Храбрая сердцем

      Ли Вэй с каждым днём всё больше думала о том, что ей интереснв ассасины. Они были потрясающими разведчиками. Потому что они были очень тихим и незаметными. А ещё они были очень элегантными. У них было много интересных умений, которые помогали быть им такими, какие они есть. По этой причине Ли Вэй всё больше понимала, что она не хочет быть рыцарем. Она хочет быть ассасином. Только вот она ещё никому об этом не говорила. Даже отцу.       У девочки были противоречивые чувства по поводу её будущего. С одной стороны, ей хотелось остаться в храме рыцарей. Она привыкла к нему. Это место было её домом на протяжении четырнадцати лет. И, конечно, здесь был её отец. В храме ассасинов Е Хуа не сможет находиться с ней рядом. Потому что он рыцарь.       В один из дней Ли Вэй всё утро провела в кровати. Ей совсем не хотелось вставать и куда-либо идти. Её душа была истерзана раздумьями о выборе. Ещё никогда он не был таким сложным.       Раздался стук в дверь. А затем послышался голос Е Хуа. — Ли Вэй, можно войти? — Да, заходи.       Мужчина оказался в комнате дочери. Он направился прямо к ней. Сама Ли Вэй же всё ещё была в кровати. Закутанная в одеяло. Из-под него торчала только голова. — Милая, всё в порядке? — мужчина медленно подошёл к дочери и сел на край её кровати. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Я просто не знаю, что мне делать. Я бы хотела отправиться в храм ассасинов. Ассасины довольно интересны. Но он далеко. Если я буду там, то больше не увижу это место, которое за четырнадцать лет стало мне домом. И, что самое главное… Я не увижу тебя. В лучшем случае, мы будем видеться очень редко.       Ли Вэй была готова вот-вот заплакать. Её глаза стали влажными. И девочка начала всё больше закутываться в одеяло. — Тебе стоит отправиться в храм ассасинов. Хотя бы попробовать. Даже если мы не будем видеться каждый день, как сейчас, то мы сможем писать друг другу письма. И иногда навещать друг друга, верно? А здесь… Ты будешь несчастна. Возможно, до конца своих дней. К тому же, думаю, я смогу отправиться туда с тобой и побыть там пару дней. Храм ассасинов находится находится на заставе Джен Нань. На самой заставе можно найти представителей и других храмов. Поэтому перед тем, как я вернусь назад в Лунный храм, я буду рядом с тобой первые дни. И поддержу тебя. Если ничего не получится, то мы просто вернёмся назад.       Ли Вэй несколько секунд обдумывала всю ситуацию. Она и правда не хотела всю жизнь быть рыцарем. Но, чтобы что-то получить, выходит, что нужно что-то отдать. В случае Ли Вэй это частое общение с отцом. — Я хочу быть ассасином. Давай отправимся на заставу Джен Нань. — Если это твоё окончательное решение, то я поговорю об этом с Наланем. Что ты, скорее всего, уйдёшь их храма. И что я на какое-то время отправлюсь с тобой на перевал охоты на демонов. С тренировками Хао Ченя придётся повременить, но не думаю, что пара дней станет большой проблемой. Можно сказать, что у него будут выходные.       Как только Ли Вэй снова услышала имя Хао Ченя, то снова задумалась. У того, что она перейдёт в храм ассасинов будет точно один плюс. Она больше не будет видеть Хао Ченя. — Угу. — И ты сегодня ничего не ела. Тебе нужно поесть. Хотя бы немного. Ты и так ешь мало. Поешь хоть что-то. Ты знаешь, что плохо совсем ничего не есть. — Я не хочу.       Душа Е Хуа болела. В последние дни Ли Вэй совсем сникла. Бывало, что Налань говорил что-то про внешность Е Хуа. О том, что он выглядит слишком уставшим. Сейчас же казалось, что Ли Вэй выглядела ещё хуже, чем Е Хуа. Даде в совсем критические дни. — В последнее время ты выглядишь с каждым днём всё хуже и хуже. Ты как будто умираешь. Думаю, что ты сама понимаешь то, как мне больно на это смотреть. — Понимаю…       Е Хуа прекрасно понимал, что отчасти он сам виноват в том, что Ли Вэй пришлось стать рыцарем. Иначе ему бы не позволили взять девочку под опеку. Но, с другой стороны, Е Хуа понимал, что, если бы не он, то Ли Вэй не сидела бы сейчас перед ним, скорее всего, она была уже давным давно мертва.       