Would you like some cocktail?

      Утро началось с громкой трели мобильника. Голова сильно болела, в висках пульсировала горячая кровь, а солнце, пробивающееся сквозь шторы, слепило заспанные глаза. Наташа аккуратно поднялась с кровати и медленно разогнулась, разминая затёкшие мышцы. Потерев лицо горячими ладонями и помассировав лоб, она наконец взяла в руки телефон и нажала "ответить". - Доброе утро, Вдова. Слышала, что случилось с Роджерсом? - голос из динамика звучал сурово и обеспокоено, отчего Романофф сразу выпрямилась и отогнала сонливость прочь. - Здравствуй, Ник. Нет, а что произошло? - она незаметно прокашлялась и постралась не выдать своё состояние, чтобы побыстрее узнать о произошедшем. - Он в больнице. Серьёзный приступ, врачи пока не знают чего. Вроде как давление, но у Капитана такого никогда раньше не наблюдалось. Он в реанимации, неизвестно когда очнётся. Ничего не знаешь об этом?       В груди что-то сильно кольнуло. Что значит «давление»? Ник прав, у Стива такого не бывало и из-за сыворотки, насколько она знала, быть не могло. Может, сильный вирус? Или неудачная схватка с злодеем? Хотя, какая нормальная схватка посреди ночи... Взглянув на часы, Наташа поняла, что уже, вообще-то, девять утра. Но всё же, слишком рано для борьбы с преступностью....       Резко вырванный из сонного царства мозг соображал очень туго. В ушах стоял сильный звон, а затылок болел. Наташа мотнула головой, надеясь встряхнуть мысли и придти в норму. - Нет, я не знаю ничего, Ник... Буду сейчас на базе ЩИТа, расскажешь подробнее. - Я уже думал, ты прям сейчас пошла собираться. Встретимся в 5 корпусе, - на этом звонок оборвался и в трубке послышались глухие гудки.       Бросив телефон на простынь, Наташа ещё раз прошлась ладонями по лицу. Так, надо быстро собраться. Вчерашний поход в бар точно был лишним, раз сегодня голова таким кругом идёт. Она поднялась с кровати и направилась в ванную, дабы привести себя в порядок. В зеркале её встретило помятое и опухшее лицо, потрескавшиеся губы и запутанные в один большой ком волосы. Мда, надо срочно исправлять всё это.       Раздевшись и встав под струи холодного душа, она начала потихоньку вспоминать, что было вчера и обрабатывать слова Фьюри. Могла ли она заметить, что случится со Стивом? Вчера они вместе с ним сидели в баре, а после Роджерс пошёл домой. Хотя домой ли... Освежающая вода капала по темечку и помогала собрать мысли в кучу, даря желанную свежесть и бодрость.       Закончив мыться, Наташа вылезла из ванной, ещё раз плеснула водой в лицо и почистила зубы, окончательно приходя в себя от ядрёного вкуса ментола. Причесав пушистые волосы и надев привычный синий костюм, она вышла из квартиры и направилась к авианосцу ЩИТа. Через двадцать минут быстрой, но скучной, поездки, Вдова уже была на месте и, припаковав машину, вышла навстречу Хилл. Кивнув ей в знак приветствия, Романофф сразу же спросила: - Фьюри здесь? - Да, ждёт тебя в 5 корпусе. Весь на нервах, знаешь ли, но по нему не скажешь. Как обычно, - Мария цыкнула языком и отошла в сторону, пропуская шпионку внутрь.       Наташа кивнула и прошла на борт корабля. Шагая по длинным коридорам и кротко отвечая на приветствия, она думала только об одном - о тяжести состояния Стива. Если с ним действительно что-то серьёзное, то это может быть большая проблема: начиная от нового сильного суперзлодея и заканчивая Вселенской катастрофой. - Привет, давно не виделись, - сухо сказал Ник, встретив Вдову в холле. - Снова здравствуй. Сразу к делу перейдём или ещё что-то есть? - агент не хотела тянуть время, так как видела напряжённость в лице и плечах Фьюри, что создавало далеко не самую приятную атсоферу. Да и ей самой хотелось поскорее узнать, что случилось с Капитаном. - Пройдём в кабинет, - качнув головой влево, сказал директор ЩИТа. Наташа кивнула и последовала за ним внутрь большой комнаты, сверху донизу напичканой скрытыми ловушками. От привычки оценивать каждый сантиметр в поле зрения, даже если в этом месте она была кучу раз, ей не избавиться никогда.       