Эхо героизма или Черный подснежник

      В тот день после школы я подходил к дому с чувством, что сделал что-то не так. Впервые за долгое время я ощутил такую растерянность, как тогда. Вроде торопился, почти бежал, но долго стоял у порога, не решаясь открыть дверь... не хотел разговора с матерью. Зайдя домой, обнаружил, что единственным источником света был телевизор. В зале я увидел мать с побледневшим лицом и слезами. Она в полной темноте смотрела срочные новости, в глазах так и мелькало отражение экрана. Её ноги подергивались, дыхание было тихим и неровным, в дрожащих руках она держала телефон, на который часто отпускала взгляд, бормоча "Инко... Инко, ответь..."       Мне показалось, будто внутри появилась какая-то трещина. Стало паршиво.       Под моей ногой скрипнул пол, из-за чего мать увидела меня, сорвалась с дивана и обняла.       - Катсуки! Слава Богу! С тобой всё в порядке? Почему не отвечал на телефон?, - её голос звучал с надрывом, слова будто спешили друг за другом. - Слышал, что случилось в Офис-центре Акасака? Такой кошмар! Мама Изуку работает в том же центре, пишу-звоню, не отвечает... Изуку тебе не говорил ничего? Как он?...       Мне нечего было ей сказать, чтобы её успокоить. Я даже не знал, где он мог бы быть сейчас.       - Со мной всё хорошо. Телефон на беззвучном был, не увидел звонка. Про конопатого не знаю, но в школе был. А что случилось?       Мать молча подвела меня к дивану и показала на экран телевизора. Изображение пестрило оранжевым цветом. Показывали повтор взрыва ТЦ и пожар здания. Девушка диктор монотонным четким голосом проговаривала подробности случившегося: "...на данный момент установлено 23 погибших, 40 пострадавших. Продолжается экстренная эвакуация, работают бригады спасателей и про-герои. Просьба сохранять спокойствие и выполнять указания специалистов..."       "Почему именно в тот момент?", - единственное, что крутилось в голове, надоедливой стаей. Кажется, я одновременно злился и не мог найти себе места.       - Я пойду к себе, - мне хотелось убраться хоть куда-то.       - Да, лучше не смотри на это, иди...       Я уже почти дошёл до своей комнаты, как мать крикнула вслед:       - Дай знать, если от Мидории будут новости, - эти слова прошлись по мне, будто металлическая губка.       Оказавшись в комнате один, я сел на кровать. Кажется, около часа я просто смотрел в одну точку, переваривая прошедший день. Та ситуация так и всплывала перед глазами невольно, хотя сам сначала не понял, что произошло. В глубине я понимал, что сделал, но признавать все ещё не хотелось.       Лицо Деку. Он был не просто напуган. В секунду его страх и растерянность превратились в ужас и... Вероятно ненависть или гнев. Точно не понял, но все ещё не могу развидеть его взгляд. Ещё никогда мне не приходилось видеть Деку именно таким. Наверное, я тоже был напуган, вот только от чего...       Я не стал связываться с ним. На следующий день в школе его не было. Каждый, как назло, спрашивал именно у меня, куда он пропал. От вопросов я отмахивался. Деку не появился ни через день, ни через неделю. Пошли слухи, что он пропал без вести. И каждый день, проходя мимо его дома, я надеялся увидеть признаки жизни: свет, движение, что угодно. Ничего.       Вскоре мать пригласили на опознание Инко Мидория, как близкую подругу и соседку. Ей разрешили прийти, поскольку близких у семьи Мидория больше не было. Говорила, что от Инко мало что осталось - тело нашли сильно обгоревшим, его половина была раздавлена несущей балкой здания, на незадетой части тоже не осталось живого места: глубокие раны, синяки и кровоподтеки. Она зачем-то мне про все это рассказала... Тяжело было слушать. Она явно была сильно потрясена и ей самой было сложно принять увиденное. Мать так же продолжала спрашивать про Деку, мой ответ оставался тем же.       Мне становилось всё более мерзко от ситуации. В один день я прогулял школу и сторожил возле дома Мидория. В полдень даже показалось, будто что-то блеснуло в окне. Я всматривался во все видимые стекла - всё так же пусто. Думаю, это было отражение с окна соседнего дома...       В конце концов, мне ничего не оставалось, как принять тот факт, что дом семьи Мидория опустел. Инко умерла в результате террора на месте работы, а Деку... Деку без вести пропал.