Навсегда

До поединка за звание Короля Магов оставалось чуть больше двух недель. И вся столица будто жила в состоянии натянутой струны. Усиленные патрули. Постоянные проверки. Совещания. Доклады. Дополнительные обходы. Каждый капитан был загружен настолько, что времени едва хватало даже на сон. Последний раз Ями нормально видел Шарлотту три дня назад. Если, конечно, можно считать "нормально" короткую встречу в коридоре штаба, когда они успели обменяться только взглядами, прежде чем их снова растащили в разные стороны. Написать тоже не получалось. Это бесило. Особенно Ями. Не потому, что он не мог потерпеть. А потому, что за эти месяцы слишком привык к её присутствию. К коротким запискам. К случайным встречам. К её суховатым замечаниям. К тому, как она поднимала бровь, если он начинал нести какую-нибудь чушь. И когда утром следующего дня Маркус объявил, что капитанами необходимо отправиться на очередную проверку столицы и окраин, Ями впервые за несколько дней мысленно даже обрадовался. Потому что это означало шанс провести хотя бы пару часов рядом с ней. План был прост. Патруль. Совместный маршрут. Пара минут наедине где-нибудь между проверкой периметра и очередным докладом. Или хотя бы возможность услышать её голос не через докладную речь. Но, конечно же, вселенная решила иначе. — Капитан Ями, Вы пойдёте с капитаном Нозелем. Ями медленно повернул голову. Посмотрел на Маркуса. Потом на стоявшего неподалёку Нозеля. Тот, как всегда безупречно собранный, смерил его холодным взглядом. — Какого хрена? — медленно произнёс Ями. — Маршрут северо-западного сектора требует усиленного контроля, — спокойно пояснил Маркус, будто не замечал, как в глазах Ями начинает сгущаться обречённое раздражение. Нозель сухо отозвался: — Если ты закончил драматизировать, предлагаю приступить к работе. Ями посмотрел на него. Очень долго. — Это полное дерьмо. Нозель даже не дрогнул. — Мне не нравится твоя дикарская грубость, но удивительно, что ты определённо верно выразил мою мысль. *** Следующие несколько часов Ями провёл в компании Нозеля. И это было почти физическим испытанием. Они работали безупречно. И при этом обменивались исключительно колкими замечаниями. — Ты опять куришь на маршруте? — А ты опять говоришь так, будто проглотил учебник по этикету. — Хотя бы кто-то из нас обладает воспитанием. — Хотя бы кто-то из нас умеет не умирать от скуки. Когда наконец проверка в центральной части города завершилась, Ями уже мысленно представлял, как с удовольствием утопит кого-нибудь в ближайшем фонтане. Желательно Нозеля. И именно тогда они свернули на широкую городскую улицу. Навстречу, с противоположной стороны, шли двое. Шарлотта и Фуэголеон. На улице повисла странная пауза. Четверо капитанов. Посреди оживлённой столицы. И что-то в воздухе вдруг стало ощутимо неловким. Ями прищурился. Перевёл взгляд с Шарлотты на Фуэголеона. Тот, как и всегда, отреагировал безукоризненно спокойно. — Добрый день. Полагаю, патруль северо-западного сектора проходит успешно? — Да, как и всегда. Можно было не уточнять такие очевидные вещи. — отозвался Нозель, бросив выразительный взгляд на Фуэголеона. Фуэголеон усмехнулся уголком губ. — Не такие уж и очевидные. Вот и всё. Две безупречно выверенные реплики. Но Ями слишком давно знал их обоих, чтобы не услышать за этими словами привычное напряжение. Оно было тонким. Почти невидимым. Как треск статического электричества перед грозой. — К слову, — спокойно продолжил Фуэголеон, — мы только что закончили осмотр восточного сектора. Некоторые