Навсегда

Алкоголь всё-таки сделал своё дело. Мысли крутились ещё какое-то время, цепляясь одна за другую, как обрывки разговора. Ями лежал на спине, глядя в потолок своей комнаты. Трещина на потолке лениво тянулась через всю комнату. Где-то внизу хлопнула дверь. Кто-то снова ругался на кухне. И Ями в какой-то момент даже подумал встать, чтобы угомонить мелких. Но вскоре голоса стихли. Тишина постепенно расползалась по дому. Ями приоткрыл один глаз. Хм. Странно. Обычно после таких криков следовал либо взрыв… …либо кто-то вылетал из окна. Он лениво прислушался. Ни грохота. Ни воплей. Ни запаха гари. Ями нахмурился. — Подозрительно… Он несколько секунд смотрел в потолок. — Либо они наконец научились решать проблемы как нормальные люди… Он сделал паузу. — …либо кухня только что окончательно перестала существовать. Он тяжело вздохнул. — Ладно. Если дом рухнет — разбудят. Тепло алкоголя тяжело разливалось по телу. Мысли становились медленнее. Плечи наконец расслабились. Он закрыл глаза. И почти сразу почувствовал знакомое ощущение. Мягкое. Тёплое. Чужое дыхание совсем рядом. *** Сначала был запах. Лёгкий, почти неуловимый аромат цветов — свежий, чистый. Тот самый, который он однажды заметил на поле боя много лет назад. Он чувствовал его даже сейчас. Потом — тепло. Что-то лёгкое коснулось его груди. Чьи-то пальцы скользнули по ткани майки. Ями нахмурился во сне и медленно открыл глаза. Она была рядом. Светлые волосы мягко рассыпались по её плечам, несколько прядей упали ему на грудь. Голубые глаза смотрели на него сверху — совсем не так холодно, как обычно. Наоборот. В них было что-то тёплое. Живое. И чертовски опасное. — Ну надо же… — тихо пробормотал он. Она сидела на его бёдрах, слегка наклонившись вперёд. Пальцы осторожно лежали на его груди, будто она всё ещё не была уверена, что может прикасаться. Её кожа казалась мягкой. Тёплой. Слишком настоящей для сна. Ями лениво усмехнулся. — Опять ты. Шарлотта слегка отвела взгляд, и на её щеках появился лёгкий румянец. Это было настолько непривычно, что он тихо хмыкнул. — Что? — пробормотал он. — Теперь решила смущаться? Она будто собиралась что-то сказать, но вместо этого слегка отстранилась. Совсем чуть-чуть. Но этого оказалось достаточно. Рука Ями автоматически легла ей на талию. Он притянул её обратно. — Ты куда? — его голос во сне прозвучал хрипло и лениво. Она замерла. Светлые волосы скользнули по его плечу. — Ями… Он только усмехнулся. — Иди сюда, Королева. И, будто это было самой естественной вещью на свете, она послушно опустилась к нему на колени. Её ладони снова легли ему на грудь. Пальцы чуть сжались в ткани. Он почувствовал её тепло. Слишком близко. Слишком хорошо. Руки сами легли ей на спину, притягивая ещё ближе. Он даже не пытался остановить себя. Во сне всё казалось простым. Правильным. Её волосы щекотали его шею. Кожа была мягкой, почти бархатной. А запах… чёрт возьми, этот запах сводил с ума. Она смотрела на него. Не строго. Не холодно. С чем-то очень похожим на желание. — Ты опять… — тихо начала она. — М? — Смотришь на меня так. Ями тихо фыркнул. — А как ещё на тебя смотреть? Она будто хотела возразить. Но вместо этого просто положила ладонь ему на щёку. Он поймал её запястье. И не отпустил. Она не вырвалась. Шарлотта только смотрела на него сверху — прямо, внимательно, словно пыталась понять, осознаёт ли он вообще, что делает. Голубые глаза были слишком близко. Слишком живые для сна. Ями лениво приподнял бровь. — Что? — хрипло пробормотал он. Она медленно вдохнула. Её грудь едва заметно поднялась под тканью одежды, а пальцы на его груди чуть дрогнули. Она опустилась ближе и её дыхание коснулось его губ. — Ты… — тихо начала она. Он чуть сильнее сжал её запястье. — Мм? Она на