Храбрая сердцем

      Ли Вэй жила в храме рыцарей ровно столько, сколько себя помнила. Она не жаловалась. Тем более, она тренировалась на равне с мальчишками. И получалось у неё ни чуть не хуже. Иногда даже лучше. Как минимум потому, что она довольно неплохо сдавала экзамены. И уровень врождённой манны у неё был выше, чем у некоторых, за счёт чего она оказывалась лучше других кадетов. Не то, чтобы Ли Вэй сильно мечтала быть рыцарем. Ей больше нравилось проводить время в библиотеке за книгами, чем махать мечом. К тому же, её отец был хранителем библиотеки храма. Любовь к книгам у неё от него. Хотя девочка и не то, чтобы жаловалась.       По правде говоря, в рыцари не брали девочек. Если задуматься, то там были только парни. Единственными девочками в храме были Ли Синь и Ли Вэй. Ли Вэй могло бы здесь и не быть. Насколько девочка знала, её судьба могла бы сложиться совсем иначе. Из близких у неё был только отец. Где была её мать Ли Вэй не знала. Е Хуа никогда не рассказывал ей о ней. И избегал различных вопросов о ней. Он говорил лишь то, что он расскажет ей о ней, когда придёт время. Пока это самое время, по всей видимости, не наступило.       Обычно Ли Вэй тренировалась с отцом, а не с остальными рыцарями. Но сегодня её ждал экзамен. И сдавать она будет его не одна, а со всеми остальными. Сегодня она, возможно, официально, вступит в храм рыцарей. — Переживаешь? — на плече Ли Вэй оказалась рука Е Хуа. — Немного. Я, скорее, запуталась. Я не до конца уверена, что хочу быть рыцарем. Как будто это не совсем моё. Может быть, мне лучше быть каким-нибудь жрецом? Я понимаю, что ты многое для меня сделал. Ты заботишься обо мне, тренируешь. Я очень благодарна за это. И я понимаю, что мне разрешили остаться здесь с тобой только если я буду рыцарем. Но мне кажется, что я не буду достаточно хороша. — Я в любом случае поддержу тебя. Что бы ты ни выбрала. Но если ты выберешь другой путь, другой храм, то я не смогу быть рядом. По крайней мере, так, как сейчас. Большую часть времени ты будешь проводить одна и с членами других храмов. Не со мной.       От этой мысли становилось грустно. Ли Вэй не хотела покидать отца. Он был её главной поддержкой. Главной опорой. Она его любила. И была действительно благодарна за всё то, что он для неё делал.       Многие боялись Е Хуа. Особенно новенькие рыцари. И те, кто только учился. Люди видели в нём мрачного одинокого человека. Но Ли Вэй знала, что, если он и одинокий (хотя и это не совсем правда, потому что у мужчины была она, его дочь), то точно не мрачный. Е Хуа был самым добрым и заботливым человеком для Ли Вэй. Несомненно, у девочки были друзья. Она иногда проводили с ней время. Ли Вэй считали довольно талантливым рыцарем. Но все эти друзья не могли заменить девочке отца. Она не могла представить что будет, если Е Хуа не будет рядом с ней, оне будет о ней заботиться, переживать за неё и поддерживать её. — Я не знаю… Я не знаю, что мне делать. Я не хочу оставаться одна. В другом храме будут совершенно другие люди. И… Там не будет тебя.       Е Хуа встал прямо перед дочерью, нагнулся, чтобы его глаза были прямо на уровне её глаз, и теперь уже обе его руки лежали на её плечах. — Решение только за тобой. Если ты хочешь быть рыцарем, то будь им. Если ты захочешь стать жрецом, магом, воином, ассасином или призывателем, то я не буду тебя останавливать или отговаривать. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Я уверен, что за что бы ты ни взялась, у тебя всё получится. Тем более, учитывая тот факт, что уровень твоей врождённой манны выше, чем мой. — Пап, не надо говорить про свой уровень манны. Ты смог достичь большего уровня, чем тот, который у тебя мог бы быть. И ты придумал много действительно полезных заклинаний. Ты — самый крутой рыцарь, которого я видела.       В глазах Е Хуа читалась теплота. Особенно после услышанных слов. Ли Вэй так восхищалась… Она видела в нём героя. От услышанных слов сердце мужчины сжималось. Несмотря на то, что Ли Вэй была его дочерью, именно она видела в нём то, чего не видели другие. — Тебе пора на экзамен. Я пойму, если ты откажешься от участия в нём. И ты не обязана идти на него, если действительно не хочешь быть рыцарем. — Всё в порядке, пап. Я ещё не решила до конца. Я пойду на экзамен. Думаю, если я передумаю не сейчас, а немного позже, но не будет проблемой уйти из храма потом, а не сегодня.       Ли Вэй обняла Е Хуа, пока он всё ещё находился на одном уровне с ней. Мужчина не стал сопротивляться и обнял девочку в ответ. Ли Вэй всегда заряжалась этими объятиями. Она верила, что они придают ей сил. Даже если на самом деле это было не так. — Я справлюсь!       Ли Вэй отстранилась от Е Хуа и схватила свой меч. Она направилась прямиком к тому месту, где будет проходить экзамен на вступление в храм. Рыцарь-страж же шёл прямо за ней. Он хотел посмотреть как она справится. Заодно посмотреть на остальных.       Людей, желающих вступить в храм, было не так много. Там были как совсем юные новобранцы, которые совсем недавно были оруженосцами, теперь готовые стать самыми настоящими рыцарями и вступить в Альянс, так и достаточно взрослые люди. Люди были совершенно разные не только по возрасту, но и по силе. Е Хуа был уверен на все что, что не все из присутствующих сдадут экзамен. И возраст далеко не показатель силы. Всё решал уровень манны. А так же боевые навыки человека. Поэтому экзамен мог совершенно спокойно сдать ребёнок и не сдать взрослый человек.       Несмотря на то, что уровень врождённой манны Ли Вэй был больше, чем у самого Е Хуа, и девочка была очень способной ученицей, на секунду у мужчины зародились сомнения. Либо же это было не столько сомнения, сколько просто страх за дочь. Он знал, что она сильная. Но она всё ещё оставалась его ребёнком. И, как любой другой родитель, он за неё беспокоился. Экзамен всегда можно было пересдать. Тем более, Ли Вэй сама только что сказала ему, что не до конца уверена, что она хочет быть в храме рыцарей. В случае провала у девочки будет время ращоь в себе. Но, как отец, Е Хуа понимал, что он желает, чтобы Ли Вэй всегда со всем справлялась и справлялась хорошо. В душе мужчина понимал, что его дочь не заслуживает всех этих проигрышей и переживаний, которые они дают.       Прямо сейчас Е Хуа издалека, где его было тяжело заметит, наблюдал, как один из молодых парней не сдал. Его удар не был достаточно сильным. Соответственно, в этом году он не вступит в храм рыцарей.       Далее последовало несколько парнишек, которые смогли пройти экзамен. Следующей была Ли Вэй. К ней было приковано много взглядов. Всё-таки в храме рыцарей не было девушек. Кроме, разве что, Ли Синь. И-то, которой в своё время приходилось притворяться мальчиком, чтобы её приняли в храм. Ли Вэй повезло немного больше. Несмотря на то, что она всегда ходила с достаточно короткимм волосами, свой пол скрывать ей не приходилось. Все в храме знали, что она девочка.       