-Сам такой!

Понятия не имею сколько прошло часов, а может быть и дней, пока я сидел взаперти. Честно говоря, по моим ощущениям прошло не меньше десяти дней. Но на самом деле я думаю около двух. Нет, ну, а вы представьте насколько тянется медленно время, когда ты не можешь пошевелить ни рукой, ни ногой, тебе нечего делать и не с кем поговорить? Первое время я не мог даже спать. В голове крутились куча мыслей. Я боялся. Я не из тех ненормальных людей, которые не боятся смерти. Ну серьезно. Я боюсь умереть. Но у меня все-таки была надежда. Иногда моя фантазия подкидывала картинки Артура на белом коне спасающего меня, свою принцессу. В такие моменты я не мог удержаться и не улыбнуться, и это может быть выглядело странно, а может быть и грустно. В такие моменты меня никто не видел, поэтому не могу сказать. Так вот, в моей душе, конечно же, была надежда на спасение. Еще одной грустной мыслью было — Артур не успеет. Я уверен, что он согласиться на выкуп и отдаст все свои деньги ради меня, но Лиля и Алекс собираются убить меня. Они в любом случае не сдержат свое слово. Остается надеятся только на то, что мои друзья смогут узнать о моем местоположении раньше выкупа. После того, как все эти мысли я прокручивал по миллиону раз у себя в голове, от усталости я, наконец-то, засыпал. Но, увы, время сна было коротким, потому что я просыпался из-за того, что мне было неудобно, конечности затекали и жутко хотелось сменить позу. Привязанным к стулу сделать это было трудно, я едва ли мог сдвинуться на пару сантиметров. А еще мне холодно. В Лондоне даже в августе я бы не сказал, что сильно жарко. В основном погода облачная, а еще частенько льют дожди. А мы находимся явно в подвале, поэтому здесь дико холодно. Меня притащили в одних отельных тапочках, которые нифига не грели. Затекшие конечности и так трудно разогреть, так еще и этот холод. Лиля заходила три раза в день, кормила и поила меня, а также усаживала на принесенное ведро, чтобы я мог сходить в туалет. Честно говоря, в первый день я на него даже сесть не мог, было до такой степени противно, но, когда все-таки припрет, сходишь и туда. Не под себя и за это спасибо. Для той, кто собирался меня в конечном итоге убить, она была слишком добра. Сегодня она пришла во второй раз. -Можешь развязать мне хотя бы ноги? — попросил я. — Я уже не чувствую жопу. -Ладно, но руки я свяжу за спиной, — я кивнул. Я не стал сопротивляться. Во-первых, сил не было, во-вторых, это не имело смысла. Смогу ли я сбежать? Не знаю. А подвергать жизнь неоправданному риску я не хочу. Я встал со стула, чтобы наконец размять ноги, но они подкосились в коленях, и я рухнул на пол. До этого Лиля каждый раз поддерживала меня, чтобы я не упал, но сейчас она этого не делала. Лежать мне пришлось около пяти минут, пока кровь не возобновила свою скорость по моему телу. Спасибо за мою растяжку и подтянутому телу, иначе я бы, наверное, не встал. Стало немного легче. Хоть я все также был один, но возможность ходить не могла меня не радовать. А еще я мог прислушиваться ко всему, что происходило за дверью и стеной. За стеной с левой стороны я слышал постоянный шум. Понятия не имею, что это могло быть, но он был довольно громким, поэтому я уверен, что даже, если начал бы кричать, меня вряд ли бы кто-то услышал. Справа было намного тише, я слышал лишь звук постоянно работающего телевизора и предполагаю, что там находилась сама Лиля. За стеной напротив двери тоже был шум, но он похож на звук проезжающих мимо машин. Предполагаю, что рядом дорога. Вечером этого же дня вместе с ужином Лиля принесла два теплых одеяла. Одно она постелила на пол в качестве матраса, а вторым видимо я мог накрыться. Со связанными руками сделать это было невозможно, поэтому мне приходилось укрываться зубами хватаясь за одеяло. Но стало действительно теплее. На следующий день сразу после обеда появился Алекс. Он залетел в помещение и испуганно уставился на пустой стул. За ним следом забежала Лиля. -Почему он развязан? -Он все равно никуда не сбежит, — пожала плечами Лиля. -И что? Его надо связать! — я хмыкнул и сел на стул. Лиля с сочувствием посмотрела на меня, так как моя воля продлилась не больше суток. -Алекс, а ты почему вообще здесь? — спросила женщина. -Они обо всем догадались, — он поджал губы, а я не смог сдержать улыбку. — Чего лыбишься? — он замахнулся и дал мне довольно сильную пощечину. Моя голова дернулась в сторону и стул покачнулся и мне едва ли удалось его стабилизировать, чтобы не упасть. А затем я почувствовал металлический привкус во рту. — Если бы не твое возвращение! — закричал он. — Если бы ты не вернулся, у нас все могло получиться с Артуром! -У вас никогда бы не получилось, — я улыбнулся. Лиля, со всей ее извращенностью, поморщилась. Мне стало смешно. Убийца собственных родителей боится крови. — Он всегда любил меня и будет любить только меня. -Что ж, думаю, если я пришлю ему тебя по частям, то он поспешит со сбором денег, — у Алекса на лице появилась безумная улыбка. — Выбирай, какой мизинец отправить ему первый: правый или левый? -Прекрати, — между нами встала Лиля. — Нам нужно заново обдумать весь план, пойдем! Алекс недовольно скорчил лицо, но все-таки вышел за дверь, а я смог наконец-то выдохнуть. Последняя угроза Алекса все-таки смогла пошатнуть мое равновесие. Они — убийцы. Что им стоит отрезать у меня парочку пальцев? Что ж, я надеюсь, что Артур все-таки найдет способ меня вернуть целого. Пов. Артур Прошла ровно неделя со дня похищения Дениса, а значит сегодня должен состояться выкуп. К счастью, у нас был хорошо спланированный план. Самое главное, чтобы Денис был живой и невредимый. В пять часов вечера пришла СМС: «В шесть в зарослях возле статуи Питера Пена оставь деньги. После того как заберем деньги, пришлем координаты места нахождения Дениса» -Операция