Пока другие спасают мир

Это лишь первый год в школе Высшего пилотажа, а ощущение такое, будто последний в жизни. Кучка супергероев-недоростков теперь сражаются против своих же однокурсников, что вот так по тупой неожиданности оказались предателями. Уилл несётся на поединок со своей бывшей, Уоррен берёт на себя Мига, Лайла убегает от Пенни, а у Этана с Хлыстом свои счёты. Зак понимает, что из него либо приготовят отбивную, либо превратят в младенца, либо... Да кто знает, что ещё может случиться? Поэтому он сверлит затылок стоящей чуть впереди девушки, словно посылает энергетические волны. Эх, было бы здорово, если бы он так умел. И вот она как будто прочла его мысли – осторожно оборачивается, едва заметно кивает и быстренько сматывается. Зак спешит за ней. Не сумев придумать ничего получше, указывает на вентиляционную шахту, из которой они выползали минутами ранее. Маджента пулей залетает в неё, Браун втискивается следом и трясущимися руками ставит решётку. Всё. Назад нельзя. Потому что снаружи хаос, а внутри – два беглеца, прижатых друг к другу. — Зак, твою мать! — Маджента шикнула, зажмурившись и вжимаясь затылком в холодную сталь. — Выключись, хер ли ты маячишь?! Зак панически мигал ярко-кислотным зелёным. Вспышка — и на мгновение видны сощуренные глаза Мадженты. Тьма. Снова вспышка. — Я не могу! — прошептал он, восклицая. — Это автоматическая реакция на стресс! — А ну-ка соберись, — она схватила его за плечи и встряхнула так, что тот нехило приложился затылком о стенки трубы. — Дыши давай. Если ты сейчас не успокоишься, сторонники Гвен вспомнят о нашем существовании и тогда максимум, что я смогу сделать – обратиться и укусить тебя! Браун сделал несколько судорожных вдохов. Медленно, очень медленно, безумное мигание сменилось ровным, мягким неоново-желтым свечением. — Вот так лучше? — он виновато посмотрел на неё. — Намного, — Маджента выдохнула, пытаясь поудобнее устроить ноги, которые уже начинали затекать. — Ну, что будем делать дальше? Уилл сейчас спасает наши задницы, как и Уоррен. Лайла делает… Что там она делает? Да похер. А я сижу в этой металлической кишке, скрученная, как варёная креветка. Шикарный финал учебного года, просто, блять, десять из десяти! — Но признай, без меня сидеть здесь было бы гораздо тревожнее, да? – Зак усмехнулся, вытирая грязные ладони о не менее грязные белые брюки. — Нет. Просто было бы чуть темнее, — уточнила Маджента, и парень возмущённо засопел. — И я бы не видела твою дурацкую бабочку. Серьёзно, ты её у отца спёр? Наверху вдруг что-то прогремело и они замолчали. В длину ме́ста оказалось более чем достаточно, поэтому девушка принимает решение изменить положение. Теперь она лежит, используя ляжку Зака как подушку, пока тот многострадально вздыхает, поправляя ноги, абсолютно несогласный с таким положением дел и тел. — Я всегда знал, что Гвен — та ещё стерва. – он продолжил разговор, касаясь пальцами кончиков фиолетовых прядей Мадженты. Ну.. Она же не должна этого заметить, верно? — Если супер-злодейку, захватившую сам Высший пилотаж и превратившую всех в слюнявых младенцев можно назвать стервой, то я с тобой соглашусь. Хотя «конченная психопатка» ей больше подходит, — она усмехнулась и прикрыла глаза. — Знаешь, что самое хреновое? Все остальные… Они сейчас там спасают школу, а мы просто ждём, пока всё это дерьмо уляжется. – Да пусть хоть весь мир спасают. Мы не будем жертвовать собой. У нас жизнь одна, в отличии от отца Уоррена. Так что пусть геройствуют сколько хотят, – Маджента удивлённо взглянула на уверенное лицо Брауна. Интересно... Она никогда не слышала подобного от него. — И мне, – продолжал он. – Честно говоря, плевать, если в этой дыре со мной рядом есть ты. Глаза девушки округлились, выражая ещё большее удивление. Зак посмотрел на неё сверху вниз так заботливо, так нежно... А она не выдержала и щёлкнула его щелбаном в нос. Парень ойкнул. — Это сейчас подкат был? У Уилла научился, романтик херов? – Не занижай мои способности! Вообще-то Крепость сам берёт у меня уроки, чтобы кадрить Лайлу. Знала бы ты, как отстойно у него получается. – Браун хмыкнул, всё ещё касаясь пальцами волос Мадженты, но уже менее... Осторожно. Кажется, она давно спалила его. Зак не знает, сколько прошло времени. Единственное, что осознаёт – сейчас он находится с той, к которой до невозможности громко проявляет трепещущую сердце симпатию. Браун бегает за ней как щенок с первого дня их знакомства. Чёрт, да все напарники в школе знают, что светловолосый прилип к девушке, будто она мёдом намазана. Ну, некоторые из класса героев тоже в курсе. Именно поэтому Зак часто отхватывает от Мига и Хлыста. Они то запихивают его к ней в шкафчик, то приклеивают на спину стикеры с подписями «каблук» или «сталкер», то нелестно отзываются о самой Мадженте. Последнее Зак никогда не прощает – сразу же ввязывается в драку, забывая, что обещал друзьям больше так не делать. А потом скулит от боли, когда Маджента обрабатывает его разбитую губу и тихо материт засранца, потому что тратит на него последние ватные диски. Из-за нахлынувших воспоминаний Баун почувствовал, как к горлу подступает ком. Его свет начал мелко дрожать, тускнеть, переходя в какой-то неуверенный, бледноватый оттенок. — Слушай, Мадж… Если мы отсюда выберемся… Ну, живыми, желательно... – он выдержал паузу, пока аккуратно накручивал на указательный палец фиолетовую прядь. – Может, сходим в «Бумажный фонарик»? Вдвоём. Он глубоко вдохнул и замер, больше не дыша. Его свечение почти погасло, оставив их в полумраке. Маджента молчала несколько секунд, теребила кружевной подол черного платья. Зак за это время едва не задохнулся. — А давай, — наконец тихо произнесла она. — Только не в смену Уоррена. В прошлый раз нас всех выперли, потому что мы, видите ли, «отвлекали его», если ты забыл. Так что к нему нас точно близко не подпустят. – Тогда в среду? – Если доживём. – Идёт.