укрепления на втором периметре требуют пересмотра. Я направлю подробный отчёт. Нозель слегка приподнял подбородок. — Разумеется. Хотя, полагаю, если бы проверка проводилась по регламенту Серебряных Орлов, подобных недочётов не возникло бы вовсе. Фуэголеон всё так же вежливо улыбнулся. — Любопытное замечание. Особенно учитывая, что северный периметр в прошлом месяце был закреплён именно за Орлами. Ями медленно перевёл взгляд с одного на другого. Потом на Шарлотту. Та, судя по едва заметно дёрнувшемуся уголку губ, думала примерно о том же, о чём и он. Ну всё. Началось. — Впрочем, — невозмутимо продолжил Нозель, — мы оба понимаем, что поддерживать идеальный порядок сложнее, когда часть ресурсов отвлекается на чрезмерно… театральные демонстрации силы. Фуэголеон чуть сощурился. — Если под "театральностью" вы подразумеваете эффективность, то благодарю за признание. Ями мысленно закатил глаза так сильно, что удивился, как они не выкатились наружу. Да господи. Валите уже! Меряйтесь своими королевскими достоинствами где-нибудь в другом месте и оставьте нормальных людей в покое. Он уже даже почти видел это: Нозель и Фуэголеон в каком-нибудь идеально освещённом зале, с каменными лицами спорящие о стратегии и дисциплине до самого утра. Абсолютный кошмар. К его огромному облегчению, вселенная на этот раз всё-таки услышала его мысленные молитвы. Фуэголеон вдруг посмотрел на Нозеля чуть внимательнее и произнёс с безупречной вежливостью: — Раз уж мы затронули вопрос стандартов проверки, возможно, стоит обсудить некоторые детали лично. В более… предметной обстановке. Нозель ответил тем же ледяным достоинством: — С удовольствием. Ями едва не расхохотался. Да. Именно. Идите. Обсуждайте. Хоть до заката. Шарлотта, кажется, тоже поняла, к чему всё идёт. И впервые за весь разговор в её голубых глазах мелькнуло едва заметное облегчение. Фуэголеон повернулся к ней. — Капитан Роузрей, продолжите осмотр центральной улицы самостоятельно? — Разумеется. Нозель только коротко кивнул Ями. Через минуту оба уже удалялись вниз по улице, продолжая свою идеально учтивую словесную дуэль. Ями проводил их взглядом. Потом медленно выдохнул. — Ну наконец-то. Он повернулся к Шарлотте. Теперь, когда посторонние ушли, она больше не держала ту строгую капитанскую маску. Плечи едва заметно расслабились. Взгляд потеплел. А потом на её лице появилась улыбка. — Привет, Хиро, — тихо сказала она. И Ями вдруг понял, что эти три дня действительно успели его достать сильнее, чем он думал. Потому что от одного её голоса внутри сразу стало как-то легче. Он шагнул ближе. — Привет, Шар. *** Они пошли дальше по улице рядом. Не слишком близко. Ровно настолько, насколько позволяли обстоятельства. Два капитана на обходе столицы. Ничего необычного. Ничего такого, что могло бы вызвать лишние вопросы. Но между ними всё равно было то особое напряжение, которое невозможно скрыть полностью. Они шли в одном ритме. Иногда почти касаясь плечами. Ями сунул руки в карманы и раздражённо фыркнул: — Если бы мне ещё хоть час пришлось слушать этого занудного павлина, я бы точно кого-нибудь прибил. Шарлотта тихо усмехнулась. — Настолько плохо? — Ты даже не представляешь. Этот человек способен превратить обычную проверку периметра в лекцию о достоинствах идеальной дисциплины. — Это вполне в духе Нозеля. — Он дважды сделал мне замечание из-за сигареты. — И был прав. Ями повернулся к ней с возмущением. — Ты на чьей стороне вообще? Она рассмеялась. Тихо, но искренне. И от этого звука у него привычно потеплело внутри. — На