Некий Научный Ван Пис

Глава 91

Вернемся немного назад во времени. Мерфи стремительно загнал восемь торпед в пусковые аппараты, после чего покинул нижний отсек и направился к выходу. Однако, пройдя немного, он резко замер. В сердце возникло сильное чувство опасности. Словно в тесном внутреннем пространстве, в узком корабельном коридоре, у него за спиной внезапно появился людоед-хищник. Мерфи почти рефлекторно положил руку на рукоять меча за спиной и резко обернулся. Но в процессе поворота он почувствовал, будто его с силой ударили дубиной по затылку. Тело слегка пошатнулось, и он с трудом удержался на ногах, оперевшись о стену. Позади... конечно же, никого не было. Мерфи сильно тряхнул головой, пытаясь прогнать головокружение, и, немного придя в себя, осознал, какой именно атаке подвергся. Неужели это и есть «Королевская Воля»? Казалось, это был ментальный удар, от которого невозможно защититься. Если у человека, подвергшегося воздействию, нет соответствующего духа, ауры, воли и решимости, ему остается только закатить глаза и рухнуть на пол. Легендарное «убийство взглядом» — примерно так это и работает. Если же рассматривать это с более «идеалистической» точки зрения, то, вероятно, мысли вроде «Я не хуже тебя» или «В будущем я не уступлю тебе» позволили Мерфи пережить эту внезапную атаку. Мерфи продолжил путь и вскоре увидел лежащего без сознания сержанта Роберта. — Роберт, Роберт, РО! БЕРТ! Мерфи звал его, попутно отвесив пару пощечин, но даже получив по лицу, Роберт не очнулся. — Дело дрянь. Мерфи бросил Роберта и на максимальной скорости ворвался в башню главного калибра. Орудие еще не было заряжено, так как снаряды мог зарядить только сам Мерфи, чтобы достичь эффекта «внезапности». А Аврил лежала без сознания позади пушки. — Аврил, Аврил... Мерфи приподнял девушку и потряс её за плечо... Что делать? В такой момент наводчик в отключке. Не то чтобы Мерфи не умел стрелять, но он всё же не профессионал, да и видимость в дыму была плохой. Шанс был только один, и промах означал бы, что все усилия напрасны. Он снова уложил Аврил ровно. Похоже, здесь требовались сердечно-легочная реанимация и искусственное дыхание. Мерфи размял пальцы правой руки и приготовился протянуть её вперед... Немного странно, кто делает массаж сердца одной рукой? Но в этот момент Аврил резко открыла глаза. Похоже, её подсознательное восприятие внешнего мира и острое чувство опасности сработали, так что рука Мерфи застыла на полпути. — Жаль... а, нет, то есть, отлично! Аврил, ты наконец очнулась. Рука Мерфи вполне естественно легла ей на плечо, помогая подняться. — Что со мной... случилось? — Это Королевская Воля Рыжеволосого. Сейчас не время для объяснений... Шанс мимолетен, Аврил, ты в порядке? Дальше всё зависит от тебя. — Я в порядке, — Аврил вспомнила о своей задаче. Хотя она так сказала, встать ей было трудновато, и пришлось опереться на руку Мерфи. Дальше всё было просто. Мерфи зарядил снаряды и порох, закрыл затвор, а Аврил прицелилась и... выстрелила. Снаряды вылетели из ствола с невероятной скоростью, преодолели небольшой участок моря за время, выходящее за рамки здравого смысла большинства людей, и в итоге успешно врезались в нос корабля Пиратов Рыжеволосого. Жертва торпед не была напрасной. Затем время вернулось к настоящему моменту. Мерфи и Аврил вышли на палубу корабля наблюдения. «Арчерфиш» находился слишком близко к пиратскому судну, людей на той стороне было видно почти отчетливо. Едва они появились, как их корабль накрыло залпом — около десятка цельных ядер ударили по судну наблюдения. Одно ядро попало в башню главного калибра и с пронзительным металлическим лязгом отскочило, пролетев совсем рядом с Мерфи. Мерфи поднял голову и посмотрел в сторону «Ред Форс». Во-первых, он убедился, что достиг цели: три снаряда без сомнений разнесли нос пиратского корабля. Во-вторых, он увидел, как один пират схватил другого за руку, раскрутил его и резко отпустил. Тот полетел прямо на «Арчерфиш», словно пушечное ядро. — БУМ! Тело противника двигалось с высокой скоростью, поэтому приземление вышло неловким. По инерции он разбил несколько бочек и прокатился кубарем по палубе «Арчерфиш», прежде чем остановиться... Пират всё же успешно добрался до «пункта назначения». Это... ну ладно, это тоже можно считать «абордажем», просто враг прыгнул немного далековато. Стоило ударить по носу пиратского корабля, как один из них без колебаний бросился в атаку. Если бы они сбили пиратский флаг, вероятно, сюда перепрыгнула бы вся команда. — Дозорный, ты хоть понимаешь, что натворил? Пират, ворвавшийся на военный корабль, не был одним из главных офицеров Пиратов Рыжеволосого, но было видно, что он в ярости. Говоря это, он выхватил по длинному мечу в каждую руку... Тело этого пирата казалось очень крепким, так что бросок товарища ему не повредил. — Дозорные бьют пиратов. Есть какие-то сомнения в этой схеме? Мерфи двинулся навстречу противнику, а Аврил выхватила два пистолета и отступила на несколько шагов назад... Она не была бойцом ближнего боя. Ответ Мерфи звучал как «прописная истина», но противник явно не принимал такую логику. Будучи членом команды Рыжеволосого, этот пират, естественно, гордился этим. Слова Мерфи были явным «пренебрежением» к Йонко... Это же Йонко, как можно сравнивать их с обычными пиратами? В следующее мгновение доски под ногами пирата разлетелись в щепки. В мгновение ока он взмыл над головой Мерфи, и два клинка без колебаний обрушились на голову дозорного. Мерфи одной рукой выхватил меч, встречая лезвия врага. Но в середине размашистой атаки пирату пришлось менять тактику... Из-за спины Мерфи мгновенно раздались шесть выстрелов. Шесть пуль летели в голову, грудь и низ живота пирата, находящегося в воздухе. Ему пришлось левым мечом отбивать пули Аврил, а Мерфи одной рукой заблокировал удар второго клинка. — ДЗЫНЬ! Удар сверху заставил тело Мерфи резко откинуться назад... Свирепо и тяжело — таково было фехтование этого пирата. Неплохой объект для тренировки. Хотя Мерфи стал дозорным совсем недавно, не стоит забывать, что вице-адмирал Гарп избивал его более двух месяцев подряд. Как говорится, «у великого мастера — великий ученик». Даже если он был куском металлолома, двух месяцев хватило, чтобы выковать из него стальную заготовку. Уклоняясь влево и вправо, под шквалом яростных атак врага, фигура Мерфи поначалу казалась неустойчивой, как на ветру, но вскоре он стал легким и ловким, словно сокол. Мерфи держал оборону спереди, а сзади стрелок постоянно беспокоил врага. Блокировать пули кажется простым делом, но на практике это требует постоянной концентрации. В такой ситуации даже дурак знает, что делать — забудь про танка, сначала убей стрелка. На мгновение атака пирата захлебнулась, а затем его фигура возникла рядом с Аврил. Мечи разошлись в стороны, лезвия сверкнули сверху и снизу — казалось, перекрестный удар мгновенно разрубит Аврил на три части. На самом деле, слова Мерфи были абсолютно верны: к какой бы команде ни принадлежал пират, он остается пиратом. Сору! Фигура Мерфи возникла перед Аврил, его меч блокировал удары слева и справа. Атака пирата была остановлена. Более того, в этот момент пират почувствовал, что его оружие словно «заразилось» какой-то неведомой силой. Это был обычный блок, но следом два его длинных меча бесконтрольно отлетели в сторону. Мерфи... казалось, поддался эмоциям. Его левая рука молниеносно поднялась. С предельно близкого расстояния черное дуло пистолета уставилось в лоб пирату. Через мгновение сверхтяжелая пуля должна была вылететь из ствола со скоростью, превышающей