Е Хуа начал думать, что, может, ему стоит сходить в город и найти что-то для Ли Вэй там? Чтобы она хотя бы немного поела. Если девочка не хотела есть еду из столовой храма, то, возможно, у неё появится желание съесть хотя бы то, что она очень любит и часто берёт, когда бывает вне храма. К тому же, возможно, именно это поднимет ей настроение. Хотя бы немного. — Пап, прости… — взгляд Ли Вэй был направлен куда-то в сторону. Она не могла смотреть Е Хуа в глаза. — За что ты извиняешься? — Я подвела тебя. Я должна была стать рыцарем. Я всю жизнь живу в Лунном храме. Ты всю жизнь тренировал меня. А я… Просто решила взять и всё бросить. Выходит, что весь труд потрачен впустую. — Не надо думать о себе плохо. Тебе не за что извиняться.       Возможно, именно сейчас был тот момент, когда Е Хуа должен был сказать то, что он является родным отцом для Ли Вэй. Извиниться перед ней за то, что не сказал сразу. — Не тебе нужно передо мной извиняться. Это я должен перед тобой извиняться. Наверное, и жизни не хватит, чтобы я смог искупить вину. — О чём ты? Я не понимаю. — Скорее всего, ты будешь злиться на меня. И в данной ситуации ты имеешь полное право на это. Хотя я очень не хочу портить наши с тобой отношения. Ли Вэй… Я не являюсь твоим родным отцом. По этой же причине у тебя нет мамы. — Ч-что?.. Я не понимаю… — взгляд Ли Вэй был шокированным, а голос начал дрожать. — Я нашёл тебя, когда ты была совсем маленькой. Тебе было максимум пара месяцев. Так как я сам сирота, я не мог бросить тебя на произвол судьбы. Не мог позволить тебе умереть такой смертью. Но мне дали одно условие: чтобы ты могла остаться со мной в храме, ты должна будешь стать рыцарем.       Ли Вэй начала плакать. Она ожидала всего, что угодно, но не этого. — Но всё это не отменяет того факта, что я тебя очень люблю. Прямо как родного ребёнка.       У Ли Вэй начилась истерика. Как говорится, это был удар не в бровь, а в глаз. Всё это вызывало противоречивые чувства. С одной стороны, Е Хуа всегда заботился о Ли Вэй, переживал за неё. Не хуже, чем о родном ребёнке. Но с другой стороны, выходит, что рядом с Ли Вэй не было родного человека по крови. О ней заботились чужие о ней люди. Но не родители. — Ты имеешь полное право не прощать меня. Я виноват перед тобой за то, что не сказал тебе сразу. Но я хочу, чтобы наши отношения были такими же, как и раньше.       Е Хуа потянулся к Ли Вэй, чтобы обнять её и успокоить. Когда эмоции нахлынули на Ли Вэй слишком сильно, то она уже не лежала, а сидела. Когда Е Хуа потянулся к ней, то девочка сразу слегка отодвинулась от него, как бы показывая, что она не хочет, чтобы он её трогал. — Оставь меня, — сказала Ли Вэй сквозь слёзы. — Я хочу побыть одна.       Е Хуа не стал больше ничего говорить. И не стал больше к ней лезть. Если Ли Вэй хотела побыть одна, то пусть так и будет. Е Хуа просто встал и и направился к выходу из комнаты. — Надеюсь, что ты сможешь меня простить. Я не мог поступить по-другому.       Е Хуа больше не смотрел на Ли Вэй. Он лишь открыл дверь комнаты и ушёл. Ли Вэй осталась одна. И она во всех смыслах была одна. Даже тот, кого она больше всего любила, оказался ей не таким уж и близком человеком. — Приёмная… Почему именно я? Где мои настоящие родители? Что с ними случилось? Почему они бросили меня? Если папа просто нашёл меня где-то на улице, то, выходит, что мои родители просто оставили меня… Как такое возможно? Как, можно просто взять и бросить своего ребёнка? Или, может, они умерли? Если это так, то как это произошло? Демоны их убили? Или это была какая-то другая причина?       Столько вопросов и так мало ответов. Ли Вэй злилась на Е Хуа. За то, что она узнала об этом только сейчас. Но, если так подумать, то… Что бы случилось, если Ли Вэй никто не нашёл? Она ведь умерла бы. Она бы не сидела сейчас здесь и не плакала из-за того, что Е Хуа сказал ей, что приходится ей приёмным отцом. Может быть, он был не так уж и плох… В конце концов, именно он был тем человеком, которому она была по-настоящему нужна…       Ли Вэй нужно было просто немного времени, чтобы успокоиться. Сейчас ей руководили лишь эмоции. Через время она точно будет спокойнее. И сможет мыслить более ясно.

