Товако

Товако 1 Погребальная церемония завершилась около пятнадцати минут назад, и сейчас, почти все присутствующие отправлялись на поминки в дом родственников покойного. Солнце палило нещадно, словно пытаясь выжечь всё живое на и без того потрескавшейся почве. В этот день Эшли уже сто раз пожалела, что родилась в Мельбурне — столице австралийского штата Виктория, расположенной на юге этого жаркого континента. Одиноко пройдясь по пыльной стоянке, она поправила потертую шляпу и достала платок. Казалось, еще чуть-чуть — и её лицо просто испарится от жары. Девушка ненавидела этот день. Ненавидела это тесное черное платье, эту дурацкую шляпу с черной лентой, которую выдала ей сегодня утром мама . "По прогнозу сегодня ожидается сильная жара, надень это." Стиснув зубы, Эшли сняла головной убор, уже представляя, что сейчас творится с ее прической. Волосы взмокли, пряди спутались. Блистательно! Отойдя под тень вялой пальмы, она принялась обмахивать шляпой разгоряченное лицо, а вместе с тем рассматривать толпу. Сегодня Эшли осталась без дедушки. Почему это случилось она до сих пор не могла понять. А тем более принять. Здоровый, как горный житель, он вдруг скончался от сердечного приступа. Мама долго плакала, отец ходил без лица, не зная, куда себя деть. Теперь сирота. Об их старшей дочери никто тогда не вспомнил. К слову, ей это было только на руку. Не привыкшая показывать слабые стороны своего характера, девушка, незаметно покинув дом, выплакала все слезы у кровати, где лежал накрытый белой простыней ее любимый дедушка. Он всегда нежно звал ее Эш. Его дом был укрытием от тоски, страха и гнева родителей. Неиссякаемый запас интересных историй с времен его молодости всегда вызывал у Эшли благоговейное восхищение, и порой она ловила себя на мысли, что хочет записать всё услышанное и создать книгу. Самое что ни есть простое название для нее было уже готово: " День из жизни наездника". Читатель бы узнал о любви главного героя к лошадям, о его прекрасной кобыле по имени Калима, о конных скачках и первом призовом кубке. Дедушка, услышав об ее сокровенном желании, с улыбкой сказал, что хотел бы прочитать такую книгу о самом себе, мол, чтобы не забывать в старости собственные приключения. Сказал и умер. Сегодня на кладбище собралось много людей, и всё проходило так, как проходят типичные похороны. Гнетущая атмосфера, тихие всхлипывания ... Безусловно, именно так должно всё быть, ведь земля принимала в свои объятия отличного наездника, обладателя множества призовых кубков и того, за кем затаив дыхание следила вся страна в дни конных скачек. "Они плачут о кумире, который восхищал своими свершениями, но не о человеке с его слабостями и падениями" Вон, солидная дама в сером костюме, только и беспокоится о том, как незаметно стать поближе к мужчине в смокинге и с серебряными часами, который вел невесёлую беседу с родителями Эшли. Девушка снова стиснула зубы. " Кусок дерьма!Вы ведь даже не встречаетесь!» Кем бы эта женщина не была, она ее ненавидела. Чуть поодаль весело бегали близнецы: Джо и Чак - её младшие сестра и брат. Совсем недавно они отметили свой шестой день рождения, и теперь считают себя «серьезными как взрослые». Эшли подумала, что хорошо было бы в такой день превратиться в обезбашенную и беззаботную девчонку как Джо, и смеяться во всё горло как Чак, ничего не понимая и ни о чем не заботясь. —Джорджина Ким! Слезь оттуда ради Бога! — крикнула Эшли, заметив, что девочка начала взбираться на огромную статую в виде