Подмена любви: Кашимо и Сукуна

В мире Jujutsu Kaisen любовь почти никогда не звучит как любовь. Её подменяют силой, зависимостью, подчинением, правом владеть другим и называют это связью.       Поэтому любой персонаж, который задаёт вопрос о близости честно, оказывается в уязвимой и заранее проигрышной позиции.       Диалог между Кашимо Хадзиме и Рёмен Сукуной это тот самый, редкий момент, когда вопрос о любви и связи звучит напрямую. Но вместо ответа возникает подмена: один ищет подтверждение человеческой связи, другой предлагает вертикаль силы и называет её любовью.       Кашимо – один из самых чистых персонажей в Jujjutsu Kaisen. Именно поэтому с ним так сложно работать: он почти не даёт материала для спекуляций и OOC-трактовок. Он слишком прямой, слишком цельный. Не в ту эпоху родился.       Его диалог с Сукуной это не философский спор, а трагическая сцена непонимания. Сукуна говорит Кашимо, что люди тянулись к нему из-за силы. Что они хотели «любви» и отдавались ему целиком. И задаёт риторический вопрос: «Разве это не любовь? Разве это не связь?» Но здесь и происходит подмена. Для Сукуны любая тяга вертикальная. Сильный и слабый. Господин и поклонник. У него нет понятия горизонтальной связи. Равной, взаимной. И когда он говорит, что люди «любили» его, он называет этим словом зависимость, преклонение, жажду прикоснуться к силе. Для Кашимо же вопрос о любви, это есть вопрос о связи. Ему не так важен статус Сукуны. Он пришёл не за иерархией. Он пришёл за подтверждением: что он не один, что его путь не ошибочен, что существует кто-то, кто шёл тем же одиночным путём и остался счастлив. Кашимо достаточно зрел, чтобы сказать: «Мне это нужно. Я не счастлив». В Эдо у него не было возможности построить связь. Но у него была честность признать потребность в ней. Когда Сукуна отвечает фразами в духе: «Ты отвечаешь им любовью, убивая», он говорит из системы координат, в которую сам не верит. Позже он признаётся Махито, что его жизнь – это месть. Не свобода. Не сила. Месть. А значит, всё это не есть философия. Это рационализация собственной неспособности к взаимной связи. Особенно лицемерно это звучит, если вспомнить Урауме. Сукуна может называть его «поваром», «холодильником», кем угодно, но между ними была связь. Принятие. Тепло. Своя форма любви. И позже мы узнаём, что она была не разрушительной, а устойчивой. Кашимо же получает отказ не от Сукуны, а от самой идеи, что связь возможна. Когда, Сукуна говорит: «Любовь не имеет смысла», он не отвечает на вопрос Кашимо. Потому что Кашимо не спрашивал о смысле любви. Он спрашивал, была ли его жизнь – жизнь в одиночестве и силе чем-то большим, чем ошибка. Он пришёл за правдой. А получил пустоту. В итоге именно Кашимо оказывается на более взрослой, более человеческой позиции. Он не знает, что такое любовь. Но он точно знает, чем она не является. И именно поэтому эта сцена такая болезненная. Потому, что это не разговор двух монстров. Это разговор человека с тем, кто давно отказался быть человеком и теперь называет это философией.