Продажная правда

      — Сестра Елены. Младшая. И тоже ведьма. С ней лучше не водиться, Клаус.       — И почему же? — хмыкнул мужчина, стоя перед зеркалом и с незаинтересованностью кидая вопросительный взгляд на девушку через отражение.       — Она всё время путается под ногами. Мешается во всех планах. Она умная, Клаус, её не стоит недооценивать. В своё время она доставила мне кучу неприятностей и проблем.       Аларик-Клаус насмешливо вскинул брови, блеснув в интриге глазами.       — Даже так, — протянул мужчина, усмехнувшись. — Катерина, я вижу в твоих словах больше умалчиваний, чем ты пытаешься показать. Хотя то, что несравненную Кэтрин Пирс смогла обыграть какая-то девчонка, даже смешит, — издевался он, прекрасно видя, как девушка перед ним чуть ли не трусится.       Вот только гордость этой вампирши не позволит ей пасть ещё ниже, чем достоинство, которое Клаус прибил к своим ногам.       Кэтрин пыталась как могла держаться гордо, но что ему до её глупых стараний? Смешно. Такая, как она, — эта посредственная, манипулятивная вампирша, и в подмётки не годится ему. Даже пока он временно заперт в теле слабого человека — Аларика Зальцмана.       — Тебе всегда весело, когда дело касается серьёзных вещей, — фыркнула девушка. — Ты же Клаус. Зло всех времён, — почти выплюнула она.       — Мне нравится, как ты это произносишь. Почаще напоминай себе это, когда вдруг подумаешь, что можешь так отвечать мне, — сошёл на шёпот он на последних словах, говоря вкрадчиво, опасно, хищно. Лицо Кэтрин ожидаемо дрогнуло.       Клаус хмыкнул, теряя задорность.       — А сейчас лучше вернёмся к изначальной теме. Что ты ещё можешь знать такого про эту… Джо? Да, верно, Джо. Очевидно, как ведьма она тебя пугает…       — Дело не в том, что она ведьма! — возразила чуть эмоциональнее Пирс, вмиг обретая былую храбрость. Клаус не стал её пресекать, внимая дальнейшие слова. — Плевать я хотела на эту девчонку! Ей всего шестнадцать, но даже для своего вида она сильна. Я редко встречала на своем пути ведьм, которые могли в столь юном возрасте демонстрировать выходящие из ряда вон результаты. Она из этого числа.       Кэтрин видела, как в глазах Аларик-Клауса загорается огонь усиленного интереса и справедливой опаски.       Ведь сильная ведьма, пусть и такая молодая, всё равно проблема. Особенно на его пути. Особенно когда состоит в родстве с двойником.       — Она умная. Её обдурить не так-то и просто, хотя и возможно. Но вся проблема даже не в этом заключается.       — В чём? — нетерпеливо спросил он, и девушка заметила, как интонация голоса изменилась на опасающуюся.       Наверное, Клаус уже прикидывал, как избавляется от этой сильной помехи. Пирс была бы только за.       — Есть одна отличительная особенность. Я никогда раньше не встречала такого. Это вполне оправдано тем, что на самом деле кровного родства с Гилбертами у Джо нет. — Клаус вскинул брови, не зная, поражаться ему или прикидывать, насколько степень увлечённости к этой Джо повысилась.       — Всё интереснее и интереснее, — прокомментировал мужчина. — Так что же за особенность?       Кэтрин с несколько секунд помедлила с ответом, смотря на него немного тяжело. Но знала, что увильнуть уже не получится. Да и какой прок от покрывания чужой тайны? Ей наоборот только в радость, если она спутает все карты малышке Джо, притянув чуть ли не за уши самого Клауса.       Уж он-то по-своему сумеет разобраться с этой проблемой, как думала вампирша.       Только вот не подозревала Кэтрин, что Клаус не совсем привык избавляться от уникальностей. Он сам является — точнее, скоро будет являться — тем, кого в природе никогда не существовало. Так почему же он должен уничтожать то, что и так в дефиците?       — Её кровь, — проговорила Кэтрин.       Девушка не догадывалась, что чем дальше её заносило, тем меньше шансов на осуществлении задумки становилось.       Откуда ведь ей знать, что кровь Клауса тоже по-своему отличается?       — Ты можешь мне не поверить, но это правда. Я сама видела своими глазами, что она творит. Поверь, Клаус, такую не захочется не опасаться.       — Чем больше ты юлишь, тем сильнее во мне растёт желание применить более радикальные методы. Почему бы тебе не поторопиться немного, Катерина? — протянул он на грани низкого тембра, приблизившись к ней. Первородный с удовольствием наблюдал, как зрачки её забегали, выражение лица дрогнуло.       