late dinner.

Ночь. Тёмное небо, что позволяло звездам и луне притягательно сиять, манило таинственностью и романтикой. Было бы прекрасно понаблюдать за падением звезд со своей второй половинкой, слушая глухую тишину города с успокаивающим пением сверчков, которые отдавались своему любимому занятию полностью, жертвуя своим сном ради создания такой невероятной атмосферы. Но сном сейчас жертвуют не только сверчки, но и Минджи. К сожалению, не по причине разделения незабываемых моментов с возлюбленной, а по причине её ожидания. Ожидания смешанным с трепетом, волнением, злостью и отчаянием. Её девушка, Юхён, неприлично задерживается со своего шоппинга. Минджи не из тех, кто будет поднимать тревогу лишь из-за опоздания. Нет. Просто Юхён, черт её побери, не берет трубку уже который раз. Может одиннадцатый? Или пятнадцатый раз? Брюнетка понятия не имеет. Она и не считала вовсе. Да тут считать и не надо для того, чтобы тысячу раз вскипеть и потом еще тысячу раз остыть, придумывая разные отговорки и оправдания для своей второй половинки. И вроде бы и ничего страшного, ну пришла поздно и ладно. Главное, что вообще вернулась. Но, у них были совсем другие обстоятельства, которые полностью оправдывают злость и напряжение до боли в челюсти и кулаках старшей. Минджи в последнее время старается усердно работать для повышения, а поэтому стала часто задерживаться на работе, полностью отдавая свои силы и время для общего благополучия девушек. Ведь два месяца назад младшую скоропостижно уволили. Почему? Здесь кроются две причины. Первая причина является одной из самых любимых черт старшей, в то же время и проклятьем младшей Ким — это её неумолимая неуклюжесть. Минджи это всегда умиляло. То Юхён что-то уронит и сделает вид будто "так было задумано", то сгорит у неё что-то при готовке, то опрокинет на себя что-нибудь. И всегда смеётся. Словно ребёнок. — Всегда жизнерадостная, — часто прилетает в голову брюнетки. Сразу хочется позаботиться, пригреть и обнять,ощутить на себе те самые лучи позитива от её самого яркого и тёплого солнышка, которое сияет по сей день только для неё и лишь для неё. Вторая причина — босс со взрывным характером. Как Юхён удалось со своим "везением" и таким вспыльчивым начальником столь так долго продержаться на работе? Одному богу известно. Но похоже, что у такого "везения" есть свой лимит и в тот злосчастный день шкала "везения" сказала: "Пока", потому что рамки этой "шкалы" были тут же разбиты вдребезги как и старая коллекционная ваза в кабинете шефа. После такого не трудно догадаться какой новый статус приобрела младшая. Точнее сказать — какой потеряла. Но это не так уж и страшно. Наверно. Ведь обе девушки имели работу, поэтому в голоде и холоде они точно не умрут. Просто их запланированная поездка в Тайланд слегка перенесется. Из-за такого "трудолюбия" брюнетки, все что девушки успевают сделать вместе , так это тепло обнявшись засыпать друг с другом, а на утро нехотя расставаться нежными поцелуями в щеку и пожеланиями удачного дня на работе от младшей Ким. Именно поэтому они заранее договорились устроить совместный вечер с ужином, фильмом и даже возможно с приятным продолжением ночью. Старшая Ким не знает как у Юхён, но, на последнее она рассчитывала точно. И что в итоге? Эта мадемуазель ушла в закат и не отвечает на звонки. А как же вечер который они так старательно планировали? — К чёрту всё, — пронеслось в голове у Минджи. Но её тоже можно понять, все таки пол второго ночи, а Юхён все так и не объявилась. Стейки, которые заказала брюнетка уже остыли, свечи, что были пропитаны вишневыми отдушками уже были потушены от сквозняка, который был создан самой девушкой для спокойствия и от недостатка кислорода, а вино, которое было разлито в два бокала уже потихоньку испарялось и смешивалось с напряжением и обидой, что витали в воздухе вокруг старшей. Как вдруг внезапно в коридоре слышатся манипуляции с замочной скважиной. — О, вернулась, — с облегчением подумала Минджи. Но тут же нахмурив брови, она снова вернулась в свой прежний вид, сдерживая свою улыбку при виде своей возлюбленной. Младшая Ким как ни в чем ни бывало появилась в коридоре, — А чего это ты не встречаешь как обычно? — улыбнувшись, спросила шатенка, после чего её след простыл в направлении их спальни. Минджи была одновременно шокирована и возмущена. Как это так? Не брала трубки, опоздала, пришла поздно, так ещё и лыбится. Даже не извинилась. Как это понимать? Гнев старшей можно было почувствовать зайдя на кухню. Но, шатенка уже вовсю хозяйничала в их общем шкафу, на своих полках, параллельно шурша пакетами и складывая в шкаф новую одежду, поэтому и ярость своей девушки ей удалось избежать. Хотя страх присутствовал. Минджи всё ещё на кухне и за все это время она не произнесла ни слова. Дело дрянь, Ким Юхён. Похоже, что перенос их свидания явно не понравился старшей. Вот чёрт. Но благо, шатенка всегда умела выкручиваться из таких ситуаций.

