После грозы прилетают вороны

      Земля почти тряслась от беспорядков, творящихся на улице. Стекла домов и магазинные витрины разбиты то ли от гнева бушующих граждан, то ли от неприрывных высокочастотных визгов ни в чем не повинных жертв слетевших с катушек криминальных элементов. Везде взрывы, рев огня, запах гари, алкоголя и крови. На земле иногда встречаются бессознательные тела, а то и трупы, бывает, валяются. И всё это из-за безумца, возомнившего себя героем, свершающим правосудие. Безумца в чёрном костюме и огнеметами на руках. Прославившийся в социальной сети VMESTE человек стал кумиром тысяч людей. Кто-то тихо соглашался с его позицией, а кто-то возомнил себя таким же "героем", становясь при этом в сотни раз хуже, чем те, с кем "свершающая правосудие звезда интернета" борется. Наконец, вопли последователей Чумного Доктора перебились воем сирен полицейских машин. Улицы осветились сине-красным миганием, загустевший воздух развеялся предупреждающими, да и не только, выстрелами ОМОНовцев и воплями бандитов, не ожидавших столь скорого наказания.       В это время где-то там, намного ближе к небесам, на верхнем этаже башни с сияющей надписью "VMESTE" пребывают четверо. Тяжелое дыхание звучит в воздухе параллельно завывающему от разбитых окон ветру и шуршанию пожарного шланга, который сейчас туго завязывался Дмитрием Дубиным. Грудь Сергея сдавило так, что стало трудно дышать. Черный костюм и так был не самой удобной одеждой, а тут еще и обвившийся вокруг тела шланг перекрывал кислород, заставляя открыть рот и пытаться отдышаться. На языке Серёжа чувствовал металлический привкус. Что не удивительно, ведь все его лицо давно покрытось кровью. Ссадины и синяки уже начинали болеть. Тишину нарушил низкий голос Игоря Грома, ранее избившего Чумного Доктора до такого состояния. – Вы мне жизнь спасли. Дважды. – он обратился к своим товарищам. – Конечно, друзья же в беде не бросают. – ответил ему блондин в синей рубашке, потуже завязывая узел, сдерживающий Разумовского.       Сергей молчал, слушал, облизывал губы, чтобы сбавить боль на рассеченной и покрасневшей коже. – ...напарник. – заключил Игорь, крепко пожимая руку Димы.       Сережа хрипло захихикал. Грудь сдавливала тупая боль, но смех рвался наружу. – Ну, вы это... Поцелуетесь еще? – ехидно поинтересовался "герой", не скрывая насмешки в голосе. – А ты чего радуешься, злодей? – с абсолютной уверенностью в себе и своей неприкосновенности спросил Гром. – А ты не понимаешь, да? – губы Сережи растянулись в еще более насмехающейся улыбке, заставляя корку застывшей крови на губах снова намокнуть. – Для полиции ты являешься Чумным Доктором, Игорь. Ну подумай хоть чуть-чуть! – взывал он, будто действительно хотел что-то донести до полицейского. – ... я останусь на свободе. А вот ты сядешь на пожизненное вместе со своими... – программист выдержал игривую паузу. – ...друзьями.       В воздухе повисла тишина. Лишь кое-где искрились провода и свистел ветер, пробирающий до мурашек своим холодом. Лица протагонистов всея истории приняли мрачное выражение. Сережа упивался своей победой, наблюдая за этой ласкающей душу картиной.       Тишина была нарушена приглушенными прирывистыми голосами, произносящими что-то совсем неразборчивое. Все взгляды метнулись к Юле, которая держала в руках телефон. Сначала она выглядела спокойной, но теперь совсем помрачнела, начала что-то активно тыкать на экране мобильника. Никто не понимал, что она пытается сделать, пока Игорь не додумался провести пальцами по воротнику кожаной куртки, одолженной у Федора Ивановича. В его руках тихо пиликнул маленький черный жучок для слежки. Полный непонимания и страха взгляд Юли поднялся на Грома и предмет в его руках. Журналистка вскочила с дивана и подбежала к Игорю, выхватывая у него устройство. Дима обошел кресло, к которому привязан Серёжа, и остановился рядом с коллегой. – Не понимаю.. – буркнула Юля, несколько раз нажав на жучок.       Устройство тихо пиликнуло и замолчало без надежды на лучшее. Остатки уверенности окончательно улетучились с лица Юлии. Сережа вытянул шею, заинтересованно пытаясь увидеть, что вызвало ажиотаж в маленькой такой компании. Разглядеть не удалось, но напряжение в воздухе заставляло упиваться почти физическим ощущением чужого поражения.       Краем глаза программист заметил красно-синее мигание со стороны окна. Внизу уже собралось несколько полицейских машин, а желтые глаза мужчины загорелись и хитро прищурились. Дима приблизился к разбитому окну, наступая на осколки стекла, и посмотрел на улицу. Огни пожаров начинали затухать, ОМОН делал своё дело. – Игорь... – позвал он, напуганно переводя взгляд на товарищей.       