truly the jackpot.

эллиот был в порядке. в полном порядке.   по крайней мере, он постоянно повторял себе это, прислонившись к прилавку закрытой пиццерии, и рассеянно складывая одну из коробок с едой пополам, как будто она лично его обидела. было поздно — слишком поздно для посетителей, слишком рано для него, чтобы поспать, — и в заведении царила тишина, нарушаемая лишь жужжанием холодильника и слабым тиканьем настенных часов. обычно ему нравилась тишина после долгого дня. но сегодня вечером тишина была громкой, по-другому.   потому что завтра… у них было свидание. черт! он позволил картону вернуться в исходное состояние и отложил его в сторону, потирая затылок, словно это могло каким-то образом снять беспокойную, вибрирующую энергию под кожей.    он уже представлял себе, как шанс пытается вести себя непринужденно и терпит неудачу самым очевидным образом, как всегда, когда что-то действительно имело для него значение. эллиоту это в нем нравилось. нравилось, как его смелость трескалась настолько, что проступала более мягкая сторона его характера. он облокотился локтями на стойку, глядя на аккуратные ряды пустых стульев в обеденной зоне. он гадал, где они окажутся завтра. гадал, будет ли шанс снова теребить свои очки. гадал, не отпустит ли он еще одну небрежную шутку, которая для большинства людей ничего не значит, но для эллиота это будет медленным, теплым ударом в грудь. он также тихонько, про себя, так тихо, что едва хотел об этом думать, размышлял, знал ли шанс, как сильно эллиоту нравилось находиться рядом с ним.   он тщательно спланировал вечер — забронировал столик, выбрал тихое место для прогулки после ужина, может быть, даже кофейню с приглушенным светом и тихой музыкой, если захочется задержаться подольше. ничего вычурного, просто… что-то приятное. что-нибудь, что говорило бы: «я подумал о тебе, когда выбирал это».   он проверил телефон не потому, что получил уведомление, а потому что всё время надеялся, что шанс напишет что-нибудь сумбурное. какую-нибудь нервную болтовню, маскирующуюся под уверенность. но экран был пуст.   эллиот улыбнулся про себя. --   эллиот стоял перед зеркалом, застегивая рубашку с той же сосредоточенностью, с которой он обычно чинил печь для пиццы. цвет был таким, который он носил нечасто — достаточно мягким, чтобы выглядеть так, будто он старался, но не настолько ярким, чтобы кричать об  особом событии. он хотел, чтобы это выглядело естественно. легко. он провел рукой по волосам, раздумывая, оставить ли их аккуратными или оставить так, как они лежат. аккуратность победила. по крайней мере, на сегодняшний вечер.   в глубине души он уже распланировал вечер, как тихую карту: уютный ужин, прогулка под уличными фонарями, может быть, кофе после, если они не будут готовы закончить вечер. он даже дважды проверил погоду, как какой-то романтический перфекционист.   затем раздался стук.   он открыл дверь, ожидая— ну, может быть, простого приветствия. вместо этого там стоял шанс с той самой улыбкой, которая, казалось, созревала весь день. «вау», — выпалил шанс, голос его был немного слишком быстрым. «ты… ты так нарядился». он моргнул, явно смущаясь. «я имею в виду — не то чтобы ты всегда плохо выглядишь — ты всегда хорошо выглядишь — но это выглядит как будто: „о, эй, этот парень действительно ведет меня в какое-то приличное место“, и я—» эллиот наклонил голову. «и ты… этого не ожидал?»   шанс сглотнул, явно теряя контроль над тем, как бы гладко все прошло. «э-э—нет, то есть—да? я имею в виду—послушай, у меня был план, ладно? целый план. мой план». он неопределенно махнул рукой в сторону улицы. «но теперь ты здесь, выглядите вот так, и мой мозг просто… э-э…» «ты несёшь чушь», — заметил эллиот, на его губах появилась лёгкая улыбка.   «да», — пробормотал шанс, проведя рукой по лицу. — «все идет отлично».   затем он увидел машину. не просто машину. прямо перед его домом стоял блестящий, до абсурда удлиненный лимузин, черная краска которого сияла под светом уличных фонарей. пислонившись к капоту, эллиот сказал: «…ты не мог». шанс раскинул руки в стороны, ухмыляясь. «о, конечно, мог». эллиот вышел, окинув взглядом огромную длину машины. «ты понимаешь, что в ней может поместиться, скажем, десять человек?»   «двенадцать», — поправил шанс, выпрямившись и с театральным жестом открыв заднюю дверь. — «но сегодня это только для тебя». его голос слегка дрогнул на слове «тебя», и он быстро откашлялся. — «то есть—э-э—это для нас. понимаешь? потому что я—э-э—запланировал всё это… дело.»   эти слова заставили брови эллиота приподняться, а глаза слегка расшириться. «ты… спланировал свидание?» — шанс ахнул, как будто эллиот только что обвинил его в измене. «что—ох, как ты смеешь!» — он приложил руку к груди, изображая обиду. «ты думаешь, я бы просто... пригласил тебя в это…» — он размахивал руками, указывая на нелепо длинный автомобиль — «без генерального плана? эллиот. мой хороший. мой лучший. мой… э-э… очень, очень привлекательный парень…»   «ты тянешь время», — сказал эллиот, но на его губах заиграла улыбка. «я создаю интригу», — слишком быстро ответил шанс. «послушай, я думал об этом неделями. НЕДЕЛЯМИ. я составлял списки. запасные варианты. у меня есть целое—э-э—расписание. которого, если нам повезет, я буду придерживаться хотя бы первые пятнадцать минут, прежде чем неизбежно начну импровизировать, потому что запаникую и забуду, что делаю.» эллиот моргнул, все еще стоя у машины. — «ты составил расписание?»   «не выставляй меня занудой,» — пробормотал шанс, поправляя воротник. — «это романтическое расписание. очень изящное. очень… подходящее под свидание. со свечами. может быть. я еще не решил.» эллиот наклонил голову, глядя на него так, что шансу показалось, будто жара от уличного фонаря удвоилась. — «так ты… ждал этого?» — у шанса пересохло во рту. — «да. я имею ввиду… да. ты думаешь, я приглашаю каждого встречного прокатиться в моем роскошном лимузине? это—тебе—» — он замолчал, беспомощно жестикулируя, слова подвели его, так как он очень хотел все сделать правильно.   выражение лица эллиота смягчилось, и он наконец сделал шаг вперед, скользя на сиденье. «ну что ж,» — сказал он, взглянув на шанса, — «пожалуй, я должен посмотреть, как выглядит весь этот план.»— потому что, может быть, просто может быть, он позволит шансу проводить его. он наконец-то отдохнет. шанс сглотнул, нервы внезапно затрепетали, и он нырнул в машину вслед за ним. «о, ты посмотришь. и тебе понравится. или… э-э… по крайней мере, притворишься, чтобы я не заплакал».   тихий смех эллиота заполнил пространство между ними. ---   как только дверь за ними закрылась, машина плавно тронулась с места, и мир за окном расплылся в золотистых полосах уличного освещения. шанс откинулся назад — вернее, рухнул — на сиденье, явно пытаясь сохранить ту же самоуверенность, с которой он начал снаружи. он повернулся к эллиоту, вытянув одну руку на спинку сиденья, словно позируя для обложки журнала. только вот нога не переставала дергаться.   «итак», — начал шанс, и в его голосе уже чувствовалась опасно близкая к трещине интонация. — «ты, наверное, думаешь: „шанс, зачем лимузин? зачем вся эта загадочность?“ и я тебе скажу. потому что…» — он замолчал, отводя взгляд. — «…э-э… это круто?» эллиот даже не придал значения лимузину, но решил смириться с этим, хихикая про себя. эллиот скрыл улыбку. — «это твоя главная причина?»   «нет—нет, не только это», — быстро сказал шанс, поправив руку, затем оттянув ее назад, а потом решив, что, может быть, ее все-таки стоит снова поднять. «дело в впечатлениях. ты заслуживаешь — ну, типа — иногда чего-то особенного. и, э-э… я хотел увидеть твоё лицо, когда ты увидишь всю эту подготовку».   «моё лицо?» — спросил эллиот, наклонив голову, всё ещё спокойный, как всегда. «да. ты делаешь это…» — голос шанса дрогнул. «типа, твои глаза как бы… загораются? и ты слегка улыбаешься, только для меня, и—» — он замолчал, поняв, что говорит слишком много, слишком искренне, слишком быстро. «в общем… дело не в этом», — воскликнул шанс. «похоже, дело именно в этом», — пробормотал эллиот.   шанс застонал, наполовину закрыв лицо руками. «почему ты так хорошо умеешь переворачивать всё с ног на голову? у меня было, типа, десять реплик, а ты просто… смотришь на меня, и у меня теперь отключаются мозги». шанс издал долгий, театральный вздох, откинувшись на бок на кожаное сиденье, словно его только что ударила смертельная доза честности. «видишь, вот что я имею в виду. ты просто—» — он неопределенно махнул рукой в ​​сторону эллиота, — «—существуешь таким, тихим и спокойным, а мой мозг просто… замыкается».   