Мой учитель — дьявол

Часом ранее, когда шум веселья в зале университета стали ещё ярче, а шампанское окончательно вскружило головы гостям, Энтони стоял у края фуршетного стола. Чарли которая только что с восторгом обсуждала с ним этот вечер, извинилась и отошла к отцу — Люциферу, ректору университета, который в своем белоснежном костюме выглядел как всегда величественно и немного отстранённо, но вёл беседы сгостями, учителями. ​Оставшись один, Энтони почувствовал странное беспокойство. Он окинул взглядом зал, ожидая увидеть там высокую фигуру в алом камзоле или синий костюм информатика, но зал словно опустел наполовину. Исчезли оба. ​Сам того не уловив, Энтони направился к Вельветт, он это заметил лишь тогда, когда буквально стоял около девушки. Она стояла у колонны, сосредоточенно печатая что-то в телефоне и вид у неё был довольно раздражённый ​— Эм...здравствуйте, а где это делись они? — спросил Энтони но старался чтобы его голос звучал безразлично ​Вельветт оторвалась от экрана, закатила глаза и фыркнула, поправляя выбившуюся прядь своей причёски ​— Они? Ты про своих "любимых" учителей? — ядовито усмехнулась она ​— Они только что были здесь, а теперь их нигде не видно — проигнорировав вопрос Вельветт, продолжил парень ​— Ой, да успокойся — Вельветт снова вернулась к телефону, её пальцы так и летали по сенсору — Твоему испанцу и его цифровому другу стало скучно. Они немного перебрали с "праздничным настроением" — ну ты понимаешь, алкоголь, все дела. Сказали, что пойдут подышать свежим воздухом, а то у Вокса голова загудела от этой музыки, а Вал просто хотел покурить ​— Подышать? — Энтони нахмурился, чувствуя как внутри неприятно кольнуло что-то — И куда они пошли? В сад? ​— Наверное. Я им звонила пару минут назад, хотела узнать не собираются ли они возвращаться, но оба вне зоны доступа. Видимо ушли куда-то, где связь не ловит или просто игнорят меня, засранцы ​Энтони кивнул, но тревога не ушла. Он простоял рядом с Вельветт ещё некоторое время, наблюдая как та становится всё злее. Она отправила кажется уже сотое сообщение и её терпение окончательно лопнуло. ​И вот, когда часы на башне пробили три ночи, а зал почти опустел, Вельветт не обращая внимания на стоящего рядом Энтони, в очередной раз набрала номер Валентино. На этот раз трубку взяли, О НАКОНЕЦ-ТО! ​— ТЫ СОВСЕМ СТРАХ ПОТЕРЯЛ, ИСПАНСКАЯ ТЫ МОРДА?! — взревела она так, что Энтони вздрогнул — Я вам пятьдесят сообщений написала! Я обзвонила все бары! Какого хрена вы испарились посреди бала, не сказав ни слова?! Я тут одна отдуваюсь! Вы живы вообще или вас Вокс в цифровую реальность утянул?! ​Динамик телефона Вельветт был настроен на полную громкость и поэтому Энтони невольно услышал отчетливо ответ ​— Вельветт... — голос Валентино был неузнаваем. Хриплый, низкий, прерывистый — Успокойся. Мы... живы ​Энтони замер. Он слишком хорошо знал этот тон. Этот приглушенный звук, шорох ткани и то, как тяжело дышал испанец на том конце провода. ​Вельветт, будучи экспертом в улавливании интонаций, мгновенно замолчала. Её гнев испарился, сменившись крайне заинтересованным, почти торжествующим ехидством ​— Оу... — протянула она и на её лице расплылась хищная улыбка — Ой. Кажется... я не вовремя? Вы... вы заняты, да? Прямо СЕЙЧАС заняты? ​В этот момент из динамика донесся тихий, приглушенный стон досады ​— Валентино! — зашипел Вокс где-то совсем рядом — Выключи это немедленно! ​Энтони почувствовал, как сердце упало куда-то в район ботинок. Это был голос Вокса — всегда сдержанного, холодного профессора, который сейчас звучал абсолютно беспомощно и... интимно? ​— О-о-о, я слышу Вокса! — Вельветт победно посмотрела на Энтони, который побледнел — Ладно мальчики, соррииииии. Могли бы просто оставить записку «Ушли на техобслуживание». Вал, не перетрудись там, информатик — штука хрупкая! Всё, пока-пока! Целую! ​Она со смехом нажала на отбой и повернулась к Энтони, крутя телефон в руках ​— Ну, что я говорила? — она самодовольно хмыкнула — Ребятки ооочень заняты. Видимо, желание подышать свежим воздухом и по курить, плавно перетекло в глубокое изучение... анатомии в пентхаусе Вала. Так что