Гром гневно посмотрел на всем своим видом ликующего Чумного Доктора. Во взгляде полицейского взгляде читалась ненависть, желание убить, растерзать на мелкие кусочки и развеять по ветру. Разумовский посмеялся мысли, что несправедливо осуждённый может оказаться оправдано наказан за убийство действительно виновного. В таком случае никакие доказательства уж точно не очистят громкое имя "блюстителя закона". – Игорь, я думаю, Фёдор Иванович выслушает нас.       Сережа ехидно захихикал, растягивая покрасневшие губы в злобной улыбке. – Ай-яй, полиция, так яростно навязывающая всем правосудие и честность, надеется на связи. – открыто насмехался Разумовский. Игорь смерил его взглядом, полным ненависти и отвращения. – Надо хотя бы попробовать. – пыталась убедить Юля, сжав в пальцах рукав чужой куртки.       Игорь обречённо вздохнул и кивнул. Он шепнул что-то Диме, и двое полицейских окружили кресло с Чумным Доктором. В это время Юля встала у окна, все еще вертя в руках жучок и надеясь, что он просто разрядился. Дима развязал узел, стягивающий Серёжу, а Игорь стоял прямо перед преступником, чтобы не дать тому сбежать. А Чумной Доктор и не сопротивлялся. Он абсолютно уверен в своей победе, а потому единственным правильным решением было повиноваться.       Дышать стало легче, когда пожарный шланг перестал сдавливать грудь. Но Сережа все еще чувствовал себя так, будто его сжимают тиски. Безумно раздражало ощущение наручников на запястьях, кожа под черной тканью начала чесаться, а сердце застучало сильнее из-за ощущения беспомощности перед обездвижевающими оковами. Надо лишь чуть-чуть потерпеть. Прозрачный лифт бесшумно отворил двери, и четверо человек зашли внутрь. В тесном пространстве даже тяжелое, прирывающееся из-за нервных тиков дыхание Чумного Доктора отдавалось гулким эхом. Рука Димы на плече, хоть и сжимала крепко, но тяжелой не была. Сереже, а если быть точнее, Птице казалось, что он смог бы одним ударом выбросить блондина из окна, появись такая возможность. Слишком уж он легкий. "Доктор" усмехнулся своей мысли, но улыбка быстро сошла с его лица. Казалось, что он испугался наведенной на него камеры Юли, которая все еще не оставляла попыток достать хоть что-то, что поможет оправдаться перед полицией. Но, видимо, не судьба.       Сережа опустил голову и поджал губы так, будто сейчас заплачет. Игорь недоуменно на него посмотрел, а через мгновение чуть ли не слетел с катушек. Он схватил бедолагу за воротник и встряхнул. – Не играй в дурачка, Разумовский! – рявкнул полицейский, оглушив всех присутствующих своим голосом. – Даже не пытайся, тебе все равно не избежать наказания!       Повисло молчание. Игорь все еще сжимал ткань чужого костюма в руках, а сам Сережа выдерживал раздражающую паузу. – З-за что наказание? – вдруг спросил он столь невинно, что Гром сам на секунду засомневался в виновности этой рыжей морды. – Ты ворвался ко мне, н-напал и нарядил в этот костюм! – голос арестанта звучал убедительнее, чем могли бы звучать аргументы Грома в собственную защиту. Это полицейского и разозлило еще больше. – Да что ты!... – пылкая ярость заслонила глаза Игоря красной пеленой.       И теперь стало понятно, для чего Сережа разыграл эту сцену. Гром поднял одну руку, чтобы "для профилактики" ударить Сережу еще разок. Дима и Юля хотели его остановить, но вспохватились слишком поздно.       Лифт остановился, двери медленно раскрылись, а взгляду наряда полиции и Федора Ивановича открылась неоправдываемая картина: майор Игорь Гром держит зажмурившегося и сжавшегося от страха Сергея Разумовского за воротник и норовя ударить. В руках журналистки Юлии Пчёлкиной телефон с включённой камерой, а лейтенант Дубин сделал шаг назад, чтобы не попасть под горячую руку коллеги. Все трое замерли, а Сережа заликовал где-то в душе. – Фёдор Иванович! – почти облегченно воскликнул Игорь, отпуская программиста, и сделал несколько шагов из лифта в сторону мужчины, которого успел похоронить. Но в ответ прозвучали лишь щелчки заряженных пистолетов и чужое грубое: "Ни с места!". Полковник сделал неуверенный шаг назад. – Ф-фёдор Иванович... Это он Чумной Доктор! Мы все можем подтвердить! – пытался убедить Игорь, тыкая пальцем в сторону дрожащего Разумовского, но его не слушали.       Все, как и предрекал Птица: никто не верит, что бедный Сергей Разумовский, готовый расплакаться в эту же минуту, является Чумным Доктором. Сквозь толпу вперед вышел Евгений Борисович Стрелков и осмотрел замерших с ног до головы. На его лице расплылась мерзкая улыбка. Та самая, которую Игорь лицезрел каждый раз, встречаясь со следователем из Москвы. – Всё здесь понятно, Игорь! – вздохнув, победно протянул он. – Взять его.