«Обещание спасения»

Рассвет на отдалённом морем острове разворачивается неторопливо, словно природа сознательно растягивает каждое мгновение. Сначала на горизонте появляется едва заметная светлая полоска - она медленно расширяется, вытесняя тёмно‑синие ночные тона бледной лазурью. Постепенно небо раскрашивается в сложные оттенки: у самой кромки воды - нежно‑розовый, выше - персиковый, а ещё выше - прозрачный лимонно‑жёлтый, перетекающий в чистое голубое полотно. Солнце, ещё невысоко над морем, посылает первые лучи, которые пронизывают лёгкую утреннюю дымку, создавая мерцающие столбы света над волнами. Море в этот час особенно тихо: едва заметные волны с мягким шуршанием накатывают на берег, оставляя после себя кружевную пену и мокрые блики на песке. Воздух насыщен солёным ароматом морской воды, смешанным с терпким запахом водорослей и свежестью приближающегося дня. В бухтах, защищённых скалистыми мысами, вода особенно спокойна - она отражает небо, словно огромное зеркало, в котором плывут первые облака, похожие на пушистые перья. В небольшой деревушке, уютно расположившейся в долине между лесистыми холмами, жизнь пробуждается постепенно. Сначала раздаётся скрип деревянной калитки - это старенький кот‑рыбак выходит проверить снасти, сложенные у крыльца. Он неторопливо закуривает трубку, и тонкий дымок смешивается с паром, поднимающимся от свежезаваренного чая в глиняном кувшине. Через несколько минут из трубы ближайшего дома вырывается первый клуб дыма - хозяйка растопила печь, чтобы испечь лепёшки на завтрак. Аромат горячей выпечки разносится по узкой улочке, переплетаясь с запахом кофе, который варят в медных турках. Дома в деревушке построены из светлого дерева и камня, их крыши покрыты черепицей или соломой. Некоторые жилища украшены резными наличниками и цветочными ящиками, где уже распустились утренние петунии и бархатцы. Между домами вьются узкие тропинки, вымощенные гладким булыжником, а возле заборов растут кусты жасмина и розмарина, наполняющие воздух тонким ароматом. Лес, окружающий деревню, оживает с первыми лучами солнца. Сначала слышится осторожное щебетание зарянок и синиц, затем к ним присоединяются более звонкие трели дроздов и иволг. Листва дубов, буков и вечнозелёных кедров шелестит под лёгким ветром, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь кроны, рисуют на земле причудливую мозаику из света и тени. В подлеске шуршат ежи и зайцы, спешащие укрыться до полного рассвета, а где‑то вдали раздаётся стук дятла, методично обследующего старое дерево. Воздух в лесу насыщен запахами влажной земли, мха и цветущих трав. Между деревьями вьются узкие тропы, ведущие к горным ручьям, чьи хрустальные струи звенят, перекатываясь по гладким камням. В небольших заводях отражается небо, а на берегах растут папоротники и дикие орхидеи, распускающие нежные цветы. Пляжи острова простираются на многие километры, сменяя друг друга: то белоснежные, словно рассыпанная соль, то золотистые, то даже тёмные, вулканического происхождения. Утром песок ещё прохладный, но уже через час начнёт нагреваться под солнечными лучами. На берегу видны следы ночных обитателей — замысловатые узоры, оставленные крабами, и редкие отпечатки лап диких кошек. Волны ласково омывают берег, принося с собой ракушки, кусочки кораллов и блестящие камешки. В некоторых местах вода настолько прозрачна, что можно разглядеть стайки мелких рыб, снующих между водорослями. В дальней части острова величественно возвышается вулкан. Его склоны, покрытые редкой растительностью, окутаны лёгкой дымкой, а из трещин в скалах изредка вырываются струйки пара, напоминая о скрытой мощи. Утренний свет подчёркивает его суровую красоту: тёмные лавовые потоки, контрастирующие с изумрудными пятнами лесов, и вершину, теряющуюся в облаках. У подножия вулкана дымятся небольшие горячие источники, над которыми клубится пар, а в воздухе чувствуется лёгкий запах серы, смешивающийся с ароматами горных трав. Жители деревушки начинают день с привычных дел. Рыбаки несут корзины к лодке, проверяя сети, в которых уже может трепетать утренний улов - серебристые сардины и крупные окуни. Женщины выносят на порог корзины с фруктами: сочными манго, ананасами