Три подруги - одна кровать

Всё началось за несколько недель до той ночи. После финала второго сезона Агнес официально перевели в комнату напротив Венсдей и Энид (решили, что "лучше держать её на виду"). Агнес больше не пряталась в невидимости по углам - Венсдей заставила её быть видимой почти всегда. "Ты моя тень только когда я разрешаю исчезать", - сказала она холодно в первый день. Агнес кивнула так быстро, что косички хлестнули по щекам. Сначала это были мелкие задания: принести кофе без сахара в три часа ночи, подслушивать разговоры Бьянки в душевых (Агнес исчезала и возвращалась с отчётами, дрожа от восторга, что Венсдей её использует), красть записи из кабинета директора. Венсдей никогда не благодарила словами - только лёгким кивком или тем, что позволяла Агнес посидеть у её ног, пока она пишет в дневнике или печатает новую главу романа на печатной машинке. Агнес сидела тихо, как мышка, но глаза горели: она впитывала каждый жест, каждый вздох Венсдей. Потом задания стали... немного личного характера. Однажды вечером Венсдей вернулась после тренировки с Энид - мокрая от пота, в чёрной майке и шортах, волосы растрепаны. Энид ушла в душ, а Венсдей села на кровать, молча стянула кроссовки. Агнес стояла в дверях (Венсдей оставляла дверь приоткрытой специально - проверка на лояльность). - Подойди, - сказала Венсдей, не глядя. Агнес подошла на цыпочках. Венсдей протянула ногу. - Массируй. Ступни болят. Агнес опустилась на колени. Её пальцы дрожали, когда она взяла холодную ступню Венсдей в ладони. Она массировала медленно, осторожно, как будто это хрупкий артефакт. Венсдей закрыла глаза, но не от удовольствия - от наблюдения. Она видела, как Агнес краснеет, как её дыхание учащается, как она украдкой целует внутреннюю сторону лодыжки - лёгко, почти незаметно. Венсдей открыла глаза. - Ты целуешь мою ногу. Агнес замерла, щёки вспыхнули. - Я... прости... я просто... - Продолжай. Агнес продолжила - теперь с поцелуями. От ступни вверх по икре, медленно, благоговейно. Венсдей не останавливала. Когда Агнес дошла до колена, Венсдей раздвинула ноги чуть шире - приглашение без слов. Агнес посмотрела вверх, глаза огромные, как у куклы. - Можно? Венсдей взяла её за подбородок, заставила смотреть в глаза. - Только языком. Никаких рук. И если остановишься - я свяжу тебя и оставлю на всю ночь в сыром подвале Невермора. Агнес кивнула, слёзы восторга в глазах. Она наклонилась, сначала просто поцеловала внутреннюю сторону бедра - влажный, трепетный поцелуй. Потом выше. Венсдей не носила белья под шортами - она сдвинула ткань в сторону одним пальцем. Агнес замерла на секунду, вдохнула запах - мускусный, чуть солёный после тренировки. Потом прижалась губами к щели, мягко, почти робко. Язык выскользнул - лёгкое, пробное касание по всей длине. Венсдей тихо выдохнула - не стон, а разрешение. Агнес осмелела. Она лизала медленно, жадно, как будто умирала от жажды. Плоско по всей киске, собирая вкус, потом кончиком - круги вокруг входа, не заходя внутрь. Венсдей сжала её волосы - не больно, но крепко, направляя глубже. Агнес вошла языком, лаская им медленно, глубоко, потом вынула и перешла к клитору - быстрые рывки, как бабочка крыльями. Венсдей дёрнула бёдрами - первый признак, что ей нравится. Это повторялось почти каждую ночь следующие дни. После уроков, после расследований, после ссор с Энид. Агнес ждала в комнате - иногда видимая, иногда исчезала и появлялась только когда Венсдей скажет "покажись". Венсдей садилась на край кровати или стола, раздвигала ноги, Агнес опускалась на колени. Иногда Венсдей читала книгу или печатала, пока Агнес работала языком(под столом во время печатания) - это было унизительно и возбуждающе одновременно. Агнес кончала просто от того, что Венсдей иногда гладила её по голове и говорила "хорошая девочка". В ту ночь, перед тем как они легли в постель по-настоящему, всё дошло до пика. Венсдей вернулась поздно - после очередного выслеживания какого-то нового монстра в лесу. Она была в грязи, глаза горят. Агнес ждала в комнате, уже на коленях у кровати, невидимая до команды Венсдей. Венсдей закрыла дверь, сняла куртку, села на кровать. - Покажись. Агнес материализовалась - рыжие косички, большие глаза, дрожащие губы. - Ты грязная, — сказала Агнес тихо. - Я... могу вылизать твое тело... Венсдей усмехнулась - редкая, опасная улыбка. - Тогда начинай с ног. И поднимайся выше. Медленно. Агнес начала с ботинок - расшнуровала, стянула, поцеловала ступни через носки. Потом носки - лизнула пальцы ног, один за одним. Венсдей наблюдала, не мигая. Агнес поднялась по