Чем заняться в ином мире? (*)

ㅤ Напряжение нарастало. Никто из них не двигался, но в мыслях с невообразимой скоростью у них пролетала целая жизнь со всевозможными вариантами развития событий. Они не сводили глаз друг с друга, ожидая, когда противник сделает первый ход: ведь уже по нему можно было бы определить исход. Не потому что их интеллект был настолько велик и позволял им просчитывать десятки, сотни вероятностей. Просто они уже столько раз сражались, пытаясь убить время, — их единственное развлечение в замкнутом пространстве. В какой-то момент мозг Рихтера банально устал, предложив самую простую идею. Самую необычную. Его взгляд дрогнул, вызывая заинтересованность у Рататоска — предстояло что-то новое, что он ещё не просчитал. Однако к настолько новому он морально был не готов! Рихтер прижал его к стене, внезапно целуя. А пока в растерянности Рататоск пытался понять, что происходит, Рихтер поймал его за запястья, зафиксировав рукой над головой. — Чего?! — Рататоск с одно слово уместил всё свое удивление и тысячи возникших вопросов. — Ну, от драк мы уже удовольствие не получаем, а заняться чем-то надо. Есть какие-нибудь ещё идеи? Рататоск задумался. Усердная попытка придумать хоть что-то провалилась: идей не было. Сбросив руку Рихтера с забястий, Рататоск начал снимать с себя одежду. — А ты чего ждёшь? — недовольно спросил он, когда поймал взгляд удивлённого Рихтера. Рихтер не ожидал такой быстрой и покорной реакции. Исправился быстро. Поцелуи и ласки быстро привели пару в горизонтальное положение. И всё было ничего до тех пор, пока Рихтер не попытался пристроиться для логичного продолжения. — Даже не думай! — огрызнулся Рататоск, переворачивая Рихтера, собираясь занять ведущую роль. — Астер всегда был снизу! — возмутился Рихтер, возвращая своё законное положение сверху. — Я не Астер, уж прости! И даже не слабохарактерный мягкий Эмиль! Рататоск больно укусил Рихтера в шею. Он отчаянно боролся за свою честь, однако необходимость отдавать всю свою силу на благо мира делало его уязвимым. Но и обвинить Рихтера в жульничестве он не мог: они просто были на равных. Рихтер сумел подмять под себя Рататоска. Оставалось всего мгновение до победы. Рататоск прекрасно понимал, что сейчас произойдёт. И воспрепятствовать грядущему он не мог, потому он агрессивно смотрел на Рихтера, скалясь со злостью. И готовностью. Резкое движение — пронзительная боль. Рататоск прогнулся, заранее стиснутыми зубами сдерживая стон. Рихтер взял своё. И не торопился. Приходил в себя, чтобы его бешено бьющееся от борьбы сердце не выскочило наружу. Заодно давая Рататоску привыкнуть. Однако даже тогда их битва продолжилась. Во время грубых, болезненных движений они не отрываясь смотрели друг другу в глаза, взглядами проявляя силу характера и бессловесные обещания. Обычные битвы были менее напряжёнными…

*  *  *

— Не знаешь, твой Тенебрае сможет при следующем отчёте пронести сюда какую-нибудь игру? — отдышавшись, озвучил мысль Рихтер. — Нужно будет попробовать. Какую, например? — Любую. Иначе в какой-то момент мы поубиваем друг друга. Если это произойдёт ещё и во время секса… Рихтер старательно попытался развиднеть то, что ему представилось, но сознание издевательски закрепило в его мозгу зверскую извращённую картинку. Оставалось только дождаться… дожить до возвращения Тенебрае. ㅤ