и папайей, собранными в садах за домами. Дети, ещё сонные, но весёлые, бегут к воде, чтобы окунуться в прохладные волны, их смех разносится по берегу. Собаки лениво потягиваются на солнце, наблюдая за суетой, а коты уже исследуют окрестности в поисках завтрака. Над островом разливается звонкая тишина, нарушаемая лишь природными звуками: плеском воды, пением птиц, шорохом листвы и отдалённым гулом океана. Воздух наполнен свежестью и ожиданием - это утро словно обещает новый день, полный простых радостей: купаний в тёплых лагунах, прогулок по лесным тропам, сбора плодов и вечерних посиделок у костра под звёздным небом. Каждый миг здесь пропитан ощущением уединения и гармонии с природой, будто время замедлило свой бег, позволяя насладиться каждым вдохом этого райского уголка. Если бы не одно режущее “но”. Утреннее солнце заливало прибрежную деревню ослепительно‑яркими лучами, но идиллию внезапно разорвал металлический скрежет. В небе, из-за высоких пальм, появилась массивная летающая машина доктора Эггмана. Его лицо искажено злобой: глаза горят фанатичным огнём, губы сжаты в жёсткую линию, а пальцы судорожно сжимают рычаги управления, пытаясь контролировать собственный аппарат. Он уже несколько часов гоняется за Соником, и сегодня твёрдо намерен уничтожить синего ежа любой ценой. Соник же, с расслабленной и беззаботной улыбкой появляется словно из ниоткуда, представляя собой стремительную голубую вспышку, прорезающую воздух. Эггман рычит от ярости и с размаху бьёт по красной кнопке: из бортов его аппарата с пронзительным шипением вылетают лазерные снаряды. Но Соник уже в движении - он кувыркается, делает резкий вираж, скользит по крышам домов, оставляя за собой лишь размытый след. Лазеры врезаются в пустые бочки, в стену амбара, в старый деревянный столб - везде, где только что был Соник, но нигде - где он есть сейчас. — Замри синяя крыса! И дай мне наконец тебя поймать! — орёт Эггман, разворачивая машину и выпуская сеть из сверхпрочных нитей с титановым напылением. Сеть летит точно в цель, но Соник в последний момент подпрыгивает, кувыркается в воздухе и приземляется на край крыши. Сеть наматывается на телеграфный столб, разрывая провода с оглушительным треском. — Ха, тебе бы над точностью поработать, Эгги. — Глупое прозвище для великого, по его сугубо личному мнению ученого, звучало хуже любой шутки или насмешки. Его ладони беспорядочно начали нажимать по десяткам сияющих кнопок, выпуская бесчисленное количество лазерных лучей и взрывоопасных снарядов, в надежде попасть хоть одной из них в назойливое синее существо. Внизу начиналась суета: жители деревни в панике разбегались, кто‑то кричал, дети прятались за заборами и деревянными коробками на небольшом рынке. Соник замечает, как маленький поросёнок в панике мечется посреди улицы - прямо на пути летящей машины Эггмана. Не раздумывая, ёж срывается с места, в мгновение ока оказывается рядом, подхватывает малыша и мягко опускает его в кусты. — Эй, Эггман! Ты что, не видишь, куда летишь?! Видимо тебе ещё и над полетом нужно потренироваться! Возраст сказывается! — кричит Соник, ухмыляясь и демонстрируя безупречные белые зубы. — Да как ты смеешь.. И где твоё уважение?! Я единственный и неповторимый, а тебя и на запчасти разобрать не жалко! Так что будь добр замереть и позволить этому свершиться! — Эггман свирепеет. Его пальцы в перчатках судорожно нажимают на панель - он запускает сразу три ракеты с самонаведением, целясь в ежа. Соник ловко уворачивается, используя окружающую среду как трамплин: прыгает на телегу с арбузами, те разлетаются во все стороны, оставляя сочные брызги, от неё - на забор, затем на крышу колодца. Ракеты врезаются в пустое поле, поднимая клубы пыли и комья земли, а также оставляя глубокие воронки с оплавленными краями. Тем временем Эггман замечает группу стариков, стоящих у колодца, и решает использовать их как приманку. Его машина опускается ниже, из люка выдвигается механическая рука с когтистыми захватами, хватающая одного из жителей за плечо. — Хей! Не по правилам играешь! Немедленно отпусти его! — Соник мгновенно меняет траекторию, мчится прямо к машине. Он прыгает, цепляется за крыло, скользит по обшивке, затем