Оставьте надежду за порогом

***

      Жёлтые лампы пискляво затрещали от поступившего в них напряжения. Темноволосый мальчик, ещё не желающий покидать прекрасное царство Морфея, развернулся к стене, ловя последние тихие секунды сна. Комната была небольшой, без окон, без шкафов или даже простых стульчиков. Так она создавала ощущение своей норки, где можно спрятаться от кошки-хищницы. Только дверь без ручки с этой стороны добавляла несколько серых, как железо, и ровных, словно прутья, мазков в картину детского видения безопасности.       Стучать, кричать, звать маму и папу в закрытую дверь было бесполезно – никто не приходил. Лишь крикнули, из-за двери, заткнуть свой рот и со всей силы пнули в дверь.

Правда, и такая дверь может открываться, но по какой причине?

***

      Два из вошедших в чёрной форме не спрашивали и не давали ему ещё пять минуток. Громким приказным тоном спящему, или уже притворяющемуся спящим, мальчику сказали: — Подъём.       Нет реакции. Один взял парня за плечо и потряс, повторяя уже недовольно: — Вставай уже.       Пришлось поддаться. Мальчик взглянул на гостей, подтянув колени к груди. Насупленные брови и высокомерные взгляды красноречиво говорили, что сейчас никто не хотел возиться с ним. Им будто легче взять за руку и тащить ребёнка словно какой-то мешок.       За их спинами послышался голос, знакомый больше, чем жёлтые лампы и пыльные полы. Фигура в белом, чистом халате, с очками, остротой углов которых можно кромсать мясо. — Перенесите его в лабораторию. Он давно уже готов, не знаю, зачем откладывали и мариновали его витаминами дальше.       Этот голос, ровный и сухой, стал за время, проведённое тут, единственным близким. Словно далёкую тётю попросили присмотреть за тобой. Колкие, как у остальных, взгляды менялись улыбкой, когда она обращалась к «своему» тёмненькому, прося съесть горькие пилюли. И сейчас мальчику хотелось получить ту дольку доброго взгляда. Он словно сам потянулся на выход, внимательно и терпеливо выжидая милости от белой фигуры.       Но... коридор за коридором... скрип паркета, стук берцев, завывания ржавых петель – ни на секунду, ни на миг взор фигуры в халате не отрывался от планшета.

***

      Шаг за шагом, и они прошли обычный поворот. Теперь темноволосого вели в новое, незнакомое ему место. Осознание клацнуло в голове. Куда-то ведут. Липкое чувство тревоги и сомнения заставили мальчик дёрнулся назад. — Куда попёр?       Двое в чёрном в четыре руки его сразу подцепили, как рак клешнями. Снова дёрнуться не вышло. Руки сжали сильно, сильно.       Он закричал – от отчаяния, прося вернуть домой, как в первые дни в этой больнице? Тюрьме? Аду? Где это так называемое «здесь»? Но крик эхом отскочил от стен бесконечного коридора и затих. Никто не дёрнулся и не спросил, что такое, хоть двери стояли как частокол слева и справа – все одинаковые, металлические.       Теперь мальчика насильно волокли по коридору. Паркет сменился чистым кафелем. Пол был холодным, из-за чего босые ноги скользили по плитке. Запах стал другим. Затхлый и пыльный сменился едким запахом хлорки. Теперь это больше напоминало больницу. В конце коридора открылась дверь. Из неё вышел тоже мальчик, которого тоже вели под локоть два человека в чёрном. Ребёнок не шагал, не двигался – его просто тащили по полу. Голова болталась, глаза были закрыты, а рот приоткрыт, как у спящего. Только он не спал. – Кто он? – испугано спросил мальчик.