эллиот слегка откинулся назад, приподняв одну бровь, и все ещё улыбался. «тихо и спокойно — это плохо?»   «нет! боже, нет», — быстро сказал шанс, снова выпрямляясь и размахивая руками. «это… это опасно, ладно? ты как… очень хорошая, искусно сделанная ловушка. я ввязался во всю эту историю с «влюбленностью в тебя», думая: «о, все в порядке, я сохраню хладнокровие, я буду вести себя непринужденно…» эллиот наклонил голову — «и как это работает?»   шанс одарил его взглядом, который можно было описать только как выражение глубокого предательства. «грубо. но и не очень хорошо. очевидно». улыбка эллиота стала достаточно широкой, чтобы это было заметно. «значит, лимузин, роскошная обстановка… это твой способ сохранять спокойствие?»   «слушай…» — шанс указал на него с притворной серьезностью, — «…все было хорошо, пока ты не начал говорить. у меня был продуман весь мой образ обаятельного человека. открытие двери? замечательно. драматическое откровение? потрясающе. а потом ты начал с этим „ты запланировал свидание?”»   «сейчас?» — подсказал эллиот, его тон был настолько мягким, что слово прозвучало почти как толчок. «сейчас я сижу на заднем сидении лимузина и признаюсь, что ты мне так нравишься, что это нарушает химию моего мозга», — пробормотал шанс, проведя рукой по волосам. эллиот позволил немного помолчать, прежде чем снова заговорить. «звучит как не такая уж и плохая проблема».   «ох, это ужасная проблема», — сказал шанс, но в его словах не было настоящей убежденности. «то есть, ты себя видел? конечно, мой мозг перегрелся. и завтра, когда я снова буду думать о тебе, я проиграю в карты, потому что буду слишком занят тем, что буду прокручивать в голове твое лицо с сегодняшнего вечера. и это твоя вина». эллиот тихонько усмехнулся. «ты винишь меня в том, что я отвлекаю тебя»   «абсолютно», — без колебаний ответил шанс. «это просто преступление, правда… чёрт», — выругался шанс. «и как я могу отплатить за это?» — спросил эллиот, слегка покраснев. шанс помолчал: «…позволять мне продолжать это делать. быть с тобой. планировать глупости, которые, надеюсь, заставят тебя улыбнуться. чёрт, просто пожалуйста…», — его голос смягчился. эллиот перестал улыбаться, его глаза расширились от нежной просьбы. его сердце забилось от восхищения, прежде чем он кивнул. «конечно», — тихо прошептал эллиот в машине.   взгляд эллиота скользнул к мерцающему свету уличных фонарей за окном, но его мысли были далеки от города. он к такому не привык — быть по ту сторону чего-то настолько… намеренного. настолько открыто выраженного. большинство людей в его жизни никогда не говорили подобного без подтекста, без какой-то скрытой просьбы, спрятанной за словами. но голос шанса… в нём были лишь трещины и мягкость, никакой брони. он задел что-то глубокое, что-то, к чему эллиот редко позволял прикасаться кому-либо.   он все ещё слышал едва уловимую дрожь в голосе шанса, почти умоляющее «пожалуйста», и оно эхом отдавалась в нем, словно ему там и место. здесь не было никакой игры, никакого блефа — просто невнятное, искреннее желание, которое эллиот не мог не встретить своим собственным. шанс нервно рассмеялся, постукивая пальцами по сиденью, словно пытаясь сдержать взрыв. «чувак, ты опять делаешь это лицо», — сказал он, лишь на секунду взглянув на эллиота, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу.   эллиот моргнул. «какое лицо?»   «ну знаешь, — сказал шанс, неопределенно жестикулируя одной рукой, прежде чем снова повернуть её на место, — этот… тихий взгляд. как будто ты смотришь прямо на меня, но в то же время и в мою душу. это…» — он резко выдохнул, — «…как-то незаконно». губы эллиота медленно и слегка приподнял уголки губ. «незаконно?»   «да», — пробормотал шанс, ерзая на сидении. «за такой взгляд должен быть штраф. и я бы разорился за неделю». эллиот слегка наклонил голову, обдумывая эту мысль. «может, ты просто не привык к тому, что кто-то на тебя смотрит». это заставило шанса замереть на полсекунды. «…вау. ладно. задел за живое». он пытался говорить непринужденно, но эллиот заметил, как голос смягчился.   «я не хотел», — мягко сказал эллиот. «просто… мне нравится на тебя смотреть». пальцы шанса сжались в кулаках, челюсть задрожала, прежде чем он выпустил слабый смешок «ты не можешь вот так просто говорить такие вещи, когда я за рулем, чувак. я нас разобью». эллиот улыбнулся, откинувшись на спинку сиденья, но продолжая смотреть на него, замечая, как плечи шанса стали немного напряженнее, немного настороженнее — как будто он был одновременно взволнован и пытался сохранять спокойствие.   внутри эллиота мысли уже блуждал мыслями, прослеживая невидимую нить между ними. шанс не был из тех, кто позволяет людям так легко проникнуть в свою душу. и все же вот они, в машине, которая вдруг показалась им меньше, теплее и каким-то образом честнее, чем то пространство, которое они делили раньше.   --    эллиот откинулся на сиденье и смотрел на размытые огни уличных фонарей за окном. он пытался угадать, куда везет его шанс — может быть, в какое-нибудь шикарное место. шанс выглядел как человек который готов устроить грандиозное представление, появиться с билетами на какое-нибудь экстравагантное мероприятие или подъехать к парковке, где струнный квартет уже настраивает свои инструменты. он старался не слишком задумываться об этом, но любопытство не давало ему покоя. шикарные места были не совсем в его вкусе, но… это было что-то, что мог предложить шанс.   машина сбавила скорость, щёлкнули поворотники, и эллиот поднял взгляд — и его поток мыслей резко оборвался. это был не лаундж на крыше и не сверкающий бальный зал. это была… пекарня. небольшая, уютная пекарня, такая, которая сияла в ночи, словно у неё было собственное маленькое сердцебиение. тёплый жёлтый свет лился сквозь окна. меловое меню на вывеске было написано витиеватым, неровным почерком, а витрина внутри была доверху заполнена пирожными с пастельной глазурью.   эллиот на секунду замер, а затем тихонько рассмеялся — скорее выдохнул, чем издал звук. «торт?» — спросил он, повернувшись к шансу с поднятыми бровями. шанс ухмыльнулся, словно только что блестяще сдал самый важный тест в мире. «да. думал, тебе понравится». эллиот моргнул, что-то сжалось в груди в том самом приятном, невозможном смысле. «я никогда не говорил тебе, что люблю торты».   «тебе и не нужно было», — сказал шанс, заглушая двигатель. «а... ты просто... похож на того, кому они нравятся», — эллиот кивнул. «давай просто зайдем внутрь».    когда они вошли, над дверью зазвенел маленький колокольчик, и эллиота мгновенно охватило тепло — сладкое, маслянистое, словно кто-то весь день пек специально для них. шанс подошел ближе, чтобы придержать дверь, и эллиот заметил на его лице легкую, довольную улыбку, словно тот уже похлопывал себя по плечу за этот выбор. эллиот даже не мог злиться — это было идеально.   в помещении было тихо, всего пара человек за угловым столиком и тихое жужжание холодильной витрины. стеклянная витрина тянулась по всей стойке, заполненная рядами тортов всех размеров — некоторые аккуратно нарезанные, другие целые, украшенные завитками глазури и маленькими сахарными цветочками. «давай», — сказал шанс, наклонив голову к витрине. «выбирай что хочешь. или… всё. я не буду осуждать».   эллиот тихонько усмехнулся. «ты будешь».   «эй, за кого ты меня принимаешь?» — шанс смеется, скрывая свое смущение. эллиот осмотрел выпечку, стараясь сосредоточиться на выборе, а не на том, как шанс наклонился рядом с ним — подперев локоть о прилавок, он то и дело поглядывал то на выпечку, то на него. «вот этот», — наконец сказал эллиот, указывая на простой клубнично-ванильный бисквит с толстым слоем крема посередине. «классика», — одобрительно кивнул шанс, прежде чем заказать два куска — два, не спрашивая, хочет ли эллиот поделиться, просто предполагая, что они оба получат свои. -- эллиот едва успел откусить первый кусочек, как шанс уже заерзал на стуле — качая коленом, теребя вилку, каждые три секунды поглядывая на эллиота, как будто проверяя его реакцию. «ну?» — слишком быстро спросил шанс. «вкусно, правда? не слишком сладко? я имею в виду, я на самом деле не знаю, какие торты ты любишь, поэтому я просто—э-э—предположил. но у меня было предчувствие. не какое-то жуткое экстрасенсорное ощущение, просто… ну, понимаешь… предчувствие. предчувствие пекаря».   