резко отталкивается и бьёт ногой по панели управления. Машина дёргается, механическая рука разжимается, старик падает, но Соник успевает подхватить его и мягко опустить на землю. — Спасибо, сынок.. — хрипит старик, дрожащими руками поправляя шляпу и тяжело дыша. — Не за что! — подмигивает Соник, поправляя свою любимую коричневую бандану на шее, снова устремляясь в погоню, оставляя за собой лёгкий вихрь из опавших листьев. Два небольших робота красного желтого цвета, с округлой и квадратной формой головы, шатает из стороны в стороны, ударяя металлическими корпусами о края закругленного летучего аппарата. — Д-доктор Эггман, может нам лучше отступить? Как будто бы сегодня захватит деревню уже не получится! — Сквозь неуправляемые покатывания пытался убедить доктора Орбот, взывая к здравому смыслу. — Я с ним согласен! Команда Соника уничтожила почти всех наших роботов! Ещё немного и мы разделим с ними судьбу! — Ловя руками металлического собрата, уверял Кьюбот, вместе с тем вжимаясь в одну из округлых стенок Эгг мобиля. Но доктор не слушал. Эггман был в бешенстве. Очередное нападение готовое закончиться неудачей, оставляя после себя лишь груды бесполезного металлолома, которые ему придется вновь собрать, чтобы придумать что-то очередное, что-то такое же бесполезное. Нет. На этот раз, он так просто не отступит. У него до сих пор есть козырь в рукаве, о котором ни знает никто. Нужно лишь выждать хороший момент. Он активирует режим «Шквал» – из корпуса машины вырываются десятки лазерных лучей, хаотично стреляя во все стороны. Деревья трескаются с громким хрустом, заборы рушатся, черепица с крыш осыпается вниз. Но Соник словно танцует среди огня: он скользит, перекатывается, прыгает с одного разрушающегося объекта на другой, каждый раз оказываясь на шаг впереди смерти. Его движения точны и грациозны - он будто играет с судьбой, насмехаясь над тщетными попытками Эггмана его поймать. Позади него виднеется едва поспевающая, но с усердием рвущаяся в бой команда. Это были его друзья, которые, как всегда защищали его тыл и жителей вокруг, разбираясь с разнообразием роботов и позволяя Сонику самому не отвлекаться на защиту других, спокойно продолжая уклоняться. Вот Наклз врывается в толпу роботов-скорпионов и демонстрируя свои мышцы, наперерез с сильными способностями, бьет шипастым кулаком по земле, пускай алую волну света, не разбивающую асфальт, но отталкивающую и разрушающую на отдельные микросхемы всех роботов, освобождая путь для маневра остальных. Как только путь на главную улицу был расчищен, из-за красных обломков вылетает деревянный бумеранг, летя на искось и снося робо-шары. Следом за ним, летит большой розо-желтый металлический молот “Пико-Пико”, не оставляющий врагам и шанса на побег. Они разрезают десятки проводов, заставляя машины искрить и оставляют глубокие смертельные вмятины, откидывая стальные шары в кучу уже скопившегося в ходе битвы “металлолома” — Эми, я же говорила, что бросать его будет хорошей идеей. Так никто с обычной скоростью не успеет среагировать. — Ухмыляясь своей маленькой победе Стикс - молодая барсучиха, возвращая свой бумеранг, застрявший в макушке робота. — И оказалась права. Только не думаю, что мне каждый раз получится использовать этот прием.. Если рядом будут мирные жители то могут пораниться.. А я не могу возвращать Пико так же, как ты бумеранг. — Парировала розовая ежиха, так же доставая любимый молот из обломков, словно тот вовсе ничего не весил. — И этот прием явно не сравниться с тем, что я научилась делать лучше всего. Крушить одним ударом! — Оскалившись, она с новым порывом обхватила ладонями широкую деревянную рукоять, замахиваясь молотом над головой и нанося смертельный удар по ехавшему в её сторону баднику, превращая того в сложившейся кусок железа и пуская розовую энергию по земле. Но сражение в центре деревни, было в самом разгаре. Наконец, устав от бесполезной стрельбы, Эггман решает пойти ва‑банк. Он нажимает пару кнопок на своем пульте и из-за деревянных домов, по команде, выезжает небольшой робот, держащий в длинных руках крупную металлическую пушку, которая начала сверкать, накапливая внутри безумное количество энергии. Он подкинул ту, размещая