***

Юхён нет уже где-то десять минут. За это время старшая уже успела отойти, как вдруг в коридоре появляется вытянутый, фигуристый силуэт от которого у Минджи чуть ли не падает челюсть. Её самообладание едва не подвело её, но, она сдержалась, чтобы не наброситься на свою девушку, как голодная лиса на беззащитную жертву. Но, беззащитной, на удивление, тут была только брюнетка. Потому что она явно не сможет устоять перед чарами своей возлюбленной и простит ей все, лишь бы Юхён дала возможность прикоснуться к ней. Особенно когда младшая выглядит так. Сквозь приглушенный теплый свет, что исходил из кухни, можно было увидеть изящную, пластичную тень, которая неприлично позволяла увидеть её каждый изгиб и так и норовила нафантазировать о себе много чего интересного, поддаться наконец своим внутренним искушениям, что так упрямо рвались выйти наружу. Минджи уже готова наброситься. Её ярость смешанная с внезапной похотью даёт о себе знать в виде сжатых до боли кулаков в её скрещенных от обиды руках. Она незаметно сглатывает слюну когда видит как её провинившаяся "кошка" грациозно и уверенно направляется в её сторону, освобождаясь от оков тьмы и позволяя разглядеть весь "стыд и срам" что был надет на ней. Одеждой это тяжело было назвать. Никто бы не осмелился выйти в таком на улицу: либо осудят и пристыдят, либо придётся терпеть нежелательные взгляды извращенцев, что ещё хуже для самих извращенцев. Ведь если Минджи заметит, что на её девушку кто-то пялится или не дай бог, скажет что-то непристойное, она церемониться не будет — сразу натянет глаз на одно место. А чего стыдного-то? Да ничего. Просто обычная чёрная мини-юбка, что ни хрена не прикрывала упругие и стройные бёдра, которые слегка сдавливались под алыми, как губы младшей Ким, кружевными чулками с бретельками, заставляющими беспардонно, не отрываясь, смотреть на них. Но оторваться от столь длинных и стройных ног пришлось. Пришлось лишь потому, что внимание брюнетки привлекло что-то нечто подобное и в то же время ничуть не проигрывающее первому. Старшая Ким чуть ли не заорала на весь жилой дом, в котором они жили. Но, на благо соседей, Минджи контролировала свои порывы эмоций, стискивая свои зубы и стараясь вот-вот не заскулить от увиденного. А увидела она сейчас достаточно, чтобы рассыпаться на миллионы тысяч атомов и разорваться на ещё более мелкие частички. Перед глазами брюнетки разлились все масляные краски на холст по имени Ким Юхён, который без стыда и совести плавно приближался к ней в таком сногшибательном виде. Помимо сюрприза в виде чулков и мини-юбки, Минджи поджидало ещё и это смертоносное оружие, которое, вероятнее всего, спасёт Юхён в этот вечер. Если Северная Корея держит в страхе весь мир своей атомной бомбой, то Южная, в свою очередь, ничуть не сдаёт позиции. Ведь младшая ещё ничего не сделала, а Минджи уже превратилась в несчастную кучку атомов. А если без шуток, шатенка знала и не прогадала. Это определённо победа без проигрыша с двух сторон. Минджи будто кто-то ударил в солнечное сплетение, заставляя сдержать свое сбитое от вожделения дыхание. Эта чертовка Ким Юхён напялила на себя блядский чёрный топ, который даже и не пытался скрыть зону декольте, из которой, не стесняясь торчали кружева ее нового нижнего белья с вызывающим до невыносимости пуш-апом. До её оголенных, бледных и изящных ключиц еле-еле доставали короткие каштановые волосы, которые верно держали её укладку. На шее красовался кожаный ошейник-чокер, заметно двигающийся, когда его хозяйка сглатывала слюну или делала пленящие вздохи. Сказать, что Минджи ахуела — ничего не сказать. Стоит отдать ей должное за выдержку. Не каждый так сможет. Да и слава богу, что не каждому полагается увидеть Юхён в таком виде. Эта мысль ещё больше сводила с ума старшую Ким до такой степени, что она уже добровольно впечаталась в стул, чтобы хоть как-то сохранять рассудок. — Не скучала без меня?