эллиот сглотнул, стараясь не рассмеяться. «он идеален». плечи шанса опустились, словно он затаил дыхание. «о, слава богу ». он воткнул вилку в свой кусок, пробормотав: «я был в пяти секундах от того, чтобы заказать всю витрину целиком, на всякий случай». эллиот наклонил голову. «ты бы действительно так сделал?»   шанс поднял на него взгляд с выражением, находящимся где-то между смущенным и самодовольным. «для тебя? да. то есть, ты, наверное, подумаешь, что это перебор, но зато у тебя будет тортов на целый месяц вперёд, так что… все в выигрыше?» эллиот с улыбкой покачал головой и откусил еще кусочек. «ты смешной».   «да», — сказал шанс, откинувшись на спинку стула, но всё ещё подёргивая ногой под столом. «но, типа, в клёвом смысле, да?» эллиот поднял бровь. «мм, конечно. клёвом, шанс», — сказал он дразнящим тоном. но вскоре мягко улыбнулся. уши шанса слегка порозовели, но он ухмыльнулся, как будто не заметил. «ну, э-э…» — он взглянул на торт перед ними, потом на эллиота, потом снова на торт. его рот открылся, потом закрылся. наконец, тихо фыркнув, он взял вилку. «ладно, не смейся, но…»   эллиот наклонил голову, уже с подозрением глядя на происходящее. «но?»   шанс наколол кусочек торта и, полностью избегая зрительного контакта, неловко протянул вилку через стол. «вот». эллиот моргнул. «…ты предлагаешь мне откусить?»   «д-да», — сказал шанс, но заикание вырвалось прежде, чем он успел его остановить. «знаешь, типа — милые штуки для свидания. как в кино», — на что эллиот наклонил голову. «правда?» — шанс тихо простонал, проводя рукой по лицу, но все ещё держа вилку. «ты действительно собираешься заставить меня почувствовать себя глупо, да?» — эллиот слегка наклонился вперед, в глазах его мелькнула тихое веселье. «о, я бы и не подумал».   «ты буквально делаешь это прямо сейчас», — пробормотал шанс, слегка сгорбившись. «слушай, просто… просто откуси кусочек, пока я не умер от стыда, хорошо? пожалуйста, эллиот…» эллиот, позволив тишине затянуться ровно настолько, чтобы нога шанса снова начала дергаться, наконец наклонился и откусил. эллиот был уверен, что заставил его сердце подпрыгнуть.   эллиот задумчиво пожевал, затем кивнул. «вкусно». шанс с преувеличенным облегчением вздохнул, откинулся назад и отложил вилку. «слава богу. черт, черт, черт», —  выругался шанс. «что случилось?» — спросил эллиот немного обеспокоенно, но беспокойство утихло, как только шанс ответил смехом. «нет, черт, ты просто… такой милый…», — уши эллиота покраснели от этих слов, но он просто улыбнулся.   эллиот наклонил голову, всё ещё улыбаясь той спокойной, размеренной улыбкой, которая сводила шанса с ума. «мм, спасибо». — поблагодарил он, на этот раз мягче. «да, ну, пожалуйста! это потому, что я предан. типа... глубоко предан. торту. и, э-э…» он запнулся, подняв глаза на эллиота, а затем снова опустив их. «...тому чтобы — проводить время с тобой. в таком порядке. но не в плохом смысле порядке». эллиот моргнул, забавляясь. «так сначала торт, потом я?»   «нет, нет… чёрт», — простонал шанс, потирая лицо свободной рукой. «это прозвучало неправильно. ты как... ты как торт. высшего качества. ясно? как пятизвёздочный торт. ты… чёрт, я только ухудшаю ситуацию». эллиот пытался не смеяться, но его плечи дрожали, а на губах уже играла улыбка. «пятизвёздочный торт, да?»   «да», — пробормотал шанс, уткнувшись лицом в чашку кофе, словно она могла его спасти. «премиум, изысканный, с золотыми хлопьями или что-то в этом роде. это ты». эллиот снова подпер подбородок рукой, просто наблюдая как он запутывается. «…ты ужасен в метафорах», — но он не мог не поддаться на уловки шанса. раздражённым. «да, ну, попробуй ты вести себя нормально, когда сидишь за столом напротив человека, который смотрит на тебя так, будто ты для него важен.»   эллиот моргнул, и на этот раз его застали врасплох. в груди слегка сжалось, тепло разлилось быстро и резко. «шанс…» — начал он, но голос затих, прежде чем он успел придумать, что сказать. и эта тишина — неловкая, тяжелая, но странно нежная — заставила шанса запаниковать. «э-э, я имею в виду, не в плохом смысле! пожалуйста, чертчертчертчертчерьчкртчнртчкпт!»   эллиот наконец рассмеялся, прикрыв рот рукой. его смех был настолько непринужденным, настолько искренним, что шанс мог только смотреть на него. «ты смешной», — пробормотал Эллиот сквозь смешки. шанс фыркнул и снова вонзил вилку в торт. «да, но ты улыбаешься, так что я победил». эллиот опустил руку, глаза его смягчились, смех все еще оставался на губах. «…да. ты победил».   ---    шанс заплатил официанту, это было дорого — для эллиота; но для шанса это не имело значения. в углу пекарни эллиот стоял и наблюдал — шанс заметил его и подмигнул ему. эллиот фыркнул, как естественно. шанс подошел к нему, и они оба вышли из пекарни. шанс уже собирался достать ключи от машины, но свет неподалеку заставил глаза Эллиота заблестеть.    «подожди, шанс», — эллиот останавливает его. «я бы предпочел, чтобы мы прогулялись». шанс кивает. «хорошо, но куда?»   эллиот сделал паузу, а затем продолжил: «я не знаю, я просто хочу прогуляться с тобой».    шанс на секунду замер, ключи болтались у него в руке. «оу», — сказал шанс, быстро моргая, прежде чем засунуть ключи обратно в карман. «да, да, конечно. прогулка — это хорошо. да, да! хорошо, эллиот!» — бормотал он, и он это знал, но эллиот лишь слабо улыбнулся, как будто ему было все равно. они пошли по улице бок о бок, время от времени касаясь плечами. было не многолюдно, достаточно тихо, чтобы звук их шагов заполнял пространство между ними.   взгляд эллиота постоянно скользил вверх, улавливая свет уличных фонарей и едва заметные звёзды над головой, но каждый раз, когда он отводил взгляд в сторону, на него уже смотрел шанс. «не нужно так пялиться», — пробормотал эллиот почти застенчиво, хотя его губы растянулись в едва заметной улыбке. «я не пялюсь», — тут же парировал шанс. «я… э-э… наблюдаю. да. слежу, чтобы на тебя не напали дикие собаки или, например, подозрительные фонарные столбы».   эллиот посмотрел на него взглядом, в котором одновременно читались и веселье, и нежность. «подозрительные фонарные столбы?» «ну, кто знает». шанс засунул руки в карманы, плечи у него слегка напряглись, несмотря на шутку. «но… серьезно. мне просто нравится ходить рядом с тобой. вот и всё». слова вырвались тише, чем он хотел, но он не стал брать их обратно.   эллиот почувствовал, как что-то тронулось в его груди — тепло, простое и размеренное. он немного замедлил шаг, позволяя их движениям войти в ритм, и через мгновение его рука коснулась руки шанса. шанс взглянул на это прикосновение, его сердце забилось, словно у него в руке плохая карта, которой он все же хотел сыграть. «…э-э. ты—хочешь…?» — он неловко жестикулировал, словно мысль о том, чтобы держаться за руки, была слишком опасна, чтобы сказать это прямо.   эллиот тихонько рассмеялся, почти выдохнув. «да, шанс». и с этими словами он сплел их пальцы вместе, крепко держа его. на мгновение шанс забыл, как дышать. «ох. ох, вау. ладно. круто. очень круто. совершенно нормально», — пробормотал он, но его улыбка выдала его, широкая и причудливая в мягком свете уличного фонаря, словно он выиграл джекпот.   рука эллиота была тёплой в его руке, твёрдой, отчего мысли шанса метались одна за другой. шанс поглядывал на их соединённые пальцы, словно не мог поверить в происходящее, а затем тут же отводил взгляд, боясь, что его застанут за этим разглядыванием.   «ты… э-э…» — он откашлялся, пытаясь говорить непринужденно, но безуспешно. «ты действительно хорошо это делаешь, знаешь? типа—держаться за руки. очень… профессионально». эллиот поднял бровь, губы дрогнули. «профессионально?»   «да», — быстро ответил шанс, слишком много кивая. «если бы существовали, э-э, рейтинги или— турниры, где все держатся за руки, ты бы… определенно был в числе лучших». смех эллиота прорвался сквозь ночь, тихий, но искренний, и от одного только звука смеха у шанса вздулось сердце. «ты смешной».   «до смешного честно», — парировал шанс, хотя его голос дрогнул на полпути, нарушив задуманную плавность. «но я говорю это серьезно. ты… ты надежный. а я—» — он прикусил внутреннюю сторону щеки, внезапно осознав, как быстро текут его слова. «я полный беспорядок. но с тобой я чувствую, что могу… не знаю. дышать». эллиот наклонил голову, изучая его в тусклом свете ламп. теперь в его глазах не было насмешки, только терпение. «ты не беспорядок, шанс».   «я буквально споткнулся на собственных словах пять секунд назад», — заметил шанс, но в его словах не было ни капли злобы. эллиот наклонился ближе к шансу: «я не думаю, что это плохо».    