ангела с ведром в руках, из которого под напором лилась вода. Джо показала ей язык и продолжила покорять статую. —Грохнешься же… - пробормотала девушка и с неохотой вышла из прохладной тени. Нужно выполнять долг старшей сестры. Чак, который видимо стоял на стреме, заметил приближающуюся к ним угрозу и громко завизжал. Эшли уже предвкушала, как она отшлепает проказников, как вдруг её окликнул чей-то хриплый голос. —Эй, сладкая, подожди минутку! С напускной важностью Эшли остановилась. К ней направлялся тонкий и длинный ,как итальянские макароны, мужчина. На левой его руке поблескивали серебряные часы.Такой же цвет виднелся в некоторых местах его скудной шевелюры, а всё обличье, в котором преобладали серые и коричневые цвета, буквально кричало об отсутствии вкуса. Это был Томас Чен - местный торговец лошадьми. Почему-то само слово «торговец» уже вызывало у девушки неприятные ассоциации. Эти пыльные рынки, плевки, вечные споры. . . Этот мужчина, казалось, был прямиком оттуда. Его холодные синие глаза не теряли даром времени — быстро осмотрели ее с ног до головы. Он остановился и поднес помятую кружку с пивом к губам, где застыла выдающая все его мысли ухмылка. — Я Томас Чен, а вы, если не ошибаюсь, Эшли Ким и внучка покойного Дэна? Девушка сузила глаза. —Ну да. Чен достал пластинку жевательной резинки, развернул ее и швырнул обертку на землю. — Прими мои соболезнования. Вообщем-то, у меня к тебе деловой разговор. Откушенный кусок резинки оказался у него между зубами, раздалось наглое чавканье. — Твой дед вложил немало сил чтобы обустроить Ли Сиесту, жаль, что так и не успел довести дело до конца. Эшли мрачно смотрела на него, пытаясь понять, что он хочет. Она знала, что дедушкина ферма давно заброшена, и он не любил об этом говорить. —И что? - сухо спросила она, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Чен отхлебнул пива, глядя на нее поверх стаканчика. —Я хотел обсудить с твоими родителями продажу Ли Сиесты, но, вижу , они сейчас беседуют. А я страшно спешу. Знаю, что сейчас вам не до этого, но подумайте. Деньги вам пригодятся. Он протянул визитку, заляпанную какой-то грязью. Эшли взяла ее двумя пальцами. —Конечно, - еле выдавила из себя девушка и слегка поклонилась. —Буду ждать звонка от твоего отца. Бросив на нее последний взгляд, торговец удалился. «Знаю, что не до этого, но вы подумайте» - Эшли стиснула зубы. «Если нам не до этого, то и думать мы не будем» Она скомкала визитку и швырнула ее в урну. Добро пожаловать, уже есть один человек, который прямо доказал, что покойный Дэн был для него только успешной личностью и прекрасным наездником с кучей золотых кубков. Горло сдавило, словно стальным обручем. Эшли почувствовала, как к глазам подступают слезы. Нет, только не сейчас. Она не позволит себе расклеиться на виду у всех. Втянув в себя побольше воздуха, она молча развернулась и быстрым шагом направилась прочь от пальмы, от кладбища. Девушка добежала до небольшого здания церкви, и с трудом открыв массивную дверь, вошла внутрь. Тут же потянуло прохладой. Едва уловимый аромат ладана щекотал ноздри. Надо было прийти сюда раньше. Рухнув на жесткую скамейку, Эшли закрыла лицо руками. Сейчас бы взять любимую гитару и отвести душу. Если бы не дедушка, она бы ни за что бы не научилась играть на этом инструменте. Зная своё непостоянство, девушка не верила, что вообще научится играть хоть на чем-нибудь, и дед предложил ей гитару, мол, там учиться нечего. — Эшли, дочь, мы тебя везде ищем! - в зал