мгновение закрыла глаза, будто собиралась с духом. Когда открыла — в них уже не было прежней холодной выдержки капитана. Только тепло. И что-то ещё. — Ты опять думаешь, что это сон, — тихо сказала она. Ями фыркнул. — А разве нет? Он слегка приподнялся на локте. Теперь их лица оказались почти на одном уровне. Слишком близко. — Ты приходишь ко мне уже не первый раз, — лениво заметил он. — Значит, мозг у меня работает нормально. Она смотрела на него так, будто хотела возмутиться. Но слова не шли. Румянец на её щеках стал чуть ярче. Ями медленно отпустил её запястье — но только затем, чтобы перехватить её руку иначе. Его пальцы скользнули по её ладони и сомкнулись вокруг неё. Он лениво провёл большим пальцем по её коже. Шарлотта едва заметно вздрогнула. Она посмотрела на их руки. Потом на него. И вдруг тихо выдохнула. — Ями… Он чуть наклонил голову. — М? — Ты… невозможный человек. Он усмехнулся шире. — Слышал это раньше. Причём от тебя же. Её пальцы медленно сжались в его ладони. Он заметил. И на секунду в его глазах мелькнуло что-то более внимательное. — Эй… — пробормотал он. — Ты чего так серьёзно смотришь? Она будто колебалась. Секунда. Две. Потом её ладонь медленно поднялась и коснулась его щеки — так же, как несколькими мгновениями раньше. Но теперь она не пыталась отстраниться. Ями замер. Тёплая кожа её пальцев скользнула по линии его челюсти. — Иногда… — тихо сказала она, — ты ведёшь себя так, будто всё понимаешь. Он фыркнул. — Иногда? Её губы едва заметно дрогнули. — А иногда — как полный идиот. Он тихо рассмеялся. Грубовато. Низко. — Это уже больше похоже на правду. Её большой палец медленно провёл по его щеке. Ями вдруг перестал улыбаться. Он смотрел на неё. Долго. Спокойно. И в этот раз в его взгляде не было той ленивой беспечности. — Шарлотта, — тихо сказал он. Её имя прозвучало неожиданно мягко. Она замерла. — М? Он слегка наклонился вперёд. Теперь между ними почти не осталось расстояния. Её дыхание коснулось его губ. — Если это сон… — тихо пробормотал он, — то останься со мной как делала это прежде. Она выдохнула. Едва слышно. И в следующее мгновение Ями просто притянул её ближе. И поцеловал. Это не был осторожный поцелуй. И не был слишком медленным. Он был таким же, как сам Ями — прямым, тёплым и немного грубым. Она ответила. Руки Шарлотты скользнули вверх по его плечам и остановились у его шеи, а затем скользнули вверх к волосам. Она зарылась пальцами в чёрные, как сама его магия, волосы. Они продолжали целоваться. Ями свободно блуждал по её телу руками. Сначала он провел рукой по её бедру. Медленно. Наслаждаясь моментом. Затем уже обеими ухватился за её упругие ягодицы. Шарлотта вздохнула, как ему показалось, слишком очаровательно. Потому он ещё какое-то время продолжал сжимать её ягодицы. Но чем чаще они размыкали губы, чем чаще она смотрела на него с неприкрытым желанием... Тем сложнее было сдерживаться. ...А нужно ли? Он в момент сорвал с неё полупрозрачную ночную рубашку и припал к её груди. Он посасывал её соски, дразнил пальцами, сжимал. И на каждое своё действие получал довольный стон со стороны восседающей на нём женщины. Чёрт возьми. Этот голос. Это тело. Эта женщина... Вероятно он сошёл с ума, но когда, сам и не понял. Желание было невозможно сдерживать. В штанах становилось ужасно тесно, мокро и горячо. Шарлотта, ощутив его затвердевший член, начала совершенно грязно тереться об него своей промежностью. Ями втянул её в очередной поцелуй, ухватив её за спину, а свободной рукой сдвинул её бельё в сторону и коснулся клитора. Шарлотта довольно прижалась к нему. А Ями тихо хмыкнул в поцелуе. — Видишь? — пробормотал он между вдохами. — Ты хочешь меня так же сильно, как и я тебя. Она слегка ударила его ладонью по