шанс моргнул, слова прозвучали тяжелее, чем он ожидал. он открыл рот, закрыл его, а затем наконец рассмеялся, проведя свободной рукой по лицу. «черт. ты не можешь просто так говорить мне такое, чувак. ты меня до сердечного приступа доведешь». эллиот улыбнулся, уголок его губ изогнулся в тихом веселье. «может, тебе стоит сбавить темп?»   «сбавить темп?» — повторил шанс, мягко, почти инстинктивно мягко сжимая его руку. «типа… ходить медленнее, или…»   «перестать беспокоиться о том, чтобы быть таким обаятельным», — просто сказал эллиот, его голос был настолько ровным, что почти звучал как совет. «ты здесь. со мной. этого достаточно». шанс осмыслил это, и его шаги снова вошли в комфортный ритм. после небольшой паузы он выдохнул, немного дрожа, но легче. «…достаточно, да? думаю, меня это устроит. хотя, к слову, я невероятно обаятельный». эллиот усмехнулся, покачав головой, но не отпустил руку шанса. «конечно, ты такой».   «эй, ну же», — шанс легонько толкнул его плечом, и на его лице снова появилась счастливая, непринужденная улыбка. — «однажды ты оглянешься назад и подумаешь: „вау, не могу поверить, что этот абсолютный обаятель достался мне целиком“». эллиот взглянул на него, его выражение лица смягчилось, и шанс почувствовал, будто действительно выиграл что-то редкое. «может быть, я уже так думаю». эти слова задели его сильнее любого джекпота. шанс слегка споткнулся, а затем рассмеялся, совершенно ошеломленный. «черт, эллиот. ты не можешь просто… говорить такое здесь, посреди улицы».   «почему бы и нет?» — спокойно спросил эллиот. «…потому что я никогда не оправлюсь», — пробормотал шанс.   эллиот ничего не говорит, но они остановились перед небольшим парком.   в парке не было шума, совсем не так, как в городе, который они оставили позади — было тихо, спокойно, фонари светились, словно теплые звезды, разбросанные низко над землей. вдоль мощеной дорожки стояли скамейки, а в самом центре фонтан низвергал воду мягкими дугами, отражая свет и разбивая его на мерцающие блики. эллиот остановился прямо перед ним, оглядываясь по сторонам, как будто впитывая все вокруг. «здесь... уютно», — пробормотал он, почти про себя.   они медленно шли к фонтану, их соединенные руки легко качались между ними. эллиот крепче прижал свободную руку к груди. «так холодно», — наконец признался он мягким тоном, не жалуясь. «надо было взять куртку. или что-нибудь ещё. даже шарф». шанс искоса взглянул на него, губы растянулись в улыбке, которую он пытался сдержать. «ты мило выглядишь, когда жалуешься».   эллиот бросил на него взгляд, щеки греются, несмотря на холод. «это была не жалоба». «о, нет, конечно, нет». голос шанса понизился, игривый, но тихий, осторожный. «это было… поэтическое страдание». эллиот фыркнул, покачав головой, но не смог сдержать смех, который вырвался наружу. он был тихим, но шанс уловил его, как искру. между ними повисла тишина — не неловкая, просто мягкая. наконец шанс откашлялся, почти нервно. «ты, э-э… тебе действительно холодно, да?» он сжал руку эллиота, затем отпустил её, нервно возясь с пальто. «вот. возьми».   эллиот удивленно моргнул. «шанс, нет. ты замерзнешь».   «не-а, со мной все будет в порядке», — сказал шанс, неловко накидывая на него пальто, словно, слишком долго думая, он потеряет самообладание. «серьезно, ты сделаешь мне одолжение. я и так уже начал чувствовать себя… слишком нарядно одетым». эллиот помедлил, затем вздохнул, позволяя шансу натянуть пальто на плечи. оно было теплым, с легким запахом дыма и чего-то более сладкого, знакомого. оно окутало его, словно щит, и прежде чем он успел сдержаться, эллиот улыбнулся. «спасибо», — тихо, почти застенчиво произнес он.   эллиот плотнее подтянул пальто к себе, ткань коснулась его подбородка, когда он тихонько вдохнул. аромат одеколона шанса — теплый, резкий, но не резкий — окутал его. он был приятным, успокаивающим. он тихонько хмыкнул, даже не задумываясь, и шанс чуть не споткнулся от этого звука.   «тебе—э-э— тебе нравится?» — слишком быстро спросил шанс, бросив взгляд на эллиота, а затем отвернувшись. «э-э… ​​пальто. или—ну, я имею в виду запах. а может… и то, и другое, на самом деле?» эллиот наклонил голову, его губы изогнулись в едва заметной улыбке. «хм. может быть». сердце шанса сжалось. может быть? что значит «может быть»? это хорошо? плохо? о боже, он дразнит меня. он знает, что я сейчас умираю внутри. «круто. да. круто, круто, круто», — пробормотал шанс, слишком сильно кивая. «просто… тебе в нём идёт, так что… не знаю. наверное, это устраивает нас обоих».   эллиот моргнул, выражение его лица смягчилось, хотя он не смог удержаться и продолжил настаивать. «сработало, да? ты одолжил мне свое пальто, и вдруг ты получил от этого какую-то выгоду?» «нет! нет, не то чтобы…» — простонал шанс, проведя рукой по лицу. «то есть, да, очевидно, я получаю… что-то от этого? например, я могу… видеть, как тебе комфортно, а это — чёрт, ладно, это прозвучало странно. клянусь, я не пытаюсь сделать это жутким».   эллиот рассмеялся, его смех был тихим и нарушал прохладный воздух. он покачал головой, забавляясь. «ты — катастрофа».   «знаю, элли!» — тут же парировал шанс, снова поморщившись. «то есть—надеюсь. я гладил это пальто, наверное, полчаса, чтобы оно не помялось…» улыбка эллиота стала шире, уголки его глаз смягчились. «ты гладил пальто для меня?» шанс замер, осознав, в чём признался. «э-э. ​​нет. то есть да. то есть—чёрт. не, типа, специально для тебя-тебя. просто… на сегодня. который, кстати, включает тебя. так что, косвенно, я полагаю, это было и для тебя. чёрт. ладно. ты понимаешь, о чём я говорю, верно?»   эллиот лишь снова усмехнулся, на этот раз тише. «понял, шанс».   между ними вспыхнуло тепло, пока они шли к фонтану; свет фонтана отражался в глазах эллиота. последовавшая тишина не была тяжелой — она была размеренной, как пауза между ударами сердца.  шанс сунул руку в карман, доставая телефон с ухмылкой, слишком самодовольной для человека, который всю ночь запинался на собственных словах. эллиот наклонил голову, слегка приподнявшись, чтобы взглянуть. «что ты делаешь?» — с любопытством спросил эллиот. «просто—» — шанс провел пальцем по экрану, неуклюже разбираясь с приложением камеры. «просто хочу сфотографироваться. нас. тебя. этот… момент. ну знаешь. воспоминания и всякую такую ​​банальную ерунду». он усмехнулся, пытаясь выглядеть невозмутимым.   но как только телефон загорелся, экран выдал его — его обои. не какой-то общий фон. не горизонт. не покерные фишки, карты или что-то еще, что кричало о нём. там был эллиот.   шанс замер, глаза расширились, словно его поймали с поличным. «ах, черт!» — вскрикнул он, чуть не уронив телефон, и попытался снова заблокировать экран. «черт. нет, нет, это… это не то, чем кажется…» эллиот моргнул один раз. потом два. его губы дрогнули, он изо всех сил сдерживал смех. «это… я», — он приложил указательный палец к груди, словно вопросительно.   «д-да, конечно, это ты!» — пробормотал шанс, в его голосе закипала паника. он чуть не уронил телефон, пытаясь снова выключить его, размахивая руками. «кто ещё это мог быть, а? ну—наверное какая-нибудь случайная знаменитость? нет, нет, это было бы гораздо глупее. ты... ты не глупый! ты... черт, боже мой, я только усугубляю ситуацию». губы эллиота дрогнули, словно он сдерживал смех, но голос был спокойным. «значит, твои обои. это я».   шанс застонал, закрыв лицо руками. «перестань это так говорить! ты говоришь так, будто я — будто я одержим, или что-то типа того».   «разве нет?» — мягко поддразнил эллиот, лишь слегка, чтобы понаблюдать за дальнейшим развитием событий.   «ладно, да, немного! но как бы… почти одержим!» — выпалил шанс, его лицо покраснело сильнее, чем неоновая вывеска пекарни. «ты—ты просто—ты заставляешь меня чувствовать, что... что я хочу держать тебя рядом, даже если это только на экране, ладно? это так плохо?» эллиот смотрел на него мгновение, чувствуя, как тепло разливается по его груди, несмотря ни на что. «…может быть», — шанс вскинул руки, полусмеясь, полуумирая от смущения. «ты никогда не должен был узнать об этом таким образом. я собирался—чёрт, я не знаю, постепенно ввести тебя в курс дела или сделать это плавно. не—боже—вот так». эллиот тихонько усмехнулся, покачав головой. «шанс», — сказал он на этот раз тише. «я не против».   шанс моргнул, опустив руки. «ты… не…?»   «нет», — просто ответил эллиот, на его губах появилась лёгкая улыбка. — «я думаю, это мило». шанс замер, затем беспомощно усмехнулся, опустив плечи, словно ему случайно выпала выигрышная карта. «мило», — повторил он, предвкушая это слово. «черт. ладно. я смогу с этим жить».   