стороне здравого смысла. — Предательница. Шарлотта усмехнулась. А потом сказала: — Что ж, с Фуэголеоном работать действительно куда спокойнее. Он очень конструктивен. Ями подозрительно прищурился. — А со мной? Она посмотрела на него. Сначала серьёзно. Будто обдумывала ответ. А потом её губы дрогнули в мягкой улыбке. — С тобой мне работается лучше всего. Он даже не попытался скрыть довольную ухмылку. — Вот так-то. — Не зазнавайся. Она снова тихо рассмеялась. И это было настолько естественно, что оба не сразу заметили, как строгий рабочий маршрут постепенно перестал быть просто маршрутом. Они осматривали укрепления. Проверяли магические печати. Останавливались у торговых лавок, расспрашивая владельцев о подозрительной активности. Разговаривали с патрульными. Обходили боковые улицы. Но между всеми этими обязательными действиями каким-то совершенно незаметным образом начали вклиниваться обычные разговоры. Ями комментировал слишком вычурные витрины. Шарлотта сдержанно поправляла его, когда он слишком резко отвечал торговцам. Со стороны это выглядело... странно. По крайней мере для тех, кто узнавал капитанов. Торговцы украдкой переглядывались. Прохожие оборачивались. Некоторые даже шептались между собой. Потому что зрелище действительно было необычным. Высокий, грубоватый капитан Чёрных Быков, с вечной сигаретой и мрачным взглядом. И утончённая, безупречно собранная капитан Голубых Роз. Такие разные. Будто из двух совершенно разных миров. И при этом, казалось, что они очень близки. И так, сами того не планируя, они продолжили этот обход, который уже давно перестал быть просто проверкой безопасности. Это было свидание. Спонтанное. Неидеальное. Посреди шумной столицы, между докладами, торговыми лавками и патрулями. И, пожалуй, именно поэтому особенно настоящее. *** Они свернули на более тихую улицу, где шум центрального рынка становился приглушённым гулом. Здесь было спокойнее. Только редкие прохожие, несколько закрытых лавок и узкие каменные переулки между зданиями. Шарлотта как раз наклонилась, проверяя защитную печать на одной из стен, когда Ями остановился рядом. Слишком близко. — Что? — тихо спросила она, заметив этот знакомый взгляд. Ями ничего не ответил. Просто коротко огляделся по сторонам, убедился, что улица пуста, и прежде чем она успела что-то сказать, легко взял её за запястье и потянул за угол, в узкий переулок между двумя домами. — Ты—! Она едва успела возмутиться. Он прижал её к прохладной каменной стене и сразу накрыл её губы своими. На мгновение Шарлотта застыла от неожиданности. А потом всё её возмущение растаяло. Она тихо выдохнула ему в губы и ответила на поцелуй, пальцы сами собой сжались на ткани его плаща. Поцелуй длился всего несколько секунд. Но для Ями этого оказалось катастрофически мало. Он уже собирался углубить его, когда Шарлотта, тяжело дыша, всё же упёрлась ладонями ему в грудь и слегка оттолкнула. — Хиро... — выдохнула она, стараясь вернуть себе привычную строгость. Он наклонился ближе, почти касаясь её лба своим. — Что? — Мы... на работе. — И? Она бросила на него укоризненный взгляд. — Нам нужно закончить патруль. — Это обязательно прямо сейчас? — Да! Он тяжело вздохнул, будто весь мир только что нанёс ему личное оскорбление. Шарлотта тихо улыбнулась. И, собрав всё своё самообладание, мягко добавила: — А потом... мы можем продолжить. Ями замер. Потом медленно расплылся в довольной, почти хищной усмешке. — Значит, продолжим позже? Шарлотта отвела взгляд, окончательно смутившись. — Если будешь вести себя прилично