Назад, в прошлое Египта.

Весь день она ходила грустной и без настроения. Хотелось просто прижать к себе Сета и уснуть в его тёплых объятиях. Она чахла без него также, как пышные и яркие цветы, которые нуждались в дожде. В последнее время она думала только о своём муже и ребёнке, ей это нравилось, но не стоит забывать о своей родословной. Септери старалась быть такой же простой как раньше, но Осирис этого не давал. Он будто был тем, кто дёргает её за верёвочки. Или скоро начнёт это делать? Набрав воздух в лёгкие, она села на свой пост. В считанные минуты прибыл Гор. Его птица уселась ей на плечо. Он чётко проговорил свои слова. – Я решил. – Решил, что..? – Это Ваша птица. Она станет служить Вам. Выслушивать беды и невзгоды. Если нужна помощь, то пошлите её мне. Я прилечу как только смо.. – Гор.. Тебе не стоит расправлять свои крылья. Я устрою гром с молнией. Поверь, так будет спокойней для меня, моего мужа и всего Египта. Караващики затеяли неладное. Они истребляют народ и пытаются отыскать моего супруга. Мне нужна пока что ничья помощь, но спасибо.. За.. Подарок? – Та лишь смотрела в расщелину между блоками в виде «окна». – Всего хорошего, госпожа Септери.– сделав маленький поклон, он покинул храм. Её шрам болел всё больше и больше. Придёт время, и она побежит за просьбой к Исиде. Мол, чтобы помогла с невзгодами. – Это ведь нормально? Думать, что я ничего не достойна? Не достойна любви покойного шейха, покойного Нейта? Я достойна любви от супруга? Я бесячая, "страстная", любящая, заботливая в конце-то концов! Почему вокруг меня мысли о одержимости моего брата..? Одни вопросы! Как же всё сложно! Ах, птичка.. Я познакомлю тебя с моим сыном.. Будь моим слушателем и его оберегом. О мой Сет.. Я так наивна.. Ты был прав.. – поглядев на пташку, которая улеглась на её ногах, она сняла с себя накидку и укрыла птицу неким «одеялом». – Моя пташка, мне стоит пустить несколько молний. Народ негативен. Нужно показать им, какого это рушить мои подаренные дары. – ... – её крылья захлопали, явно была против. Милая птичка лишь что-то будто бы обсуждала с ней, как будто бы, на.. Человеческом? – Думаешь, не стоит? Это хорошо с другой стороны. – С кем ты разговариваешь? – из входа виднелся Сет и Зубери. Он радостно побежал к маме и обнял её. Сет лишь ревниво посмотрел на супругу. – Друг появился невидимый? – Пташку подарили. Гор сказал, чтобы я жаловалась ей когда рядом никого нет, а внутри накипело. Зубери, хочешь тебе поиграть дам? Только аккуратней! – причитала ей матушка. – Мам, я устал! Мы с папой весь день играли! Он мне рассказал о десяти иероглифах! Это вот столько! – Показав на пальцах, малец улыбался во все молочные зубы. – Твой папа невероятно умный! А ты всё понял? – Всё при всё! Я тебя потом научу! – потянув маму за рукав, он поцеловал её в щеку. – Мам, я так соскучился! А ты сделаешь мне лепёшки? Мы с папой поели мяса, но я хотел ещё твоих лепёшек. Они очень вкусно хрустят! – обняв её, она чела на корточки и обняла в ответ. Поцеловав в щеки и погладив по голове, она начала его щекотать и говорить. – Конечно сделаю! И пощекотать же могу! Сегодня ночью на звезды не хочешь посмотреть? – Очень хочу! Папа сказал, что будет дождь из звёзд! Кометы будут падать! – А папа откуда узнал? – А я вообще у Тота услышал случайно. Вот прям реально, случайно! – Я всем поверю! Зубери, пойдём спать уложу? Нам с папой нужно поговорить. Только ты не притворяйся как в прошлый раз! А то я обижусь и буду огорчена. – гладя его по волосам, он лишь улыбался. С самого рождения Зубери был лучезарным и смуглым мальчишкой. Отправить в её покои Зубери, он лёг спать, а она же, запечатала комнату и окна так, чтобы никто не тронул их и самого Зубери. – Сет.. Осирис был здесь, и.. Вынуждал. Вынуждал стать для него женой и бросить тебя. В ногу вцепил цветы и с каждым отказом, шипы были внутри плоти. Он поставил условия: «либо я», «либо твоя смерть». Я ничего на это не ответила. Она говорил, что Зубери и ты недостойны меня. Я была слишком зла на него. Я отказалась от его предложения. Осирис сказал: «хочешь жить со шрамами прошлого и шрамом на спине? Я вылечу тебя и помогу избавиться от прошлого. Просто брось Сета.». – Она заплакала. Тушь не растеклась по лицу, но струя её слез на лице была словно только затвердевшее стекло от самого выдува стекла. – Я отказалась без запинок и заиков. Я боялась, что ты услышишь это. Я не хотела говорить, но эта дурацкая верность и преданность царапают спину. Я люблю тебя, не хочу из-за Осириса каких то ссор! Ты и Зубери – вот мои самые дорогие люди. – Заплакав ему в грудь, она обняла его на столько крепко, что он почувствовал сердцебиение Септери. – Милая моя.. Я тоже тебя люблю. Убегай сразу же, если начнёт приставать. Убегай ко мне, я защищу. Я стану каменной стеной. Я убью любого, кто причинит тебе вред. Септери, я не зол на тебя. Это правильный поступок. И ты сильней, чем кажется самой тебе или другим. Думаешь человек со слабой волей создал бы ураган, который бы уничтожил весь Египет и соседние страны? Мы были на грани конца света. Но разве человек со слабой волей выжил бы от своего де урагана? Септери, не слушай никого, слушай меня. Слушай только мои слова. Я желаю тебе только хорошее. – Сет.. Теперь я тоже могу сказать. Я в тебе не ошибалась. С первых дней я терпела твой характер. Но ты раскрылся только мне. Я могу смело заявлять, что внутри черствого хлеба, есть мягкая мякоть. Тоже самое и с характером. – Филосов? – Ответить она не успела. Всё шло быстро. Она прижалась спиной к стене и провела рукой по его усеху. Взгляд стал не хищным и страстным. Он стал любящим. Это ей было подвластной эмоцией. – В последнее время ты притрагиваешься к усеху. Я знаю, что он красивый. Тебе можно даже лизнуть. – подурачившись, он соизволил умолкнуть. – Нет, ты просто дурак. Но братья всегда такие. Можешь не беспокоиться, я люблю дураков больше, чем интелегентных ворчунов. Но ты к ним больше относишься. – Хитро взгляд – это её вторая фишка. – Моя милая, думаешь, я такой же интелегентный? – Ох милый, ты такой же ворчун! Но больше дурачок. Мне это правда нравится. Вишенка на то.. – договорить она не успела. В её губы впились его. Этого не было будто сто лет. Может с момента, когда он напоил её тем вечером? Несколько стаканов вина делали тогда своё дело. По хозяйки потянув Септери к себе, он стал грубей. Но она и он воспринимали это в шутку. Грубый, но одновременно нежный поцелуй наколялся до тех пор, пока он не распахнулся целовать её в шею. – Сейчас промахнёшься и я второго рожу. Так что.. Я хочу видеть границы. – ... – Он отодвинулся от стенки, но гладил Септери по талии. Иногда потирал ладонью у её шеи пытаясь заводить её страсть и похоть. – Хочешь обеспечу вторым? Я буду только рад. – Я люблю детей. Но.. Не люблю выделять любимчиков. У меня такое всегда. У меня всегда были любимицы или любимцы. Это меня раздражает. Я очень хочу быть честной с тобой. Так что отвечу так.. Я не смогу иметь больше одного ребёнка. Хочу любить и окружать заботой одно дитя, чтобы он чувствовал себя нужным. – Похвально. Но почему бы тебе не расслабиться? Снять усталость? В конце концов! Просто расслабь плечики. Выпрямись. – Я знаю как расслабиться... – Положив свою руку ему на шею, шепнула. – Ты сделаешь мне та-а-ак приятно! – быстро чмокнув в шею, она повела его в другую комнату.