Дойдя до дубового лакированного стола, Фьюри сел и откинулся на спинку стула. Значит, ситуация не критическая. Шпионка уже давно научилась по жесту понимать уровень опасности случившегося ещё до начала разговора.       Отодвинув рядом стоящий стул, Наташа села напротив директора и приготовилась его выслушать. - Итак, - начал Ник. - Сегодня утром, в районе семи часов, Роджерса нашли у обочины дороги. Он лежал без сознания, пульс и давление были запредельно высокими. На нашатырь и пощёчины не реагировал, но после лекарств пришёл в себя и был доставлен в больницу. Хотя, пришёл в себя это... - Фьюри сделал глубокий вдох. - Сильно сказано. Он ничего не понимал и что-то мямлил про бар.... Или туалет... Никто ничего и не понял, он был словно в трансе. Врачи так и не смогли понять, что с ним, просто сборище каких-то симптомов... Но это странно. Капитан Америка никогда не подвергался болезням или случайным приступам чего-либо из-за сыворотки суперсолдата. Его организм слишком устойчив и сразить его могло разве что что-то... Необычное.       "Что наверняка убило бы обычного человека" - пронеслось в голове у Романофф. - И как он сейчас? - строго задала она вопрос уже вслух, стараясь не выдавать личные переживания за Роджерса. - В больнице. Снова без сознания, но его состояние выравнили и дали лекарств. Пока неизвестно, когда он окончательно придёт в норму, но в крови не обнаружено ничего подозрительного. Анализы чисты. Его просто будто кто-то подверг этому срыву, без понятия... - Ник слегка нервно прикусил нижнюю губу. - Но всё же, в лазарете говорят, что ему больше ничего не грозит. Отлежится и будет снова в строю, - лицо мужчины смягчилось, и он посмотрел Наташе прямо в глаза. - А теперь о работе. Ты узнала что-нибудь у Капитана? Сегодня я хотел, чтобы вы снова поработали вместе.       Наташа незаметно сглотнула. Похмелье уже полностью прошло и теперь, словно щелчок пальцев, в её мозгу повторилась одна фраза:       "Он что-то мямлил про бар.... Или туалет... Никто так и не понял."       Стоит ли это говорить вообще? Странная придурковатая девчонка, что бормотала что-то себе под нос весь вечер и постоянно протирала стойку? Могла ли она что-то сделать с Роджерсом или Наташа просто может оклеветать невиновную девушку? Её поведение было странным, но не настолько, чтобы подозревать в отравлении спецагента.... - Ты чего сегодня в астрале, шпион? Собраться, - строго произнёс Ник, так и не отводя от неё взгляд. - Мы все расстроены случаем с Капитаном, но это не повод летать в облаках. - Извините, - чуть виновато произнесла Романофф. - Я просто вспомнила об одном человеке, с которым общался Капитан Америка до случившегося. И я думаю, что это может быть как-то связано, хоть и не уверена. Возможно, этот человек видел что-то или знал, что агенту Роджерсу плохо. - честно рассказала Вдова. Лучше уж перестраховаться, чем промолчать. Да и правда, вдруг барменша видела кого-то у входа в здание или помнила, что Стив с кем-то говорил? Она могла быть простым свидетелем. - Хм. Это обычный гражданский, верно? - Фьюри задумался после кивка Наташи и потёр переносицу. - Можешь подробнее рассказать, что бы мы пробили по базе данных. Оставлять дело с Капитаном просто так нельзя, но лучше сделать всё как можно быстрее.       Романофф кивнула и начала быстрый, но чёткий рассказ: - Мы со Стивом встречались в одном баре. Названия, как я помню, нет, просто захолустье в небогатом районе. Там была одна работница - молодая девушка, Яна. Она странно выглядела: много макияжа, яркая одежда, цветные линзы. Очень болтливая. Всё время нашего разговора она сидела в подсобке или убирала барную стойку, а когда агент Роджерс отошёл в туалет, топопросил её сообщить, что уходит. Мне он после этого ничего не писал, а девушка, передав его послание, вскоре выставила меня за дверь, так как уже было закрытие. - Попросил передать и ничего не написал, говоришь... - Николас на мгновение задумался и почесал подбородок. - Где этот бар находится? - На Хэйбор стрит, пятый квартал, между домами пять и семь.       