до конца обхода. Он тихо хмыкнул. — Это уже жестокие условия. Но всё-таки отпустил её. Хотя сделал это явно неохотно. *** К тому моменту, когда патруль подошёл к концу, солнце уже было давно в зените. Улицы окрасились тёплым солнечным светом. Они завершали последние проверки у северной площади. Шарлотта как раз убирала записи в папку, когда Ями шагнул ближе. — Шар, мы можем зайти к тебе? Я хочу — — ЙО, ЯМИ! Громогласный вопль разрезал момент как топор. Ями резко выпрямился с таким видом, будто был готов прямо сейчас кого-нибудь убить. К ним размашистым шагом приближался капитан Зелёных Богомолов. Рядом, плавно покачиваясь и почти засыпая на ходу, шла Дороти. Джек выглядел до невозможности довольным. — Ну и как патруль, а? — оскалился он. — Мне эта сонная девица вообще скуку смертную навевает. Он ткнул большим пальцем в сторону Дороти. Та лениво приоткрыла один глаз. — Мм... Джек слишком шумный... я почти уснула стоя... — Вот! Видал?! — возмутился тот. — Говорю же, скукотища. Затем его взгляд скользнул между Ями и Шарлоттой. — Хотя знаешь, Ями... странная фигня выходит. Он театрально почесал подбородок. — Уходил ты вроде с Нозелем. А теперь стоишь тут с Шарлоттой. Джек прищурился. — Неужто всё-таки прикончил его где-то в переулке? Ями уставился на него с абсолютно каменным лицом. — Ещё слово — и прикончу тебя. — О-о-о, правда? Шарлотта едва заметно кашлянула, стараясь скрыть смущение. Тем временем Дороти окончательно открыла глаза и уже с сонной, но невероятно любопытной улыбкой смотрела прямо на неё. — Шарлотта-а... Та внутренне напряглась. Это выражение лица Дороти она знала слишком хорошо. — Да? Дороти мечтательно наклонила голову. — Ты выглядишь очень счастливой. Щёки Шарлотты мгновенно вспыхнули. — Я... не понимаю, о чём ты. — Мм... правда? Она лукаво улыбнулась, переводя взгляд с неё на Ями и обратно. А Джек, заметив это, подозрительно нахмурился. — Чего это вы тут вообще творили до нашего прихода?.. Ями даже не моргнул. Лишь лениво перевёл взгляд на Джека, потом на Дороти и, как всегда, с абсолютно непроницаемым лицом процедил: — Это не ваше собачье дело. Повисла короткая тишина. А затем он совершенно спокойно протянул руку к Шарлотте и уверенно переплёл свои пальцы с её. Её ладонь мгновенно дрогнула. Шарлотта вздрогнула от неожиданности и широко распахнула глаза. На людях. При других капитанах. Вот так открыто. На щеках тут же вспыхнул яркий румянец, но руку она не выдернула. Только чуть сильнее сжала его пальцы в ответ. Ями коротко затянулся сигаретой, выпустил дым в сторону и совершенно будничным тоном добавил: — На сегодня рабочий день закончился. Он чуть потянул её за руку к себе и бросил через плечо: — Всего доброго. Джек ошалело ткнул в них пальцем. — Да вы... ты... Он даже не сразу нашёл слова. — Ты реально настолько охренел?! Ями скосил на него ленивый взгляд. — Завидуешь? Джек задохнулся от возмущения. — Ха!? — Найди себе женщину, Джек, — невозмутимо перебил его Ями. И, не давая тому времени опомниться, повёл Шарлотту дальше по улице. *** Шарлотта шла рядом, всё ещё смущённая, но на её губах играла тихая, тёплая улыбка. — Это было... слишком демонстративно. Ями усмехнулся, даже не отпуская её руку. — И что? Она украдкой посмотрела на него. — Ты ведь сделал это специально. Он чуть наклонился к ней. — Конечно специально. *** Дом встретил их уютной тишиной. В камине уже потрескивали дрова — Шарлотта зажгла его ещё утром перед уходом, и теперь по комнате разливался мягкий золотистый свет. После долгого дня патруля, прогулки