Снова. Она прогиналась под его влиянием снова, даже пока он был слабым человеком.       — Её кровь обладает противоположным действием вампирской, — выдохнула она. — Как только человек умирает с кровью вампира в организме, то он становится таким же. Как только вампир умирает с кровью Джо в организме — он снова человек.       Кэтрин ожидала, может, и не бурной, но заметной реакции. И она получила оную. Девушка даже проявила толику понимания, ведь иначе на такую новость реагировать не выходило.       Пирс как-то странно усмехнулась, но в усмешке не было ни капли веселья. Только смиренное, осознанное принятие действительности, где есть одна особа, имеющая некую власть над вампирским родом.       Джо запросто может отнять вечность без возможности на возврат.       И Клауса такой исход событий уж точно не порадует. Пока он вампир — это может быть опасно. Но когда он первородный — ещё неизвестно, как это скажется на нём.       Двойственное сомнение.       Шок, отразившийся на лице Аларик-Клауса, подогнал Кэтрин продолжить, но уже мягче, как бы желать унять бурю:       — В это трудно поверить, но ведь и правда не всегда бывает такой, какую нам хочется слышать.       — Ты лжёшь, — резко оборвал её мужчина, но в глазах помимо отголосок паники было сомнение в собственных словах. — Не бывает такого, — процедил он, делая шаг на неё.       — Увы, Клаус, но бывает, — спокойно ответила Кэтрин, пожимая плечами. — Сальваторе знают об этом. Всё близкое окружение Джо знает об этом. И даже Аларик знал об этом.       Укол был тонким, но вполне прозрачным. Клаус хмыкнул, искривив губы, а потом отвернулся, обдумывая услышанное.       Если то, что сказала Кэтрин, на самом деле являлось правдой… Если он допустит мысль, что в мире существует такая особенность…       Клаус просто не мог убить эту ведьму.       Это не просто возможность. Это сила. Это оружие. И если оно попадёт в неправильные руки…       Через плечо обернувшись к Пирс, Клаус заметил, как та пристально смотрит на него. Наблюдает. Словно ожидая чего-то.       Ухмылка сама растеклась по его лицу. И, несмотря на то, что перед Кэтрин стоял Аларик, в его жестах, словах, речи была именно суть Клауса. Того Клауса, который разрушил её жизнь и внушал страх по сию минуту.       — Сколько же яда в твоих словах и нетерпения… — растянуто произнёс он, всем телом неторопливо поворачиваясь обратно.       Аларик-Клаус заметил, как Пирс вздрогнула при этих словах, не успевая скрыть вовремя.       — Тебе так досаждает эта ведьма, что ты, похоже, разглядела во мне шанс устранить её. Вот только, Катерина, не считаешь ли ты это лишним расточительством? — с невинной правокацией поинтересовался он.       Девушка изменилась в лице. Она осознала.       — Клаус, ты должен её убить! — прошипела она в приказном тоне, неосознанно делая шаг навстречу. Мужчина только смешливо вскинул бровь. — Эта девчонка настоящая проблема!       — Эта проблема, — словно на вкус попробовал он слово, довольствуясь его точным определением, — весьма интересная личность. А то, что она смогла напугать такую, как ты, заставляет задержаться в убийстве. Это же всегда успеется, верно?       Он улыбнулся так опасно, что настал черёд отступить. Кэтрин повела челюстями, понимая, что её достаточно простой план провалился под одним не учтённым фактом. Она забыла про него, проигнорировала, а теперь заинтересовала первородного так сильно, что осознала одно: да, она доставила проблемы малышке Джо, но это и всё.       А себе самолично вырыла яму.       Аларик-Клаус отступил спиной к двери, загадочно улыбаясь.       — Если ты утверждаешь, что не ошибаешься, тогда я просто обязан удостовериться в этом сам.       — Какая мне польза от этого? — раздражённо выдохнула она, впиваясь в него почти яростным взором.       — Кто знает, Катерина, — почти елейно протянул он. — Но пока меня не будет, я хочу, чтобы ты кое-что сделала…       Его взгляд упал на нож. Задумка мигом созрела в его безумной голове.       Кэтрин по его глазам поняла, что его умысел не понравится ей.       Впрочем, а когда вообще нравилось хоть что-то касающееся его?

