Моя ненавистная любовь

Я сидела за столом Гриффиндора, разглядывая еду, будто видела её впервые, хотя на самом деле просто старалась не смотреть напротив. — Ты собираешься есть или медитировать? — раздался голос Гарри. Ну вот. Началось. — Я думаю, — сказала я, не поднимая глаз. — О еде? — О том, как ты умудряешься разговаривать с полным ртом и всё ещё звучать самодовольно. Рон прыснул. Гермиона укоризненно посмотрела на него. — Я не самодовольный, — сказал Гарри. — Я объективный. — Объективно раздражающий, — уточнила я. Я взяла тыквенный сок и случайно задела его локтем. Совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы капля попала ему на рукав. — Ой, — сказала я. — Прости. — Ты это специально, — сказал он, прищурившись. — У тебя паранойя. — У тебя плохая координация. — А у тебя плохое чувство юмора. Он усмехнулся. Опять. Почему он всегда усмехается, когда я злюсь? — Знаешь, — сказал он, — если ты хочешь привлечь внимание, можно просто сказать. — О, не переживай, — ответила я сладко. — Я бы выбрала кого-нибудь другого. Он посмотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, но в этот момент зал резко стих. — Сортировка, — прошептала Гермиона. Я мгновенно выпрямилась. Джинни. Шляпа только коснулась её головы, как почти сразу раздалось: — ГРИФФИНДОР! Я сразу подскочила и начала хлопать. Близнецы кричали, а Рон даже не понял что происходит «Любящий братик» Я почувствовала, как на меня смотрят. Гарри. — Ты слишком радуешься, — сказал он, снова возвращаясь к своему тону. — А ты слишком ворчишь. — Баланс. — Нет, ты просто зануда. Я пододвинула к нему тарелку с картошкой. — Ешь. Может, подобреешь. — Это подкуп? — Это забота. Он взял кусок, покачал головой. — Ты невозможная. — А ты всё ещё разговариваешь со мной, — заметила я. Он замолчал. На секунду. — К сожалению, — сказал он. — Да. Я отвернулась, пряча улыбку. *** Вечер бы прошел очень хорошо, если бы не этот шраматистый. После ужина я сразу пошла в комнату раскладывать вещи. Пошли мы уже в спальни для второго курса. А в прошлую нашу комнату с Гермионой поселили Джинни и еще одну девочку. После переговоров и Гермионой я благополучно легла спать думая о том какой же Гарри Поттер все таки говнюк. (Думала она но еще не знала что через лет 7-8 они..🤫) *** На следующий день. Расписания, лестницы, бегущие студенты — и ощущение, что если ты остановишься, тебя просто сметут. — Я ненавижу просыпатся рано, — пробормотала я, шагая рядом с Гермионой. — Ты любишь спать до обеда, — заметил Гарри. — Нет. Я ненавижу тебя до завтрака. Он хмыкнул. — Прогресс. Обычно ты ненавидишь меня круглосуточно. — Не льсти себе. Рон зевал так, будто собирался проглотить собственную челюсть. — Какой у нас сейчас урок? — спросила я, уже зная ответ и надеясь, что ошибаюсь. Гермиона улыбнулась слишком довольно. — Защита от тёмных искусств. — … — С профессором Локхартом. Я остановилась. — Я передумала. Я больна. — Чем? — спросил Гарри. — Златоусец-фобией. — Жаль, — сказал он. — А я хотел посмотреть, как ты будешь делать вид, что восхищаешься. — А ты? — А я не буду делать вид. Мы вошли в класс. Стены были обвешаны портретами Локхарта. С разных ракурсов. С разными подписями. С одинаково самодовольным выражением лица. — Он… — начала я. — Любит себя? — подсказал Гарри. — Нет. Он обожает себя. Локхарт появился эффектно — в лиловой мантии и с улыбкой человека, уверенного, что весь мир его фан-клуб. — Доброе утро, мои юные поклонники! Я тихо прошептала