Кто-то, кажется, даже начал смеяться. Если некоторые парни и мужчины не смогли пройти экзамен, то этим людям не верилось, что экзамен сможет пройти девушка. Но Ли Вэй замахнулась мечом, ударила по камню и он показал цифру, достаточную для того, чтобы девочка смогла полноправно считать себя одним из рыцарей.       Ли Вэй не считала нужным больше здесь задерживаться. Она сделала то, что должна была сделать. Но остальные, видимо, так не считали. По крайней мере, тот самый мужчина, который перед ней не сдал экзамен. — Паршивая девчонка! — мужчина был явно недоволен тем, что Ли Вэй оказалась лучше него. — Я должен был стать рыцарем, а не ты! Что ты вообще здесь делаешь? В храм берут только мужчин. Таким соплячкам, как ты здесь не место! — Если мне здесь не место, то тогда почему же я оказалась лучше тебя? Почему уровень моей силы выше твоей? Ты не сдал экзамен. Смирись с этим!       Но мужчина, кажется, не собирался мириться с этим. Вместо этого он метнулся прямо к Ли Вэй и собирался сразиться с ней. — Я вызываю тебя на дуэль. Если выиграешь, то я уйду, но если же победа окажется на моей стороне, то ты уйдёшь из храма рыцарей. Навсегда.       Прямо перед Ли Вэй оказался меч мужчины. Девочка грозно смотрела на мужчину. Мужчина был в несколько раз больше неё. На его голове красовалась густая копна волос и борода. Казалось, что у Ли Вэй не было шансов. Ей было лишь четырнадцать лет. Что может маленькая девочка против такого громилы?       Е Хуа продолжал наблюдать за этим со стороны. Он не хотел вмешиваться. Рыцарь знал, что Ли Вэй справиться сама. Девочка в нужные моменты умела быть сильной и боевой. В душе она была имеено рыцарем. К тому же, теперь она могла спокойно себя им называть, так как она сдала экзамен, чтобы вступить в храм. — Успокойся, — рядом послышался женский голос. — Девочка честно сдала экзамен. Поэтому она имеет полное право считать себя рыцарем и находиться в храме. Ты же его не сдал. Она права. Смирись с тем, что ты проиграл. Рыцарь должнен уметь принимать поражение. Так что проваливай! Ты не заслуживаешь быть рыцарем.       Ли Синь. Это была Ли Синь. Она только что защитила Ли Вэй. Не то, чтобы девочка в этом нуждалась. Она всё равно не хотела принимать вызов. Ей это было попросту не нужно. Но, тем не менее, нельзя было сказать, что ей не было приятно.       Мужчина был ход, но отступил. Алую Розу знали все. И связываться с ней не хотел никто. Так что боя удалось избежать. — Спасибо, — тихо проговорила девочка, смотря прямо на Ли Синь. — Я не хотела принимать вызов. Но всё равно, кажется, ты меня спасла. — Пожалуйста. Ты молодец. Даже у тебя получилось, а у него нет, — Ли Синь похлопала Ли Вэй по плечу. — Только вот я тебя раньше здесь никогда не видела. Как тебе позволили сдать экзамен. Ты же… Девочка. — Всё благодаря папе. Он рыцарь. И воспитывает меня один. Чтобы остаться с ним, я должна стать рыцарем. Да, это нарушение правил. Но всем от этого будет выгода. Я могу остаться с папой. А храм обретёт нового бойца. К тому же, ты сама исключение из правил. Ты тоже девушка. И тоже рыцарь. Тебя не выгнали из храма, когда узнали, что ты девушка. — Тоже верно. — Твой отец рыцарь? — оказывается, рядом с Ли Синь всё это время стоял ребёнок. Визуально он был похож на девочку. — Кто он? Я его знаю? — Что это ещё за фанатик? — бровь Ли Вэй изогнулась. — О, это Хао Чень. Он тоже хочет быть рыцарем. Поэтому пришёл, чтобы сдать экзамен и вступить в храм, — объяснила Ли Синь. — Это мальчик? Больше похож на девочку. — Эй! Сама на мальчика больше похожа. — Но при этом мальчиком меня никогда не называли. Покажи что ты можешь, «девочка», — Ли Вэй сложила меч в ножны.       