Директор ЩИТа быстро забегал пальцем по электронным наручным часам и, достав рацию, сообщил в неё: - Агент Хилл, проверить бар на Хэйбор стрит, пятый квартал, между домами пять и семь. Там вычислить работницу под именем Яна, барменша. Пробейте её по базе данных и дайте досье, чтобы мы могли отправить к ней агента на допрос. Приём, как слышно?       Прибор зашипел и строгий женский голос из него ответил: - Приём, приказ понятен. Будет выполнено, агент Фьюри.       Ник убрал рацию обратно в карман форменных штанов и снова посмотрел на Наташу. - Можешь идти, агент. Твоё задание пока приостанавливается из-за отсутствия напарника, можешь взять одно дело из архива у агента Хилл или заняться тренировками со Мстителями. Хорошего дня. - Спасибо, Николас. Вам тоже всего доброго, - Вдова быстро встала из-за стола и направилась к выходу.       В голову лезли нехорошие мысли. Что если Яна не причём? Или наоборот замешана в деле Стива? Что, если над ними нависла серьёзная угроза, а они тратят время на рандомного человека из какой-то глуши? Или наоборот, опасность грозит только Роджерсу, а они могут не успеть?       "Какого чёрта всё пошло наперекосяк после этого бара?". Действительно, зачем о нём столько думать. Нужно просто вернуться к работе. Как обычно.       Наташа встряхнула головой, чтобы собраться и направилась в тренировочный зал. Нужно побыстрее отвлечься и больше думать о серьёзных делах, а не какой-то девушке с тараканами в голове. Зайдя вовнутрь обширной комнаты, Романофф включила самый тяжёлый уровень и приступила к заданиям из системы подготовки агентов.                               *** - Агент Романофф, зайдите в главный офис, - раздался голос Фьюри, слегка приглушённый плохим динамиком рации. Судя по тону, он был чем-то заинтересован, поэтому Наташа как можно быстрее переоделась в рабочую форму после душа и направилась в холл корабля.       Там, перед огромным светящимся экраном стоял сам Ник, не сводя глаза с каких-то электронных документов и фотографии девушки. Подойдя ближе, Вдова увидела, что это была знакомая ей барменша, а текст рядом с ней видимо являлся её досье. - Эмиля, или же Яна, Галазкова. Содержалась в Кубе три года назад. Обладает большими магическими способностями, изучить которые не удалось. Фактически, никто так и не узнал, на что она способна и какие есть пределы у её сил. Откуда взялась - неизвестно, но утверждала, что родилась в Нью-Йорке. Спустя пять месяцев тюремного ареста была признана не опасной и подписала контракт о неиспользовании своих сил против мирных жителей. Больше ей ничего запретить не смогли, так как просто не знали, что она умеет. Поэтому практически.... - Фьюри глубоко вздохнул и в очередной раз потёр переносицу, видимо понимая, насколько бредово всё это звучит. - Её просто признали не способной на нападения и отпустили, так толком и не зафиксировав уровень аномалии и не выяснив её природу. Полагались только на рассказы самой Эмили о том, что родилась она уже магом, как и её родители. Которых найти не смогли. Сам я о ней ничего не знал, опять же, из-за задержки её только по факту наличия волшебства. Она исчезла с радаров, но вот уже как год работает в этом баре, про который ты нам рассказала. Не была засечена за разбоями, насилием, грабежами, финансовами схемами... Максимум жалобы от недовольных клиентов. Чисто гиппотетически может быть замешана в инциденте с Роджерсом, но лично я в это мало верю. Слишком уж чудная и слабая, да и мотива у неё никакого нет. Единственные её звонки очень дальним родственникам и друзьям из числа обычных гражданских, а покупки в ближайших магазинах. Ничего интересного.       Романофф внимательно пробежалась глазами по тексту ещё раз. Всё, как и рассказал Фьюри. Видимо, Яна отродясь была такой странной, но наличие волшебства довольно многое объясняет.       "Маги всегда странные", - с мысленной усмешкой подумала шпионка.       