здравый смысл. Пират, всё еще удивленный тем, почему его оружие вылетело из рук, почувствовал тупую боль во лбу. Плохо! Опасно! Однако Мерфи так и не нажал на курок. Потому что... в этот момент его палец замер лишь от одного звука — звука невероятно четких шагов. Шаг за шагом. Это было устрашение, мощь которого трудно описать словами. Мерфи всё еще держал пистолет у лба пирата, но медленно повернул голову вбок. И увидел рыжеволосого мужчину, идущего с кормы пиратского корабля на нос. Великий пират, Йонко, Рыжеволосый Шанкс, медленно приближался. Присутствие этого человека было поистине подавляющим. Небольшой участок моря между двумя кораблями не был для Шанкса препятствием. Мерфи медленно развернул корпус, и его меч твердо указал в сторону носа пиратского корабля. Рыжие волосы, характерный шрам на левом глазу и Воля, исходящая от всего тела, которую мог бы заметить даже обычный человек. Без сомнения, это был самый молодой из Четырех Императоров — Рыжеволосый Шанкс. Это был человек с невероятно сильным присутствием и визуальным воздействием, настолько сильным, что вызывало желание «испытать себя». Шанкс подошел к носу корабля. Воздух здесь был пропитан запахом гари. Сначала он посмотрел на сбитую носовую фигуру, затем перевел взгляд на стоящий неподалеку разведывательный корабль Дозора... Его взгляд скользнул по Аврил и остановился на Мерфи. Молодой дозорный напротив. Брови как мечи, взгляд как молния, жажда крови как у тигра... Убийственная аура. Разница в силе между ними была как между небом и землей, пропасть была непреодолимой, но даже так этот молодой дозорный продолжал направлять на него меч. — Пфф... Рыжеволосый некоторое время смотрел на Мерфи, а затем... — А-ха-ха-ха-ха... Неизвестно почему, он вдруг расхохотался. Смех перерос в безудержный хохот. Рыжеволосый схватился за живот и присел, из уголков его глаз даже выступили слёзы от смеха. Мерфи: WTF? Неужели это и есть легендарное «неординарный человек совершает неординарные поступки»? Над чем он смеется так внезапно? Мерфи почувствовал, что его мозг немного завис. Не только Мерфи, никто не понимал, какая муха укусила Рыжеволосого, но над морем разносился только его смех... Казалось, вся его грозная аура и образ рухнули в одночасье. Просмеявшись довольно долго, он с трудом остановился и снова выпрямился. — Прости, дозорный, я не над тобой смеюсь. Просто подумал... время — поистине удивительная штука, заставляющая чувствовать себя странно. Оно может полностью перевернуть положение человека. Эта сцена... до чего же она знакома. Это было, наверное, лет двадцать пять или двадцать шесть назад. Шанксу было всего четырнадцать или пятнадцать. Он сжимал в руке саблю, Багги — кинжалы. Во время столкновения Пиратов Роджера и Пиратов Белоуса они вдвоем ворвались на «Моби Дик», прямо к Белоусу. Багги кричал: «Наконец-то я нашел тебя, старый хрыч!», а Шанкс орал: «Белоус, твоя голова будет моей!». Действительно... Какая самонадеянность, какой юношеский задор. Для Рыжеволосого это воспоминание было необычайно ярким, словно всё случилось вчера. Хотя у Кидзару лицо, которое само по себе вызывает раздражение, и говорит он обычно в ехидной манере, некоторые его слова имеют смысл. Например... «Как же это страшно — эта молодость». Жаль только, что прошлое осталось в прошлом. Белоус мертв, а Рыжеволосый Шанкс — уже не тот юнец, что направлял меч на Белоуса. Теперь он стал тем, на кого направляют мечи молодые. Старики в конечном итоге преграждают путь молодым. Раз он, Шанкс, мог направить меч на Белоуса, естественно, найдется кто-то, кто направит меч на него. Отсмеявшись, Шанкс вернул себе прежнюю ауру. Он обратился к пирату на корабле дозора: — Возвращайся. Не вступай в бессмысленный бой. Затем он перестал обращать внимание на Мерфи и зашагал обратно