Теперь была очередь Хао Ченя. Как ни странно, он прошёл. И теперь тоже мог считать себя рыцарем.       Ли Вэй направилась к отцу. Она знала, что он где-то рядом и наблюдает за ней. Он наверняка видел, что Ли Вэй прошла экзамен. Но ей всё равно хотелось похвастаться. — Куда ты? — спросил Хао Чень. — Не хочешь посмотреть, как остальные справятся с экзаменом? — Хочу найти отца. И рассказать ему, что прошла экзамен и стала рыцарем. — Хао Чень, мальчик мой! Ли Вэй! — послышался весёлый голос и на горизонте показался рыцарь с куриной ножкой в руке. — Поздравляю вас! Вы сдали экзамен.       Ли Вэй и Хао Чень поклонились мужчине в знак уважения. — Сэр Налань. Мой отец просил передать Вам это, если я смогу сдать экзамен и попасть в храм рыцарей, — мальчик отдал мужчине записку. — Ты ищешь Е Хуа? Он должен быть твоим учителем? — Да. Отец сказал, что он очень доверяет некому Е Хуа. И именно он должен стать моим новым наставником. — Мой отец? — Ли Вэй была явно удивлена, что разговор зашёл об её отце. — Но он же всегда тренировал только меня. Он никогда не брал под опеку других рыцарей. — Е Хуа — это твой отец? — Хао Чень тоже был удивлён. — Отведёшь меня к нему? — Ещё чего! — Ли Вэй, не стоит грубить, — Налань сделал девочке замечание. — Не стоит забывать о качестве, которых придерживаются все рыцари. Но ты права. Е Хуа не практиковал педогогику с другими новобранцами. — Что-то случилось? — из тени показался Е Хуа. Его взгляд был как обычно суров. Лишь Ли Вэй знала, что на самом деле он хороший человек. И далеко не такой, каким кажется на первый взгляд. — Для начала хочу поздравить Ли Вэй, — сейчас Налань обращался уже не к детям, а к Е Хуа. — Ты хорошо её натренировал. Она сдала экзамен. И теперь она самый настоящий рыцарь.       Ли Вэй встретилась взглядом с Е Хуа. Она еле заметно улыбнулась, а её глаза засверкали. Е Хуа был доволен. Девочка видела это в его взгляде. Несмотря на то, что мужчина не стал открыто показывать свою эмоцию, Ли Вэй это не нужно было. Она научилась понимать отца и в такие моменты. — А это, — Налань указал на мальчика, что находился рядом с Ли Вэй, — Хао чень. Ему всего одиннадцать, но он уже прошёл экзамен. А ещё…       Налань шепнул что-то Е Хуа на ухо. От этого глаза второго мужчины расширились. Сказанное ему явно удивило его. — Отец Хао Чена велел, чтобы ты стал его наставником. Знаю, что ты не берёшь никого в ученики. И отец Хао Ченя прекрасно об этом узнает. Но Хао Чень редкостный гений. Ему всего одиннадцать! Ты представляешь?! По словам отца мальчика только ты сможешь достойно его обучить. — Мой единственный ученик — Ли Вэй.       Слова Е Хуа были красноречивы. Мужчина был очень немногословенным. И его взгляд всё ещё оставался очень хмурым. — И она останется этим единственным учеником. Других я обучать не собираюсь. — Е Хуа, ну что же ты? Дай пареньку хотя бы шанс. Ты ведь видел как он всех уделал? Ты когда-нибудь видел таких талантов, как он? — Поверь, видел. А теперь, думаю, самое время мне удалиться. Потому что говорить нам не о чем. Я не собираюсь брать этого мальчика в ученики. Ли Вэй, идём.       