икрам, бёдрам - целовала, лизала грязь и пот, не морщась (для неё это было как причастие). Когда дошла до киски - Венсдей уже была мокрой от предвкушения. Агнес лизала жадно, глубоко, с хлюпающими звуками - чистила языком каждую складку, сосала клитор, пока Венсдей не схватила её за волосы и не прижала сильнее. Венсдей кончила тихо, шипя сквозь зубы, тело выгнулось. Потом она потянула Агнес вверх - на кровать. - Теперь ложись. Твоя очередь. Агнес легла, дрожа. Венсдей нависла сверху - холодная, контролирующая, доминирующая. Венсдей делала это редко и всегда как наказание или награду - никогда просто так. Она не опускалась на колени - она усаживала Агнес на край стола/кровати/алтаря в крипте, раздвигала её ноги широко и фиксировала одной рукой на горле (не душит, просто держит, чтобы Агнес смотрела ей в глаза). Поцелуи Венсдей - это не нежность. Это укусы: она начинала с внутренней стороны бёдер, оставляя маленькие красные следы зубов, потом переходила к губам киски - целовала жёстко, почти давила губами, как будто хотела оставить отпечаток своей холодной ярости. Язык у неё медленный, точный, садистски выверенный: она проводила им по входу кругами, не заходя внутрь, пока Агнес не начинала умолять: "Пожалуйста, Венсдей, глубже, я же твоя..." Только тогда Венсдей входила языком - глубоко, резко, трахала им, как маленьким членом, пока Агнес не задирала бёдра и не скулила. Клитор она брала в плен последним: сначала прижимала язык плоско и просто держала давление, потом начинала быстро-быстро вибрировать кончиком - короткие, злые удары, от которых Агнес дёргалась всем телом. Венсдей любила в этот момент смотреть вверх - видеть, как у Агнес закатываются глаза, как слёзы текут по щекам от переизбытка эмоций и ощущений. Иногда она отстранялась в самый пик и дула холодным воздухом на мокрый клитор - Агнес взвизгивала, а Венсдей тихо говорила: "Тише. Или я остановлюсь". И возвращалась - посасывала сильно, почти до боли, доводя Агнес до оргазма, который та переживала с криком, вцепившись в чёрные косы Венсдей. После Венсдей вытирала губы тыльной стороной ладони и говорила: "Ты вкуснее, когда боишься разозлить меня". Венсдей лижет Агнес жёстко, садистски точно, доводя до слёз и криков. Всё это обычно заканчивается тем, что Агнес обнимает Венсдей, уткнувшись лицом в её шею, шепчет "Я твоя навсегда", а Венсдей молча гладит её по спине - единственный раз, когда она позволяет себе быть чуть мягче и немного расслабиться. Они легли в постель уже после - Агнес прижалась к боку Венсдей, как щенок, а Венсдей позволила ей один раз обнять за плечи. Это был их первый раз "по-настоящему" - не просто оральный ритуал, а секс, где обе кончают, обнимаются и молчат. А потом, на следующий день, произошло то, что произошло... Агнес как всегда начинала с благоговения - как будто перед ней алтарь, который нельзя осквернять слишком быстро. Она опускалась на колени (часто сама, без команды - Венсдей только чуть приподняла бровь и раздвинула ноги в чёрных чулках). Рыжие косички падали вперёд, щекотали внутреннюю сторону бёдер Венсдей. Агнес целовала медленно, почти религиозно: лёгкие, влажные поцелуи по всей длине щели, от входа вверх, обходя клитор нарочно, чтобы Венсдей начала раздражённо дёргать её за волосы: "Не дразни, или я свяжу тебя бечевкой и оставлю так на всю ночь в грязном, сыром подвале Академии!" Только тогда Агнес ныряла языком внутрь - жадно, но аккуратно, вылизывая каждую складку, собирая вкус, как будто это единственный нектар, который ей позволено пробовать. Её язык тонкий, быстрый, она любила делать круговые движения внутри, потом высовывать и проводить плоско вверх по всей длине, оставляя мокрый след. Когда Венсдей уже тихо шипела от нетерпения, Агнес наконец переключалась на клитор: сначала кончиком языка - лёгкие, почти невесомые касания, как будто бабочка дразнит крыльями. Потом ускорялась - быстрые рывки, круги, лёгкие посасывания (она обожала втягивать его губами и отпускать с влажным чмоканьем). Венсдей в такие моменты сжимала её голову бёдрами, заставляя глубже, и Агнес стонала прямо в неё - вибрация от этого звука доводила Венсдей до исступления. Агнес могла довести её до оргазма именно так - не останавливаясь, даже когда Венсдей уже кончает, продолжая мягко лизать, продлевая спазмы. Всё происходило в комнате Венсдей общежития Академии Невермор: тусклый свет от свечей, запах старых книг и ладана, кровать с чёрным балдахином слегка скрипела под движениями. Венсдей лежала на спине, ноги раздвинуты, одна рука в волосах Агнес, вторая сжимала простыню. Агнес на коленях между её