Энтони, можешь не волноваться, они в порядке и заняты ​Энтони ничего не ответил. Ему вдруг стало невыносимо душно в своём расшитом костюме. Он посмотрел на пустой балкон, где ещё недавно Валентино играл на скрипке и почувствовал странную пустоту ​— Ясно — коротко бросил он ​Он как-то сразу ссутулился растеряв весь свой праздничный лоск. Погрустнев, парень медленно развернулся и пошел прочь от Вельветт, прочь из этого зала, который ещё минуту назад казался ему волшебным, а теперь — просто пыльным помещением с остатками конфетти на полу. ​Вельветт посмотрела ему вслед и потом она пожав плечами начала снова что-то печатать в телефоне. Энтони вышел из душного здания университета, едва сдерживая желание сорвать с себя всё это одеяние, ставшее вдруг тесным. Прохладный ночной воздух ударил в лицо, но не принёс ожидаемого облегчения. Он почти бегом пересёк парковку, добрался до круглосуточного магазина через дорогу и купил там бутылку красного сухого. ​Вернувшись в университетский сад, он отошёл в самую глухую его часть, где тени от старых дубов были гуще всего. Не заботясь о том, что его дорогой светлый костюм, над которым Вельветт проделала долгую работу, испачкается в земле и траве, Энтони тяжело опустился на землю. ​Он сорвал зубами пробку и сделал первый, долгий глоток прямо из горлышка. Вино было тёрпким, вяжущим, оно обожгло горло, но мысли в голове так и не затихли. ​— И чего ты киснешь придурок? — прошептал он сам себе, глядя в бездонное тёмное небо, где среди редких звёзд ярко светила луна — Вельветт права. Они взрослые люди. Коллеги... и...блять они сейчас вдвоём. Какое тебе до этого дело Энтони?! ​Он снова приложился к бутылке. В груди разливалось странное, ноющее чувство. Это не была обида в чистом виде — скорее разочарование ребёнка, который узнал, что его любимая игрушка принадлежит не ему. ​Перед глазами, словно на проекторе, всплыло лицо Валентино. С этой его хищной ухмылкой, его образ в целом. Затем пальцы с перстнями, которые так уверенно сжимали талию Вокса во время танца. Энтони вдруг отчётливо вспомнил изгиб его губ, когда испанец шептал что-то на ухо информатику и то, как опасно блестели его глаза за маской ​— Черт... — выдохнул Энтони прикрывая глаза ​Память услужливо подкинула воспоминание несколько недельной давности. Ночь, телефон, яркость экрана на максимум. То самое сториз в инстаграме Валентино, Энтони тогда засмотрелся, а затем судьба сыграла злую шутку, телефон выскользнул с рук и в тот момент, когда парень пытался поймать его, он случайно ткнул пальцем на экран, тем самым отправив реакцию (🔥). ​Он тогда долго не мог уснуть, ожидая увидит ли это учитель. ​И вот теперь, сидя на холодной траве с бутылкой вина, Энтони наконец признался себе в том, что так старательно гнал прочь. Все эти его колкости в адрес Вала, всё это недовольство и ненависть было лишь защитной реакцией. Реакцией на что? А на то, что ему чертовски, до дрожи в коленях нравился его учитель испанского. Его голос, его манеры, его парфюм с нотками вишни... И осознание того, что прямо сейчас этот человек находится в объятиях другого, накрыло Энтони тяжелой, душной волной..ревности? ​— Поздравляю Тони — горько усмехнулся он, делая ещё один глоток — Ты влюбился в человека, который сейчас занят компьютерным гением. Настоящая драма, хоть в кино снимай блять! ​Он откинулся на спину, чувствуя как трава щекочет шею. Вино начало действовать, мысли стали вязкими. Он невольно представлял их там, в пентхаусе и каждая такая картинка была как удар под дых. * * * Тишина сада, нарушаемая лишь редким шелестом листвы, внезапно взорвалась быстрым топотом каблуков по гравию, а затем и шелест по траве. Чарли всё ещё в своём бальном платье, которое теперь казалось слишком пышным для этой пустой аллеи, металась между деревьями. Она искала Энтони в зале, спрашивала у их однокурсников, пока наконец не наткнулась на Вельветт, которая лениво помешивая трубочкой остывший напиток, кивнула в сторону выхода: «—Твоя зефирка пошёл заливаться на газон, видела недавно» ​— Энтони! Боже, Энтони вот ты где! — Чарли выбежала на поляну и резко затормозила, увидев друга ​Картина была далека от романтики маскарада. Энтони всегда такой следящийв за своим стилем, лежал в самом центре грязного пятна на траве. Его роскошный костюм был безжалостно смят, одна сторона пиджака задралась, а на светлой ткани уже отчётливо проступали темные следы от земли и росы. В руке он сжимал почти пустую бутылку вина, глядя в пространство совершенно поплывшим взглядом ​— Тони! — она подбежала и опустилась перед ним на колени, не заботясь о собственном наряде — Тебе плохо??? Что случилось? Почему ты здесь? Я обыскалась тебя! ​Чарли схватила его за плечи, пытаясь заглянуть в глаза скрытые за растрепавшейся чёлкой. Её лицо светилось искренним беспокойством ​— Бал уже официально закончен, папа распорядился подавать машину — быстро заговорила она, поглаживая его по руке — Пойдём, мы тебя подбросим. Тебе нельзя здесь оставаться, ты же простудишься... или во что-нибудь вляпаешься. Вставай, ну же! ​Энтони медленно повернул к ней голову. Его лицо, обычно живое и полное иронии, сейчас казалось маской из бледного фарфора. Он попытался что-то сказать, но губы слушались плохо, а язык словно превратился в кусок неповоротливой ваты. Алкоголь наложился на глубокое эмоциональное состояние, превращая его речь в кашу ​— Он... он просто... — пробормотал Энтони икнув — Вишня... Чарльз... вишневые эти... розы... колючие, понимаешь? ​— Что? Какие розы? Энтони ты бредишь — Чарли прижала ладонь к его лбу, проверяя нет ли жара ​— Скрипка... — он махнул рукой в сторону университета, едва не задев Чарли бутылкой — Скрипка сломалась... в пентхаусе... пиджак синий... всё синее!... — Он вдруг издал звук похожий на короткий, надломленный смешок, который тут же перешёл в невнятное ворчание — Огонёк... я же поставил... огонёк... а он... а они... ​— Тони, я ничего не понимаю... — Чарли растерянно обернулась на здание университета, надеясь увидеть там хоть какую-то помощь или подсказку, но вокруг были только тени — Пожалуйста, соберись. Кто "они"? Что-то с Воксом и Валентино? Ты их видел? Они что-то сказали тебе? ​Энтони лишь сильнее вцепился в бутылку и снова что-то забормотал, откинув голову снова назад. Это было несвязное нагромождение слов. Его голос то падал до едва слышного шёпота, то внезапно становился громким на одном случайном слове, но смысла в этом не было — только сырая, пьяная боль, которую он не мог облечь в предложение. ​Чарли вздохнула, понимая что нормального разговора не выйдет. Она осторожно забрала у него бутылку, поставив её на траву и обхватила его за талию, пытаясь поднять ​— Понятно... "праздничное настроение" ударило в голову... — печально резюмировала она — Пойдём, горе ты моё луковое. Сейчас папа нас повезёт. А дома всё расскажешь... если вспомнишь конечно же ​Энтони послушно, как тряпичная кукла позволил ей себя поднять, продолжая что-то доказывать. Путь до машины казался бесконечным. Энтони, чей рост значительно превышал миниатюрную Чарли, то и дело заваливался в сторону, бормоча под нос и дальше что-то невнятное, но после всё же затих. Чарли со всей своей самоотверженностью, практически тащила его на себе, пока они не добрались до припаркованного у ворот университета чёрного лимузина. ​Люцифер, сидевший на заднем сиденье и просматривавший какие-то документы в планшете, поднял взгляд и вскинул брови, когда дверь распахнулась и внутрь буквально ввалился Энтони, а следом за ним — запыхавшаяся дочь ​— Шарлотта, я конечно ожидал, что бал будет весёлым, но не думал, что настолько уж — Люцифер отодвинулся, когда Энтони тяжело дыша, откинулся на кожаную спинку сиденья ​— Пап, он просто... немного перебрал — Чарли виновато улыбнулась, поправляя Энтони воротник — Слишком много эмоций для одного вечера ​Как только машина тронулась, Энтони снова активизировался. Его голова моталась в такт движению автомобиля, а взгляд блуждал по роскошному салону — Сэр... мистер ректор... — прохрипел он пытаясь сфокусироваться на Люцифере — А вы знали, что скрипки... они не плачут? Они смеются... над нами, нами всеми. Прямо в лицо... алыми розами... Х-ха! ​Люцифер лишь тяжело вздохнул и выразительно посмотрел на дочь, а та лишь развела руками, мол: «–Я же говорила» * * * ​Когда машина остановилась у дома, где Энтони снимал небольшую квартиру, Чарли твердо заявила: — Пап, я останусь с ним. Не могу бросить его в таком состоянии. Мало ли что... вдруг ему станет хуже... Люцифер, зная упрямый и добрый характер дочери, лишь кивнул и велел водителю подождать, пока она не напишет, что всё в порядке. ​У порога подъезда началась новая квест-игра. Энтони едва держался на ногах, его клонило к земле и он то и дело пытался обнять дверной косяк, уцепиться за перила лестницы — Ключи, Тони... где ключи? — Чарли судорожно начала обыскивать его карманы Пальцы наткнулись на пустой фантик, телефон, зажигалку... и о наконец! В самом глубоком кармане брюк нащупали холодный металл. ​С трудом открыв дверь квартиры, Чарли буквально вволокла Энтони внутрь и пока она пыталась попасть ключом в замок, чтобы закрыть дверь изнутри, парень начал медленно сползать по стенке — Нет, нет, нет, только не здесь! — вскрикнула она подхватывая его под локти — Ещё немного Тони до кровати, ну! * * * ​В спальне царил полумрак. Чарли аккуратно подтолкнула друга к кровати и тот рухнул на покрывало, как подкошенный. Тяжело вздохнув, девушка принялась за дело. Вельветт бы убила их обоих, если бы увидела, что стало с её шедевром то — Давай Энтони, подними руки... — приговаривала она стаскивая с него тяжёлый, испачканный в траве и земле пиджак ​Ткань поддавалась с трудом, цепляясь за пуговицы и декоративные элементы. Наконец, пиджак был отброшен в сторону на кресло. Энтони остался в одной рубашке — когда-то идеально белой и накрахмаленной, а теперь измятой и расстёгнутой на три верхние пуговицы. Без пиджака он выглядел ещё более хрупким и потерянным ​— Вал... — вдруг чётко, произнёс Энтони с закрытыми глазами, уже засыпая — Я тебя слышал... ​Чарли замерла, держа его за руку. Она начала догадываться, что "алкогольное отравление" её друга имеет вполне конкретное имя и фамилию. А именно Валентино Кастилло * * * Чарли осторожно подхватила многострадальный пиджак с кресла, стараясь не задеть его за что-то и вышла из комнаты. В ванной она с тихим вздохом закинула вещь в стиральную машину, выставив самый деликатный режим — она знала, что если эта ткань испортится и Вельветт узнает об этом, устроит им обоим взбучку, ведь та очень дорожила своими изделиями. ​Пока в ванной раздавался мерный шум набирающейся воды, Энтони в спальне окончательно провалился в тяжелый, беспробудный сон. Его дыхание стало глубоким, а тело обмякло, окончательно сдавшись под натиском вина и усталости. ​Чарли же прошла в другую комнату. У Энтони в квартире всегда выделялось место для её вещей — они дружили достаточно долго, чтобы спонтанные ночёвки после уроков или вечеринок стали нормой. Сбросив пышное бальное платье, которое теперь казалось чужеродным в этой уютной домашней обстановке, она натянула привычную мягкую пижаму с забавным принтом. Она улыбнулась и потом вернувшись в спальню друга, она увидела что Энтони во сне закинул одну руку за голову и резко повернувшись, одеяло сползло с него на пол ​— Ох Тони... вечно ты раскрываешься — негромко прошептала Чарли ​Она подошла ближе, стараясь не шуметь. Аккуратно подняв одеяло, она снова укрыла его до самого подбородка, бережно заправив края. На мгновение она задержала взгляд на его лице, на щеке остался след от травы, который она осторожно стёрла подушечкой пальца. ​Затем Чарли прошла к глубокому креслу у окна и достав телефон, она быстро набрала сообщение отцу: Чарли: ​«Пап, я в порядке. Мы уже в квартире, Тони спит. Я переоделась и остаюсь здесь. Не волнуйся, ты может ехать домой. Я видела твою машину, ты ещё здесь 🙃. Увидимся завтра. Люблю тебя! 💋» Папа: «Хорошо милая. Спокойной ночи и сладких снов моё солнышко 😘. Звони если что» Прочитав ответ отца, Чарли улыбнулась и вышла с чата. Она откинула голову на спинку кресла, в голове всё еще звучали обрывки слов Энтони и девушка нахмурилась бросив вхгляд на спящего друга. Она всегда была проницательной и теперь, сложив пазл из внезапного исчезновения учителей и состояния Энтони, она начала понимать, какая буря разыгралась в сердце её лучшего друга