Некий Научный Ван Пис

Глава 24

После того как военный корабль удалился, Мерфи начал потирать подбородок, размышляя, почему такой элитный офицер штаб-квартиры, как Смокер, оказался в Саус-Блю. Что касается риска быть «разоблаченным», честно говоря, Мерфи это не особо волновало. Даже если бы его забрали на корабль, и заложница, основываясь на фактах, описала бы свои злоключения последних дней, выяснилось бы, что Мерфи, по сути, не совершил ничего «противозаконного»… Грубое отношение к благородной даме — разве это преступление? По крайней мере, для такого офицера, как Смокер, это не имело бы большого значения. А что касается пиратов, то их уничтожение — дело само собой разумеющееся и похвальное. Мерфи убил пиратского главаря, так что это заслуга, а не преступление. «Неужели пираты стали настолько активны, что штаб-квартире пришлось перебрасывать силы с Гранд-Лайн обратно в Четыре Моря?..» Размышляя над причиной появления Смокера в Саус-Блю, Мерфи мог придумать только это объяснение. Со времен «Войны на вершине» пираты по всему миру стали беспокойными. Смерть «Йонко» Белоуса и разгром знаменитых «Пиратов Белоуса» Морским Дозором были шокирующими событиями, но предсмертные слова Белоуса, подтвердившего слова Короля Пиратов Роджера: «Ван-Пис существует!», сыграли важнейшую роль. Спустя двадцать лет после смерти Роджера «Великое сокровище» так и не было найдено, и многие уже начали считать легенду просто сказкой. Но слова Белоуса вновь подняли боевой дух пиратов. Белоус всю жизнь соперничал с Роджером и сам не интересовался «Ван-Пис», однако перед смертью он сделал сноску и подтверждение словам Роджера… Чем более горд человек, тем большего доверия он заслуживает. В мире были те, кто уважал Белоуса, те, кто ненавидел его, и те, кому он был безразличен, но никто не верил, что Белоус станет лгать перед лицом смерти. Так «Эра пиратов» продолжилась и достигла нового пика. Хотя пираты в Четырех Морях внезапно активизировались, их действия были лишь мелкой рябью по сравнению с тем, что творилось в Новом Мире — второй половине Гранд-Лайн. Там царил настоящий хаос, и основные силы Морского Дозора были брошены на подавление пиратских бунтов в Новом Мире. Не говоря уже о вице-адмиралах, даже Три Адмирала были вынуждены действовать всё чаще. В условиях нехватки сил Дозор не мог полностью игнорировать ситуацию в Четырех Морях, поэтому таких «середнячков», как Смокер, отправили на задания… Сказать, что он силен — да, безусловно, обладатель логии в расцвете сил, но разрыв между ним и настоящей верхушкой боевой мощи Дозора был виден невооруженным глазом. Неизвестно, как долго он пробудет в Саус-Блю. Увидеть такого человека, как Смокер, вблизи было довольно впечатляюще. С одной стороны, это был первый раз, когда Мерфи реально встретил «сюжетного персонажа»; с другой стороны, господин коммодор обладал подавляющей аурой. Высокий, в белой куртке нараспашку, с обнаженной мускулистой грудью, он выглядел… словно бодибилдер-баскетболист. Пока Мерфи размышлял, Расмуссен Афнин, осознавшая свое положение, тоже была погружена в думы, и её чувства были куда сложнее… Потому что существовала большая вероятность, что приставка «Расмуссен» перед её именем скоро потеряет всякий смысл. Учитывая скудный объем мозга этой аристократки, привыкшей к сытой жизни и высокомерию, она, конечно, не могла придумать никакого хорошего выхода… В тупике своих размышлений она вдруг осознала еще один пугающий факт: единственным человеком, на которого она могла положиться, оставался парень, с которым она сейчас находилась в одной лодке. Действительно, если подумать, у Афнин и Мерфи не было никакой вражды. Напали и похитили её пираты, принца убили тоже пираты. Мерфи был просто таким же «обычным человеком», которому не повезло оказаться в одной беде с ней. Более того, Мерфи убил капитана тех пиратов, что фактически означало месть за неё. Разве он не спаситель? Люди устроены так: как только появляется какая-то особая идея, они начинают активно подгонять под неё реальность, не гнушаясь самообманом… Мерфи и не думал, что когда-либо хотел помочь Афнин, да и принца в море выбросил именно он. Сейчас Афнин уже совершенно не помнила, что её телохранители когда-то не считали Мерфи за человека, или, скорее, она никогда об этом и не знала, потому что тогда она, естественно, даже не смотрела на него. После недолгого общения Афнин решила, что Мерфи — человек с идеями и «глубоким умом», так что, может быть, у него найдется выход? Ей нужно было придумать, как заставить его помочь ей. … Встреча с коммодором Смокером в море была лишь небольшим эпизодом, которому Мерфи не придал особого значения. Разойдясь с военным кораблем, он продолжил действовать по своему плану. Мерфи направил лодку обратно на обычный торговый маршрут, где можно было встретить немало проходящих судов. Однако пассажирские лайнеры, грузовые суда или военные корабли его не интересовали. Сейчас он хотел увидеть пиратский корабль… Всё ради его «плана по сбору средств». Пиратских кораблей в море предостаточно, но часто бывает так, что когда они нужны, их днем с огнем не сыщешь… К счастью, удача Мерфи была неплохой, и вечером пятого дня он наконец заметил пиратское судно. Под испуганным взглядом Афнин лодка начала медленно приближаться к пиратам. — Делай, как я учил. Кричи, — сказал ей Мерфи, прячась в каюте. Афнин, стоя на палубе, прикусила губу и начала кричать: — Помогите! Здесь есть кто-нибудь? Кто-нибудь, спасите меня… Будучи аристократкой, она никогда в жизни не занималась подобным. — Вложи немного чувств, ну же! Разве голос не может быть более манящим? — подумав, Мерфи решил, что аристократическое воспитание вряд ли включало такие уроки, поэтому не стал настаивать. — В общем, кричи громче, маши руками и кричи, пусть увидят наручники на твоих руках. Ничего не поделаешь, Афнин пришлось продолжать кричать. Качество голоса на самом деле не имело значения. Если удастся привлечь внимание пиратов, у них не будет причин не подойти… Мерфи действительно занимался «ловлей на живца», но наживка была слишком соблазнительной, так что рыба обязательно клюнет. Афнин нужно было просто стоять здесь в своем костюме наездницы. Ей даже не нужно было расстегивать пуговицы или делать какие-то вызывающие жесты — пираты на сто процентов придут её «спасать». — Эй, кажется, там в море женщина в беде… — Дай-ка гляну… — Ого… Хе-хе-хе… — Быстро сообщите боссу! Поворачиваем, немедленно поворачиваем! И действительно, заметив активность со стороны Афнин, пиратский корабль тут же изменил курс. А затем, пока пираты плыли к ним, произошло странное событие — пиратский корабль внезапно сильно тряхнуло, и в трюм, неизвестно почему, начала поступать вода.