началась, — сказал Владимир Николаевич. Пов. Ян Я, Виктор (человек Владимира Николаевича) и Лейла (полицейская) спустились в подвальный этаж. Работая под прикрытием, я и Лейла переоделись в горничных, а Виктор в форму рабочего. Четыре дня назад мы сделали предположение, что Дениса не вывозили из отеля. Просмотрев все камеры еще раз, а затем и камеры с улиц, мы поняли, что Денис находился все еще в отеле. Это было очень умно, оставить его у нас перед носом. Наши догадки подтвердились еще больше, когда мы не увидели ни на одной камере, как уходил Алекс. Естественно начались поиски. Делать это нужно было осторожно, чтобы случайно не спугнуть Алекса. Мы знали, что у него есть как минимум один сообщник. Если они увезут Дениса, найти будет его сложнее. Управляющий отелем поделился с нами планом постройки, когда мы прочесали отель вдоль и поперек, но ничего не нашли. Из чертежей мы и узнали, что под отелем был еще один подвальный этаж, где находилась вся система труб. Спуститься туда просто так, означало выдать себя. Тем более мы не знаем, сколько у него сообщников. Самое идеальное время — время выкупа. Мы открыли тихо дверь на лестницу, которая вела в нижний этаж и стали тихо спускаться. Первым шел Виктор, за ним Лейла, а затем я. Мы уже знали, что это множество коридоров. Для чего это было сделано? Понятие не имеем. Нам пришлось разделиться. Конечно, одного меня отпустить никто не мог, поэтому я пошел с Лейлой, а Виктор один. Мы шли по длинным коридорам в поисках заветных помещений. Здесь их было пять. Раньше рабочие сидели здесь, но потом стало понятно, что из-за сырости, здесь не безопасно, и их кабинеты перенесли на подвальный этаж. А сюда они заходили в случае протечек. Наконец, мы дошли до двери, на которой висел замок. Лейла поднесла ухо к двери и прислушалась. Рядом была еще одна, поэтому я подошел и прислушался к ней. За ней было слышно что-то типа телевизора. Знаками, я показал Лейле, что там кто-то есть. Девушка подошла и тихо нажала на ручку двери, которая оказалась не заперта. Дальше все происходило как в фильмах. Мы резко открыли дверь, и Лейла забежала с пистолетом в руке в комнату, но там никого не было, лишь радио вещало о погоде на завтра. Мы стали рыться по всем полкам и нашли ключ. Во втором помещении тоже никого не оказалось. По среди стоял стул, в углу два сырых одеяла, в некоторых местах мы увидели капли крови и ворс от веревки. Здесь явно держали Дениса. Я набрал Владимира Николаевича: -Дядь Вов, здесь никого нет, они были, но видимо вывели Дениса несколько часов назад. -Понял. Пов. Артур -Ну что? — уже в десятый раз я вытер потные руки об штаны. Впервые появился страх больше не увидеть Дениса. -Дениса не нашли, — я поджал губы. Впервые я пожалел, что он расстался с Маркусом. Если бы они не расстались, Денис был бы в Германии. А сейчас? Я не знаю где он, я не знаю живой ли он вообще. — Но это не значит, что он мертв. Я кивнул. Место передачи денег выбрали недалеко от отеля. По всей видимости все, что они планировали, они делали у нас под носом. Через полчаса я оставил меченые купюры в зарослях и вернулся в полицейскую машину. Через десять минут нам пришло сообщение, что деньги забрала какая-то женщина и за ней установили слежку. А еще через пять минут мне пришло сообщение, что Денис находится возле статуи Питера Пена. Но наши агенты его там не нашли, а значит нас обманули. Мы поехали за женщиной, которая приехала на какой-то старый завод. Территорию практически сразу оцепили, и я побежал внутрь вместе с полицейскими. Мы долго бродили по огромным помещениям, а затем мне пришло сообщение: «Крыша» Я кинулся на крышу. У меня это заняло едва ли пять минут. Металлическая дверь была открыта. Денис стоял на парапете, испуганно глядя на парня, который направлял на него пистолет. Затем он увидел меня и его лицо на секунду обрело облегчение. Алекс повернулся ко мне, и я увидел взгляд, полный безумия. -Алекс, опусти пистолет, все кончено, тебе не выбраться отсюда. -Я знаю, — он усмехнулся. — Поэтому мне нечего терять. -Пожалуйста, Алекс, — взмолился я. -Почему он? — спросил парень. — Он всегда игрался с твоими чувствами, но ты словно собачка, постоянно возвращался к нему? -Потому что люблю. -Неужели нам было плохо вместе? — я услышал горечь в его голосе. -Нет, все было отлично, — ответил я. -Тогда почему он?! — закричал Алекс. Я перевел на секунду взгляд на Дениса. Тот кивнул мне на Алекса, и я понял, что он собирался сделать. -Зачем нам разбираться в этом сейчас? Ты поступил мерзко с нами, тебе были нужны от меня только деньги, — а мне нужно было заговорить Алексу зубы. -Мерзко? — он удивленно вскинул бровь. — А не мерзко зажиматься в номере со своим бывшим, пока я спал в соседнем? -Ты — мошенник и убийца, — сказал я. — Ты не можешь ровнять меня с собой. Это ты мерзкий! — Алекс перевел пистолет на меня. Этого хватило, чтобы Денис кинулся на Алекса, повалив его на землю. Я побежал к ним. -Ах ты тварь! — закричал Алекс, и я услышал выстрел. В следующую секунду я заломал ему руку и отобрал пистолет. В этот же момент вбежала полиция, окружив нас. -We urgently need an ambulance on the roof. That's a bullet hole. — Услышав это, я развернулся. Денис отполз на небольшое расстояние от нас и прислонился к парапету спиной. Его руки были красные и он прижимал их к левому боку. Кто-то из полицейских подбежал к нему и приложил свою рубашку к боку Дениса, пытаясь остановить кровотечение. Я хотел встать, но мои ноги не слушались меня. -Денис, — прошептал я и парень, будто бы услышав, посмотрел на меня. Его лицо было практически белым, если не считать огромный синяк на щеке. Он улыбнулся мне, видимо пытаясь меня успокоить, а затем его глаза закрылись и тело обмякло. В этот же момент вбежала скорая. Я пополз к нему, но кто-то стал меня оттаскивать.