вбежала раскрасневшаяся женщина, придерживая сползающую с головы шляпку. Следом за ней бежала Джо, ревущая во все горло. Судя по её мокрому платью, она кувыркнулась в фонтан. Черт. Сидеть в тишине одной долго не пришлось. — Да тут я! - девушка возмущенно поднялась со скамьи и быстро провела ладонью по лицу,— Скажи, мам, насколько это необходимо собирать толпу на эти никчемные поминки? Зачем? Посмотри на себя! Ты вся выдохлась! — Не начинай Эшли, прошу тебя. Идем в машину. Надеюсь ты по другому будешь себя вести, когда мы будем собираться во Флемингтон. — миссис Ким забрала со скамьи шляпу дочери и подтолкнула ту к выходу. — Сегодня ты должна собрать свои вещи. И прошу тебя, сделай это без перемывки моих мозгов. — Флемингтон? - Девушка остановилась. — Что мы там забыли? Джо, умоляю, прекрати ныть! Мама вздохнула. — Дедушки больше нет. Нужно навести порядок на ферме. Этим думаю, займешься ты. Мы будем решать дела с документами, иначе ее отдадут под охрану государства. Идем, Эш, папа ждет. Ухать на ферму "Ли Сиеста" на всё лето — мечта! Огромная усадьба, окруженная со всех сторон гигантскими пихтами, ласкала взоры всех, кто проезжал мимо. Там зеленое поле, а дальше - лес. Настоящий отдых от пыльной столицы. Эшли смутно помнила то беззаботное время, когда родители привозили ее сюда на недельные каникулы. Близнецов тогда еще и в помине не было, и всё время Эшли проводила с соседским мальчиком. Один случай она запомнила надолго. Однажды они пытались прокатиться на совсем еще молоденьком жеребце, за что отец мальчика отругал их обоих. Мозг особенно запечатлел тот момент, когда она в слезах прибежала к деду в дом, забралась к нему на колени и долго плакала от обиды. А потом он взял её с собой на прогулку верхом на взрослой лошади Калиме. Конечно же, в его сопровождении. Гордости было хоть отбавляй. Девочка была уверена, что её друг, который был наказан и сидел в своей комнате, видел их через окно. Баловал её дед. Это закончилось. *** —Собери коня в кулак, Джейк! Успокой его! Нет, отойди, черт возьми, он же тебе в лицо сейчас вмажет! Густые клубы пыли плавали в конюшне,словно грязные облака, из-за чего дышать становилось всё труднее. Взбесившийся андалузец, поднявшись на дыбы, махал в воздухе копытами, злобно фыркая и визжа. Мощные мышцы перекатывались под кожей каждый раз когда он вскидывал передние ноги, и это устрашающее зрелище пробирало до костей. Джейк выбежал из стойла в последний момент, когда Товако уже обнажил зубы, собираясь укусить того за плечо. Тяжело дыша, парень бросился закрывать калитку денника, но взбесившееся животное,со всей силы налетев на преграду, выбежало наружу. —Товако вырвался, осторожно! Господин Шим поздно заметил несущегося на него коня, и тот, больно лягнув хозяина крепким копытом, ускакал из конюшни. —Черт! Джейк, увидев падающего навзничь дядю, тут же бросился к нему. —Ударил? Куда? —Джейк…— хрипло простонал мужчина, — Скорую, быстро! —Сэм! Срочно вызови скорую! - крикнул парень старому итальянцу-конюху, который в этот момент, заходил в конюшню решить вопрос о бегающем снаружи Товако. Хватило лишь одного взгляда, чтобы понять, в чем дело. Без лишних вопросов Сэм бросился в дом. Джейк склонился над дядей, пытаясь оценить тяжесть травмы. Левая нога была неестественно вывернута. Подняв дрожащими руками край его рубашки, он заметил медленно расплывающееся багровое пятно в районе бедра и тут же почувствовал, как темнота застилает глаза. «не сейчас . .