снять. Оно было только для прогулок. Амаи зашла в комнату и включила свет. Кинула беглый взгляд на клетку: Хам-хам ещё спал. В его домике было тихо. Девушка подошла к шкафу и распахнула его. Она вытащила оттуда домашнюю футболку. Амаи почувствовала некую слабость в руках. Девушка положила вещи на кровать и через секунду упала на неё сама. Она распласталась на мягком матрасе в форме морской звезды. Её глаза смотрели в потолок. Она так и не удосужилась снять уличное платье. Это дикость, не иначе. Раньше ей такое было несвойственно. Но сейчас Амаи просто была столь уставшей и выматанной, что мысль прошла где - то далеко. Она не обратила на неё внимания. После разговора с Сатоко в груди появилась какая - то неприятная, хорошо ощутимая тяжесть. Амаи затруднялась определить, какое именно слово больше всего подходит для описания. Может, стыд? Или обида? Злость, грусть... Неудовлетворение. Девушка пустыми глазами осматривала белый потолок. Сатоко была права, вот только это осознание ей совершенно не помогало. Потому что Амаи пыталась. Она только и делала, что заставляла себя не думать. Не вспоминать, не чувствовать. Как бы плохо ей от этого не было. Она раз за разом отгоняла от себя эти мысли, и в итоге просто... истощилась. Теперь не было сил думать вообще. А боль осталась. Воспоминаний больше не было, но сожаления не угасали. Амаи чувствовала себя всё также паршиво, как несколько месяцев назад. Ничего не менялось, как бы сильно она не старалась. Амаи посильнее сжала губы. Она не понимала: почему? Что она делает не так? Почему прошлое продолжает преследовать её? Почему ей никак не скрыться от плохих воспоминаний? Она должна всё это отпустить, но не получается. Разве она плохо старается? Разве её усилий недостаточно? Она только и делает, что запрещает себе. Это нельзя, то нельзя, вот это вообще лучше не вспоминай. Но никаких изменений. Вернуть себе душевное равновесие оказалось непосильной задачей. Казалось бы: всего три плохих дня! И такие ужасные последствия... Амаи просто устала. Ей надоело бороться с самой собой. Эта борьба казалась бессмысленной. И если так... Возможно, ей стоит сдаться. Сильно ли расстороются родители... Если она вдруг перестанет улыбаться и начнёт днями и ночами безудержно плакать? Много ли Амаи упустит, если потратит свою юность на грусть по несбыточным мечтам? Это её волновало. Веки вдруг стали такими тяжёлыми, что девушка не выдержала и закрыла их. Всё её тело будто наполнилось какой - то свинцовой тяжестью. Даже пошевелить пальцем, наверное, было бы трудно. Амаи была опустошена. У неё не осталось совершенно никаких сил. Она не знала, как ей сейчас встать и пойти работать. Но она должна была... Девушка сама не заметила, как заснула. Подорвалась с кровати где - то через два часа и тяжело задышала. Даже голова закружилась от такого резкого подъёма. Она бегло посмотрела по сторонам. Хам - хам проснулся и уже бегал в колесе. Девушка тут же подорвалась к телефону. Амаи в панике проверила время. Было уже слишком поздно, чтобы идти помогать родителям. А они её даже не позвали... Амаи медленно отложила гаджет в сторону. Они вообще были против, чтобы она себя нагружала. Особенно сейчас, когда угроза долгов наконец миновала. И всё же девушка сама рвалась к ним на помощь. Амаи неловко поигралась пальцами. Она успевала разве что сделать уроки на завтра. Завтра опять в колледж. Этим девушка и решила заняться. Всё равно ничего другого не оставалось. Амаи ощущала некоторую неловкость. Она хотела помочь, но не смогла. А так от неё и не требовали. Она знала, что родители не будут ругать её за сон в течении дня. Но легче от этого почему - то не становилась. В тот день Амаи так и не сменила уличную ожежду на домашнюю; обнаружила она это лишь на следующее утро, когда начала переодеваться в школьную форму.