— заигрывающе спросила шатенка, потихоньку приближаясь к чёрному стеклянному столу. — Сама как думаешь? — холодно ответила старшая, стараясь держать на себе маску хладнокровия, которая вот-вот обзаведётся трещинами. — Надеюсь, что да, — продолжила свою актёрскую игру младшая, пытаясь скрыть внутреннее волнение. Её рука потянулась за бокалом вина для освобождения от тревоги. Минджи такой жест возмутил. Неужели она даже вину не чувствует? Ей плевать? Нет. Точно нет. Тогда как объяснить это поведение? Непонятно. Разговаривать на эту тему старшая сейчас точно не хочет. Ей срочно нужно куда-то выплеснуть свои накопившиеся эмоции. Пока это ограничивается лишь стискиванием зубов и хрустом её аккуратно-изящных пальцев. Не успела Минджи прийти в себя, как тут же на её бёдра в наглую усаживаются чужие, а длинные и тонкие руки окольцовывают её бледную шею слегка согревая. Похоже, что алкоголь, который пару секунд назад попал в организм Юхён, нужен был не только для успокоения, но и для смелости. Иначе по-другому эти действия не объяснить. Что ж, игра не по правилам. Тяжело будет сдержаться. Надо просто выстоять и не поддаться соблазнам. Да расплюнуть. Даже когда её любимая и невыносимо красивая девушка сидит на ней в таком сексуальном наряде и заглядывает ей прямо в глаза, поглаживая шею. Да, точно удастся себя обмануть в том, что сдержаться будет возможно. Ну, удачи, Ким Минджи. Юхён упрямо верила в себя и в свои чары. И не зря. Кажется, что Минджи уже давно обо всем позабыла, когда увидела младшую в столь опьяняющем образе. Перебив тишину, шатенка, заправив чужую прядь волос за ухо произносит, — Я немного задержалась, — после чего, резко приблизившись к уху брюнетки своими розовато-пухлыми губами, томно, с обжигающим выдохом прошёптывает, — Но я могу возместить ущерб за свое опоздание, — и, слегка кусая мочку своей девушки, расплывается в довольной улыбке. Всё, Ким Юхён, это определённо победа. Осталось лишь с удовольствием принять тот самый примиряющий поцелуй от своей злюки-девушки — и всё. Обиды и проблемы как рукой сняло. Но стоп. А почему это Минджи никак не реагирует? Обычно та сразу бросается на младшую, не сдерживая свои порывы страсти и привязанности. А тут и бровью не повела. Дело попахивает плохо. Похоже, что брюнетка сильно обижена и кажется, что кто-то будет неделю спать на диване в гостиной без обнимашек и поцелуев перед сном. Внезапно холодный, как иней, голос возвращает лёгкий страх в груди шатенки, — Немного? Ты серьёзно? Хмурое, без единого движения, белоснежное лицо Минджи не издало ни единой эмоции, что очень настораживало младшую Ким. Ведь ей явно не хочется делать больно своей возлюбленной. Но, кажется, уже поздно и старшая явно не захочет слушать какие-либо оправдания в свою сторону. Остаётся только надеяться, что диван в гостиной не будет таким же жёстким, как стальная выдержка Ким Минджи, которая вот-вот пойдёт по швам из-за такого невыносимо-горячего давления чужого тела на коленях брюнетки. — Ну не злись,— игриво протягивает шатенка, после чего, демонстративно закусив нижнюю губу продолжает, — Я могу заменить десертом наш остывший ужин, — льнет ближе бессовестно начав лёгкое трение бёдрами. Всё, Ким Минджи. Это конец. Пиши пропало. Это слишком заводит, чёрт возьми. Похоже, что сам дьявол был на стороне этой чертовки Ким Юхён. Потому что такое бешеное желание в глазах брюнетки разожглось явно не по-детски. — Блять! — запрокинув