на краю эгмобиля и сам доктор, вставая за её штурвал, направляет машину рычажками прямо на центральную площадь, собираясь снести её к чертям, лишь бы поймать этого надоедливого ежа. Но Соник опережает его: он разгоняется до сверхзвуковой скорости, врезается в корпус машины, пробивает дыру и вырывает главный энергокристалл. Машина Эггмана глохнет, с оглушительным грохотом падает внутрь его летающего аппарата, смещая равновесие и обрушивая тот вниз, прижимая к земле, со всеми пассажирами внутри. Поднимается облако пыли. От пушки исходят прощальные пара искорок. Доктор вылезает из обломков, весь в саже, с перекошенным от злости лицом. Его очки треснули, а манжеты халата обгорели. — Ты… ты… — хрипит Эгман, сжимая кулаки так, что вены на руках вздуваются. — Что, опять не вышло? — Соник стоит на крыше ближайшего дома, весело помахивая энерго кристаллом. Его иголки слегка потрепаны, но взгляд по‑прежнему полон задора. — Может, в следующий раз попробуешь не воровать кристаллы, а самому создавать? Ты же считаешь самого себя «гениальным ученым», даже без докторской степени. — Прищурив взгляд, ежик сделал пальцами кавычки, а после не скрывая своего к нему отношения, искренне рассмеялся, заводя ладонь за иглы. Эггман рычит, пинает обломок своей машины, выкидывая несостоявшийся смертельный луч и, бормоча проклятия сквозь стиснутые зубы, забирается в мобил, запуская аварийный модуль. С визгом механизм взлетает и исчезает за горизонтом, оставляя после себя лишь шлейф чёрного дыма. Соник спрыгивает с крыши на землю, озорно подмигивая собравшимся жителям. К нему, из своего укрытия - маленького магазинчика овощей, выходит знакомое лицо, стряхивая с пиджака зеленый лепесток салата. Это был мэр деревни, названной не так давно Ежиной - маленькая крыса, в белом костюме и высокой цилиндрической шляпке. — Кажется, это принадлежит вам? — С улыбкой, он протягивает сверкающий голубой кристалл в маленькие розовые лапки. — Спасибо тебе Соник. Твоя команда, как всегда отлично справилась со спасением нашей деревни от коварных планов доктора Эггмана. Пускай и не в первые.. Но все мы все равно вам благодарны. — Он приподнял рукой шляпу на макушке, в благодарном жесте и прижимая к груди энергетический кристалл, который до этого подпитывал всю деревню, но недавно был украден, скрылся, направляясь в обратно в мэрию. — Вот не мог он украсть его чуть позже? Я даже завтрак приготовить не успела.. — Держась за недовольно урчащий желудок, девушка перешагнула дымящихся роботов. — А я могу неделями не есть. Таков суровый закон лесных охотниц. — Пожала плечами Стикс. — Правда, так завещала моя бабушка.. А я все равно не откажусь перед этим наесться до отвала, чтобы скопить живительный жирочек.. — Её уголки губ растянулись в улыбке и она погладила свой оголенный живот, довольно выдыхая. Ежиха на это лишь закатила глаза, улыбнувшись и покачав головой. — А где Тейлз? Я думал, что он присоединится к нам.. Разве он не доделал ещё свой самолет? — Подключился к беседе Наклз, поднимая один из крупных обломков и откидывая тот поближе к той же горе мусора. — Неа.. Он из мастерской уже несколько суток не выходит.. Было бы удивительно, если бы ради парочки роботов Эггмана, он покинул её стены. — Задумчиво произнесла Эми, помогая одному из залезших на столб мальчиков, в попытке спрятаться от роботов, спуститься вниз. — К тому же.. Его мастерская не связана с сетью энергетического кристалла деревни, так что он даже не заметил, что с самого утра нету света. — Тьфу.. Технологии.. Трата времени, сил и нервов. Вот когда однажды к нам придут другие народы, желающие захватить ваши изобретения, не говорите, что я не предупреждала. — Фыркнула барсучиха, на что Эми уже не в первый раз вздохнула. Её подруга никогда не любила технологии, но её желание превратить даже самую крошечную вещь, выбившуюся из её привычного понимания жизни, во что то опасное для всего Мобиуса, иногда превышало любой здравый смысл. А самое интересное, что переубедить её было практически невозможно. Эми была дорога их дружба, поэтому она сама время от времени проникалась её идеями, слушая замудренные рассказы о иноземных захватчиках с другой планеты и наблюдая за тем, как Стикс строит