От дружбы до ненависти: Уход

3 марта       Всю неделю Эмити не появлялась в школе. Луз и друзья Эмити извелись от беспокойства. После уроков Луз направилась к особняку Блайтов — заодно она хотела попрощаться с близнецами и старшими Блайтами, которые на днях уезжают в другой город.       Подойдя к воротам, она без труда перемахнула через них и направилась ко входу. Нажала на звонок. Тишина. Подождала несколько минут — никакого ответа. Позвонила ещё раз. Снова молчание.       Постучала — сначала негромко, потом настойчивее. Ничего. Тогда Луз просто взломала замок и шагнула внутрь. Особняк был пуст.       Не просто безлюден — будто здесь месяцами никто не жил. Всё выглядело слишком безупречно, стерильно, мертво. Даже запах пропал — тот особенный аромат дома, который всегда витал в воздухе.       Луз обошла все комнаты. Ни души. За пять лет знакомства с Эмити здесь всегда кто-то был — родители, близнецы, прислуга. Всегда. Единственное, что она обнаружила — записка на столе Эмити. Если ты это читаешь, значит, меня уже нет в городе. Я уехала вместе с родителями и близнецами.       Луз не могла больше оставаться в этом холодном, мёртвом доме. Она медленно вышла и побрела «домой». Добравшись, она без сил рухнула на старый диван, свернулась клубком и прижалась к стене. По щекам беззвучно катились слёзы, тело тряслось мелкой дрожью. С каждой секундой дышать становилось всё труднее, будто невидимая рука сжимала горло. Почему Эмити уехала, не сказав ни слова? Почему она её бросила? Что она сделала не так? 1 мая       Луз снова и снова пыталась дозвониться до Эмити. Безрезультатно. Прошло почти два месяца, а она всё так же не могла спать по ночам. Каждую ночь боль возвращалась, снова и снова выжигая изнутри всё живое.       Сердце сжималось в тисках, готовых раздавить его в любую секунду. Каждую ночь ей хотелось исчезнуть. Чтобы это просто кончилось. Чтобы всё закончилось.       Хотелось просто сдохнуть. И каждую ночь это желание становилось всё сильнее. Она несколько раз собиралась просто сброситься с крыши многоэтажки или вскрыть себе вены своими когтями, но что-то останавливало.       Луз продолжала ходить в школу, но изменилась до неузнаваемости. Она всё чаще ввязывалась в драки. Её лицо постоянно украшали свежие царапины и ссадины — но это были мелочи по сравнению с тем, что получали её противники.       За последние два месяца она отправила в больницу около пяти старшеклассников и нескольких ребят из параллельных классов. Все они считались крепкими парнями. Теперь — уже нет.       Она перестала разговаривать. С кем бы то ни было. Любой, кто пытался с ней заговорить, получал порцию грубости — а иногда и кулаком в лицо.       Очень быстро вся школа узнала о Луз и начала обходить её стороной. Её прозвали Демоном — хотя на улицах так её называли уже давно. Но Луз было плевать.       Школьных стычек ей не хватало. Она всё чаще ввязывалась в уличные драки — и почти всегда выходила оттуда целой, чего не скажешь о противниках. Большинство из них уходили с тяжёлыми травмами. Некоторые — едва живыми, требуя экстренной госпитализации.       Луз, как обычно, дремала за своей партой у окна, пока классная что-то объясняла. Вдруг дверь открылась, и в класс вошли трое парней и одна девушка — как позже выяснилось, четверняшки.       Лила, самая младшая, молча прошла вглубь класса и села рядом с Луз. Все замерли. Класс затих, напряжённо ожидая взрыва.       Луз приоткрыла глаза и скользнула взглядом по новенькой. Несколько секунд разглядывала её лицо, затем снова закрыла глаза.       Класс был в шоке. До сих пор любой, кто осмеливался сесть рядом с Луз, немедленно получал жёсткий отпор — в самой грубой форме.       Но Лила будто не замечала напряжённой атмосферы и пристальных взглядов. Казалось, она совершенно не чувствует ауру опасности, исходящую от Луз.       Когда прозвенел звонок на перемену, все поспешили выскочить из класса, ожидая неизбежной расправы. Но Лила осталась сидеть на месте, спокойно читая книгу.       