***

      К вечеру Ли Вэй всё-таки выползла из своей комнаты. Она наконец-то проголодалась. Поэтому направилась прямиком в столовую. Девочка всё ещё была никакой. Но к тому, что она хотела стать ассасином добавился ещё тот разговор с Е Хуа. Эмоции отступили. Но Ли Вэй всё ещё чувствовала себя некомфортно. — Ли Вэй, — голубоволосую девочку окликнул знакомый женский голос, когда она уже направлялась к свободному столику. Это была Ли Синь. — Ты какая-то грустная. Что-то случилось? — Это слишком сложно. Вся моя жизнь неожиданно перевернулась с ног на голову. Да и навалилось как-то всё сразу.       Ли Вэй поставила поднос с едой на стол. Девочка довольно элегантно уселась на стул. Ли Синь же уселась с подругой за один стол. Красноволосая как всегда набрала себе довольно много еды. Она была любительницей поесть. — Рассказывай всё как есть. — Ну, начнём с того, что я понимаю, что с каждым днём я всё больше хочу быть ассасином. Папа сказал, что поговорит с Наланем о моём переходе из храма рыцарей в храм ассасинов. Поэтому, возможно, осталось мне здесь не так много времени. — Так это же здорово! Если они тебе нравятся, то почему бы и не вступить в их ряды. — Это ещё не всё. Насчёт папы… — С ним что-то случилось? — Не совсем. Я… — глаза Ли Вэй заблестели. Она снова была готова заплакать. Но сдержалась. — Я приёмная. На самом деле я далеко не Е Ли Вэй. Папа нашёл меня, когда я была совсем маленькой. И удочерил. А рыцарем я стала, чтобы ему разрешили оставить меня.       На лице Ли Синь отразилось удивление. Она была удивлена данной новости не меньше самой Ли Вэй. Синь видела, что Ли Вэй и Е Хуа не очень-то и похожи внешне. Но у девушки возникала мысль, что её подруга может быть похожа на маму. Ли Синь и не думала, что на самом деле Ли Вэй приёмная. — По этой же причине у меня нет мамы. Я понятия не имею кто мои родители, что с ними случилось и почему они решили меня бросить. Как и папа, к сожалению. — Бедная… — Ли Синь положила свою ладонь на руку Ли Вэй. — Я так тебе сочувствую. — Я ещё и папе нагрубила из-за этого. Ну, как нагрубила… Папа хотел поддержать, обнять, а я оттолкнула его. Мне кажется, что не сожалеет о том, что произошло. Извинился несколько раз. — Я боюсь Е Хуа. Он странный. И жуткий. Но, эй. Он тебя очень любит. С тобой он совсем другой. Другие люди ему не нравятся, насколько я знаю. Но ты для него — это совсем другое. Ты единственная, с кем он действительно добр и заботлив. Поэтому всё, что он сделал, лишь из любви к тебе. Мне кажется, что тебе стоит простить его. — Папа всегда заботился обо мне, как о родной… — Вот видишь. А то, что вы не родные, так ты не переживай не счёт этого. Мне кажется, если бы ты была нужна своим родителям, то они бы не бросили тебя. Судьба послала тебе хорошего родителя вместо двух плохих. Поэтому радоваться нужно.       Ли Вэй задумалась над словами Ли Синь. Всё время, что девочка ела, она думала над сказанным подругой. И поняла, что ей нужно было извиниться перед отцом. В конце концов, его она тоже любила. Прямо как одного отца.