пожалуйста » — Я... сказал, что бы ты... пошел позвонил ... а ты... как всегда, — прохрипел дядя, заметив бледное лицо Джейка. — По-вашему, Сэм должен был остаться тут, с вами? Стоять и причитать "мамма мия, кэ дисастро"? — Снова споришь... От тебя... Джейк... толку не больше. О боги, нога! Словно опомнившись, парень огляделся вокруг в поисках чего-нибудь, чем можно было бы обездвижить ногу. Нельзя допустить, чтобы дядя двигался. Заметив валявшуюся неподалеку доску, он подтащил ее и, стараясь не причинять лишней боли, приложил к ноге пострадавшего. Ткань собственной рубашки пошла на фиксацию доски. Всё-таки, не зря дядя устраивал ему уроки практики по оказанию первой помощи. Кто же знал, что помощь будут оказывать ему самому. Прибежал Сэм. —Они уже приехать, - переводя дух после быстрого бега, произнес конюх. Вслед за ним в конюшню вошел пожилой доктор, на ходу открывая медицинский чемоданчик. Видимо, Сэм уже рассказал по дороге, что случилось. — Крис, старина, чуяло моё сердце, не к добру этот конь. Ох, Боже мой, - вздохнул доктор, ощупывая пульс и место удара, — Похоже, он сломал тебе бедро. Нога зафиксирована, молодец, Джейк. Сэм, помоги уложить этого громилу на носилки. —Конечно, я помогать, - засуетился конюх. Джейк тоже присоединился к погрузке дяди. Тот лежал с закрытии глазами и был бледен, как мел. Джейк нервно похрустел пальцами. — Как он, доктор Чхве? Ходить-то будет еще? —Посмотрим-посмотрим, старик, в ближайшее время — точно нет. — сказал доктор, берясь за ручки носилок, — Позаботься о вашей конной школе. Без тренера и хозяина вам придется тяжко. Парень угрюмо смотрел вслед уносящимся носилкам. "Тяжко? Да тут кошмар начнётся, если дядя надолго выйдет из строя." Мужчины дошли до машины скорой помощи и двое санитаров, погрузив пострадавшего, устроились рядом на сиденьях. Джейк также собирался запрыгнуть в машину, но доктор Чхве остановил. —Я обо всем позабочусь. Поймайте коня, иначе мне придется возвращаться за кем-нибудь еще. —Конечно, мы поймать, - закивал Сэм. Скорая уехала, оставив за собой столб пыли. Джейк тоскливо смотрел ей вслед, и думал о Товако. Он не отрицал тот факт, что Кристиан решит отдать коня на бойню. Можно было даже догадаться, что скажет дядя. «В конной школе Флемингтоне и так нет достаточно хороших наездников, мы только терпим расходы. Товако — лишний груз.» —Уже темнеть. Мы должны ловить коня. —Идем, Сэм. *** «Знаменитая кобыла покойного Дэниела Кима неожиданно вновь привлекла к себе внимание. После кончины легендарного наездника и владельца, Калима, казалось, ушла в тень, тихо доживая свой век на ферме «Сан». Однако, недавнее обследование ветеринарами выявило на боку кобылы странное клеймо, ранее не замеченное. Клеймо представляет собой переплетенные символы, не похожие ни на одно из известных клейм австралийских заводчиков. Ветеринары утверждают, что клеймо старое, возможно, как и сама Калима, что порождает множество вопросов о ее происхождении и родословной...» Эшли выключила телефон и откинулась на спинку сиденья. «Почему бы им просто не оставить в покое бедное животное.» — подумала она раздраженно и тут же вздрогнула от пронзительного крика брата. Чак вопил во все горло, а его сестра-близнец сидела с подозрительно невинным лицом и смотрела в окно. —Ма-ма-а, Джо ущипнула меня абсолютно ни за что! Высади её из машины, пожалуйста-а! —Мама заснула, и если вы сейчас не прекратите трепать мне нервы — я высажу вас обоих! - подал голос отец с водительского сидения. Повисла тишина. Уже добрых два часа семья