голову назад, чуть ли не вскрикнула младшая от неожиданности. На её ягодицах расположились тонкие и аккуратно-сложенные пальцы, которые беспощадно сжимали кожу, оставляя красно-багровые следы и притягивали к себе все ближе и ближе. Ну что сказать — у всех провокаций есть свои приятные или неприятные последствия. Но, в случае Юхён — и то и другое. Ведь постельные утехи этой парочки заводили в разные крайности, которые были приглушены либо рукой, либо губами брюнетки. Старшая Ким наконец позволила себе проявить малую часть своих скрытых желаний. И как только её взгляд пал на оголенную шею шатенки, на которой красовался ошейник, всё — эту хищную натуру уже было не остановить. Минджи тут же вцепилась зубами в шею девушки и не раздумывая о дальнейших последствиях, начала оставлять обжигающе-мокрые засосы цвета этих блядских чулков, которые до беспамятства заводили старшую. От чего Юхён была готова взвыть настолько громко, что несчастные соседи потом покраснели бы от смущения. Но, все же она находит силы для того, чтобы сдержаться и сохранить их с Минджи репутацию. — Ты в курсе, что я больше не смогу отпроситься? — произнесла старшая Ким, переходя зубами на торчащие ключицы, потихоньку выпуская свою накопленную злость смешанную с возбуждением. Юхён слегка мнётся с ответом, после чего хочет хотя бы что-то вымолвить в своё оправдание, но в её губы тут же вторгаются напористые губы брюнетки, которые впиваются без стеснения и пощады, нагло проталкивая язык, с удовольствием ощущающий на себе вкус только что выпитого вина. Помимо этого, удар на себя приняли и губы шатенки, которые добровольно сминались зубами старшей Ким, как малая толика расплаты за опоздание. Из кухни слышались неприлично мокрые почмокивания с долгим, протяжным мычанием от наслаждения, которое потихоньку смешивалось с приглушенными стонами. Как будто совсем скоро девушки больше не увидятся и напоследок решают отдаться друг другу полностью, жадно и без остановки смешиваясь в поцелуе. Всё, Ким Юхен, ты доигралась. Минджи, не отрываясь от губ своей девушки, крепко хватает ту за бёдра и резко встаёт, направляясь в их спальню с шатенкой на руках. Благо старшая делала так не раз, поэтому и натренировонность имеется. Дойдя на автомате до спальни, брюнетка чуть ли не падает на кровать вместе с младшей, но вовремя отстраняется, оставляя девушку лежать в полной темноте, задыхаясь от собственного напора и опираясь на локти. Не успела Юхён опомниться, как тут же в поле её зрения появляется снимающая свою черную, домашнюю футболку Минджи. Та только что включила теплый и приглушенный свет около двери. Футболка резко отлетает куда-то в сторону, к шуршащим пакетам с шопинга, а перед младшей красуется полуобнаженная брюнетка — лишь в чёрных брендовых шортах с белыми полосками. Минджи, конечно, выглядит не так "подготовлено", как младшая Ким, но она ничуть не проигрывает своей девушке в провокациях своим внешним видом. А вид действительно был шикарен. Глаза Юхён бегали по телу брюнетки, стараясь как можно дольше насмотреться на открытые плечи, упругую грудь и впалый живот, который двигался с каждым вздохом старшей. Невыносимо горячо — настолько, что Юхён уже не может просто так сидеть на месте и ждать. Ей хочется как можно быстрее ощутить тепло своей девушки и абсолютно без стыда облапать её везде, где только можно. Она резко делает рывок вперёд, чтобы встать, но вдруг строгий и твёрдый голос останавливает её: — Сядь на место. Похоже, что Минджи не забыла о своей обиде, и кто-то сегодня будет кричать не только от удовольствия. Что, впрочем, даже на руку младшей. Ей всегда нравилась такая доминантная Минджи — ну и