***

Денис сидел в палате, глядя в окно. Два дня назад он очнулся после операции. Ему очень повезло, потому что пуля попала прямо между селезенкой и желудком, поэтому органы не были задеты. Все эти два дня он был необычно молчалив. И это не могло не напрягать. На четвертый день его выписали. Нас попросили не покидать пока страну, потому что мы были потерпевшими по этому делу. Я предлагал Яну и Олегу поехать в Испанию без нас, но они наотрез отказались. Мы решили поселиться на оставшихся три недели в доме у брата. Линда была счастлива. -Денис, — позвал я его, когда мы поднялись на второй этаж. Ян и Олег довольно быстро выбрали себе комнату и скрылись за дверью. — Ты не хочешь остаться со мной? — он удивлённо посмотрел на меня, а затем улыбнулся. -Я бы хотел пожить отдельно, — я кивнул, скрывая свое разочарование, и мы разошлись по разным комнатам. За ту неделю что-то в Денисе изменилось и, честно говоря, у меня появился страх, что теперь он меня возненавидел. Из-за меня его похитили, держали в сыром подвале и даже избивали. А затем он еще и получил ранение. И во всем этот виноват только я. Наверное, если бы он сказал прямо, что не хочет меня видеть, я бы точно понял. Мы спустились на ужин, который приготовила для нас Линда. Женщина была в воодушевленном состоянии. Полгода она присматривала за домом, в котором не было хозяина и очень надеялась, что мы останемся. -Давайте выпьем за то, что все закончилось! — Ян поднял стакан с коньяком, и мы подняли вместе с ним. Денис единственный, кто пил сок, потому что сейчас был на таблетках.