плечу. — Замолчи… Но голос у неё был совсем не сердитый. Он только усмехнулся. Ему нравился её темперамент. Такая женщина могла выдержать его присутствие в своей жизни. Он повалил Шарлотту на кровать. Её волосы рассыпались по подушке. Запах цветов стал сильнее. Теплее. Она была невероятно влажной внизу. А в глазах читалось "возьми меня". И он взял. Так, как всегда хотел. Страстно, горячо, вырывая стон из её уст. Заставляя смотреть на него не тем холодным взглядом, а взглядом полным любви и желания. И боги... Она смотрела. Смотрела так, будто он был единственным мужчиной в её жизни. — Кажется... Я совсем свихнулся. — произнёс он, заглядывая в прекрасные голубые глаза. — Тебе бы стоило изначально не подходить ко мне. Она поцеловала его в щёку. Затем в шею, в плечо. — Ями... — прошептала она между вдохами. — Ещё... Люби меня сильнее. И находя в её глазах подтверждение, что он делает то, что нужно, он растворялся в моменте, входя в неё глубже, быстрее. Прижимая её ближе к себе, вдыхая аромат нежной кожи. Луна медленно ползла по небу, заглядывая в окно. А в комнате капитана "Чёрных быков" время будто остановилось. Они больше не разговаривали. Слова стали ненужными. Только тихие вдохи. Тепло. И её руки у него на плечах. *** Он проснулся резко. Глаза открылись сами. Комната встретила его знакомым потолком, утренним светом и тяжёлой тишиной. Несколько секунд он просто лежал. Потом медленно выдохнул. — …ну вот. Он провёл рукой по лицу и уставился в потолок. Сон всё ещё был слишком живым в памяти. Тепло её кожи. Запах. Тот взгляд. — Что за хрень… — пробормотал он. И через пару секунд добавил, почти рыча: — Мы снова к этому вернулись, да? Он знал этот сон. Слишком хорошо знал. Потому что это было не в первый раз. --- В юности Шарлотта Роузрей была частой гостьей его сновидений. Это началось давно. Ещё тогда, когда они оба были моложе. Когда ни он, ни она ещё не носили плащ капитана. Он тогда всё ещё привыкал к этому королевству. К странным правилам. К рыцарям. К их аристократии, которая смотрела на него так, будто он вылез из какой-то тёмной дыры. И однажды он увидел её. В тот день всё вокруг было шумом. Магия, крики, вспышки заклинаний. И среди всего этого… она. Светлые волосы. Розы, расцветающие в воздухе. Магия двигалась вокруг неё, словно живая. И она стояла прямо посреди боя — ровная, холодная, сосредоточенная. Слишком спокойная для такой молодой девушки. Она сражалась так, будто сама война была частью её характера. Он тогда стоял на краю поля боя и просто наблюдал. Плащ развевался на ветру. Движения были точными. Резкими. Сильными. Она выглядела… чёртовски впечатляюще. И... Опасно И, чёрт возьми, она... Очень красивая Как выяснилось позже, этого оказалось достаточно. Потому что ту же ночь она впервые явилась ему во сне. А потом снова. И снова. Иногда он просыпался резко, с тяжёлым дыханием и сердцем, которое билось так, будто только что закончился бой. Несколько секунд он просто лежал, глядя в потолок, и пытался понять, какого чёрта происходит. А потом вспоминал. Светлые волосы. Голубые глаза. Тот холодный, уверенный взгляд, который он однажды увидел на поле боя. — Тц… — тихо бормотал он тогда, проводя ладонью по лицу. Чувствовала ли она что-нибудь подобное после встречи с ним? Вряд ли. Да и если честно… Ями тогда об этом почти не думал. Ну приснилась она ему пару раз. Ну не совсем одетая и не в том виде, в котором обычно появлялась перед ним наяву. Ну позволила ему немного больше, чем позволила бы в реальности. Подумаешь. Он был подростком. Семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Растущий организм, чёрт возьми. Он никогда не видел в этом ничего особенного. Тело реагирует — значит, тело живое. Всё просто. …Хотя, если уж совсем