***

— Жирный! — Е Хуа обратился к Наланю. — Дело есть. — У тебя есть ко мне дело? Что на тебя нашло, Е Хуа?       Налань не очень нравился Е Хуа. Поэтому было удивительно, что второй хочет что-то попросить у первого. — Это касается Ли Вэй. Она недавно нашла одну книгу. Историческую. Там была информация про все храмы. Ты сам знаешь, что Ли Вэй, как и я часто засиживается в библиотеке. После того, как она прочитала эту книгу, она очень заинтересовалась ассасинами. И суть в том, что Ли Вэй хотела бы уйти из храма рыцарей и стать ассасином. — Ассасин? Вы уверены? — Ли Вэй всё хуже и хуже. Она страдает от нахождения здесь. И теперь у неё появился повод, чтобы уйти. Она наконец-то определилась с тем, что хочет заниматься. Я не буду её сдерживать. Пусть она и будет далеко. Но она будет счастлива. С твоего позволения через пару дней мы отправимся на перевал охоты на демонов. Ли Вэй для того, чтобы остаться там, а я хочу проводить её. И попрощаться. В данной ситуации я хочу действовать не как как человек из храма рыцарей, который должен приводить сюда новых людей. Сейчас я хочу быть просто отцом, который хочет, чтобы его ребёнок был счастлив. Хотя Ли Вэй и приёмная для меня дочь. — Хорошо. Если вы всё решили, то пусть так и будет. Надеюсь, что Ли Вэй станет хорошим ассасином.       Е Хуа выглядел серьёзно. Мало того что ему была не очень приятна компания Наланя, он всё ещё переживал из-за того, что Ли Вэй узнала правду. — Но, тем не менее, ты хочешь быть с ней рядом, верно? — Хочу. Но я не могу всю жизнь держать её под своим крылом. Рано или поздно она станет охотником на демонов. И тогда ей точно придётся покинуть меня. К тому же… Сегодня утром я рассказал Ли Вэй о том, что мы не является родными друг другу. — Что?! И… Как она отреагировала? — Она была расстроена. Но, впрочем, это не удивительно. Я могу понять её. Так что я вполне заслужил её обиду.       Е Хуа развернулся и ушёл. Он не хотел больше общаться с Наланем. Он уже сказал ему всё, что хотел. К тому же, сегодня его ещё ждала тренировка с Хао Ченем.

***

— Учитель, сегодня вы не такой собранный, как обычно, — состояние Е Хуа не ушло от Хао Ченя. — Мы с Ли Вэй приняли решение, что она уйдёт из храма рыцарей. Через пару дней мы с ней отправимся на заставу Джен Нань, чтобы она смогла вступить в храм ассасинов. После этого я вернусь назад. Пришло время ей выходить из-под моего крыла. Но не это главная причина. — Тогда что же заставило Вас на самом деле чувствовать себя плохо? — Я рассказал Ли Вэй о том, что она приёмная. И, конечно, она отреагировала на это не самым лучшим образом. Конечно же, она расстроена этим. — Думаю, что Вы поступили правильно, учитель. Тема очень серьёзная. И Вы всё-таки перебороли себя, чтобы сказать Ли Вэй об этом. Наверное, она не сможет долго злиться на Вас. И сможет простить. В конце концов, Вы очень многое для неё сделали. — Ли Вэй — единственный и самый близкий для меня человек. Я не представляю свою жизнь без неё. Она — мой смысл. — Насколько я знаю, Ли Вэй общается с Ли Синь. Синь точно сможет донести до Ли Вэй это. Просто… Дайте ей время успокоиться. Отец учил, что рыцарь не должен действовать на эмоциях. На первом месте идёт. Я верю в то, что у вас всё наладится. — Спасибо, Хао Чень. Ли Вэй была права. Ты очень… Милый. У тебя сердце настоящего рыцаря.