в конце концов, они вдвоем направились к фонтану, вода которого сверкала в свете фонарей парка. эллиот остановился, любуясь тем, как струи воды отражают ночной свет. шанс же, все ещё не оправился от фиаско с обоями — его лицо покраснело, а руки теребили телефон, словно он был проклят.   «так,» — сказал эллиот, наклонив голову в его сторону. — «ты будешь фотографировать или нет?» шанс чуть не подавился. «п-подожди, ты хочешь, чтобы я это сделал? после всего этого позора?» — эллиот слабо усмехнулся. «ты сам затащил меня сюда, рассказывая о воспоминаниях и был милым. думаю, ты должен мне фотографию, не так ли?»   «о боже мой», — пробормотал шанс себе под нос, но уже снова разблокировал телефон. «хорошо. хорошо, но ты должен пообещать не смеяться, если я—если я буду выглядеть странно. я серьезно, элли, я—»   «шанс», — тон эллиота был ровным, но с оттенком веселья. — «просто сфотографируй».   они стояли перед фонтаном, свет фонарей позади них делал всё вокруг мягче. шанс нервно подошёл ближе, неловко подняв телефон. «ладно, э-э, скажи… скажи что-нибудь милое? или—нет, подожди, улыбнись. улыбка лучше. боже, почему у меня руки как желе…» эллиот наклонился ближе, так что их плечи соприкоснулись, и посмотрел на него с невозмутимым выражением лица.   мгновенно последовал щелчок затвора фотоаппарата.   шанс мельком взглянул на фотографию, а затем издал звук, что-то среднее между смехом и стоном. «ты—ты даже не улыбнулся! ты просто сделал свое пугающе спокойное лицо! ты не можешь просто—уф, ну же, ещё разок». эллиот закатил глаза, но остался стоять на месте. «это ты хотел сфотографироваться».   «да, нас! а не тебя, судящего мою душу», — проныл шанс, пытаясь снова. на этот раз Эллиот слегка наклонил голову и слегка приподнял уголок рта, смягчив выражение лица. щелчок. шанс замерла. «…ох». его голос понизился, словно фотография выбила из него весь воздух.   эллиот поднял бровь. «что?» — шанс повернул экран к нему, показывая картинку — фонтан сверкал позади них, а лёгкая улыбка эллиота едва заметно подчеркивала его нежность. «посмотри на неё. она—ты выглядишь… ты выглядишь счастливым. со мной». у эллиота на мгновение перехватило дыхание, но он скрыл это. «ты слишком сентиментален, разве не я должен быть таким?»   «ну-у да,» — пробормотал шанс, прижимая телефон к груди, словно сокровище, — «тебе придётся с этим смириться». эллиот помолчал немного, наблюдая за ним. затем тихо сказал: «отправь её мне». шанс моргнул. «подожди—, она тебе нужна?»   «конечно», — сказал эллиот, как будто это было самым простым делом в мире. «здесь мы».   сердце шанса затрепетало, и он быстро кивнул: «черт, да.. мы..».   ---   они устроились на краю фонтана, камень под ними был прохладным, а шум журчащей воды заполнял паузы между их словами. эллиот сидел с прямой спиной, аккуратно сложив руки на коленях, в то время как шанс был… полной противоположностью — наклонился вперед, локти на коленях, кроссовки беспокойно стучали по земле.   шанс украдкой еще раз взглянул на только что сделанную фотографию, прежде чем засунуть телефон в карман, словно слишком долгое разглядывание могло его выдать. но ухмылка все еще упрямо держалась на его лице. «так…» — начал он, растягивая слово. «это, типа… второй шанс для меня». эллиот наклонил голову. «второй шанс?» «да», — сказал шанс, теребя руками. — «типа настоящее свидание. с тортом, фонтанами и… без криков от кого-то, кто пытается меня убить». он нервно рассмеялся, но тут же замолк и искоса взглянул на эллиота. «а ты? ты, э-э… когда-нибудь был на свидании?»   эллиот моргнул, на мгновение замолчав. «…да». «ох». у шанса сжалось сердце. «…типа, эм. часто?»   «несколько раз», — спокойно признал эллиот, его взгляд был прикован к свечению фонтана, а не к шансу. «до... всего этого». шанс выпрямился, стараясь выглядеть невозмутимым, но его голос все равно дрогнул. «несколько? например… три? пять? десять?» — наконец эллиот оглянулся на него, губы дрогнули от его тона. «разве это имеет значение?»   «да! нет—я имею в виду—» — простонал шанс, проводя обеими руками по лицу. «боже, я сейчас звучу как сумасшедший». эллиот тихонько усмехнулся, его смех был тёплым на фоне ночного воздуха. «немного».   «хорошо, но серьёзно», — настаивал шанс, наклоняясь ближе. — «они были серьёзны? в смысле, как ужин при свечах и знакомство с родителями? или просто… непринуждённо?» — эллиот бросил на него равнодушный взгляд. — «ты задаёшь слишком много вопросов».   «знаю, знаю!» — шанс вскинул руки, а затем сложил их вместе в притворной мольбе. «просто—подыграй мне, ладно? я пытаюсь понять, есть ли у меня конкуренция с какой-нибудь давно потерянной бывшей или что-то в этом роде». эллиот фыркнул, снова отводя взгляд, чтобы скрыть улыбку. «нет, нету. и никакой конкуренции». это заставило шанса замолчать. по крайней мере, на мгновение. его нога все еще подергивала, его ухмылка все еще грозила расколоть ему лицо, но облегчение, которое его охватило, было почти осязаемым.   эллиот наклонил голову, давая шансу немного времени, чтобы улечься от слов, а затем тихо ответил: «а что на счет тебя?» его тон был осторожным, мягче, чем он хотел — неловким, словно он не хотел показаться навязчивым или ревнивым. и все же любопытство подтолкнуло его к вопросу, прежде чем он успел себя остановить.   шанс замер. его нога перестала дергаться. на мгновение игривый блеск в его глазах померк, сменившись чем-то более тяжелым. «ох, я?» — он рассмеялся, но смех получился напряженным, дрожащим. «хах—ну…» — его голос дрогнул, затихая в ночном воздухе. грудь эллиота сжалась. паника мелькнула на его лице. «тебе не нужно—правда», — выпалил он, перебирая руками на коленях. «я просто—мне было любопытно, вот и все. забудь, что я спросил».   но шанс быстро и немного судорожно покачал головой, его кудри подпрыгнули от движения. «нет, нет. дело не в этом». он тяжело сглотнул, а затем слабо и криво улыбнулся. «черт, я расстроен, да. но не из-за тебя. я просто… мне не нравится вспоминать кое-что из этого дерьма». он фыркнул от смеха, потирая затылок. «но—я хочу тебе рассказать». эллиот моргнул, сбитый с толку его настойчивостью. «ты… хочешь?»   «да», — сказал шанс тише, его обычная нервозность сменилась более спокойным тоном. он откинулся назад, опираясь на руки, и уставился на свечение фонарей. «потому что это ты, элли. я тебе доверяю, ясно? и это—» — он наклонил голову, прищурившись на эллиота сквозь кривую улыбку, — «—это для меня большая редкость». эллиот почувствовал, как в груди разливается тепло, одновременно острое и нежное. он медленно выдохнул, расслабив плечи. «…хорошо». его губы растянулись в слабую улыбку. «тогда я послушаю».   шанс тяжело вздохнул, и прежде чем он успел это осознать, его рука скользнула по руке эллиота, теплая и беспокойная, словно ему нужно было закрепиться на чем-то реальном. эллиот моргнул от прикосновения, но не отдернул руку. вместо этого он позволил прикосновению задержаться, его грудь сжалась от чего-то, что он не мог точно назвать.   «итак, в общем…» — начал шанс тихим голосом, слова сбивались с толку, словно карты выпадали из рук. — «мы не встречались по-настоящему. не в прямом смысле. это было скорее… интрижка. что-то, что показалось удобным в тот момент». он криво усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. брови эллиота нахмурились. часть его ненавидела то, как шанс называл это «удобством» — ненавидела то, что кто-то так с ним поступил, — но он промолчал, решив вместо этого выслушать.   шанс слегка наклонился ближе, его большой палец рассеянно поглаживал костяшки пальцев эллиота. «но это длилось дольше, чем я думал. дольше, чем должно было. а я?» — фыркнул он, покачав головой. «хах, я был глуп. чертовски глуп. я… позволил себе поверить, что это что-то большее. что-то настоящее. я не хотел признавать это тогда, но — боже, я так отчаянно хотел, чтобы это было правдой». у эллиота сжалось горло. отчаянно хотел, чтобы это было правдой. слова тянулись к его голове, тяжело.   «и в конце концов…» — тон шанса стал тише. он облизал губы, отводя взгляд, словно не мог вынести вида эллиота. «в конце концов, он убежал. вырвался из моей жизни. но не раньше, чем—» — он замялся, инстинктивно сжимая руку эллиота. «не раньше, чем он чуть меня не убил. не в переносном смысле. в буквальном. он пытался». глаза эллиота расширились, в них мелькнул шок, который он быстро скрыл. но внутри его мысли запутались. кто-то пытался его убить? от этой мысли у него скрутило живот. почему он говорит это так легко, словно это просто очередная дурацкая история?   