по городу и их спонтанного свидания это спокойствие казалось почти нереальным. Они быстро перекусили тем, что нашлось на кухне. А когда с едой было покончено, он откинулся на спинку стула, внимательно посмотрел на неё и вдруг совершенно серьёзно произнёс: — Только не пугайся. Шарлотта мгновенно насторожилась. — Что? Он поднялся, подошёл к ней и, остановившись совсем близко, чуть наклонился. В его глазах плясали знакомые лукавые искры. — Можно тебя пожамкать? На секунду она просто застыла. А потом её лицо стремительно залилось краской. — Хиро! Он пожал плечами, будто спросил что-то совершенно обыденное. — Ну а что? Я вежливо спрашиваю. Шарлотта прикрыла пылающее лицо ладонью. Этот человек был невозможен. Совершенно невозможен. Но, несмотря на смущение, она отвела взгляд и очень тихо пробормотала: — ...Можно. Не давая ей времени передумать, он подхватил её за талию и усадил на диван, сам тут же устроившись рядом. А через мгновение уже притянул к себе для поцелуя. Шарлотта тихо ахнула, но сразу ответила. Поцелуй был неторопливым, глубоким, тёплым — таким, от которого у неё каждый раз путались мысли. Ладони Ями уверенно скользнули по её спине, затем ниже, и он с явным удовольствием притянул её ближе. Шарлотта вздрогнула и смущённо выдохнула ему в губы. — Ты обещал... не пугать... — Я предупреждал, — хрипло усмехнулся он. Его пальцы осторожно скользнули к застёжкам её формы. Медленно, давая ей возможность остановить его. Но она лишь крепче сжала ткань его рубашки. Верхние пуговицы поддались одна за другой. Ями чуть отстранился, чтобы посмотреть на неё. Растрёпанная после поцелуев, раскрасневшаяся, с затуманенным взглядом — она была до невозможности красива. Он наклонился к её шее, задержавшись на мгновение, и медленно вдохнул тонкий аромат её кожи. От этого простого движения Шарлотта вся задрожала. Она смущённо отвернулась, но Ями мягко коснулся пальцами её подбородка, возвращая её взгляд к себе. — Эй. Он усмехнулся. — Не прячься. И снова поцеловал её — уже медленнее, нежнее, словно наслаждаясь каждым её смущённым вздохом, каждым робким прикосновением в ответ. *** Ями первым отстранился. Не потому, что хотел. Скорее потому, что чувствовал: если останется в таком положении ещё хотя бы на минуту, то никак уже не сможет остановиться. Он коротко коснулся губами её лба, хмыкнул и поднялся. — Так, перекур. Шарлотта, всё ещё раскрасневшаяся после его слов и поцелуев, только кивнула, пытаясь привести мысли в порядок. Ями подошёл к окну, распахнул створку и закурил. Воздух приятно охлаждал разгорячённую кожу. Он смотрел в сад, лениво выпуская сигаретный дым, и мысленно усмехался. Для него всё давно было очевидно. Настолько очевидно, что он даже не задумывался об этом. Просто с момента как они стали встречаться, он понял: он с ней надолго. Если не навсегда. А Шарлотта... кажется, до сих пор не до конца это осознавала. Докурив, он обернулся. Комната была пуста. Он нахмурился. Прошло минут пять. Десять. Слишком долго. — Шар? Тишина. Ями затушил сигарету и пошёл искать её. Через кухню, к задней двери. И, выйдя в сад, сразу увидел. Шарлотта стояла на коленях у грядок с клубникой, явно пытаясь что-то поправить. Часть кустов опасно накренилась, подпорки перекосились после недавнего сильного ветра, а несколько спелых ягод уже лежали прямо на влажной земле. Она осторожно придерживала стебли, явно пытаясь придумать, как всё исправить, и выглядела при этом до невозможности сосредоточенной. И очень красивой. Несколько выбившихся прядей падали ей на лицо. Рукава