Девочка встала с колена и подбежала к отцу. Теперь она уже была у него под боком. Рядом с ним Ли Вэй выглядела довольно оживлённо. Как только мужчина и Ли Вэй отошли немного дальше, девочка, кажется, начала что-то активно рассказывать Е Хуа. Хао Чень посмел предположить, что она рассказывала, как прошёл экзамен. — Ты не обижайся на них, — услышал Хао Чень, когда смотрел вслед Ли Вэй и Е Хуа. — Они на самом деле хорошие. Просто Е Хуа немного вредный. А Ли Вэй берёт с него пример. Сам понимаешь. Родственники. Хотя Ли Вэй всё-таки более сговорчивая. Это сегодня она что-то не в очень хорошем настроении. А так она хорошая. Думаю, вы подружитесь. Да и разница в возрасте у вас не большая. По крайней мере, меньше, чем с Синь.       Хао Чень вглядывался в уходящих Е Хуа и Ли Вэй. Они были отцом и дочерью. Но при этом они такие разные. Внешне уж точно. Е Хуа был довольно высоким. В то время, как Ли Вэй не отличалась ростом, хоть она и была девочкой. Девочки по природе миниатюрнее, чем мужчины, как правило. Черты лица Ли Вэй были округлыми, в то время, как у Е Хуа они были более резкими и острыми. Цвет волос так же был совершенно разный. У мужчины они были чёрными. В то время, как у Ли Вэй волосы были голубыми. На цвет глаз Хао Чень не успел обратить внимания. Но, кажется, что у Ли Вэй они были голубыми. Вполне возможно, Ли Вэй была просто слишком похожа на мать. Потому что на отца она была совершенно не похожа. — Сэр Налань, — Хао Чень обратился к рядом стоящему полному мужчине, — Наверное, это моё дело, но можно спросить? — Конечно, мальчик мой. Спрашивай о чём хочешь. — Ли Вэй называет Е Хуа своим отцом. Но она совсем не похожа на него. Они… Ну… — Думаешь, что они неродные друг другу? — мужчина всё понял. Хао Чень мог даже не договаривать начатую фразу.       Мальчик кивнул. — Вполне возможно, что Ли Вэй просто слишком сильно похожа на маму. Но это не отменяет того факта, что на Е Хуа она совсем не похожа. — Ты прав. Они и правда не похожи друг на друга. И я открою тебе секрет. Ты довольно смышлённый. Ли Вэй действительно не дочь Е Хуа. По крови, если быть точнее. Он нашёл её, когда она была совсем маленькой. И не смог бросить на произвол судьбы. Так он и стал заботиться о ней. Но мало кто знает об этом. Даже из рыцарей. А те, кто знают, молчат. У нас принято считать, что Ли Вэй родная дочь Е Хуа. Тем более, несмотря на свою доброту, она тоже иногда бывает вредной. А ещё она такой же книжный червь, как и он. Поэтому часто пропадает в библиотеке. Но ей повезло немного больше. В отличие от Е Хуа, у девочки есть друзья. — Бедная… — И с Ли Вэй эту тему лучше не заводить. Она не знает, что Е Хуа на самом деле её приёмный отец. Думаю, Е Хуа сам скажет ей об этом, когда посчитает нужным. Если Ли Вэй всё ещё не знает о том, что настоящие родители бросили её при рождении, значит, по всей видимости, ещё не время. — Е Хуа выглядит строгим. Но… Исходя из ваших слов, кажется, он гораздо добрее. — Он очень любит Ли Вэй. Насколько я знаю, он сам сирота. Е Хуа тоже рано потерял родителей. Натерпелся он в своё время. Поэтому он такой, какой есть. Ты не переживай, что он так сразу не согласился стать твоим наставником. Я попробую ещё поговорить с ним. И ты не сдавайся. Мы сможем уговорить его. — Угу, — Хао Чень кивнул головой в знак согласия.       Мальчику как минимум хотелось знать почему Синь Юй хотел, чтобы именно Е Хуа стал его наставником. Значит, в этом одиноком (или почти одиноком) мужчине было то, чего не было в других. Раз Синь Юй доверял Е Хуа, к тому же ещё и своего сына, который явно не из простых, значит оно того стоило.