Гермионе: — Если он скажет «автограф» — я уйду. — Сегодня, — продолжал Локхарт, — мы начнём с самого важного… Он посмотрел в журнал. — Мисс Элли. Я внутренне застонала. — Да, профессор? — Вы, разумеется, читали «Я и вампиры Валахии»? — Разумеется, — сказала я. — Особенно главу, где вы победили их… прической. Класс хихикнул. Гарри прикрыл рот рукой, но я видела — он улыбается. — Остроумно, — сказал Локхарт, слегка растерянно. — А вы, мистер Поттер? Гарри выпрямился. — Я… эм… видел фильм по книге? — Великолепно! — обрадовался Локхарт. — Значит, у вас есть талант! Я наклонилась к Гарри. — Поздравляю. Ты официально одарён. — Завидуешь? — Немного. У меня только сарказм. — А у тебя его с избытком. — Спасибо, я тренируюсь. Локхарт начал рассказывать очередную историю о себе, а я почувствовала, как в меня прилетает кусочек пергамента. «Перестань дуться» — почерк Гарри. Я приподняла бровь и написала в ответ: «Это все он и ты». Через секунду: «Неправда». Я усмехнулась и не ответила. Конечно правда! — А теперь, — радостно объявил Локхарт, хлопнув в ладоши, — практическая часть! Я внутренне сжалась. — Прошу вас разбиться по парам! Класс мгновенно зашевелился. Гермиона потянула меня за рукав, но Локхарт уже смотрел в журнал. — Мисс Элли… хм… вы будете с мистером Поттером. Тишина. Я медленно повернулась к Гарри. Он — ко мне. — Нет, — сказала я одновременно с ним. — Замечательно! — воскликнул Локхарт. — Вижу, вы полны энтузиазма. — Это не энтузиазм, профессор, — пробормотала я. — Это отчаяние. Мы вышли в центр класса. — Даже не думай, — тихо сказал Гарри. — О чём? — О том, чтобы превратить меня во что-нибудь… странное. — Расслабься. Я берегу это для особых случаев. Он фыркнул. — Ты опасная. Локхарт начал объяснять заклинание, но его голос утонул где-то между «жест руки» и «внутренняя уверенность». — Ты слушаешь? — прошептал Гарри. — Конечно. Я делаю вид. — Очень убедительно. — Знаешь, — сказала я, — если я тебя случайно поджарю, скажи спасибо. Это будет самым интересным моментом урока. — А если я тебя обезоружу? — Тогда я буду мстить. Он посмотрел на меня — внимательно. Слишком. — Ты всегда так воюешь? — Только с теми, кто мне неприятен. — Значит, я тебе неприятен? Я пожала плечами. — А ты как думаешь? Он усмехнулся, но в улыбке было что-то напряжённое. — Тогда держись. — Всегда держусь. — Начали! — крикнул Локхарт. — Экспеллиармус! — выпалил Гарри. Я едва успела поднять палочку. — Ого, — сказала я. — Без предупреждения? — Ты же сказала — война. Я сделала шаг ближе. — Экспелли— Моя палочка дёрнулась, но заклинание получилось… странным. Гарри не отбросило — вместо этого он споткнулся, поймал равновесие и оказался слишком близко. — Ты что сделала? — Честно? Не знаю. Мы замерли. Слишком близко. Я первой отступила. — Видишь? — сказала я. — Даже магия не хочет, чтобы мы работали вместе. — Или наоборот, — тихо ответил он. — Что? — Ничего. Локхарт хлопнул в ладоши. — Прекрасно! Отличное взаимодействие! Видно напряжение! — Оно взаимное, — буркнула я. Гарри усмехнулся. — Признай, тебе понравилось. — Мечтай. — Уже. Я фыркнула и отвернулась, чувствуя, как горят уши. Он точно меня ненавидит. Иначе зачем так смотреть? *** После урока Локхарта я твёрдо решила одно: я не оставлю это просто так. Поттер слишком довольный. Слишком спокойный. Слишком… раздражающий. Я шла по коридору, когда услышала за спиной знакомые шаги. — Ты опять что-то задумала, да? — лениво спросил Гарри. Я обернулась с самой невинной