к корме. — Акаину, Аокидзи! Мы не собираемся сражаться. Раз уж вы нас обнаружили, оставаться здесь нет смысла... Пираты Рыжеволосого возвращаются в Новый Мир! — крикнул Шанкс в сторону военных кораблей позади. — Рыжеволосый, ты что, считаешь первую половину Гранд-Лайн своим задним двором? Приходишь когда хочешь, уходишь когда хочешь? — отозвался оттуда Акаину. — А что, Дозор хочет начать с нами полномасштабную войну прямо сейчас? — В таком случае вы никогда не вернетесь в свое логово в Новом Мире. — Это еще не факт. Кто знает, чем закончится битва, если не попробовать? Шанкс перебрасывался словами с Акаину. Только эти двое были равными собеседниками. Что касается Мерфи... он не был достоин ни разговора с Шанксом, ни тем более его удара. Так же, как когда-то Шанкс и Багги не были достойны удара Белоуса. Впрочем, обе стороны лишь обменивались репликами, понимая, что драки не будет, и Рыжеволосый уже решил вернуться в Новый Мир. Шанкс отдал приказ навигатору, и дымящийся нос пиратского корабля начал разворачиваться. После еще пары фраз Акаину тоже решил позволить этому кораблю уйти. ...... — Ха-ха-ха, облажались! Вернулись из Нового Мира в первую половину Гранд-Лайн, а в итоге так быстро и с позором поворачиваем назад. Немного стыдно... Ха-ха-ха. Скрывшись из поля зрения военных кораблей, Рыжеволосый уселся прямо на палубу и снова рассмеялся. — Капитан, что тут смешного? Корабль поврежден, кто знает, что напишут в завтрашних газетах? — Да уж, голова болит, как подумаю. Капитан, что ты вообще творишь? — Не кипятись, не кипятись. На, выпей вина, успокойся... — Капитан, следи за своим отношением! — Прости-прости, я же извинился? — Наши действия возымели эффект? Марко и остальные смогут сбежать? — Думаю, да. Видели же, Акаину вернулся... Шанкс продолжал отшучиваться с командой. Конечно, он повернул назад не из-за Мерфи, а из-за прибытия Аокидзи и Акаину, иначе пришлось бы действительно биться насмерть с адмиралами... Акаину тоже покинул Новый Мир, так что действия Пиратов Рыжеволосого в какой-то мере сыграли свою роль. «Белоус мертв. Станем ли мы новыми Белоусами? Нет, похоже, это зависит не от нас. Волны эпохи всегда накатывают одна за другой, новые волны перекрывают старые. Колесо истории катится вперед... Перед этим колесом, что значат "Йонко"? Восемьсот лет... Неужели наконец пришло время, когда "бушующие волны ударят о берег"? Верно, капитан Роджер? Верно, Луффи?» — молча размышлял Шанкс. Конечно, Рыжеволосый не восхищался Мерфи — он пират, а Мерфи дозорный. Просто этот молодой и бесстрашный вид Мерфи вызвал у него легкое чувство сопереживания. И, как следствие, ожидание от молодого поколения... Человек, которым восхищался Шанкс, был таким же молодым, как Мерфи — Монки Д. Луффи. — Луффи ведь придет, чтобы победить нас, да? — вдруг ни с того ни с сего спросил Шанкс. Как только зашла речь о Луффи, члены команды, бывавшие в деревне Фуша в Ист-Блю, тут же оживились. — Конечно, капитан. — Интересно, где сейчас Луффи? Он пропал на долгое время. — Капитан, когда Луффи доберется до Нового Мира, не поддавайся ему. — Разумеется. Я же пират... Пираты Рыжеволосого против Пиратов Соломенной Шляпы. Мы разгромим их в полную силу. И даже если Луффи будет громко плакать, это не поможет, я не стану его утешать. — Капитан, когда Луффи плакал раньше, ты его тоже не утешал, ты всё время над ним смеялся. — Разве? Как старший и наставник, разве мог я так поступить с ребенком... — Капитан, не приукрашивай свой образ в воспоминаниях. Шанкс, Бенн Бекман, Ясопп и Лаки Ру переглянулись и одновременно расхохотались. Ну что, понятно отношение этой пиратской команды? Мерфи для них — пустое место. Он старался изо всех сил, но его просто проигнорировали. В каком-то смысле, это можно назвать ситуацией «клоун — это я сам».