Луз приоткрыла один глаз и снова посмотрела на неё. Это спокойствие раздражало. Обычно люди шарахались от неё, боялись даже взглянуть в её сторону. А эта новенькая сидела так, словно ничего не происходит. Луз резко поднялась и с силой хлопнула ладонью по парте. Лила вздрогнула. — Чего тебе надо? — грубо бросила Луз. Лила подняла глаза от книги. — Ничего. Просто здесь было свободно, — ответила Лила. Луз усмехнулась — злобно, без капли тепла. — Здесь не бывает свободно. Это моё место. Проваливай, — фыркнула Луз. Лила пожала плечами. — Я не вижу здесь твоего имени. И потом, ты всё равно спишь на уроках. Какое тебе дело, кто здесь сидит? — проговорила Лила.       Луз сжала кулаки. Схватила Лилу за руку и попыталась вытащить из-за парты. Но та неожиданно ловко увернулась и оттолкнула её. — Не трогай меня, — твёрдо сказала Лила, глядя прямо в глаза Луз.       В её взгляде не было страха — только решимость. Луз опешила. Никто раньше не смел так с ней разговаривать. В замешательстве она отпустила Лилу и отступила. — Ладно, — пробормотала Луз. — Делай что хочешь. Сказав это, она отвернулась к окну, чувствуя, как внутри зарождается любопытство. 12 мая       Следующие дни прошли в странном молчаливом сосуществовании. Луз продолжала спать на уроках, Лила читала книги — они словно не замечали друг друга. Но напряжение в классе не спадало.       Все с интересом наблюдали за этой необычной парой, гадая, когда же произойдёт взрыв. Единственные, на кого Лила обращала внимание — её братья. И они замечали только младшую сестру. Четвёрка держалась вместе, словно были единым целым. Луз по-прежнему ввязывалась в драки — и в школе, и на улице.       Время 19:32. Лила с братьями гуляла по городу, когда вдруг заметила капли крови на асфальте. Любопытство взяло верх — они последовали по кровавому следу в узкий переулок.       В тупике, в самом его конце, сидела Луз. Она прижимала руку к правому боку, лицо было бледным, одежда — испачкана кровью.       Лила, не раздумывая, подбежала. Братья последовали за ней, настороженно оглядываясь. Опустившись на колени рядом с Луз, Лила осмотрела рану — глубокую, из неё продолжала сочиться кровь. — Что случилось? — нахмурилась Лила. Луз, казалось, не замечала её. В глазах читались лишь усталость и обречённость. — Не твоё дело, — прохрипела Луз, пытаясь отстраниться. Лила проигнорировала слова. Осторожно осмотрев рану, она поняла — ножевое ранение. — Надо остановить кровотечение, — обратилась Лила к братьям.       Те быстро среагировали. Грег снял рубашку и протянул ей. Лила прижала ткань к ране. Луз зашипела от боли, но не оттолкнула её. Впервые за долгое время Луз почувствовала, что о ней кто-то заботится. Странно. Непривычно. — Мы отведём тебя к врачу, — сказал Никита. Луз отрицательно покачала головой. — Не надо, — прошипела Луз. — Все будет хорошо. Лила нахмурилась. — Ты потеряла много крови. Тебе нужна помощь, — возразила Лила. Луз лишь усмехнулась в ответ. — Всё равно сдохну… Какая разница, где это случится, — прошипела Луз сквозь зубы. Лила удивлённо посмотрела на неё. Как можно так относиться к собственной жизни? — Хорошо, — сказала Лила, глядя Луз прямо в глаза. — Тогда мы просто поможем дойти до дома. А там решишь сама.       Луз молча кивнула, позволяя им поднять себя. Они бережно поддерживали её с обеих сторон. Каждый шаг отдавался болью, но Луз старалась не показывать. Не хотела казаться слабой в глазах этих незнакомцев, вдруг решивших проявить сочувствие.       Несколько раз свернув с дороги, они заметили одинокий массивный гараж, стоявший чуть поодаль. — Ну всё, пришли. А теперь проваливайте, — рыкнула Луз. Лила бросила быстрый взгляд на братьев — их лица выражали полный шок и непонимание. Место не внушало доверия. — Ты уверена, что здесь живёшь? — спросила Лила, оглядывая обшарпанные стены.       Луз не ответила. Просто вырвалась из их рук и побрела к двери. Доковыляв, достала ключи и открыла замок.       Лила с братьями переглянулись. Не могли просто так оставить её. Не сговариваясь, последовали внутрь.       Луз включила свет. Внутри было куда лучше. Пространство оказалось на удивление уютным — большое помещение делилось на две части: гаражную зону и жилой угол.       