***

      Ночью Ли Вэй плохо спала. Всю ночь она думала о том, что должна извиниться перед отцом. Несмотря на всю злость, которую она испытала, когда узнала правду, девочка понимала, что она нуждается в заботе Е Хуа. Прямо как раньше, когда карты ещё не были раскрыты.       Ли Вэй встала с кровати. Подошла к окну. Девочка смотрела на полную луну, что пускала свет в её комнату. Затем она посмотрела на свои ладони. — Мои настоящие родители бросили меня… А папа осмелился взять меня под свою опеку. Вырастил. Вложил столько сил в моё воспитание. В тренировки. Его совсем не беспокоил тот факт, что я ему чужая. Он воспринимал меня, как родную. Я, была не права.       Ли Вэй прямо сейчас была готова пойти к отцу и извиниться перед ним. Но понимала, что лучше оставить это до утра, так как Е Хуа сейчас, скорее всего, спал. Вместо этого она переоделась из пижамы в более повседневную одежду и решила немного прогуляться по храму. Просто смотреть в потолок ей надоело. А так хоть по любуется на другие помещения, кроме своей комнаты. Может быть, в библиотеку зайдёт. Или подышит свежим воздухом, выйдя на тренировочное поле.       Ночью храм выглядел совсем по-другому. Темнота. Тишина. Никого нет. Отчасти Ли Вэй это нравилось. Да и храм был довольно большим относительно других зданий в городе. Хотя, конечно, были более крупные храмы. Поэтому, чтобы обойти хотя бы какую-то его часть понадобится время. Не это Ли Вэй и рассчитывала. А если дорога приведёт её в библиотеку, то там девочка и вовсе может засесть на несколько часов, читая книги.       Когда Ли Вэй всё-таки оказалась в библиотеке, то она снова взяла ту самую книгу, которой зачитывалась в последние дни. Первое, о чём Ли Вэй вновь хотела прочитать, были, конечно же, ассасины. Ли Вэй направилась прямо к той площадке в библиотеке, где они с отцом часто сидели вместе. И обнаружила отца прямо там. — Пап… Что ты… Здесь делаешь? — Ли Вэй была неуверенной. — Сейчас слишком рано. Слишком. Налань снова будет называть себя зомболицым. — Этот же вором я могу задать и тебе, — Е Хуа посмотрел на Ли Вэй. Его взгляд был уставшим. Но добрым. — Я всё думала о том, что произошло. Об ассасинах, — девочка посмотрела на книгу в своих руках, а потом снова на отца, который на самом деле таковым не являлся. — О том, что ты мне рассказал. И тогда ведь я оттолкнула тебя. Когда ты хотел обнять меня. Пап… Прости меня, пожалуйста.       Сердце Е Хуа вздрагивало, когда Ли Вэй продолжала называть его папой. Он был ей чужим, но девочка всё равно использовала такое родное слово.       Е Хуа сидел прямо на полу. Ли Вэй медленно подошла к мужчине, села рядом с ним и прижалась к нему, обнимая. Е Хуа обнял её в ответ. Так нежно, по-доброму. Одна из рук Е Хуа оказалась на голове Ли Вэй. Мужчина гладил девочку по голове. А затем оставил невесомый поцелуй на её макушке. — Кем бы ни были твои настоящие родители, ты всегда будешь моей девочкой, моей дочерью. Ты навсегда изменила мою жизнь. Ты и Вибрант — моя семья. Без вас я буду совсем один. Именно вы вдвоём спасаете меня от этого одиночества. — А как же Хао Чень? Кажется, что ты к нему привязался. И стал относиться к нему добрее. Твоё отношение к нему явно изменилось. — Это неважно. Даже если и так, то он никогда не сможет заменить мне тебя и Вибранта. Вы мне дороже.       Голова Ли Вэй лежала прямиком на груди Е Хуа. Девочка чувствовала, как та вздымалась, когда Е Хуа дышал. И это было довольно-таки приятно. Ли Вэй нравилось это. — И я поговорил с Наланем. Как я и говорил. Через пару дней мы отправимся на заставу Джен Нань. Чтобы ты перешла в храм ассасинов. Поэтому эти дни можешь просто отдыхать. Навыки рыцаря тебе мало понадобятся для того, чтобы быть ассасином.       Душа Ли Вэй затрепетала. Это было так волнительно. Совсем скоро она станет ассасином. Будет заниматься именно тем, что она хочет. — Я отправлюсь с тобой на заставу. Побуду с тобой там какое-то время, пока тебя не примут, пока ты не обустроишься. Но потом мне придётся вернуться сюда. — Ты сам говорил о том, что мы можем поддерживать связь письмами. — Я буду безумно скучать по тебе. Но если это нужно для того, чтобы ты была счастливой, то я согласен на такой шаг.       Ли Вэй была уставшей. Тот факт, что она не спала всю ночь, давал о себе знать. Девочка ползала всё ниже. Теперь её голова была уже не на груди к Хуа, а на его коленях. В конце концов, так она и уснула. Е Хуа гладил её по волосам. Это были последние мгновения, когда он мог насладиться подобными мгновениями.       Когда прошло какое-то время и мужчина был уверен, что Ли Вэй точно спит, он осторожно встал на ноги, чтобы не разбудить дочь, и взял её на руки. Ему предстояло отнести её в её комнату. Чтобы она досыпала там, а не на холодном полу библиотеки.       Е Хуа донёс Ли Вэй до её комнаты и уложил её в кровать, накрыв затем одеялом, чтобы та не замёрзла. Ли Вэй вздохнула, но продолжала спать. Е Хуа несколько секунд смотрел на дочь. Затем ушёл, закрыв за собой дверь. Может быть, теперь и ему удастся хотя бы немного поспать. Поэтому он направился к себе.