улыбкой. — С чего ты взял? — Ты улыбаешься, как человек, у которого в рукаве катастрофа. — Ой, не драматизируй. Это всего лишь… мелкая пакость. Он прищурился. — Элли. — Гарри. — Не делай этого. — Уже поздно. И я ушла. Через десять минут весь Гриффиндор наблюдал, как Гарри Поттер выходит из-за угла, уверенно шагает… …и скользит, размахивая руками, как новорождённый гиппогриф. — ЧТО ЭТО БЫЛО?! — возмутился он, сидя на полу. — Судьба, — спокойно сказала я. — Она тебя не любит. Рон заржал. Близнецы аплодировали стоя. — Гениально, — Фред вытер слезу. — Просто гениально. — Мы берём её в команду, — добавил Джордж. Гарри поднялся, подошёл ко мне вплотную. — Ты мне должна. — За что? За урок балета? — За это. Он наклонился ближе и тихо сказал: — Жди ответку. Я фыркнула… но почему-то внутри стало тепло. Неприятно тепло. Ответка пришла на следующий день. Локхарт снова сиял, как новенький котёл. — Сегодня — работа в парах! Я автоматически шагнула к Гермионе. — Мисс Элли… — протянул он. — И мистер Поттер. Опять. Я уставилась на Гарри. — Ты это сделал. — Я? — он сделал невинное лицо. — Я просто попросил профессора. — Попросил?! — Сказал, что у нас… напряжённая динамика. — Я тебя прокляну. — Позже. Сейчас — партнёры. И тут какая-то слизеринка (слишком близко стоящая к Гарри) вдруг сказала: — Гарри, ты сегодня отлично выглядишь. Он улыбнулся. Нормально так улыбнулся. У меня дёрнулся глаз. — Сосредоточься, Поттер, — резко сказала я. — Ревнуешь? — тихо. — Мечтай. Я резко подняла палочку. — Экспеллиармус! Заклинание сработало идеально. Палочка Гарри улетела… …и приземлилась прямо мне в руку. Класс зашумел. Гарри замер, глядя на меня. — Верни. — А то что? — Узнаешь. Он шагнул ближе. Слишком. — Ты меня ненавидишь, да? — вдруг спросил он тихо. — Очевидно. — Тогда почему тебе так не нравится, когда на меня кто-то смотрит? Я отвернулась. — Потому что ты раздражающий. — Врёшь. — Докажи. Он наклонился к моему уху. — Ты покраснела. Я резко сунула ему палочку обратно. — Забирай и исчезни. Он усмехнулся. — Увидимся, Элли. И ушёл. Кретин гребанный.. *** Мы с Гарри не разговаривали уже три дня. То есть разговаривали, конечно, но исключительно в формате: — Отойди. — Сам отойди. И именно в такие моменты в моей голове рождаются гениальные идеи. — Элли, — прошептала Гермиона, когда мы сидели в гостиной, — скажи честно. Ты что-то задумала? — Я? — я невинно моргнула. — Никогда. Это была ложь. Очень большая ложь. План был простой и прекрасный. У Гарри завтра тренировка по квиддичу. Он об этом говорил всем. Гордился. Ходил, как будто уже выиграл Кубок. А у меня был: Порошок мгновенной липкости от близнецов Чуть-чуть волшебного мыла и слишком много злости На следующее утро наша команда вышла на поле. Я отошла в сторону стоя между близнецами. Ждала. Гарри разбежался… Запрыгнул на метлу… …и прилип. — ЧТО?! Метла не взлетала. Он дёрнулся — не отрывается. Попытался встать — ботинки приклеились. — Поттер! — закричал Вуд. — Ты что творишь?! — Я НЕ ЗНАЮ!! Я закрыла рот рукой, чтобы не заржать. И тут он посмотрел прямо на меня. Прищур. Понимание. Я. Ой. Я убежала в раздевалку для девочек. Анджелина хитро на меня посмотрела. После тренировки он нашёл меня сам. — Это ты. — Докажи. — Ты стояла и улыбалась, как маньяк. — У меня просто хорошее настроение. Он сделал шаг ближе. — Ты понимаешь, что нас могли наказать? — Понимаю. — Тогда зачем? Я пожала плечами. — Ты бесишь. Он замолчал. А потом тихо сказал: — А ты — нет. И ушёл. Это