были закатаны. На щеке — маленькое пятнышко земли. Ями замер, наблюдая. А потом молча подошёл ближе. — О... закончил? Он присел рядом, окинул взглядом грядки. — Это что за катастрофа? Она смущённо отвела взгляд. — После последнего дождя земля просела. Я собиралась заняться этим завтра. Ями хмыкнул. Потом, не говоря ни слова, подхватил ближайшую подпорку и принялся осматривать, как её лучше закрепить. Шарлотта растерянно моргнула. — Что ты делаешь? — Спасаю твою клубнику. Шарлотта несколько секунд смотрела на него, а потом тихо улыбнулась. — Если ты хочешь... тогда я полагаюсь на тебя. Эти слова заставили его довольно усмехнуться. — Тогда подожди. Я быстро. — Куда? — На базу. Он выразительно посмотрел на землю. — Явно же сейчас в грязи измажусь, а ты потом даже на диван не пустишь. Шарлотта вспыхнула. — Я бы пустила! Он скептически поднял бровь. Она смутилась ещё сильнее. — ...После того как ты помылся. — Вот именно. *** Вернулся он удивительно быстро. И первым делом протянул ей свои рубашку и штаны. — Держи. Шарлотта приняла вещи, чуть растерянно моргая. — Это... — Раз уж буду работать у тебя, то и мыться буду здесь. Он произнёс это так буднично, будто говорил о погоде. А вот Шарлотта моментально покраснела. — Мыться... здесь? — Ну да. Он прищурился. — Или ты предлагаешь мне в грязи сидеть на твоём диване? — Нет! Просто... Она кашлянула, пытаясь вернуть себе самообладание. — Конечно, можешь. Ями довольно хмыкнул. *** Следующий час они провели в саду. Работали бок о бок. Закрепляли подпорки. Подсыпали землю. Переносили тяжёлые ящики. Иногда спорили о том, как лучше подвязать особенно упрямые кусты. Когда всё наконец было закончено, Шарлотта первой ушла в ванную. А Ями ещё какое-то время лениво разглядывал дело своих рук через окно. Сад выглядел отлично. Он даже почувствовал странную гордость. Через некоторое время из ванной вышла Шарлотта — в мягком домашнем платье, с чуть влажными распущенными волосами. Пожелала ему не задерживаться и почти сбежала к креслу у камина с книгой. Ями только усмехнулся и отправился следом. *** Когда он вышел из душа, Шарлотта как раз сидела в кресле с книгой. Услышав шаги, она подняла глаза. И застыла. Книга медленно выскользнула из её пальцев. Лицо моментально стало пунцовым. А взгляд — совершенно растерянным. Он вошёл в комнату, вытирая волосы полотенцем. Влажные пряди прилипали к его шее, а вода медленно стекала по телу - по груди, по животу, туда, куда Шарлотта старалась не смотреть. "Старалась". Он даже не заметил, что на нём нет рубашки. Просто привычка - выйти в одних штанах. У него не было этого чувства "приличия". Он был Ями. Простой, грубый, небрежный... и, к её несчастью, безумно красивый в этой своей дикости. Глаза её на секунду сами скользнули по его телу. Грудь. Шрамы. Влажные следы. И одна капля, застывшая у линии штанов. Она судорожно выдохнула. И едва не уронила себя вместе с креслом, когда попыталась слишком резко выпрямиться. Ями тут же поймал её за подлокотник. — Эй. На губах уже расползалась знакомая довольная усмешка. — Ты чего? Шарлотта отвела взгляд так стремительно, будто могла этим спасти остатки самообладания. — Н-ничего. А внутри - пожар. Он медленно наклонился ближе. С мокрых волос упала капля и скользнула по его ключице. Шарлотта чуть не задохнулась. Проклятье, почему он такой!? Почему всё время такой!? Ями, заметив её совершенно беспомощное смущение, тихо хмыкнул. И шепнул прямо у её уха. — Шар. Она вздрогнула. — Мм? Он усмехнулся ещё шире. — Кажется, ты сейчас в обморок упадёшь.