Проект

— Ммм… — пробормотал Уилл, пытаясь не взорваться в очередной раз. Почему всегда так? — Я не могу его нарисовать, — подумал он, чувствуя, как руки дрожат. Именно Майка Уилл не мог нарисовать — руки будто отказывались слушаться. С нарастающим раздражением и лёгкой обидой он резко кинул карандаш на пол, и тот со стуком упал на плитку. — Да господи! Почему именно сейчас? — подумал Уилл, сжимая руки от раздражения. — Когда мне нужно готовиться к очередному проекту, и как обычно всё идёт коту под хвост… Его бурю эмоций прервал резкий голос Майка: — Уилл, всё нормально! Просто сосредоточься. Майк был временной моделью для проекта Уилла. Но, казалось, уже давно перестал быть просто моделью… Уилл ощущал взгляд Майка на себе, и в животе будто стягивались тысячи узлов. — Ладно… я попробую. Последний раз. — сказал он, пытаясь собраться. — Майк… я не могу тебя рисовать… — выдохнул он, не выдержав. Слово вырвалось, и тишина сразу заполнила комнату. Уилл почти почувствовал, как время замедлилось. Ему показалось, что даже воздух стал плотнее, будто пространство сжалось вокруг них двоих. Майк на секунду застыл. Его взгляд, сначала удивлённый, мгновенно стал тяжёлым, как будто на него внезапно навалился груз слов, которых он не ожидал услышать. Он услышал «не могу тебя рисовать» — и внутри что-то щёлкнуло. — Что? — переспросил Майк тихо, но в голосе уже сквозила боль. Его плечи напряглись, а глаза потемнели. — Ты… думаешь, я недостаточно…? Уилл замер. Он понял мгновенно, что Майк неправильно понял его слова, но внутри не хватало ни смелости, ни слов, чтобы объяснить всё сразу. Он хотел сказать: «Нет, это не о тебе… это просто я», но губы словно прилипли друг к другу. Майк отвернулся, и в этот момент Уилл почувствовал, как в груди сжимается что-то тёплое и болезненное. Он видел, как Майк уходит, но не мог даже пошевелиться. «Он думает, что я его отверг… что я его критикую…» — пронеслось у него в голове. Дни шли медленно, будто каждый час растягивался на вечность. Уилл наблюдал, как Майк теперь держится немного иначе: меньше улыбается, реже подходит ближе, старается казаться спокойным. И каждое такое движение, каждый взгляд, который он поймал случайно — всё это резало Уиллу сердце. Он вспоминал тот момент снова и снова: как произнёс слова, как дрожали руки, как взгляд Майка мгновенно изменился. Каждую ночь Уилл переваривал свою ошибку: «Почему я не сказал иначе? Почему не объяснил сразу?» В животе сжимались тысячи узлов, будто каждый день повторял ту самую секунду, когда Майк ушёл. Он понимал, что эта маленькая ошибка слова оставила шрам, и теперь даже каждый маленький жест Майка напоминал ему о боли, которую он сам невольно причинил. Недели шли, а Уилл всё так же страдал молча. Он наблюдал за Майком, и каждый раз, когда видел его улыбку или слышал смех, сердце сжималось. Он хотел исправить всё, хотел объяснить, но каждый раз, когда собирался заговорить, слова терялись. И так прошли недели — тихая, но мучительная пытка, где каждое утро начиналось с воспоминаний о словах, которые он сказал слишком быстро и слишком плохо, и где каждое прикосновение или взгляд Майка напоминали о том, что исправить это уже почти невозможно… В один из дней Уилл понял ,что через несколько дней ему придётся использовать весь накопленный опыт на Майке для школьного проекта. Сначала он просто замер. Сердце забилось быстрее, дыхание сбилось. В голове пронеслось: «Что? Но времени совсем нет… Как я всё это успею?» Паника постепенно захватывала его. Кажется, всего, что он делал раньше — недостаточно. Каждая попытка сосредоточиться казалась бесполезной. «Эти слова… эта ссора… Они совсем не вписываются сюда. Времени буквально не хватает ни на что!» — думал он, ощущая, как внутри всё сжимается, будто кто-то плотно обхватил его грудь. Он сжал карандаш, но руки снова дрожали. Мысли метались как ошалевшие: «Я не могу сосредоточиться… Я не успеваю. Почему все мысли о нем?!» В комнате стало душно. В каждом уголке казалось, будто притаился кто-то, кто напомнит о недавней ссоре, о его неловких словах и о том, что время неумолимо уходит. Уилл почувствовал, что каждый день превращается в гонку с самим собой, и каждый раз он проигрывает — даже прежде, чем начать. И тут Уилл наконец принял решение: пора извиниться перед Майком. Он больше не мог держать это в себе. «Я должен сказать ему… просто объяснить…» — думал он, сжимая кулаки. Но едва он набрался смелости, как столкнулся с новой проблемой: Майк начал избегать его, как мог. Он менял маршруты по школе, садился за столы, куда Уилл не подходил, и даже в коридоре делал вид, что не видит его. Уилл чувствовал, как внутри что-то сжимается. Каждое такое избегание причиняло боль, и мысли кружились всё быстрее: «Почему он не слушает меня? Он думает, что я его отталкиваю… или что я равнодушен? Нет, нет, это совсем не так!» Он пытался найти момент, чтобы подойти, но как только приближался — Майк словно растворялся в толпе. Сердце Уилла било тревожно, и каждая попытка объясниться превращалась в мучение: время уходило, а слова застревали в горле. — Чёрт… — пробормотал Уилл сквозь зубы. — Почему всё так сложно? И в этот момент он понял, что простое «извини» уже недостаточно. Нужно было найти способ достучаться до Майка, несмотря на его избегание, иначе недопонимание может продлиться ещё дольше. Уилл собрался с духом и тихо подошёл к Майку, стараясь выглядеть спокойно. «Я просто объясню… всё станет ясно…» — думал он, но сердце стучало слишком быстро, руки предательски дрожали. — Майк… — начал он осторожно, — я могу всё объяснить. Я не хотел тебя задеть, я имел в виду совсем другое… Майк замер и внимательно посмотрел на него. Его взгляд был напряжённым, плечи слегка поднялись. «А что, если это прозвучало иначе?» — промелькнуло у Уилла в голове. Он продолжал говорить медленно, стараясь, чтобы каждое слово было точным: — Я… это не про тебя… это не твоя вина. Я просто… ну, это сложно объяснить. Майк прикусил губу, не прерывая взгляда, будто пытался прочесть что-то между строк. В воздухе висела тяжесть недосказанности, но постепенно её оттеняло желание Уилла исправить ситуацию. — Слушай, — тихо сказал Уилл, — я понимаю, что это могло прозвучать по-другому, и мне жаль. Давай просто… попробуем понять друг друга? Майк на мгновение замер, а потом плечи немного расслабились. Он всё ещё был осторожен, но напряжение начало спадать. Уилл почувствовал, как внутри что-то немного отпустило, но понимал: доверие нужно восстанавливать, шаг за шагом.