***

— Пап, ты видел? — радостно произнесла Ли Вэй, когда рядом уже не было Наланя и Хао Ченя. — Я сдала экзамен! Я теперь рыцарь. А ещё! А ещё тот бородач хотел бросить мне вызов. Ли Синь спасла меня. Она прогнала его. Конечно, я не хотела принимать вызов. Так что наш бой, скорее всего, в любом случае не состоялся бы. Но она меня спасла! — Я горжусь тобой, Ли Вэй. Я знал, что ты справишься. — А этот… А этот мальчик. Тот, который просился к тебе в ученики. Ты его знаешь? Кто это? — Нет. Я впервые вижу. Но, как я понял, он сын Синь Юя. И Синь Юй хочет, чтобы я стал его наставником. Чтобы я сделал из мальчика рыцаря-стража, так как сам им являюсь. И Синь Юй считает именно меня достойным кондитатом для наставника его сына. — Синь Юй? А кто это? — Лун Синь Юй — рыцарь порядка. Он очень силён. А ещё он один из тех рыцарей, кто имеет трон, отмеченный богом. — Трон, отмеченный богом… — Ли Вэй прекрасно знала что это. Каждый рыцарь хотел заполучить себе такой. — И этот мальчик непромах. Как и сказал Налань, он очень талантлив. Особенно, для свего возраста. Никто ещё не становился рыцарем в таком возрасте. И, соответственно, никто не имел такого уровня манны в таком возрасте. Но на то он и сын Синь Юя. К тому же, Синь Юй сам какое-то время тренировал мальчика. — И даже несмотря на то, что Хао Чень талантлив. Гораздо талантливее сверстников. Ты всё равно не хочешь взять его в ученики? — Мне тебя хватает, — Е Хуа потрепал Ли Вэй по волосам.       Девочка улыбнулась. На удивление, ей нравилось, когда Е Хуа так делал. Тем более, она знала, что он делает это не со зла. Это был некий жест проявления любви. — Ты у меня самая талантливая.       Даже если эти слова были неправдой (а они, скорее всего, были неправдой, потому что наверняка были рыцари талантливее Ли Вэй), Ли Вэй нужна была эта поддержка. Пусть она не всегда осознавала эта. Пусть иногда отрицала. Но девочка, как и все остальные люди, нуждалась в любви и поддержке.       Ли Вэй обняла Е Хуа, обхватив его талию руками. Голова девочки оказалась на мужской груди. — Я люблю тебя, пап. — И я тебя люблю, — на этот раз Е Хуа уже гладил Ли Вэй по волосам. Через перчатки это не чувствовалось, но волосы девочки были очень мягкими. Несмотря на то, что Ли Вэй пыталась стричься коротко (как она сама говорит, чтобы волосы не мешались в бою) и её волосы были действительно достаточно короткими, они были ухоженными. Блистящие, густые и мягкие. — Раз уж я сдала экзамен, можно я пойду в библиотеку? Хотела немного почитать? — Конечно. И сегодня ты хорошо постаралась. Поэтому сегодня тренировку можем пропустить. — Спасибо! — Ли Вэй сжала тело Е Хуа чуть сильнее, а после вырвалась из его объятий и побежала в сторону библиотеки.       Е Хуа знал, что на самом деле это «немного» будет далеко не «немного, и на самом деле Ли Вэй проседит в библиотеке несколько часов. То есть до самого вечера. А может быть, и до самой ночи, пока Е Хуа не начнёт ругаться, что пора спать. Хотя сам порой засиживается в библиотеке, читая книги и придумывая новые заклинания. За это на него ругалась уже Ли Вэй. Почему это она должна спать, пока он работает? Ведь на это здоровье плохой сон влияей точно так же, как и на её. По крайней мере, порой Е Хуа выглядел очень уставшим. И из-за этого Налань называл Е Хуа «зомболицым». Но замечаний Ли Вэй надолго не хватало. Когда Ли Вэй делала мужчине замечание по поводу того, что он не спит, Е Хуа шёл спать. А через несколько дней снова начинал по ночам сидеть в библиотеке и придумывать заклинания.