***

      Клаус дотянул до самих танцев. Он играл, вынюхивал, прощупывал почву и узнавал, кто его окружает.       Компания защитников двойника была… впечатляюще-занудной.       Знаменитый Стефан Сальваторе со своими праведными устоями; его импульсивный брат, влюбленный в чужую девушку. Ещё та самая ведьма Беннет, которая и являлась его главной целью сегодня. И сестра Елены — Джо. Как раз та, которая интересовала его намного больше остальных в личном плане.       После той встречи в школе Клаус загорелся любопытством ещё сильнее. Когда девушка поменяла ему швы на плече, о существовании которых он даже не задумывался, не уделяя внимание разглядыванию своему новому телу.       Кэтрин не ошиблась — Джоанна оказалась умной ведьмочкой. Умной и уникальной. А ещё острой на язык.       Вспомнив её ответы, он чуть было не рассмеялся, но заметил в толпе танцующих объект своего влечения. Один уже подвыпивший школьник весьма грубо повёл себя с девушкой, а та была чем-то обеспокоена, не уделяя особого внимания инциденту.       А Клаус увидел в этом удобную лазейку.       Он направился к ним в тот самый момент, когда девушка хотела уже уйти. А он, выходит, нарушил её планы. От этого знания широкая улыбка растеклась по лицу, но только мужчина в теле учителя оказался возле них, как пришлось состроить более подходящее выражение.       Не то, чтобы Клаус ожидал искренней благодарности и смущённых взглядов. После короткого знакомства с этой ведьмой он понял, что она не из робкого десятка. Девушка и впрямь колко ответила ему, уходя к столу с напитками. Там Клаус снова и подловил её, направившись следом.       А как только речь зашла за Кэтрин и прозвучал вопрос, рассказала ли вампирша ему что-то, Аларик-Клаус ухмыльнулся.       Вот и момент.       Он встал рядом с ней, но повернулся так, чтобы мог возвышаться. Джо напряглась заметно, а ему не могло не польстить сие действие.       — Что именно ты хотела бы узнать, любовь моя? — он невино опустил уголки губ, как бы задумываясь. А её от такого обращения с уст учителя перекосило. — Она поведала о том, как вы с ней дружны, — Клаус намеренно обозначил их отношения таким словом, замечая, как Гилберт закатывает на это глаза, — как ты любила досаждать ей…       — В детстве не хватило любви Елены, вот и прицепилась к её прабабке, — фальшиво улыбнулась Джо, заставляя Клауса рассмеяться.       Остроумная девочка.       — Я так и понял, — кивнул он, будто бы принимая ответ за чистую монету. — Ну а ещё она рассказала — учитывая ваши близкие родственные отношения, — что ты имеешь одну особенность.       Клаус видел, как напряглись её плечи под платьем. Видел, как сжались челюсти. И не мог просто упустить из виду, как в глазах загорелись тревога (очевидно, по отношению к нему) и злость (очевидно, по отношению к «прабабке»).       Ухмылка его стала шире. Опаснее. Он своего добился, не прикладывая особых усилий.       Её реакция только подтвердила, что Кэтрин не врала.       Значит, Джо имела быть той, какой её описала Пирс.       Клаусу только в голову не могло прийти, что, во-первых, такая вообще могла существовать, а, во-вторых, что сейчас он лично убедился в этом. Прямо-таки две легенды познакомились.       Жизнь ещё могла удивлять. А то он уж было подумал, что его ничто больше не поразит в долгой вечности. Но вот появилась на его пути необычная ведьмочка, которая интриговала многими своими чертами.       — И что же? — она придала голосу наигранное спокойствие. Клаус даже оценил актёрскую игру, но было уже поздно стараться. Он получил всё, что ему было нужно узнать.       — Думаю, мы оба с тобой знаем ответ, — вкрадчиво ответил мужчина. — Ни к чему эти игры. Я хотел узнать, врала ли Кэтрин. Ты же доказала, что она ещё умеет говорить правду.       — Не понимаю, о какой правде идёт речь, — Джо покрывала свою тайну до последнего, даже если смысла и впрямь не было. Она развернулась к нему, опустив уголки губ. — Кэтрин бывает излишне болтливой. Наверное, сказались те года бегства в полном одиночестве. А сейчас она, похоже, нашла в тебе собеседника и решила выговориться, когда Сальваторе выставили её, бедную, за дверь. Иронично, да, что ты же и привёл её к этому состоянию, где она вынуждена скитаться в роли посредственной дамы?       