***

Я напился. Наверное, за последние несколько недель, я почувствовал себя более-менее спокойно, поэтому наклюкался довольно быстро. Мы разошлись по комнатам поздней ночью. Я не пошел к себе. Я не хотел спать один. Постучав в дверь Дениса, я не дождался ответа и открыл ее. Денис лежал на кровати и удивленно уставился на меня. -Артур? — я, пьяно покачиваясь подошел кровати и завалился на нее. Вообще, в моих представлениях я приземлился на нее аккуратно. — Ты что делаешь? — удивленно спросил он, а я улыбнулся парню. -Я не хочу быть без тебя, — мои глаза быстро начали закрываться.

***

Проснулся я с сильной головной болью. Я открыл глаза и увидел Дениса, который видимо только вышел из душа. Он аккуратно натянул на себя рубашку. По нему было видно, что резкие движения отдавались болью. -Денис? — тихо прохрипел я. Он повернулся на мой голос и по-доброму улыбнулся. -Доброе утро, — он медленно подошел к кровати, а затем так же медленно сел. С прикроватной тумбы он взял стакан с водой и таблетку. — Выпей, тебе полегчает. Я благодарно кивнул и присел на кровати, взяв в руку таблетку и стакан. -Прости, что я вчера завалился к тебе. -Да ничего, это было мило, — я сам поставил на прикроватную тумбу стакан, чтобы парню не пришлось тянуться. -Денис, что с тобой происходит? -В каком смысле? -Ты больше не хочешь быть со мной? -С чего ты это взял? — Денис надул щеки. — Откуда такие глупости? -Тогда почему мы спим в разных комнатах? -Из-за раны, — он пожал плечами. — Я сейчас не могу делать резких движений, — он покраснел. — Ну, знаешь… — я не сразу понял, о чем он. -Ты дурак? — я был на грани злости. — Неужели ты думаешь, что я полезу, пока ты в таком состоянии? -Не ты, — он сказал это так тихо, что я еле расслышал. -Что? — мои глаза удивленно расширились и я поднялся со своего места. Я обнял парня со спины, стараясь не задеть его рану. — Есть много способов доставить удовольствие друг другу, при этом не сильно двигаясь. Денис покраснел. -Так я переезжаю? — он кивнул. Хоть сегодня всем и было плохо, но мы запланировали обзорную экскурсию по Лондону. Мы и так были здесь почти две недели, но так ничего и не увидели. Благо ко второй половине дня, мы расходились, поэтому чувствовали себя нормально. Хотя и долго ходить мы не могли, Денису становилось больно. Поэтому мы старались ездить на обзорном автобусе и на лодке. Вечером мы пошли, конечно же, на Лондонский глаз. Это было красиво. Мы даже не поняли, как прошло полчаса. Вернувшись домой, Линда плотно накормила нас ужином, и мы разошлись по спальням. Денис пошел первый в душ, а за ним и я. Утром и вечером ему приходилось менять повязку на животе, что было довольно неудобно. Когда Денис заканчивал, я подошел к нему со спины и обнял, вдыхая родной запах. -Я не верю, что мы наконец-то вместе, — прошептал я ему на ухо и почувствовал, что он улыбается. -Я тоже не верю, — он повернулся ко мне лицом. — Словно сон, — он грустно улыбнулся. — Там, в подвале, я много раз представлял, как ты меня спасаешь, и мы наконец-то воссоединяемся. -Прости меня, — я поджал губы. — Ты очень долго страдал, пока я не мог ничего сделать, — он положил руку мне на щеку. -Не правда, ты старался меня найти, — он приблизил свое лицо и коснулся моих губ. — Я люблю тебе, Артур, — прошептал он мне в губы, и я впился в них. Наконец-то, я могу его касаться, я могу его целовать, я могу его ласкать. Я так долго этого хотел и, наконец-то, он — мой.