мягкая Минджи, да вообще любая Минджи. Шатенке плевать на всё, главное, чтобы это была её любимая девушка. Юхён беспрекословно садится на кровать, после чего брюнетка делает шаг в её сторону. Взяв младшую за подбородок, направляет его вверх, для того чтобы заглянуть той в глаза. Длинные, аккуратные, тонкие пальцы расположились на линии профиля девушки. Большой палец старшей Ким слегка отодвинул нижнюю губу шатенки. — Открой рот, — приказала брюнетка. От чего младшая слегка неожидала, но без возражений, тушуясь, приоткрыла рот. — Какая послушная, — слегка гладит каштановые волосы другой рукой. От чего щёки Юхён покрылись румянцем. Но, не успев собраться с мыслями, шатенка чувствует, как средний и безымянный пальцы касаются её языка. Неожиданно для Минджи, младшая начинает аккуратно проходить языком по фалангам слегка обхватывая их губами. О чёрт, как это сексуально выглядит. Старшую не могло это не радовать. Её каменное лицо тут же сменилось на ехидную улыбку. — Хорошая девочка, — произносит Минджи попутно вытаскивая пальцы изо рта шатенки, которая только что чуть ли не подавилась. Но, благо, Минджи вовремя дала заднюю. — Раздевайся, — снова приказ, который Юхён просто не могла проигнорировать. И снова пакеты с шопинга ловят на себя удар. Только уже в виде падающего топа, затем лифчика, а потом уже и мини юбки младшей. — Блять,— пронеслась мысль в голове брюнетки. Перед её глазами — задыхающаяся Юхён с размазанной помадой на губах, в ошейнике, в одном нижнем белье и этих чёртовых алых чулках с поясом и бретельками. — Спиной ко мне, — все так же холодно промолвила Минджи. Льнет ближе, прислоняясь грудью к спине младшей, как только та повернулась и оперлась о белую простынь своими ладонями. Левая рука тут же накрыла грудь шатенки, правая же твёрдо уперлась в постель для опоры. Язык Минджи уже вовсю блуждал от линии шеи вдоль позвоночника, параллельно оставляя засосы багрового цвета, которые заставляли младшую тихо постанывать, вздрагивая от каждого прикосновения и ощущения рук на своей груди, что мягко сжимали кожу, потягивая за соски. Слегка отстранившись, брюнетка в спешке начинает расстегивать бретельки чулков от пояса, что мешал их безудержным утехам. Немного мучений — и готово. Уже и пояс полетел куда-то в сторону, но, на счастье пакетам, не в них, а в противоположный угол комнаты. Прислонившись вплотную своей грудью к спине младшей, брюнетка, ослабив свою хватку на груди младшей, начинает потихоньку скользить рукой все ниже и ниже, пересекая границу в виде резинки от нижнего белья. Прогнувшись в спине, Юхён, не сдерживаясь, выдыхает со стоном, как только худые и длинные пальцы, слегка массируя, касаются её меж ног. Какие крышесносные ощущения сейчас испытывает шатенка — описать невозможно. Такое можно только представить. Но эти фантазии даже рядом не стоят с тем, что происходит сейчас в животе у девушки. Как то самое чувство при взлете самолёта, поднятия на американских горках — с опаской упасть вниз и разбиться в дребезги. — Кому-то нравится слушаться, — почувствовав тёплую влагу на пальцах, обжигающе прошептала старшая Ким прямо в ухо шатенки, после чего, хочет слегка войти в ту, провоцируя. Но, упругая ткань нижнего белья сковывает движения рук брюнетки. Сегодня справедливость на стороне Минджи, поэтому та, без каких либо сожалений делает резкий рывок руками, разрывая на пополам черные кружева, которые тут же летят куда-то в сторону. Глаза Юхён чуть ей на лоб не полезли от такой бестактности. — Блять, Минджи! Они же новые! — с возмущением восклицает младшая. После чего, на всю комнату раздаётся звонкий шлепок, после которого последовал резкий от неожиданности стон