эллиот чувствует себя ужасно обиженным, и самое смешное, что это пережил даже не он. он всегда был своего рода эмпатом, но услышать это от человека, которого он так сильно любит, потрясло эллиота до глубины души. он просто очень хочет успокоить этого игрока.   шанс горько рассмеялся, смех был глухим. «а когда это не сработало, когда я, блядь, не умер, он все равно умудрился распотрошить меня другим способом. украл половину моего выигрыша — месяцы азартных игр пропали в одно мгновение. пуф». он щелкнул пальцами, его ухмылка была острой и безрадостной. «наверное, я был слишком предсказуем. слишком доверчив». губы эллиота приоткрылись, но сначала слова не выходили. в груди болело от всего, что он хотел сказать: это не твоя вина, ты этого не заслужил, ты не дурак. но тяжесть признания шанса давила на него, и он боялся, что, сказав что-то не то, может разрушить этот момент.   наконец, эллиот обрел голос, мягкий, но твердый. «…ты не наивен, шанс». шанс удивленно моргнул. эллиот удержал его взгляд, теперь твердый, несмотря на бурю внутри него. «ты… доверял. есть разница». впервые за этот вечер улыбка шанса совсем померкла. его губы приоткрылись, словно он хотел возразить, но ничего не вышло. а эллиот тихо повернул руку так, чтобы их ладони соприкоснулись, пальцы изогнулись между его.   эллиот прерывает тишину смехом — тихим, дрожащим, обиженным, но все же искренним. он вырывается из него прежде, чем он успевает его остановить, смех, смешанный с болью в груди. он быстро поднимает руку, чтобы вытереть уголок глаза, но слезы все равно ловят свет уличного фонаря. боже, я не должен был плакать. не сейчас. не перед ним. он поворачивается к шансу, его улыбка дрожащая, но настоящая. «опять же, ты смешной», — бормочет он, голос его дрожит.   и затем, сделав глубокий вдох, эллиот прижимается к нему. его голова прислоняется к плечу шанса, и эта близость кажется естественной, как будто его тело всю ночь ждало этого разрешения. его глаза закрываются, но ненадолго — потому что что-то внутри него требует увидеть шанса, убедиться, что он понимает. эллиот снова поднимает лицо, глядя прямо в глаза шансу. «посмотри на меня, шанс», — шепчет он низким, но властным, и самым нежным голосом. в лунном свете его золотистые волосы ловят каждый проблеск, заставляя его сиять, словно нечто недоступное. но его взгляд — твердый, ясный и такой мучительно человечный — устремляется в грудь шанса. шанс смотрит в ответ, ошеломленный, молчаливый, его дыхание перехватывает, словно мир остановился. почему он смотрит на меня так? словно я чего-то стою. словно я важен.   эллиот слегка приподнимает уголки губ, но его глаза остаются суровыми. «ты чуть не умер. ты действительно думаешь, что этому человеку — кем бы он ни был — всё просто сошло с рук?» его голос слегка порезвился, в нем появилась защитная нотка, от которой сердце шанса сжалось. эллиот поднимает руку и слегка похлопывает шанса по плечу. не достаточно сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы привести его в чувство, говоря: опомнись, послушай. затем он повернулся к нему лицом. одна рука легко и естественно приобняла шею шанса, притягивая его ближе, пока их лбы почти не соприкоснулись.   «никто,» — продолжает эллиот, его голос теперь звучит как шепот, почти дрожащий под собственным весом, — «никто не имеет права причинять тебе такую ​​боль и заставлять тебя думать, что это твоя вина. ни тогда, ни когда-либо».   дыхание шанса прерывается. он хочет отмахнуться от этого смехом, но слова застревают в горле. потому что глаза эллиота не колеблются, не дают ему привычного пути к спасению. напротив, они удерживают его на месте, распутывая его нить за нитью. внутри эллиот кричит слова, которые он не смеет произнести вслух: ты заслуживаешь лучшего. ты больше, чем тот беспорядок, каким себя считаешь. я никогда не позволю никому сломить тебя так. но он сдерживается, его голос становится мягче, нежнее.   «я здесь, шанс», — шепчет эллиот, слегка сжимая руку за его шеей. «я просто хочу хорошо к тебе отнестись. ты же был со мной всю ночь, верно?» — шепчет он почти с любовью, чего шанс раньше никогда не видел в эллиоте. лицо шанса краснеет, и он быстро обнимает эллиота за талию.   лицо шанса вспыхнуло багровым пламенем, его рука застыла на талии эллиота, словно он боялся пошевелиться, боялся, что весь момент рухнет, если он это сделает. «черт, эллиот…» — выдохнул он дрожащим, неровным голосом. эллиот наклонил голову, глядя на него своими спокойными, уверенными глазами. «что?» — его голос едва слышен, но он пронзает шанса насквозь. шанс слабо рассмеялся, проведя языком по губам, пытаясь затянуть разговор. «ты—ты просто… очень затрудняешь дыхание, знаешь?»   эллиот слегка приподнимает брови, развеселившись, хотя под этим скрывается нежность. «неужели?». «да», — быстро, слишком быстро отвечает шанс, а затем стонет, проводя рукой по лицу. «черт, я звучу глупо. не… не смотри на меня так». «как?» — снова спрашивает эллиот, наклоняясь чуть ближе, почти с любопытством. «как будто я достоин того, чтобы на меня смотрели», — бормочет шанс, пытаясь рассмеяться, но смех получается неубедительным. его рука слегка скользит по талии эллиота, почти притягивая его ближе, прежде чем он останавливается. «ты меня погубишь своими глазами, чувак.» эллиот тихо хмычет, впервые переводя взгляд на фонтан, разбрызгивающий серебро под светом фонарей. «ты слишком низкого мнения о себе,» — бормочет он. «я смотрю только потому, что ты не даешь мне отвести взгляд.»   у шанса пересохло в горле. слова повисли в воздухе, тяжелые, хрупкие, что-то, что он не знал, как сдержать. «элли…» — произнес он почти как предупреждение, но голос дрогнул на полпути. эллиот посмотрел на него, теперь уже мягче, на губах появилась легкая улыбка. «я говорю это не для того, чтобы тебя запутать. я просто… хочу, чтобы ты знал». снова воцарилась тишина, но она не была тяжелой — она была осторожной, словно оба боялись сделать неверный шаг. рука шанса дернулась на талии эллиота, и, не успев себя остановить, он выпаливает: «ты—» — он оборвал себя, поморщившись.   «что я делаю?» — спрашивает эллиот. шанс колеблется, но все же выпаливает, слова вырываются из него неловко и грубо. «тебе… действительно нравится быть со мной? вот так? потому что—чёрт, я не из тех, с кем легко общаться». эллиот долго смотрит на него, и шансу хочется раствориться в воде фонтана, но тут эллиот улыбается — не широко, но мягко, достаточно тепло, чтобы растопить прямо перед ним. «да», — просто говорит он, как будто это самый очевидный ответ на свете. «нравится. больше, чем ты думаешь». шанс… он не может подобрать слов. всё, что он может сделать, это дрожащим смехом, чуть не ударившись лбом об эллиота, когда тот наклоняется ближе, скрывая своё покрасневшее лицо. «…ты убиваешь меня, элли».   лоб шанса прижимается к лбу эллиота, его смех затихает, переходя в прерывистое дыхание. он словно не может пошевелиться, застряв в силах притяжения эллиота. эллиот тоже не отстраняется. вместо этого его рука, все еще легко лежащая на затылке шанса, надавливает чуть сильнее — не для того, чтобы сжать, а чтобы зафиксировать. «ты слишком много думаешь», — бормочет эллиот. шанс фыркает, но его фырканье звучит тише, чем он хотел. «да? ну, кто-то же должен слишком много думать. у меня это хорошо получается».   губы эллиота слегка дрогнули в легкой улыбке. «ты называешь это обдумыванием. я называю это… страхом поверить в свою ценность». от этих слов шанс вздрогнул. первым делом он попытался уклониться от ответа, пошутить, но голос эллиота был слишком ровным, а глаза — слишком добрыми. поэтому шанс тяжело сглотнул. «…а что, если я не стою?» — эллиот выдыхает через нос, как будто ждал этого вопроса. его большой палец рассеянно скользит по затылку шанса, тихо успокаивая его. «тогда я бы не был здесь», — просто отвечает он.   слова звучали так буднично, что шанс не знал, что с ними делать. он смотрит на него, не в силах произнести ни слова. эллиот, почувствовав тишину, слегка наклонился, достаточно близко, чтобы его волосы коснулись виска шанса. «ты думаешь, я бы тратил время, если бы мне было все равно?» — продолжил эллиот тише, слова почти ускользнули в ночной воздух. «нет. мне нравится… это. ты. даже когда ты неряшлив. даже когда ты не видишь себя таким, каким я тебя вижу». эллиот даже немного стеснялся признаться в этом.   