***

      Хао Чень никак не выходил из Ли Вэй. Обычно у неё никогда не было проблем с другими рыцарями. Ни со взрослыми, ни с более молодыми. Но Хао Чень был особенным, если его можно было так назвать. Ли Вэй и Ли Синь тоже вполне себе можно было назвать особенными, потому что они были единственнымыми девушками среди рыцарей. Но Хао Чень… Он не нравился Ли Вэй. Что-то в нём её отталкивало. И в голове Ли Вэй промелькнула мысль что, если Хао Чень каким-то образом умеет уговорить Е Хуа взять его в ученики, то, скорее всего, девочка начнёт чаще с ним пересекаться. А может, их тренировки и вовсе будут совместными. — Тебя что-то беспокоит? — как библиотекарь, Е Хуа много времени проводил здесь. Поэтому через какое-то время он последовал за дочерью. И тоже уже был в библиотеке. — Всё в порядке, — Ли Вэй продолжила читать лижащую перед ней книгу. — Я не хочу наседать. Ты знаешь, что тебе необязательно рассказывать о чём-то, если ты не хочешь говорить об этом. Но я вижу, что ты переживаешь из-за чего-то. Это из-за того, что ты не хочешь быть рыцарем? — Нет. Это не из-за этого. — Тогда из-за чего же? — Это всё из-за Хао Ченя, — призналась девочка, не смотря на отца. Всё это время она смотрела куда-то в сторону. — Он никак не может выйти у меня из головы. — Что заставляет тебя думать о нём? — Е Хуа сел на пол рядом с Ли Вэй.       Первое, о чём подумал Е Хуа, когда Ли Вэй сказала о мальчике, — это что его дочь влюбилась. Девочка уже находилась в подростковом возрасте. Заводить отношения в таком возрасте было нормально. Но Е Хуа должен был выслушать дочь, прежде чем делать поспешные выводы. — Он самый молодой рыцарь, которого я видела. Мне всего четырнадцать. Не мне судить какой возраст считается слишком молодым для рыцаря. Но я не видела, чтобы кто-то из пришедших в храм был младше меня. По крайней мере, настолько сильно. И он… Такой сильный и талантливый. Он только пришёл, а уже звезда. Я тренировалась всю жизнь, но даже я не достигла таких успехов. — Ты злишься из-за гениальности Хао Ченя? — Угу, — Ли Вэй кивнула. — Он ещё и в ученики тебе просится. Если ты станешь его наставником, то мы наверняка начнём чаще с ним видеться. А может и вовсе будет вместе тренироваться. Так ты про меня забудешь и… И…       Голос девочки начал дрожать. Так обычно бывало, когда человек собирался заплакать. Ли Вэй попыталась сдержать слёзы. Она не любила показывать их людям. Даже отцу. Она считала себя сильной. И хотела, чтобы все остальные считали её сильной.       Е Хуа понял, что Ли Вэй сейчас заплачет, поэтому прижал её к себе, чтобы успокоить. — Если хочешь плакать — плачь. Эмоции — это нормально. Либо, если ты так не хочешь показывать слёзы другим, то почему ты стесняешься меня? — Рыцари должны быть хрыбрыми и сыльными. Верно? — Да. Но это не значит, что рыцарю не может быть грустно. Слёзы — это признак того, что у тебя всё ещё есть сердце. А наличие сердца так же важно. Не только для рыцаря, но и для обычного человека. — Пап, а если… Если меня убьют демоны… Ты будешь плакать? — О чём ты таком говоришь? — Ну, какой бы сильный и прекрасным бойцом я ни была, у меня в любом случае есть шанс, что меня убьёт демон. У любого рыцаря есть такой шанс. Тем более, что я сейчас всего третий уровень. Даже ты сейчас сильнее меня. Второму уровню не сравниться с пятым. — Ты прекрасно знаешь, что мне просто повезло. Я и сам мог бы остаться на втором уровне с моей врождённой манной. И… Если ты всё-таки погибнешь в бою, то да, я буду плакать. Потому что ты — моя дочь. Мой самый близкий человек. Мой единственный близкий человек. И я очень боюсь тебя потерять. Я лучше сам умру, чем позволю сделать это тебе.       Ли Вэй начала вытирать влажные глаза. Даже если она в действительности не хочет быть рыцарем сейчас или передумает позже, а может, и вовсе не захочет быть в каком либо храме, она быда готова сделать всё ради своего отца. Даже если понадобится умереть за него, то она умрёт. Ли Вэй была уверена, что Е Хуа сделает ради неё тоже самое.