к их приезду ловушки. Деревня постепенно начала оживать, возвращаясь на круги своя. Благодаря энергии кристалла появился свет в домах, а из окон вот-вот готов начать струиться бархатный запах свежей выпечки. Жители выходят из укрытий, смеются, благодарят ежа. Дети показывают пальцами на обломки машины, бегая вокруг них и забирая себе интересные детали, а старики качают головами, обсуждая произошедшее. Соник довольный своей очередной победой проходит вдоль одной из улиц. Заметив в её начале своих друзей, он с улыбкой им махнул, желая подойти ближе. Но едва Соник сделал несколько шагов по тропинке, вдали, из-за облаков послышался злобный смех. Эггман внезапно вернулся, но не один, в этот раз, следом за ним из-за воздушной небесной прослойки выныривает ещё один крупный робот, держа в своих руках оружие, напоминающее прошлое орудие, но больших размеров. Внутри него сверкает кусочек того кристалла, что так старательно отбирал у него синий еж. Эгмобиль продолжает искриться и дымиться, но это не останавливает доктора от злого и безумного замысла. Он поднимает руку, указывая пальцем в сторону Соника, тем самым отдавая приказ роботу - прицелиться. — На этот раз ты не сбежишь колючий уродец! — вопит Эггман и нажимает на одну из кнопок панели, выстреливая. — Соник, осторожно! — Замечая доктора раньше синего ёжика, только и успевает прокричать Эми, прежде чем энергетический луч ослепляет её и всех остальных, отбрасывая на дальнее расстояние. Яркий белый луч пронзает воздух с шипящим звуком, задевая и самого доктора, от чего тот отлетает в сторону. Соник пытается увернуться, но широкий лазер настигает его - вспышка ослепляет всех вокруг, а затем раздаётся оглушительный взрыв. Дома поблизости рассыпаются прахом, а на поверхности песчаной дороги образуется черный кратер. Клубы пыли и дыма поднимаются в воздух, скрывая ежа от десятка взволнованных взглядов. — СОНИК! — пронзительно кричит Эми, буквально вскакивая на ноги, когда замечает исходящий от места взрыва дым, без намека на жизнь в нём. Её розовое платье развивается, когда она со всех ног бежит к нему, покрытое слоем пылы и сажи, а в руках материализуются верный молот. — НЕТ! — вторит ей Наклз, отбрасывая с себя часть обрушившегося здания. Его глаза полны ужаса и страха за друга, а кулаки нервно сжимаются. — Наклз.. Помоги.. — Тихо, почти бесшумно, вымолвила из себя барсучиха, останавливая ехидну, желающего также подбежать на помощь ёжику. Он разворачивается и оценивает масштаб происходящего: Стикс прижало тяжелой и широкой деревянной балкой, пережимая той одну руку и всё туловище, от чего она беспомощно вытягивала лишь одну руку в его сторону, с мольбой о помощи в глазах. Рэйк глянул в сторону взрыва, куда бежала Эми и первым делом решил помочь ближайшей своей подруге. Подойдя, он приподнял балку одной рукой, второй помогая той вылезти из под неё. Тем временем в небе. Эгман схватился за рычаги управления, пытаясь остановить крутящийся мобиль и когда это наконец вышло, глянул вниз, замечая оставшийся от его выстрела кратор. — У меня получилось?.. У меня получилось! Я уничтожил Соника!! — Он залился безудержным смехом, прогнув спину, но сразу же болезненно простонал, схватившись за свой бок. — Ауч.. Не хило я тогда упал.. Но оно того стоило! Нужно маме-боту рассказать! О, и достать схемы парка аттракционов из дальней папки! Я так долго ждал этого момента! — Его транспорт, измученный сегодняшней вылазкой, еле-еле продолжал держаться в воздухе, изредка падая на пару метров, но послушно следовал обратно на базу. Его создатель, так и вовсе не обращал внимания на раздражительные поломки систем, из-за которых они назойливо пищали, и на ломку суставов с костями в теле, продолжая счастливо улыбаться и уже представлять, как начнет разрушать всю деревню до основания. Боль сильно стрельнула в плече. Но только когда подлечиться.. А потом обязательно покорит весь остров, ведь защищать его больше не кому. Эми, добежав до образовавшегося кратера, волнительно начинает всматриваться в клубы дыма. Её рука нервно сжимает молот, а глаза начинают слезится из-за скопившегося внутри страха и боли. Сердце неприятно сжималось, не в силах сделать спокойный удар, пока она