в груди у шанса сжимается, почти болит. его рука, все ещё зависшая на талии эллиота, наконец успокаивается, пальцы впиваются в ткань пиджака, словно он боится исчезнуть. «…элли», — говорит он, и голос его дрожит. эллиот закрывает глаза, прижимаясь лбом к лбу шанса. шум фонтана заполняет пространство между ними. «я не хочу, чтобы ты продолжал носить в себе то, что они с тобой сделали», — шепчет он. «ты не сломлен. ты не ошибка. ты… просто ты. и ты мне нравишься таким, какой ты есть. не позволяй этому бывшему разрушить тебя».   «потому что... у тебя есть я, правда?» эллиот посмотрел в глаза шансу, и это заставило шанса медленно кивнуть.   слова звучат тяжело, но в то же время так нежно, что шанс не знает, смеяться ему или плакать. у него горло горит, когда он выдавливает: «какого черта ты так хорош в этом?» «в чем?» — спрашивает эллиот, хотя в его голосе слышится улыбка. «в том, чтобы заставлять меня чувствовать, что я действительно могу… дышать», — признается шанс дрожащим голосом. его хватка на талии эллиота усиливается, словно воздух может захлестнуть его, если он отпустит. эллиот тихо и успокаивающе хмыкает: «понятия не имею». долгое время ни один из них не произносит ни слова. шанс позволяет себе наклониться так близко, что их носы почти соприкасаются, глаза полузакрыты. эллиот не отстраняется — наоборот, он наклоняется ещё ближе.   когда шанс наконец обретает голос, он тихий, почти причудливый. «…ты правда так думаешь? что я не просто… кто-то, чтобы скоротать время?» эллиот открывает глаза и смотрит ему прямо в глаза. «ты не „кто-то“», — твердо говорит он без колебаний. «ты — шанс». его пальцы нежно запускаются в волосы шанса на затылке. «и этого достаточно». и вот тогда шанс наконец позволяет слезам выступить — они не падают, а застывают на глазах, мерцая в свете парковых фонарей. «…черт, элли», — снова шепчет он, только на этот раз это звучит как поражение.   голос шанса дрожит на имени эллиота, его грудь поднимается и опускается слишком быстро, словно он задыхается. эллиот не отводит взгляд. его глаза спокойны, терпеливы, слабо светятся под фонарями парка, словно сама ночь склонилась, чтобы подслушать. и тут эллиот шепчет так тихо, что это почти не доходит: «иди сюда», вытирая слезы. шанс не знает, кто двигается первым. возможно, оба. их лбы соприкасаются, затем носы, пока между ними не остается ничего, кроме дрожащего воздуха. эллиот закрывает глаза.   их губы соприкасаются в едва заметном прикосновении. легком, неуверенном. в нем нет спешки, нет страсти — простое, мучительное прикосновение двух людей, осмеливающихся быть ближе. эллиот задерживается, слегка наклоняя голову, позволяя поцелую успокоиться, словно поверхность спокойной воды. шанс выдыхает, издавая дрожащий звук, который почти напоминает облегчение. его рука на талии эллиота сжимается, успокаивая его, в то время как пальцы эллиота на его затылке втягиваются чуть глубже, уговаривая его остаться.   мир затихает. шум фонтана, гул уличных фонарей — всё затихает на фоне тепла их губ. шанс отстраняется лишь на долю секунды, его губы касаются губ эллиота, глаза всё ещё закрыты. «…ты мягкий», — выдыхает он, словно эта мысль ускользнула от него прежде, чем он успел её осознать. эллиот тихо смеётся, всё ещё прижимаясь лбом к его лбу. «ты звучишь удивлённым». «так и есть», — признаёт шанс хриплым, но искренним голосом. «не думал, что в моей жизни что-то может быть таким…» — он сглатывает, тяжело произнося это слово, — «нежным».   эллиот открывает глаза, его золотистые волосы блестят в лунном свете, и он смотрит на него, словно на нечто драгоценное. «привыкай», — шепчет он, прежде чем снова наклониться для поцелуя, такого же нежного, такого же медленного. на этот раз шанс отвечает ему поцелуем без колебаний.   в парке царила тишина, словно он был создан только для них двоих. лампы отбрасывали ореолы бледно-золотистого света на мощеные дорожки, их свечение смягчалось туманом фонтана в центре. Вода мерцала в лунном свете, отражая серебряные нити в своих рябь, словно само ночное небо опустилось в пруд.   эллиот сидел на краю фонтана, его золотистые волосы в сиянии казались почти нереальными — пряди ловили каждый луч света, так что он больше походил на сон, чем на реальность. пальто висело на нем расстегнутым, обрамляя бледные черты лица, изгиб губ все еще был смягчен поцелуем. в его глазах, отражающих одновременно лампы и движущуюся воду, читалось странное противоречие: теплые, спокойные, но немного хрупкие. на нем все ещё было пальто шанса, что делало его ещё лучше.    рядом с ним в ночи шанс выглядел иначе — более четким, его костюм на фоне сияющего фонтана, но его улыбка (та, которую он не мог сдержать) смягчала его, словно искра на растопке. свет бликовал на его ресницах, скулах, даже на нервном подъеме и опускании груди, и казалось, что он словно застрял между тенью и сиянием.   --     наконец их губы приоткрылись, не от нежелания, а потому что этого требовало дыхание. эллиот, однако, оставался рядом, его лоб касался лба шанса, словно даже сантиметр пространства казался слишком большим. ночь окутывала их своей тишиной, фонтан все ещё пел позади, но глаза шанса выдали его — блестящие, влажные, слезы упорно прилипли к ресницам. эллиот увидел это, и его сердце сжалось. он поднял руку, провёл большим пальцем под глазом шанса, с нежностью, которую даже не пытался скрыть. «эй,» — он прошептал, голос его был легким, как перышко, — «не плачь. не из-за меня».   шанс тихонько, прерывисто рассмеялся, но слезы все равно потекли. «ты шутишь, правда? как я могу не плакать, когда ты так на меня смотришь?» — его голос дрогнул на полпути, дрожащий, но полный какой-то необузданной, открытой нежности, которую он не знал, как контролировать. «черт, эллиот… я… я даже не думаю, что заслуживаю этого». эллиот тут же твердо покачал головой, хотя его улыбка была мягкой.  «заслуживаешь», — сказал он, каждое слово было обдуманным. «ты заслуживаешь того, кто будет сидеть с тобой у фонтанов по ночам. того, кто выслушает тебя, когда тебе больно. того, кто будет думать о тебе только самое лучшее.». он сжал руку шанса в своей, успокаивая его. «и я… я здесь. я хочу быть этим человеком».   шанс закрыл глаза, дыхание снова перехватило, а когда открыл их, прислонился лбом к лбу эллиота, словно пытаясь удержаться на ногах. «ты понятия не имеешь, что это значит для меня». слеза скатилась по его щеке; эллиот поймал её тыльной стороной ладони. «ты… черт. ты меня погубишь, ты же знаешь?» эллиот коротко и тихо рассмеялся, его глаза теперь были влажными, но в них мелькнуло что-то более яркое. «может быть. но… если я это сделаю, я тебя тоже соберу заново».   слова прозвучали между ними, словно клятва, мягко и размеренно. шанс фыркнул, наполовину смеясь, наполовину рыдая, но улыбка, которая расцвела на его лице, была такой, какой эллиот никогда раньше не видел — не его дразнящая ухмылка, не его самонадеянная усмешка, а что-то широкое и хрупкое. эллиот подумал, что может заплакать вместе с ним.   «боже, элли», — прошептал шанс, снова притягивая его к себе за талию, не для очередного поцелуя, пока нет — просто чтобы крепко обнять. «ты заставишь меня поверить во всю ту чушь, в которую я давно перестал верить». эти слова словно одновременно поразили эллиота тяжестью и теплом. у него сжалось горло, и на мгновение он не мог заставить себя говорить. сердце бешено колотилось в груди — слишком быстро, слишком громко — и он задавался вопросом, чувствует ли шанс это через близость их тел. он сглотнул, глаза защипало, когда он отстранился ровно настолько, чтобы увидеть лицо шанса. привычная смелость азартного игрока исчезла, уступив место только покрасневшим глазам и мягкости, о которой эллиот и не подозревал. от этого у него защемило в груди.   «тогда поверь мне, шанс», — прошептал эллиот, голос его дрожал, даже когда он пытался улыбнуться, расчесывая кудри шанса. «я, блядь, прямо здесь, понятно?» шанс издал дрожащий вздох, что-то среднее между смехом и всхлипом. он наклонил голову навстречу прикосновению эллиота, словно боясь потерять самообладание, если слишком сильно пошевелится. «черт… ты говоришь так просто». «это просто », — мягко сказал эллиот, хотя слезы выдали его, стекая по щекам, несмотря на улыбку на губах. «ты всё усложняешь в своей голове, но… я и ты, прямо сейчас? это… само собой».   шанс долго смотрел на него, его губы дрожали от сотни невысказанных мыслей. он опустил взгляд, затем снова посмотрел на эллиота и наконец пробормотал: «ты нереальный, знаешь? как будто… как будто я моргну, и тебя уже не будет». эллиот решительно покачал головой, вытирая большим пальцем влажный уголок глаза шанса. «я никуда не уйду. не сейчас, когда ты меня так держишь». его голос дрогнул от напряжения, а затем он тихо, слезливо рассмеялся. «к тому же, кто ещё удержит тебя от того, чтобы ты не спотыкался каждые пять минут?»   