было хуже, чем если бы он накричал. На следующий день случилось второе преступление. Против моего спокойствия. Какой-то третьекурсник из Рейвенкло — худой, с веснушками — подсел ко мне в библиотеке. — Ты… э-э… хорошо летала вчера, — сказал он. — Спасибо, — ответила я. — Хочешь… эм… посмотреть вместе книгу про квиддич? Это было максимально неловко. Максимально детски. Но тут я почувствовала взгляд. Гарри стоял у полки. Смотрел. Не моргал. — Поттер, — сказал Рон где-то рядом, — ты сейчас прожжёшь его взглядом. Гарри подошёл. Резко. — Она занята. — Я просто… — ЗАНЯТА. Рейвенкловец испарился. Я вскочила. — Ты что творишь?! — Он к тебе приставал. — Он предложил книгу! — Ну и что..? — Всмысле? Он замолчал. Сжал кулаки. — Потому что… — выдохнул он. — Потому что ты МОЯ проблема. Я уставилась на него. — Это самое глупое объяснение, которое я слышала. — Зато честное. Мы стояли молча. — Я тебе ещё отомщу, — сказала я наконец. — Я знаю, — усмехнулся он. — И буду ждать. И почему-то мне стало очень тепло. Хотя я точно его ненавижу. Мальчик то красивый черт.. этот Поттер просто не хочет чтобы у меня был ухожер! Бесит! *** Гарри Поттер решил, что ему всё равно. Я поняла это сразу утром. Он не посмотрел на меня за завтраком. Не сел рядом. Даже не огрызнулся, когда я случайно задела его локтем. Он смеялся с Роном. Нормально так смеялся. Как будто меня вообще не существует. — Он что, заболел? — прошептала я Гермионе. — Или делает вид, что ты ему безразлична, — спокойно ответила она. — Так, так и есть— мрачно сказала я. На травологии он сел передо мной. Ровно так, чтобы я видела его затылок. Я наклонилась к нему. — Поттер. Молчание. — Эй. Очкарик. Ноль реакции. Я ткнула его пером в плечо. Он обернулся. Улыбнулся. Вежливо. — Что-то нужно, Элли? — Ты издеваешься? — Нет, — пожал он плечами. — Просто… занят. ЗАНЯТ. Меня аж перекосило. — Чем? — Не тобой. Вот тут я поняла: он делает это специально. На перемене случилось предательство века. Он пошёл гулять с Гермионой. С ГЕРМИОНОЙ. Я, конечно, знаю, что они друзья. Я сама с ней лучшая подруга. НО ЭТО БЫЛО СЛИШКОМ МНОГО. Он что-то ей рассказывал. Она смеялась. Он наклонился к ней, чтобы она услышала. Мне захотелось укусить кого-нибудь. — Ты сейчас дыру в нём прожжёшь, — заметил Фред. — Он первый начал, — буркнула я. — О, — Джордж ухмыльнулся. — Значит, план работает. — Какой план?! — Его, — они синхронно кивнули в сторону Гарри. Я вскочила и подошла к ним. — Весело? — спросила я, глядя прямо на Гарри. — Вполне, — спокойно сказал он. — А что? Он даже не смотрел так, как раньше. Не бесился. Не спорил. — Я думала, ты будешь… — я осеклась. — Каким? — Никаким, — резко сказала я. — Забудь. Он пожал плечами. — Хорошо. И это было последней каплей. Вечером я нашла его одна в коридоре. — Ты мне мстишь, да? — За что? — он поднял бровь. — За метлу. — Я уже забыл. ЛОЖЬ. НАГЛАЯ. — Тебе правда всё равно? — А должно быть нет? Я шагнула ближе. — Ты раньше хотя бы злился. — А теперь не хочу тратить силы. — На меня. — Если тебе так хочется это слышать. Я сжала кулаки. — Ты невозможный. — А ты — вредная. — Ты первый начал! — Ты первая приклеила меня к метле! Мы замолчали. Он посмотрел на меня. Не холодно. Просто… осторожно. — Если честно, — сказал он тихо, — так проще. — Кому? — Мне. — А мне нет. Он отвёл взгляд. — Привыкай. И ушёл. А я осталась стоять с ощущением, будто проиграла игру, которую сама же начала. И самое ужасное? Мне вдруг захотелось, чтобы он снова бесился.