Она перевела взгляд на фотографию и несколько секунд просто всматривалась в это знакомое, ничуть не изменившееся за эти три года лицо. Такие же пухлые щёки, невинная и глупая улыбка, обнажающая кривые зубы, и глаза... Яркие, яркие. Голубые, будто сверкающие изнутри. Тёмно-синие по краям радужки, с широким чёрным зрачком. Она никогда не видела таких глаз. Они были будто из драгоценных камней, и чем дольше Наташа на них смотрела, тем более живыми они казались. Как будто бы только из-за этих глаз Яна могла быть именно Яной. Как будто, такие глаза могли быть только у неё...       "Интересно, что теперь она носит только линзы", - снова пронеслось у агента в голове. - Кхм, может нам стоит с ней переговорить? Пока что она единственная зацепка, - выбросив из головы эти навязчивые мысли о внешности, предложила Наташа, словно загипнотизированная портретом Галазковой. - Как раз это и хотел сказать. Явишься к ней в бар, раз вы знакомы. Вручишь документ о явке в ЩИТ, а там её допросят профессионалы. Людям и одарённым существам вручают документы лично, а проводить беседы не твоя специальность. Я в ней сильно сомневаюсь, так что хотелось бы по-быстрее развеять сомнения и вернуться дальше к работе. Что скажешь? - Фьюри повернул голову и впился взглядом в Романофф, чётко давая понять, что это приказ, а не просьба. Видимо такая неопределённость и висящее напряжение после случившегося с Роджерсом его раздражало. - Хорошо, агент Фьюри, поняла Вас, - Вдова быстро кивнула, немедленно согласившись на задание. Ничего сложного и долгого в этом она не видела.                         ***       Получив небольшую бумажку в файле от Фьюри, Наташа направилась во всё тот же ненавистный бар. Она всё также не могла объяснить свою неприязнь к этому месту и к Яне в частности. Хотя, казалось бы, иногда, чтобы предвзято относиться к человеку, причины не нужны. Но правда ли она ненавидела барменшу? Скорее, они слишком часто виделись за последнее время. И ни одно из этих "свиданий" не было положительным и по воле самой Романофф.       Внезапно в кармане что-то зашуршало и тихо упало на асфальт. Вдова машинально наклонилась и быстро подобрала клочок бумаги. Странно, она совсем забыла о нём.       И его содержимом.       «Не люблю, когда мои планы рушат...».       Девушку будто пронзило ударом тока. Эта записка от Яны, где буквально прямым текстом говорится, что это она напала на Стива. Магия, эта злосчастная бумажка, странное поведение, подкаты... Всё сходится. По-хорошему, сейчас нужно обо всём рассказать Фьюри, чтобы Галазкову сразу арестовали, а дело закрыли.       Но внутри Романофф что-то сжалось. Все эти тупые намёки, постоянная болтовня отвратительным звонким голосом, клоунские образы, дёрганья, как у эпилептика, и такой поступок с человеком, что уничтожает всяческие моральные устои. Кем она себя считает? Богиней? Женой Наташи? Злодеем Вселенной? Да это просто хамка, которая прицепилась именно к шпионке, а до этого, вероятно, не только к ней. Пальцы сами собой дёрнулись и сжали записку сильнее. Губы исказила злобная ухмылка, а на лице напряглась каждая мышца. Вдова поправила кобуру пистолета и быстрым шагом направилась к бару. Пора уже высказать этой персоне, всё, что она о ней думает.                         *** - Что. Со. Стивом? - голос звучал сухо и безжизненно. Внутри была буря эмоций, но лицо агента оставалось каменным. Даже слишком, словно грубая скала, что молча стояла и смотрела как об неё разбиваются волны подступающей ярости. Злобу выдавали лишь крохотные морщинки в уголках глаз, а в самих глубоких чёрных зрачках отражались натянутые струны, что готовы были в нужный момент лопнуть и запустить необратимую реакцию. Наташа сглотнула. Едва заметно, просто дёрнув горлом, но вокруг стало душно и тягостно. Пульс бился где-то в районе основания языка, а неимоверная тяжесть давила на виски гидравлическим прессом. Такие эмоции хоть и были малоприятны, но знакомы. Романофф отлично умела их контролировать, поэтому просто застыла как статуя, сжав пальцами барную стойку и сведя плечи так, что кости едва не