бёдер, рыжие косички растрепались, лицо мокрое от стараний и естественных жидкостей, глаза горят фанатичным восторгом. Она только что довела Венсдей почти до оргазма - быстрые круги языком по клитору, посасывания, лёгкие укусы губами, и Венсдей уже тихо шипит, бёдра дрожат, когда... Дверь резко открылась с громким скрипом (Энид никогда не стучит, если в настроении). Энид ворвалась - в своей яркой пижаме с единорогами, волосы в беспорядке после тренировки по волчьей йоге или что там она делала, глаза расширились от шока. Она замерла на пороге: рот приоткрыт, щёки мгновенно краснеют под слоем макияжа. - Венсдей?! Агнес?! Что... вы... о боже, серьезно?! Я не верю своим глазам, - и закатила глаза. Венсдей не дёргается. Она медленно поднимает голову, смотрит на Энид холодно, но в глазах мелькает что-то хищное - смесь раздражения и... возбуждения от внезапного зрителя? Она не убирает руку с головы Агнес, даже слегка прижимает её глубже, заставляя ту продолжить (Агнес послушно лижет дальше, хоть и медленнее, дрожа от адреналина). - Энид! Ты умеешь стучать? Или это часть твоего шарма оборотня - врываться без предупреждения? Агнес поднимает голову, губы блестят, щёки пылают. Она смотрит на Энид снизу вверх с этой своей маниакальной улыбкой - смесь ревности, триумфа и странной лояльности. - Хай, Энид... мы... эээ... просто... Венсдей нужна помощь с... релаксацией, - и проронила нервный смешок. - Ты не против? Можешь... посмотреть? Или... присоединишься? - Последние слова она произносит шёпотом, но с таким энтузиазмом, будто предлагает конфету. Энид хлопает дверью за спиной (не уходит - закрывает, чтобы никто не вошёл). Её глаза мечутся: от лица Венсдей (спокойного, но с лёгкой усмешкой), к Агнес (всё ещё между ног Венсдей, язык облизывал губы), к мокрым следам на бёдрах. - Это... это нечестно. Ты... вы... - Энид сглатывает, голос дрожит. - Я думала, мы... ну, ты знаешь. А тут эта твоя маленькая сталкерша-фанатка... лижет тебя, как будто это её домашнее задание! Венсдей медленно садится, тянет Агнес за косичку вверх - та послушно поднимается, прижимается к ней сбоку, как щенок. Венсдей смотрит на Энид, голос низкий, опасно спокойный: - Ревнуешь, Энид? - Она поворачивает голову к Агнес. - Покажи ей, как ты умеешь. Медленно. Агнес кивает, глаза блестят. Она опускается обратно, но теперь делает всё демонстративно: проводит языком по всей длине киски Венсдей, громко чмокает, потом фокусируется на клиторе - быстрые рывки, круги, лёгкое посасывание. Венсдей не отрывает взгляда от Энид, одной рукой гладит Агнес по голове, другой манит Энид ближе. - Подходи. Или уходи. Выбор за тобой. Энид делает шаг вперёд, потом ещё. Её дыхание тяжёлое, кулаки сжаты. - Ты... ты невыносима! Вы обе! - Но она уже у кровати, опускается на колени рядом с Агнес. - Если уж так... то я не позволю ей одной тебя трогать. Агнес немного отстраняется, даёт место. Энид наклоняется - её поцелуи другие: горячие, жадные, с лёгким рычанием в горле. Она лижет Венсдей сильно, глубоко, как будто хочет стереть следы Агнес, потом переключается на клитор - вибрация от её стона передаётся прямо туда. Венсдей наконец издаёт тихий, сдавленный стон - первый настоящий за вечер. Агнес не обижается. Она смотрит на них с обожанием, потом наклоняется и начинает лизать Энид через пижамные шорты - медленно, дразняще, пока Энид не вздрагивает и не раздвигает ноги шире. - Мы... все трое... - шепчет Агнес. - Венсдей любит, когда всё сложно. Венсдей тянет обеих ближе - одну за волосы, другую за ухо. Её голос хриплый: - Докажите. Обе. Или я свяжу вас бечевками и оставлю в сыром, мрачном подвале Академии Невермор на всю ночь. Комната наполнилась звуками: влажными чмоканьями, стонами, тихим рычанием Энид и восторженными всхлипами Агнес. Ревность превращается в хаос - кто кого доведет до оргазма быстрее, кто глубже, кто заставит Венсдей кончить первой. В итоге Венсдей кончает между их языками - один на клиторе, другой внутри, - тело выгибается, пальцы впиваются в волосы обеих. Она не кричит - просто шипит сквозь зубы: "Достаточно... пока." Потом все трое на кровати - Энид обнимает Венсдей с одной стороны, Агнес прижимается с другой, как маленькая тень. Энид бормочет: - Мы поговорим об этом завтра. Серьёзно. Венсдей: Завтра. Или никогда. Агнес тихо: Я буду любить вас обеих... всегда. Никто не спорит. Дверь заперта, свечи догорают. Невермор спит, а в этой комнате союз, дружба девочек вышла на новый уровень - интимный, личный, превратившись в их маленький секретик, который они никому не расскажут. Оставят за замкнутой дверью, и выбросят ключ.