Я буду молиться

      Когда пальцы, слегка обожжённые, претерпевают пчелинный воск...       Когда губы, с час пересохшие, шепчут слова молитвы...       Когда очи твои, немного потухшие в погружении, ищут образа на стенах храма...       И дело не в том, как ты красив во время молитвы. Я, конечно, обращаю внимание на православный крестик, который носят все христиане, и не могу не взглянуть, как ты крестишься, кланяясь вслед за словами церковного хора. Но внешняя красота в этом бренном мире...       ...разве она что-то значит?       Материальное всë не вечно, материально всë тлен. А что же вечно?       Вечна душа, и великолепию еë нет преграды, когда Богу и лишь Богу служит.       Когда ты молишься, крестишься, или выносишь из алтаря свечу, выходя вслед за батюшкой, внутри меня всë замирает. Я удивляюсь так по-детски наивно всякий раз, когда слышу твои слова. Искренность в наши дни — такое редкое качество, но мне нравится, с каким чистым сердцем ты идëшь по этой дороге. Оступаясь и падая, ты встаëшь и помогаешь подняться другим. Да, мы все слепцы, но из нас — ты самый зрячий.       Что может быть лучше раскаяния?       Я прижимаю руки к груди и с упоением внимаю, как ты просишь прощения. Признать свои грехи — это ли не трудно? Извиниться — это сложнее. Но я всегда улыбаюсь, когда ты рассказываешь о своих проступках и с покаянием стараешься избегать их впредь.       У тебя получается! Получается, чëрт, то, что неподвластно многим.       Да, ты, может, не силëн. Быть может, ты красивый только для меня. Но с чистым сердцем — есть ли дело до материи? Я вижу, как ты честен перед людьми, и тоже хочу походить на тебя. Возможно, ты не многословен, но одно твоë слово будет во много раз ценнее тысячи моих. Даже если мы говорим об одном и том же.       Что я могу? Имея хорошую теорию, я не могу вымолвить «Извините» всякий раз, когда накосячу. Горечь сожаления приходит позже, совестно грызëт глотку, и лишь тогда я признаю свою вину.       Ты чист, как ангел, хоть и не безгрешен. Быть может, только для меня, и, может быть, не всë.       Я буду приходить сюда каждое воскресенье, пока буду в состоянии ходить. Я буду ставить свечи и молиться за тебя всякий раз, когда окажусь здесь. Может, это неправильно, и пусть так. Если ты для меня — благословение свыше — я буду просить прощения за всë, что успел сотворить.