***

Амаи в неком смятении, абсолютно машинально наполняла первый корж кремом. Она формировала бортики по краям, чтобы можно было добавить заранее подготовленную ягодную начинку. Теперь, когда все эти воспоминания пронеслись в голове... Когда она ещё раз проанализировала все ключевые события прошедших месяцев... Девушка подняла глаза и посмотрела в окно. Небо уже начало окрашиваться в тёплые, преимущественно жёлтые тона. Амаи работала целый день. Все действия она выполняла машинально. Она заметила, что её форма сильно испачкана в креме. Девушка отложила лопатку и отошла в сторону, взять салфетку. Амаи ничего не могла понять. Она до сих пор не понимала доподлинные причины своих чувств. Ей всегда тяжело давалось самокопание. Разгадывать чужие чувства — одно, а вот разбираться в себе... Это всегда была задача со звёздочкой. Сейчас девушка чувствовала некое напряжение. Она не понимала: что с ней происходит? Всё это было слишком странным. Такие внезапные издевательства, черезмерно жестокие и травмирующие. Они определённо оставили свой след на её разуме. И всё же Амаи поражалась, как быстро те девушки забыли о ней и вычеркнули её из списка лёгких жертв. Она боялась их как огня. Искренее переживала, что шантаж продолжиться. Если вспомнить, у них на руках были все нужные материалы. Амаи из раза в раз проверяла все скандальные паблики и иные соцсети, искренне опасаясь, что однажды в непотребном виде она увидит там себя. Но ничего такого не было. Похоже, они и сами забыли об этих фотографиях. Они быстро от неё отстали. Всего лишь надо было своевременно уйти из Академи и перейти в другое учебное заведение. Сделай она это на день раньше, горя бы не знала. Но её удерживали на одном месте собственные желания и амбиции. Первый блин комом. Так часто говорят. И вот уж не думала Амаи, что сможет однажды сказать так про свою первую влюблённость! Всё вышло так болезненно и трагично, что ей самой порой не верилось. Порой казалось, что вся эта история нереальна. Что это просто ещё одна прочитанная манга. Выдуманная трагедия. Про неё можно было бы написать книгу. Стыдно было так амбициозно думать, будто бы её путь такой сложный, что заслуживает освящения. И всё же Амаи всё больше и больше находила в нём сходство с сериалами и фильмами. Девушка вернулась к своему рабочему месту и взялась за ягодную начинку. Приятный запах вишни ударил ей в нос. Она начала аккуратно вываливать начинку в середину коржа. А её друзья? Сердце будто стрелою пронзило от этой мысли. Амаи сморщилась от боли. Их было так много. Сейчас их правда, столько же. Но они ведь не так близки. С Саки она дружила много лет. Меньше, чем с Аджией. И всё же было безумно больно терять с ней связь. Амаи помнила её глаза, полные боли и обиды. В них ещё были слёзы. Она не знала, что ей такого сказали. И всё равно ощущала себя виноватой. Перед всеми ними, если уж честно. Она не справилась. Не защитила их дружбу. Амаи не знала, что могла сделать тогда. У неё просто не было никакой информации. Её руки были буквально связаны. И всё равно вина поедала её изнутри. Как же было тогда больно!.. Амаи не думала, что бывает так больно. Она ведь хотела и дальше с ними общаться. Их заменили новые друзья. Вечера за чашками чая теперь принадлежали новым людям. Амаи иногда ловила себя на мысли, что хотела бы вернуться в Академи. Вновь надеть на руку красную повязку и сесть за стол. Разделить пару тортов и попить чаю. Как жаль, что это невозможно. Исчезли все её соцсети. В один день они просто прекратили существовать. Амаи перестала заглядывать в телефон впринципе. 