В дальнем углу жилой зоны стоял старый диван, заваленный пледами и подушками. Рядом — небольшой столик и несколько полок с книгами. В ближнем углу располагалась мини-кухня с плитой, раковиной и холодильником. Небольшое окно пропускало скудный свет, но в целом было чисто и обжито. Луз опустилась на диван, с трудом сдерживая стон.       Лила с братьями огляделись, изумлённые. Они ожидали грязную берлогу, а обнаружили скромное, но вполне пригодное для жизни пространство. — Как ты… здесь живёшь? — тихо спросил Грег, нарушив тишину. Луз пожала плечами, не поднимая глаз. — Как-то живу, — фыркнула Луз. — Почему ты здесь живёшь? — тихо спросила Лила. — Зачем тебе это? — Луз подозрительно посмотрела на неё. — Просто хочу понять, — пожала плечами Лила. — Я с девяти лет живу сама по себе, — рыкнула Луз.       Лила удивлённо вскинула брови. Девять лет? Совсем ребёнок! Братья изумлённо переглянулись. Они не могли представить, как ребёнок выживает в одиночку. — Родители сдохли, а других родственников нет. Вот и живу, — равнодушно пожала плечами Луз. — Но как… как ты справляешься? Кто о тебе заботится? — тихо спросила Лила. Луз криво усмехнулась. — Сама справляюсь. Никто мне не нужен, — рыкнула Луз. — А теперь валите от сюда.       Лила не сдвинулась с места. Она не могла просто так уйти. Луз была ранена, одинока и явно нуждалась в помощи. — Мы не оставим тебя здесь одну, — твёрдо сказала Лила. — Ты нуждаешься в уходе. Мы можем помочь обработать рану и позаботиться о тебе. Луз недоверчиво посмотрела на Лилу. — Зачем? Что тебе от меня нужно? — прошипела Луз.       Лила молча смотрела в глаза Луз, не отводя взгляда. Ни злости, ни жалости — только спокойствие и… что-то ещё. Что-то, чего Луз давно не видела в глазах других. Искренность. — Ничего. Просто… я не люблю оставлять людей умирать в одиночестве, — сказала Лила тихо, но уверенно.       Луз стиснула зубы. Не знала, что сказать. Привыкла, что люди либо боятся её — просто так или потому что она полукровка, — либо пытаются использовать.       А эта… просто стояла и отказывалась уходить. Без крика, без пафоса. Просто была рядом. Как когда-то Эмити. В груди что-то болезненно дёрнулось. — Делай что хочешь, — устало бросила Луз, отворачиваясь к стене. — Только не трогай мои вещи.       Лила облегчённо вздохнула. Маленькая победа. Она жестом подозвала братьев. Никита быстро нашёл аптечку в углу мини-кухни.       Лила аккуратно принялась обрабатывать рану. Луз не издала ни звука — только крепче сжала зубы. Закончив, Лила наложила повязку. Луз смотрела в потолок невидящим взглядом. — Тебе нужно поесть, — сказала Лила. — Когда ты последний раз ела? Луз пожала плечами, не поворачивая головы. Лила вздохнула и открыла холодильник. Пусто. — Я не голодна, так что нет смысла идти в магазин, — прошипела Луз, будто прочитав мысли. Лила прикусила губу. Понимала, что Луз не хочет принимать помощь, но не могла оставить её голодной. — Хорошо, — сказала Лила, закрывая холодильник.       Переглянулась с братьями. Никита достал телефон и начал что-то печатать. Грег молча наблюдал за Луз. Атмосфера была напряжённой и неловкой. — У тебя тут довольно уютно, — сказала Лила, осматривая полки с книгами. — Что читаешь?       Луз не ответила. Лила подошла к полкам и начала рассматривать — в основном романы, детективы и фантастика. Но одна книга явно отличалась — заметно старее остальных. Лила взяла её и открыла. Старый сборник историй. Заметив это, Луз бросилась к ней, наплевав на боль. Вырвала книгу из рук. — Я же говорила не трогать мои вещи! — прорычала Луз, обнажая острые клыки.       Лила отшатнулась, поражённая внезапной агрессией. В глазах Луз плескалась ярость. Кирилл, Никита и Грег тут же встали между ними, готовые защитить сестру. — Не смей трогать мои вещи, — прошипела Луз.       С трудом вернувшись на диван, она снова отвернулась к стене. Лила растерялась. Не ожидала такой бурной реакции на обычную книгу. Не понимала, что в ней особенного. Но по реакции Луз было ясно — эта книга что-то очень личное.