Столько иронии в словах вынудило его рассмеяться так громко, что некоторые близ стоящие ученики обернулись. Джо сконфузилась от такого внимания, зная, как слухи быстро расходятся по школе. А ей тут ещё учится два года. Аларику же преподавать.       Клаус действительно давно так не смеялся. А сколько яда по отношению к двойнику её сестры!       Само очарование.       Перед ним стоял не просто интересный экземпляр, а настоящая интрига, приправленная своенравным характером.       И разве может он так глупо убить её, когда столько возможностей открыли перед ним двери?       Верно он сказал: «Лишнее расточительство».       — Любовь моя, ты только что самой себе вырыла яму, — с широкой улыбкой произнёс он, запрокинув голову назад. Из-за этого не сразу увидел, как Джоанна нахмурилась.       Разумеется, она подумала, что он подразумевал её колкости и эту способность. Подумала, что из-за этого Клаус захочет её убить.       Но он не хотел.       Клаус теперь вообще не думал о варианте вредительства.       Опустив глаза на смурную девушку, он нарочито пристально оглядел её с ног до головы, отчего девушку чуть не передернуло. Ведь кто бы в этом теле ни прибывал — перед ней все ещё находилось лицо учителя истории.       Клаус немного улыбнулся краешком губ, таким образом снижая градус весёлости, оставляя лишь небольшой оттенок хитрости, которого было вполне достаточно пока что.       — Знаешь, любовь моя, двадцатые тебе были бы больше к лицу.       Это был оценочный взгляд. Как бы это платье в крупный горох ни шло ей, но наряд в стиле его любимого времени всё равно не сравнится с этим. Шик, танцы и джаз против надоедливого Битлз и... чем ещё таким особенным могло похвастаться то время?       — Что? — опешила она, не понимая, всерьёз ли он сейчас решил сменить тему… на наряды и танцы в таком разговоре.       — Не забивай голову, — продолжил он улыбаться. — Лучше вернёмся к изначальному контексту.       — Где ты намекаешь, что убьёшь меня? — вслух озвучила Джо свои мысли, но в словах он расслышал оттенок принятия. Словно девушка и правда верила в тот исход, где может уже завтра не проснуться.       Клаус наигранно вскинул брови в манерном удивлении.       — Ты такого плохого мнения обо мне? А ведь мы едва знакомы, — якобы упрекающе произнёс он, но мрачный вид девушки не разделял задора. Клаус усмехнулся. — Не совсем. Вообще-то, я наоборот теперь не хочу тебя трогать.       — «Спасибо» не жди, — сухо ответила она.       — Я же плохой. Как можно такое говорить злодею? — продолжал он играть. Но стал только больше выводить её из себя, усиливая желание прекратить пререкания.       С другой стороны — пока он рядом, то это тянуло время. Может, кто-то из своих уже заметил их и приготовился. Она просто надеялась на это, не позволяя себе осмотреть толпу в поиске знакомых лиц, дабы не выдать себя Клаусу. Он сразу раскусит всё.       — Рад, что мы пришли к истокам, — снова с фальшью улыбнулась она, взаправду собираясь закончить представление. — Ты плохой, я — хорошая. На этом разговор и завершится, Клаус.       Джо обошла его, намеренно задевая плечом. Вот только мужчина поймал девушку за руку, разворачивая и её к себе, и сам повернулся.       Джо дёрнула руку на себя, но он не отпустил. Более того, немного резче дёрнул на себя, чтобы они оказались на минимальной дистанции друг с другом.       Лицо Аларик-Клауса оказалось крайне близко, отчего Джо вжала немного голову в плечи, только бы отдалиться.       Поведение Клауса пугало. Это были уже не просто осторожность или напряжение. С его стороны было самое настоящее посягательство на её пространство, мысли, жизнь, тайны.       Девушку это нисколько не устраивало.       И об этом Клаус тоже знал, когда наклонился к её уху, переходя на шёпот, но такой, чтобы она слышала:       — Будь уверена, любовь моя, я тебя так просто не оставлю.       Прежде, чем Джо могла бы придумать достойный ответ, он отпустил её, вытягивая почти по-джентльменски ладонь.       Заиграла медленная музыка. Клаус выловил возможность вывести ведьму из строя окончательно. Если и не физически, то эмоционально точно. Он уж точно знал, как воздействовать на неприступных дам.       А Джоанна именно такой и была.       Интригующей… и под стать себе и ему дерзкой.