шатенки. На её упругих ягодицах, словно выжженый огнём, красовался краснющий след в виде руки. Резко прислонившись сзади к дрожащей спине, Минджи, хватается за грудь младшей, на этот раз куда жёстче, чем прежде, после чего произносит, — Тебе кто-то разрешил тявкать? — жмёт рукой сильнее, — Я сейчас остановлюсь, и ты пойдешь мять диван в гостиной. Звучит жестоко, но у них часто были такие игры, и если бы Юхён это не устраивало, то она бы уже давно ушла. Но, та лишь послушно ожидала дальнейших действий от брюнетки. Схватив зубами белоснежную кожу плеча, старшая, внезапно без предупреждения проталкивает свои пальцы меж ног своей девушки, попутно скользя и растягивая стенки. От чего с губ Юхён срываются нарастающие стоны — такие же нарастающие, как неприличное похлюпывание ниже пояса шатенки, которое заставляло её сжимать бёдра и часто прогибаться в спине, извиваясь и слегка двигаясь навстречу пальцам брюнетки. Светлые, как молоко, плечи были окрашены багровыми пятнами с яркими следами от зубов, что не могло не радовать глаз Минджи, которая прямо сейчас без пощады и стыда ублажняла шатенку, усиливая темп руки навстречу бёдрам, по которым слегка стекала полупрозрачная жидкость. Последний толчок — и с криком Юхён прогибается в спине, падая вперёд на белую, мятую простынь, на которой та пытается отдышаться. Облизнув свои пальцы, Минджи пробует на вкус смазку, что она уже точно делала неоднократно, после чего ложится возле шатенки и пристроившись рядом, начинает нежно выцеловывать её лоб, щёки, нос, губы, как бы прося прощение за перебор. Обняв Юхён, старшая хочет заправить за ушко прядь каштановых волос, чтобы они не мешали любоваться красивым личиком девушки. Но вдруг из кухни издаётся громкий звук напоминающий сирену. Уставшая брюнетка нехотя покидает тёплые объятия своей возлюбленной, направляясь в сторону кухни. Дождавшись прихода Минджи, младшая в недоумении слышит следующее: — Все в порядке. Это просто сигнал о возможном землетрясении, —пристраивается рядышком, трясь о шею шатенки в нежных объятиях. Но не прошло и минуты как в голове старшей Ким назревает недоумение. — Подожди, — резко начинает брюнетка. — М? — А почему это у тебя не звучал сигнал оповещения? — А, — резко вспоминает младшая, — У меня просто самолётный режим включён, поэтому и сигнал не пришёл. — А, понятно, — на секунду замолкает старшая, но вдруг у неё назревает встречный вопрос: — А почему это он у тебя включён? — Я ходила на собеседование в новую компанию, поэтому и включила его, чтобы уведомления не мешали. Ты чего? Я же тебе написала, что задержусь. Тут резко до Минджи доходит, — А ты включила его до отправки сообщений или после? — Кажется до... — затихает шатенка. — Твою мать, Юхен! — возмущенно проносит брюнетка, — Я тебе названивала, ты не отвечаешь, я уж думала случилось что. — Клянусь, я не знаю как так получилось! — чуть ли не хныча выдает младшая. Куда только ни заводит Юхён её неуклюжая невнимательность. Похоже, что её татуировка на руке в виде четырехлистного клевера и вправду приносит удачу, потому что зная Юхён, таких ситуаций у неё было очень много. И вот она, живая и невредимая. А что на счёт Минджи, они уже обговорили эту ситуацию. Старшей хотелось смеяться и плакать одновременно, но злиться на Юхён она уже точно не могла. Может и хорошо, что так вышло. Потому что не зная ситуации, та уже подумала что младшая на все болт клала и просто опоздала из-за своих замажек. Прояснив ситуацию, Юхён дала слово, что вторую половину суммы от их поездки в Тайланд она вложит после того, как её примут на работу. На что Минджи пообещала купить той новое нижнее белье, за которое она потом получила втык.