не могла рассмотреть своего лучшего друга. Она надеялась на лучшее: что тот успел увернуться и просто, как обычно, прикалывается над ними. Прямо сейчас он выбежит из-за какого-нибудь дома и посмеется с того, на сколько она может быть сентиментальной. Но все надежды рушатся, как только дым развеивается и она замечает синюю игольчатую макушку, безжизненно лежащую прямо в середине кратера. Молот выпадает из её рук, с грохотом падая на землю - силы держать его, резко и безоговорочно исчезают. Эми делает один медленный шаг вперед. — С-соник?.. Нет.. Прошу тебя, скажи, что это твой очередной розыгрыш.. — Её нежный голос начинал дрожать, так же, как и руки, вытягивающиеся в его сторону. Ответа от него не последовало. Ежиха сделала ещё парочку шагов вперёд и оступившись, на коленях прокатилась по крутому склону, рвя на на них лиловые колготки, и падая в паре метрах от лежащего синего тела. — Соник.. Пожалуйста.. Я не смогу без тебя.. Вставай.. Умоляю.. — Её уши прижались к макушке, а по бюеушиствми бежевым щекам потекли горячий слезы, падающие на пыльную землю. Эми была не в силах даже придвинуться к нему ближе, словно растеряв последние силы. При одном взгляде на его тело: подпаленное и безжизненное, её ладони начинали сжимать под собой горстки земли, а взгляд замыливался из-за слез. Душа начала рваться на куски. Она столького ещё не сделала, столького ему ещё не сказала и во стольком не призналась, но теперь не будет и шанса. В густой тишине прозвучали первые всхлипы и словно отозвавшись на них, синие ушки дернулись на звук. Синий ежик болезненно простонал, приподнимаясь на локтях и первое что он увидел - это женское счастливое и заплаканное лицо. Эми затаила дыхание. С губ слетел облегченный выдох, словно тяжелый камень упал с её плеч. Она тут потянула к нему ладони. — Соник не шевелись! Я-я сейчас позову на помощь. Все будет хорошо! — Пытаясь его остановить, она выставляла перед ним ладони, стараясь и себя убедить в том, что все самое страшное позади. Продолжая заикаться и дрожать телом, от бешеного количества эмоций, перепадающих от отчаяние в счастье, и от боли в растерзанных коленях и мышцах в теле, она смотрела в такие родные изумрудные глаза, которые смотрели на неё в ответ и чувствовала, как тепло приятно расползается по телу. Он жив. Теперь все будет хорошо. Соник тяжело открыл один глаз, затем второй и пригнув одно ухо, посмотрел на девушку перед собой, стараясь сфокусировать взгляд. — Эми?.. — Прозвучало хрипло и крайне неуверенно. Он не слышал того, что она говорила, лишь смотрел на округлую и миловидную мордочку, эмоции на которой бьют чуть ли не через край. Сил внутри не было, думать не хотелось, но что-то в его глазах блеснуло теплотой. Он сделал последний рывок, на который ему хватало воли и сил внутри, раздвигая своей рукой её ладони и присев на колени, бессильно рухнул вперед. Его макушка упала на женские бедра, а руки сами обхватили розовое платьице за талию, обнимая. — Эми… — Уже на выдохе произнес синий, более расслабленно и даже как то счастливо. Он прижался головой к её животу и в эту же секунду его тело обмякло. Зеленые глаза закрылись, а руки на чужой спине расслабились. Эми не ожидавшая подобного, замерла, боясь сделать лишнее движение. Её щеки густо покраснели, а руки зависли над ежом, стараясь не касаться. Тот, кто всегда убегал от неё, никогда не говорил прямо, что нуждается в ней, сейчас прижимался к её телу, как к последнему спасательному кругу на утопающем корабле, явно радуясь тому, что из всех, при пробуждении, встретил именно её. Девушка судорожно вздохнула, почувствовав, что тот расслабился и положила свою ладонь к нему на макушку, нежно огладив пыльные иглы. — Все будет хорошо Соник.. Мы с Тейлзом о тебе позаботимся, и уже скоро, ты будешь как новенький.. — Её губы тронула улыбка, когда на её слова, из чужого носа послышалось тихое, усталое сопение. Случившееся явно заставило девушку взглянуть на свою жизнь под другим углом. Теперь она станет более внимательно относиться даже к самым незначительным мелочам, ведь страх того, что даже такой сильный и смелый герой, как Соник, может погибнуть, теперь находиться ближе, чем казалось, крича о себе во все услышание.