24/7 он был на беззвучном. Её раздражала собственная мелодия звонка. Амаи не знала, почему так не хотела менять её. Правда не знала. Но и слышать её тоже было невыносимо. Иногда она всё же подрывалась и заходила в свой телефон. Она поудаляла многие приложения, не связанные с прямым общением. Экран совершенно опустел. Амаи иногда заходила в старые соцсети, оставленные на телефоне. Просто листала там фотки, чужие аккаунты. Холодный ужас накатывал, когда она понимала, что все её труды уничтожены. Многие аккаунты она вела несколько лет. И в одночасье их удалила. Люди в интернете были жестокими. Она всегда это знала; видела порой со стороны. Но никогда как - то не задумывалась, что это может коснуться её саму. И вот... Коснулось. Амаи ощутила на себе все прелести безнаказанной анонимности. Что только ей не писали с фейков... Иногда аж на слёзы пробирало от обиды. Большинство их обвинений были попросту не заслужены. Наверное, поэтому её будто ножом резало от этих слов. Амаи тогда приняла правильное решение. Но тоска по прошлому всё равно переодически накрывала. Никто не говорил, что будет просто... Под конец дня Амаи не чувствовала ничего, кроме пустоты в сердце. Словно маленькая чёрная дыра, высасывающая из неё все соки. Амаи была опустошена. Она долго это отрицала, но в глубине души ей уже давно было очевидно: она абсолютно сломлена. Те пару дней сломали её пополам, и теперь она не знает, как вылезти обратно. Ей было стыдно. Стыдно, потому что могло же быть хуже. Она ещё легко отделалась. Быстро избавилась от этой проблемы. А если бы её травили систематически? Как ту девушку из Академи, у которой чёрные, немытые волосы и поникший взгляд? Раньше Амаи думала, что она бы справилась. Теперь, глядя на рекцию своего тела, она в этом очень сильно сомневалась. Ей было до слёз обидно. Она оказалась такой слабой, хрупкой... Хватило лишь пары раз, чтобы забить её в угол. И всё же такой она и была. Амаи не оставалось ничего, кроме как принять себя и смириться с этим. Она слабая. Её легко сломить. Ей просто везло в жизни, вот она и не была такой забитой. Она вспоминала себя в прошлом и сердце щемило от боли. Она была такой счастливой. Она бы хотела смотреть на мир теми же глазами. Она очень пыталась так и делать. И всё же не смогла. Советы из разряда «Просто соберись» совершенно не работали. А других ей и не давали. Девушка больше не видела смысла от себя убегать. Долго она это делала, и в итоге ей это не помогло. Легче не становилось. Она закончила выливать ягодную начинку на торт, но не сдвинулась с места. Она продолжала стоять и смотреть вперёд. Её взгляд был расфокусирован. Хотела бы она задуматься о том, что будет дальше. Но и на это у неё не было сил. Как долго ещё Амаи будет находиться в таком состоянии? Когда уже спадёт эта внутренняя тяжесть и её наконец отпустит? Амаи оставалось только гадать. И верить в лучшее будущее. Ей не становилось лучше. Но надежда умирает последней, правда ведь? Амаи наконец возобновила работу над тортом. На кухне было очень тихо. Практически никакого шума. Амаи не помнила, куда ушли родители. Но, наверное, так даже лучше. Она была рада, что они не видят её растерянное лицо и жалкие глаза. Не хотелось, чтобы ещё и они жалели её. Стыдно было уже до чёртиков заставлять их переживать. Амаи не заметила, как на стол упало несколько капель. Она просто продолжила пропитывать корж молоком. Скоро уже солнце сядет за горизонт. Скоро она пойдёт спать. Скоро уже вернутся родители. Скоро... Совсем скоро всё закончиться. Да... Нужно всего лишь подождать.... В тишине послышался тихий всхлип. Амаи убедилась, что на еду не упало ни одной солёной капли.