Ким провела в дороге. Темнело. За окном мелькали знакомые гигантские пихты, а на закате разливалось вечернее зарево, украшая небо в малиновые оттенки. Эшли, обрадовавшись наступившей тишине, задремала. Вскоре машина остановилась у огромного дома, так же как и все другие окруженного хвойными деревьями. Вот и ферма Ли Сиеста. Эшли выползла из машины, сонно осматриваясь по сторонам. «Не была здесь целую вечность…» Здесь все осталось прежним, на своих местах. Та же беседка в углу огромного двора, тот же балкончик, а под ним — небольшая терраса. Только в окнах зияла темнота. — Комната с балкончиком — моя, - сказала Эшли, забирая свою сумку с багажника. — Мне нужно больше свежего воздуха, иначе я буду жить в подвале. —Лучше бы ты жила в подвале, — хмуро заявила Джо, — Тогда бы никто не дубасил нас каждые пять минут. —Да, - коротко подытожил Чак и умчался к дому. Эшли хмыкнула и продолжила изучать окрестности. Чуть дальше простиралось необъятное поле. Под лунным светом оно казалось волшебным, как в сказке. —Мам, пап, я пройдусь немного. Отсидела все на свете пока ехали сюда. Никто не был против и все удалились в дом. Девушка медленно брела по тропинке, вдыхая свежий ночной воздух. Внезапная грусть вдруг славила горло. «Почти всё то же, почти…» Она дошла до поля и вдруг воспоминание с детства снова вспыхнуло в её голове. Тот соседский мальчик, неудачная попытка оседлать жеребенка… Эшли усмехнулась. «Интересно, где они сейчас?» Захотелось снова побыть с лошадьми. Любоваться их большими глазами и гладить роскошные гривы. Захотелось так сильно, что девушка направилась к большому сараю, стоящему немного отдаленно от других построек. Она была уверена, что это конюшня. И не ошиблась. Открыв скрипучую дверь, Эшли зашла внутрь. Пахло сеном и лошадьми. С двух сторон конюшни были устроены стойла, и, конечно же, лошади были там. —Салют, - шепнула девушка в темноту, — спите? Где-то в самом конце раздалось тихое ржание. Эшли направилась туда. —Ух ты! Да ты красавец! - восхищенно протянула она, увидев черного коня, чья грива переливалась в лунном свете серебристым оттенком. — Что насчет яблока? У меня есть одно. Достав из кармана шорт большое яблоко, Эшли аккуратно протянула его на раскрытой ладони. Тот, тщательно обнюхав фрукт, захватил его мягкими шершавыми губами и захрустел. Пока он ел, девушка ловко перелезла через закрытую на замок деревянную дверь, и устроилась на соломенном тюке. —Хорошо тут у тебя, прохладно, — она рассмеялась, когда конь подошел обнюхать её с головы до ног и потянулся носом в карман. Убаюканная тихим жеванием и запахом сена, Эшли и не заметила, как задремала, прямо на соломе. *** Утренняя прохлада окутывала Флемингтон, посылая на землю тонкую пелену тумана. В окрестностях уже был слышен крик петухов, когда в конюшне, через решетчатое окно загона, просунулось металлическая трубочка духового ружья. Раздался громкий взвизг, и большое лошадиное тело с глухим звуком упало на дощатый пол. Эшли вскочила с вязанки сена, спросонья пытаясь понять, что произошло. —Что вы делаете? Вы кто? - испуганно вскрикнула она, наблюдая, как незнакомый мужчина склонился над лежащим на боку конем. —Тише, ласс, я всего лишь вводить ему снотворное. —Зачем … - она не успела договорить, потому что какой-то парень схватил её за руку и бесцеремонно вытолкал из загона. —Эй, а ты еще кто? —Тот же вопрос. И еще вопрос: ты сумасшедшая? Эшли остановилась и тупо уставилась на незнакомца. —Сумасшедшая? —Ты. —Нет. Я Эшли. —А я — Джейк.