честно. Шарлотта Роузрей зажгла тогда в нём искру. Ладно. К чёрту искру. Там, если называть вещи своими именами, вспыхнуло что-то посерьёзнее. Скорее небольшое такое… пламя. Не пожар, конечно. Но достаточно, чтобы иногда начинало припекать мозги. И Ями тогда решил проблему самым надёжным способом. Затоптать. Потушить. Сделать вид, что ничего не было. Потому что проблем в жизни и так хватало. Потому что она была аристократкой из древнего рода. Потому что смотрела на него так, будто он грязными сапогами прошёлся по её идеальному ковру. И потому что, если уж совсем честно… Она ни разу не смотрела на него так, как иногда смотрела на него во сне. Так что решение было очевидным. Не думать об этом. Совсем. Ну приснилась она ему пару (точно не пару) раз. Бывает. Главное, чтобы сама причина его ранних утренних пробуждений об этом не узнала. Мысль о том, что капитан — тогда ещё просто рядовой рыцарь и грозная аристократка Шарлотта Роузрей — может каким-то образом узнать, какие именно сны иногда посещают его голову… заставляла его тихо усмехаться и одновременно чувствовать странное напряжение. Он слишком хорошо представлял её лицо. Холодный взгляд. Сдержанную строгость. И эту невероятную, почти пугающую гордость, с которой она держалась перед другими. Страшно было даже представить её реакцию, если бы она узнала, что у него иногда… мягко говоря, слишком активная реакция на её образ… и что после подобных снов он какое-то время удовлетворяет себя, представляя её... Во сне она двигалась ближе. Слишком близко. И иногда смотрела на него тем самым взглядом, которого он никогда не видел в реальности. Её руки ложились на его плечи. Пальцы скользили по его коже — осторожно, словно она сама ещё не была уверена в том, что делает. А он… Он никогда не отпускал её. Каждый раз, когда она пыталась чуть отстраниться, его руки автоматически находили её талию и притягивали обратно. — Серьёзно... Избегаешь меня? — лениво бормотал он во сне, голосом, в котором звучала привычная хриплая усмешка. Она иногда отворачивалась, будто смущённая. А он только сильнее притягивал её к себе. Он просыпался потом резко. Иногда раздражённо. Иногда с тихим, глухим выдохом. — Да она бы меня просто прибила, — однажды пробормотал он, уткнувшись лицом в подушку. Скорее всего, она просто проткнула бы его шипами. И, если честно… он бы не удивился. Со временем такие сны почти исчезли. Жизнь стала сложнее. Бои. Миссии. Обязанности. Он стал капитаном. Она тоже. И всё это осталось где-то в прошлом. Жизнь постепенно вытеснила из головы всякие глупости, которые обычно мучают подростков. Хотя… если быть честным — Шарлотта по-прежнему цепляла его взгляд. Каждый раз. Чёрт возьми… до чего же темпераментная женщина. Иногда достаточно было одного её взгляда, чтобы понять: под всей этой аристократической сдержанностью скрывается настоящий ураган. Он это чувствовал. По ки. По голосу. По тому, как она иногда сжимала пальцы на столе, когда кто-то говорил глупость. Он никогда не говорил этого вслух. Но иногда ловил себя на том, что просто смотрит на неё чуть дольше, чем нужно. --- Ями провёл рукой по волосам и уставился в потолок. Воспоминания о сне вновь закрутились в голове. Он тихо выдохнул. Плохая идея. Очень плохая идея. Тело, как обычно, решило действовать быстрее головы. Ями резко сел на кровати, раздражённо растрепав волосы. — Сначала снится…. Он раздражённо выдохнул. — А потом разбирайся с последствиями. И ему действительно пришлось какое-то время разбираться с этой проблемой. Потому что, чёрт возьми, не мог же он спокойно спуститься к своим «детишкам» с каменным стояком и объяснять, что его тело явно решило устроить бунт этим "прекрасным" утром. *** Через несколько минут Ями уже сидел у окна, закуривая