проступали сквозь куртку. - В больнице валяется. Ничего серьёзного, просто давление подскачило. Ясное дело, дядька старенький уже, - Яна продолжала всё также немигающе смотреть на неё, как и две встречи до. В её лице неизменилось ни-че-го. Такие же большие линзы под очками, смотрящие не в душу, но прямо на лицо, такая же улыбка, обращённая её губам, но никак не ей самой, такой же подпёртый подбородок ради удобства головы, а не способа показаться спокойной. Ей было плевать. На Стива. На саму Наташу. Барменша просто вела свою игру, свой цирк, свою показуху ради себя и своей размалёванной рожи.       Рука моментально дёрнулась, а пальцы сжались неконтролируемой судорогой. Секундная вспышка, отключившая всё тело, разум, любые чувства. Ежеминутная слабость и её кулак уже летит в сторону лица девушки, прямо в скулу. Агент быстро моргает и замирает, врезавшись в тёплую кожу.       Яна стояла с расслабленным, заскучавшим лицом и поднятой вверх рукой. Сжатый кулак Наташи спокойно помещается в её ладонь, слегка согнутую под форму костяшек. Романофф тяжело дышит через нос. Почему каждый раз, когда дело касается близких ей людей, у неё такая реакция? Ещё чуть-чуть, и она бы ударила девушку, что совсем не соответствует протоколу ЩИТа. Она была обязана задержать барменшу, но не бить её. Однако сама работница, очевидно, удивлена не была. Она спокойно облизала губы и на этот раз подняла глаза чуть выше, посмотрев прямо в тёмные радужки Вдовы. Она не сжимала руку. Не удерживала. Просто позволила ослабшему кулаку врезаться в её ладонь. Если бы Наташа сама не остановилась, то эта мнимая защита и иллюзия контроля просто прилетела Яне по её же щеке.       Молчание. Шпионка медленно, но с явной брезгливостью убирает руку. Как же ей тошно рядом с этой девчонкой. Её достала эта клоунада, этот цирк мимики. Она даже сейчас, после едва ли не нападения, стояла с будто пластиковой маской на лице. Её собственная рука медленно опустилась вслед за кулаком Наташи, спокойно скользнув кончиками пальцев по её костяшкам - нежно, но в тоже время издевательски.       Вдова выпрямилась и чётко стуча каблуками отошла от стойки. Минуты перезагрузки хватило, чтобы полностью взять себя в руки. Она видела всяких мразей, сейчас нужно просто вручить ей явку в офис ЩИТа и всё. Ничего сложного. Словно тень, зайдя за стойку, Наташа вытащила бумажник и достала этот злосчастный документ. Аккуратно развернула, разглаживая пальцами незаметные проломы в бумаге. И протянула барменше. Та презрительно взяла бумажку в руки, и взглянула на неё из под очков, быстро бегая глазами по строчкам. Её бровь мигом взметнулась вверх, но настоящего удивления не было. Скорее всего, она сразу поняла, что за документ перед ней, но удивилась, что ей его вообще вручили спустя пять минут "разговора".       Быстро свернув файлик обратно, Яна хмыкнула, снова глядя приторно сладким взглядом на Наташу. Но на этот раз - прямо в глаза и с долькой издевательства, что даже не пыталась скрыть. - Не соблюдаешь протокол, малышка.       Пара секунд. Этого хватило, чтобы работница вернула в свои глаза влюблённое мыло из опер, а Наташа переварила намёк и сжала в груди тисками всполыхнувший огонёк. Да она её за дуру держит. Устроила это представление, чтобы пробраться к агенту ЩИТа, а теперь выкабенивается своим положением, буквально унижая её. Хватит. Терпение шпионки лопнуло ещё пол часа назад.       Тонкая рука взметнулась вверх и прилетела прямо в скулу, отшвырнув барменшу к полкам с бутылками. Та закачалась, но склянки с алкоголем остались на месте, всего лишь подпрыгнув ближе к краю. В этот раз Яна пыталась среагировать, но не успела. И теперь сидела на полу, вытирая нос и аккуратно прикасаясь кончиками пальцев к моментально покрасневшей щеке, на которой были царапины от смазавшегося макияжа. Романофф брезгливо отряхнула перчатку от тоналки и подошла к девушке чуть ближе, мазнув глазами по её лицу. И увидела злобный оскал. Не во весь рот, как у злодеев, не пугливый, как у обычных воров, нет. Немного