***

      Ли Вэй знала о том, что Ли Синь проводит много времени с Хао Ченем. Гораздо больше времени, чем с ней. Но Ли Вэй очень хотелось рассказать подруге о блин, что она вот-вот отправится в храм ассасинов. Хотелось, в конце концов, просто предупредить Ли Синь, чтобы не получилось так, что Ли Вэй уже уехала из Святого города, а красноволосая узнаёт об этом лишь через какое-то время от посторонних людей. И Ли Вэй мешал это сделать как раз именно Хао Чень.       Ли Вэй всё думала о том, как рассказать об этом Ли Синь. Может, если не получится рассказать об этом собственными устами, то получится хотя бы записку написать? Ли Вэй нашла пергамент и перо, которым можно было бы написать пару строк, которые на самом деле будут не парой.       В письме Ли Вэй рассказала всё. Что она уходит из храма рыцарей и отправляется в храм ассасинов. Что отец рассказал ей всю правду о том, что она приёмная. Что теперь Ли Вэй не сможет видеться с Ли Синь из-за того, что теперь будет жить на заставе Джен Нань. Ли Вэй также написала о том, что Ли Синь была для неё самой настоящий подругой. Как ей нравилось проводить время с ней. Как ей нравилась её поддержка. Как жаль, что теперь всего этого не будет.       Если Ли Вэй не встретит Ли Синь перед тем, как уедет, но она хотела оставить это некое письмо прямо под дверью комнаты красноволосой. Чтобы та точно её увидела и прочитала. — Ли Вэй, — Е Хуа зашёл к дочери. — Уже завтра мы отправляемся на заставу. Нужно собрать вещи. В особенности твои.       Прямо перед Ли Вэй появилась большая сумка. Именно сюда будут сложены все её вещи, которые она возьмёт с собой на перевал. По большей части, конечно, это будет одежда. Всё остальное по большей части будет по мелочи.       Вещей на деле оказалось не так уж и мало, как оказалось на первый взгляд. Е Хуа помог Ли Вэй всё упаковать. Сумка была тяжёлой. Но использование манны очень сильно упростит задачу. Сумку не придётся нести в руках. По щелчку пальцев она исчезнет. Это же действие позволит вернуть её обратно. — Переживаешь? — спросил Е Хуа, закрывая сумку с вещами Ли Вэй и отодвигая её в сторону, чтобы она не мешала. — Только если немного. Что, если меня не примут? — Сомневаюсь, что тебе так сразу откажут. Для начала тебя испытают. Чтобы понять, насколько хорошо ты можешь отучаться. И только потом уже будут решать оставлять тебя или нет. К тому же, в храме ассасинов не так уж и много людей. По крайней мере, относительно того же храма рыцарей. Поэтому люди им всегда нужны. — Наверное, и там у меня будет учитель. Человек, который будет меня тренировать прямо как ты. Интересно, насколько строгим он будет… — Строгость — это в первую очередь дисциплина. Чем строже будет учитель, тем больше вероятность, что ты действительно чему-то научишься. — Но ты ведь добрый учитель. И я чему-то у тебя научилась. Разве не так? — Тебе просто кажется.       Ли Вэй всё больше не находила себе места. В какой-то момент она начала интересоваться не только тем, как всё будет в храме ассасинов, но и тем, как выглядит перевал охоты на демонов. Она раньше никогда не была но на одной из застав. Всю жизнь она была в Святом городе и не покидала его пределов. Насколько сильно отличалась застава от Святого города? Будет ли хуже жизнь там, чем жизнь здесь? — Но, — Е Хуа вывел руку из-за спины. В руке его находился пакет, — Я принёс тебе то, что ты очень любишь.       В пакете было несколько тех самых рыбных булочек, которые Ли Вэй очень любила. Глаза девочки округлились. Она была очень рада такому подарку. Но и одновременно с этим ей было стыдно. Денег у Е Хуа было её так много. В первую очередь нужно было тратить их на то, что действительно нужно. — Пап, ну что ты?.. Мне неудобно. — Я хочу сделать тебе приятно, — мужчина вручил дочери пакет. — Пока мы не разошлись с тобой. Когда ты ещё сможешь их поесть, если будешь жить на заставе?       В глазах Ли Вэй читалась искренняя радость. Человек, что стоял перед ней, — это самый настоящий герой.