сигарету. Дым медленно поднялся вверх. — Тц… — тихо цыкнул он. Даже её имя почему-то застревало у него в голове. "Шарлотта" Он не раз ловил себя на том, что произносит его мысленно. Медленно. Будто пробует на вкус. Имя ей подходило. Странно благородное. Чёткое. Сильное. Но, чёрт возьми, Ями Сукехиро никогда не был тем человеком, который будет обращаться к кому-то по полному имени. У него на это просто не хватало терпения. Он давал прозвища всем. Абсолютно всем. Иногда из лени. Иногда из вредности. Иногда просто потому, что так было веселее. И, конечно, Шарлотту постигла та же судьба. Он хмыкнул, вспоминая. В первый раз это вырвалось почти случайно. — Эй, Королева. Тогда в комнате собрания на секунду воцарилась такая тишина, будто он только что оскорбил половину аристократии королевства. Несколько капитанов посмотрели на него так, будто ждали немедленной дуэли. Кто-то даже закашлялся. А Король Магов едва заметно поднял брови. Но Шарлотта… Она просто посмотрела на него. Холодно. Долго. И ничего не сказала. С тех пор это прозвище как-то… прижилось. Иногда он называл её "Королевой". Иногда — "Королевой Шипов" . А когда она особенно начинала читать ему нотации… — Осторожнее, "Колючка" , — лениво бросал он. И, как ни странно… Никто не считал это оскорблением. Потому что, если честно, прозвище ей подходило. Слишком хорошо. Она действительно держалась так, будто носит корону. Гордо. Прямо. Не позволяя никому приблизиться слишком близко. И её магия шипов только усиливала это ощущение. "Королева Шипов" Даже звучало правильно. Ями тихо усмехнулся. Почему-то настроение из максимального раздражения постепенно сменилось чем-то более лёгким. Даже странно. Он опёрся локтём о подоконник и выпустил тонкую струю дыма в утренний воздух. — Хм… Имя снова всплыло в голове само собой. Он резко затянулся сигаретой и выдохнул дым. Нет. Вот об этом даже думать не стоит. Он слишком хорошо знал, к чему ведут такие мысли. Сначала сон. Потом воспоминания. А потом мозг начинает придумывать всякую чепуху. Ями покачал головой и затушил сигарету о край подоконника. — Хватит. Он ещё раз провёл рукой по волосам и отвернулся от окна. Эту тему лучше закрыть. Пока она не начала приносить слишком много проблем. Потому что, если честно… Шарлотта Роузрей — это именно тот тип женщины, из-за которого у нормальных людей обычно начинаются неприятности. И у него не было ни малейшего желания ввязываться во всё это. …Хотя. Он тихо хмыкнул. Он уже однажды ввязался. Совершенно случайно. Просто оказался не в то время и не в том месте. Увидел, как её проклятье активировалось, а сила вышла из-под контроля. Шипы, магия, хаос. Она тогда выглядела так, будто вот-вот разнесёт половину города вместе с собой. А он… Сделал то, что делает всегда — разрубил проблему пополам. Проклятие спало. А Шарлотта посмотрела на него так, будто он только что сделал что-то… совершенно невозможное. Ями тогда только пожал плечами. — Просто оказался поблизости. Он тихо усмехнулся, вспоминая тот момент. И если уж совсем честно… Если неприятности носят имя "Шарлотта Роузрей" , то это хотя бы интересные неприятности. Потому что эта женщина была… Колючей. Упрямой. Чертовски гордой. И, чёрт возьми… Очень забавной. Не в том смысле, в каком бывают забавными милые девушки. Нет. В том смысле, когда ты смотришь на человека и понимаешь: если рядом с ним что-то взорвётся, половина здания рухнет, а ты сам окажешься по уши в проблемах… …то, по крайней мере, будет не скучно. И с такой женщиной он, пожалуй, даже мог бы ввязаться во что-нибудь подобное и не один раз. Но лучше, конечно, не проверять. Так что лучше сделать то, что он всегда делал в подобных случаях. Просто выкинуть подобные мысли из своей головы. И на этом всё.