приоткрытый от тихой злости рот, обнажённые нечётким рядом белоснежные зубы, с фиолетовыми от света лампы брекетами, в желании отомстить и легко сложенные треугольником уголки губ в молчаливом унижении. Наташа почувствовала лёгкое превосходство. У этого дня есть шанс быть спасённым. Но в глазах Яны было что-то новое - помимо полного отсутствия страха и всё такой же тихой ярости был мелькнувший где-то в глубине чёрных зрачков интерес. Презрительный, нежеланный, жгучий, ядовитый словно тягучая и вязкая кислота в пробирке из лаборатории, но настоящий. Цепляющий и схватывающий в тиски, как растение-убийца нещадно хватает насекомое. И это делало глаза барменшы широко-открытыми, смотрящими прямо сквозь душу, в самый омут с пугающими чертями. Она смотрела как загнанная мышь на кошку и одновременно как старый ювелир на украденное ожерелье. - Только попробуй не явиться. Я за тобой лично с наручниками приду, - спокойно выдохнула Наташа, снова вернув контроль и прежнее каменное выражение лица. - Постараюсь, полицай, - тихо прошипела Яна, просто выплюнув эти слова, как струю яда. Она медленно поднялась, поправила покосившуюся полку, нацепила сбитые с лица очки и пронзила Наташу очередным взглядом, полным презрения. - Может свалишь уже, а? Заебала. - От любви до ненависти один шаг, да? - с тихим смешком ответила Романофф. - Давай, не скучай. Мерзость, - бросила агент барменше через плечо и удалилась, чувствуя как в груди растёт новая буря из сомнений и радости.       Она наконец поставила её на место. Глупо, как заносчивую школьницу, но на место. Посмеялась над ней и отомстила. Что за Стива, что за свою, мало-немало, честь. Это принесло лёгкую минутную улыбку и облегчение. Вот только протокол она и правда нарушила. И почему такая реакция была на эту Яну? В её досье есть множество пойманных преступников, каждый из которых отвратительная личность, но именно Галазкову она ударила просто за слова. Хотя, слова были не из приятных. И она не очень то расстроилась. Грубо говоря, заслужила.       Отбросив сожаление о несдержанном порыве вмазать одной даме в лицо, Наташа отправилась вновь к авианосцу, на ходу написав Фьюри, что бумага была доставлена адресату.                               *** - Как заявление? Всё точно успешно прошло? - Ник встретил Романофф у кабинета распределения злодеев по тюрьмам и теперь твёрдо стоял, выжидая ответа и будто что-то подозревая. - Да, агент Фьюри. Документ доставлен, - Наташа держалась ровно и спокойно. Ни одного движения мускула на лице, ни единого намёка на напряжение после импровизированной драки. Только холод и строгий стан. Но разумеется, директор ЩИТа почувствовал что-то неладное, хоть и не понял что именно. - И когда она явится? - Должна в течении двух дней, - моментально ответила Вдова, не отводя взгляда. Теперь каждая мысль о Яне отвращала и заставляла хотеть побыстрее от неё избавиться.       Как можно быть настолько... Театральной? Гиперактивной и в тоже время подлой? И при этом всём просто работать в захолустье и разливать сиропчики? Кстати об этом...       Наташа замерла и немного потёрла переносицу. Ощущение мягкой ткани перчатки на коже дало возможность хоть немного отвлечься от мыслей об этом всём бреде. И не упустить важную ниточку о...       Мотиве. - Что-то не так? - осторожно спросил Фьюри терпеливо ожидая, когда Вдова вновь поднимет голову. - Я задумалась о мотиве, - она ответила честно, незачем было покрывать Галазкову. - Зачем барменше это делать? - Без понятия. Но на допросе как раз выясним, - Директор ЩИТа явно был раздражён излишними вопросами о том, что явно его не касается и с чем разберутся другие работники. - Это всё?       В голове у шпионки крутился вихрь различных мыслей, но одна из них, самая правдивая, нагло отгонялась прочь и отрицалась только успев мелькнуть в подкорке сознания. - Агент, Вы можете идти, если закончили, - мягко напомнил Николас и мельком указал глазом на дверь. - Извините, агент Фьюри, но есть ещё кое что. В какой больнице лежит Капитан Америка?