шанс действительно рассмеялся, хотя его смех был прерывистым, дрожащим. он снова прижался лбом к лбу эллиота, крепко зажмурив глаза. «ты убиваешь меня. ты меня сейчас просто убиваешь». смех шанса рассыпался на что-то беспомощное, на смех, который звучал так, будто причинял боль, но одновременно и исцелял. его лоб все ещё был прижат к лбу эллиота, когда он почувствовал это — внезапный холодный туман воды, поцеловавшей его рукав. он резко вздрогнул и отдернул руку. «что за—?» — его голос был испуганным, почти мальчишеским, и эллиот не смог сдержаться. он разразился смехом, таким, который вырвался из него неудержимо.   «прости—прости!» — прохрипел эллиот сквозь смех, его рука уже снова опускалась в фонтан. «я не хотел…» — но затем, словно ребенок, осмеливающийся на шалости, он плеснул еще одну горсть холодной воды на грудь шанса. «эллиот!» — ахнул шанс, его голос высоко повысился от неверия. он уставился на мокрое пятно на своей рубашке, затем снова на эллиота, который согнулся пополам от смеха. «ты сделал это специально!» «может быть», — поддразнил эллиот, вытирая слезы со смеха. «но ты бы видел свое лицо».   шанс застонал, драматично проведя рукой по лицу, но даже в этот момент его губы дрогнули. «о, тебе повезло, что я—» — он внезапно наклонился, зачерпнул воду обеими руками и неуклюже плеснул ею обратно в эллиота. эллиот вскрикнул, отскочив назад, но слишком медленно, вода попала ему прямо на пальто. «ты не мог!» — выдохнул он, глядя на расплывающееся влажное пятно. «ох, конечно же, я смог», — ухмыльнулся шанс, его слезы все еще блестели на ресницах, теперь смешиваясь с чем-то более светлым.   они вдвоём так и оставались — плескались, смеялись, их движения были неуклюжими и неграциозными, но полными тепла, — пока их одежда не покрылась маленькими мокрыми пятнами, а лёгкие не заныли от смеха. фонтан позади них сверкал в свете фонарей, капли воды ловились в воздухе, словно падающие звёзды. наконец, эллиот замер, тяжело дыша, пытаясь отдышаться. его щёки покраснели, золотистые волосы слегка прилипли от брызг. он посмотрел на шанса, глаза его были мягкими, улыбка застыла на лице, и он прошептал почти благоговейно: «видишь? это по-настоящему».   слова не были громкими, но они ударили шанса как удар в грудь. его смех застрял в горле, улыбка сменилась чем-то неуверенным. «боже», — выдохнул он, глядя на эллиота так, словно видел его впервые. «ты—» — голос его дрогнул, и он беспомощно покачал головой, сдерживая все, что было слишком сложно сказать. эллиот лишь слегка наклонил голову, все еще улыбаясь, все еще сияя в свете ламп. «что?»   губы шанса задрожали в очередном дрожащем смехе, но на этот раз он был мягче, спокойнее. «ничего. просто… никогда не дай мне забыть об этом, хорошо?» улыбка эллиота смягчилась. он протянул руку, мокрые пальцы коснулись влажного рукава шанса, успокаивая их обоих. «не забудешь», — тихо пообещал он. «пока я здесь».   ---     всплеск воды и смех постепенно стихли, сменившись тихим хихиканьем; оба были мокрые и немного запыхавшиеся. эллиот первым опустился на край фонтана, проведя рукой по влажным волосам. лунный свет отразился на каплях, прилипших к нему, заставляя его слегка мерцать, словно сама ночь не хотела отпускать его. за ним последовал шанс, сев так близко, что их колени соприкасались, и тепло их тел все еще переливалось друг в друга, несмотря на прохладный ночной воздух. на мгновение они просто слушали — журчание фонтана, далекое жужжание цикад, постепенно замедляющееся собственное дыхание.   «знаешь,» — наконец пробормотал шанс, его голос был тише ряби на воде, — «я не помню, когда в последний раз так смеялся. вот так… по-настоящему смеялся». эллиот искоса взглянул на него, на его губах появилась лёгкая улыбка. «тогда, наверное, я сегодня хорошо справился». «хорошо справился?» — шанс слабо фыркнул. «элли, ты только что испортил мне рубашку. я больше никогда не подпущу тебя к открытой воде».   эллиот хихикнул, откинувшись назад и опираясь на руки, подняв глаза к небу. «может, ты это заслужил».   «может быть, и так», — признался шанс, удивив даже самого себя. в его голосе не было горечи — он был теплым, с оттенком облегчения. снова повисла тишина, но она не была тяжелой. эллиот склонил голову к нему, ненадолго прислонившись к плечу шанса, прежде чем отстраниться, проверяя, все ли в порядке. шанс замер, затаив дыхание, затем незаметно наклонился ближе, молча приглашая его обратно. эллиот поддался, полностью положив свою золотистую голову на плечо шанса. его волосы слегка пахли мылом и дождем. шанс смотрел на танцующие в воде огоньки фонтана, но его взгляд постоянно скользил вниз, к парню, прижавшемуся к нему.   «…ты тёплый», — сонно пробормотал эллиот, его слова сбивчиво произносились.   грудь шанса сжалась, его свободная рука дернулась, прежде чем осторожно опуститься на колено эллиота, удерживая его на месте. «и ты тяжелее, чем кажется», — мягко поддразнил он, хотя в его голосе звучала нежность. эллиот издал звук — полусмех, полумурлыканье — и прижался еще ближе. «извини…»   «не извиняйся», — прошептал шанс, сдавленным голосом. «не смей извиняться».   ночь тянулась так долго. дыхание эллиота стало ровным, мягким и спокойным, его тело расслабленно прижалось к телу шанса. ресницы слегка дрогнули, прежде чем он наконец задремал, доверившись ему настолько, чтобы заснуть под открытым небом, посреди города, положив голову ему на плечо. шанс сидел неподвижно, глядя на отражение свечения фонтана в воде. сердце колотилось, рукав был влажным, в груди болело — но впервые за очень долгое время боль не была от одиночества.   он слегка наклонил голову, ровно настолько, чтобы его щека коснулась волос эллиота. «спокойной ночи, элли», — прошептал он.   ---     эллиот так глубоко погрузился в сон, что даже журчание фонтана и далекие звуки города не могли его разбудить. его голова покоилась на плече шанса, губы слегка приоткрылись, отчего он выглядел почти слишком умиротворенным, чтобы к нему прикасаться. шанс долго сидел так, разрываясь между желанием больше никогда не двигаться и осознанием того, что ночь быстро остывает. с неохотным вздохом он осторожно пошевелился, просунув одну руку под колени эллиота, а другую обняв его за спину. эллиот слабо пошевелился, хмыкая во сне, но не проснулся.   «боже, ты легче, чем должен быть», — прошептал шанс, с легкими нотками веселья и беспокойства, поднимая его. «тебе нужно больше есть, элли. и нет, пицца не считается».   эллиот инстинктивно уткнулся лицом в грудь шанса, продолжая ровно дышать. сердце шанса бешено колотилось в груди. он поправил хватку, медленно и осторожно идя по тихим улицам, свет уличных фонарей освещал ему путь. прохожие бросали на него любопытные взгляды, но шансу было все равно — он шел даже прямее, почти с гордостью. к тому времени, как они дошли до дома эллиота, у шанса болели руки, но он не хотел этого показывать. он слегка подвинул эллиота, чтобы открыть дверь, но она уже была открыта.   «…эллиот?» — голос отца был тихим, но в нем чувствовался вес. его отец здесь?    «ох, мистер билдер. эллиот просто… отключился, когда мы гуляли», — пожилой мужчина долго смотрел на него. его взгляд был острым, оценивающим — шанс почувствовал его тяжесть, словно дилер за столом, молча оценивающий его руку. но затем отец эллиота медленно отошёл в сторону, распахнув дверь шире.   «Занеси его внутрь», — шанс так и сделал, стараясь не ударить головой эллиота о косяк. в доме пахло книгами и чаем, было тепло, от чего у него неожиданно сдавило грудь. он отнес эллиота в гостиную и осторожно посадил его на диван. эллиот снова зашевелился, из его уст вырвалось слабое бормотание —«…шанс…» — прежде чем он снова уснул. это одно слово чуть не выбило воздух из легких шанса.   он выпрямился, неловко потирая затылок, стараясь не встречаться взглядом с отцом эллиота. «…тогда я пойду. не хотел вмешиваться». но отец Эллиота покачал головой, на его губах появилась лёгкая улыбка. «подожди».   шанс замер. пожилой мужчина взглянул на спящего сына, затем снова на него. «спасибо. за то, что позаботились о нем». шанс сглотнул, подбирая слова, непривычный к благодарности, не связанной с деньгами или азартными играми. «…в любое время», — наконец произнес он тише, чем хотел. «правда. в любое время».   эллиот слегка поерзал на диване, его золотистые волосы развевались на подушке, и шанс знал — если бы у него не болели руки, он бы снова подхватил его на руки.   он очень любит эллиота.