***

– А ПОЧЕМУ МАССАЖ ДЕЛАЮ Я? Теперь главный вопрос. На что Сет надеялся? Если это был намёк на незабываемую ночь, то она слишком устала для этого. – Я тону в твоих руках также, как в Красном море. А-а-ай, давай ещё вот тут. О Господи! Я сейчас усну в этом кайфе. – Эй, я может другое имел ввиду. Я хотел.. Той самой ночки, от которой я буду счастлив. – Недовольным тоном провозгласил Сет. – Мой сладкий, я тебе лично достану массажиста. Только при одном, ай, условии. Мы пойдём в шкаф. А ещё пойдём на море. Там есть песок. Се-е-ет! Там. Есть. Пе-сок! – И чего? Мне пищать от радости? – Ты ведь повелитель пустынь! Владыка песка. Бог ураганов и смерчей. И разве такой котёнок как ты, не хочет на море? Я обеспечу тебе всё, что душа треплет. Кроме подписки на нетфликс. Ты зажрался. – Эй! Нарываешься, чтобы я ушёл. – Ох.. Это было замечательно! Я буду тебе платить за услуги массажиста. Но вот вопрос.. Работаешь ты, только на меня, мой верный братишка. Плачу я только своему муженьку с золотыми руками. А вот чем платить? Мой усех в ломбард отдать? Жалко расставаться с украшением! Сет, дам попытку угадать. Ты ведь сам хочешь этого. – Специально играясь с ним, она пыталась вывезти его из себя. – Театрально выдала она. – Я же знал. Ты никогда не ослушаешься моих слов. – ехидно ответил он. – Пф.. Сет, Вы идёте по острию ножа. Идёте по тонкой нити, при которой сможете упасть. Играешь с огнём. – Чисто символически "напомнила" она. – Ещё и смущаю? – Кто такое сказал? Нет, заводишь меня. – после такого идеального массажа, она поправила бретельки на платье (т.к. оно было на ней). Она сняла с себя Усех. Села вплотную к нему и оба они двинулись в такт. – Я осознал то, что если бы этот шейх и ты были бы вместе, то я бы завидовал и прихлопнул его к моль или того паука. Ждал пока ты придёшь, и попросишь убить. Она лишь заткнула его поцелуем. Поступив дерзко по отношению к мужчине, она лишь чувствовала свободу и любовь. Бретельки платья легко спустились с неё. – Любимая.. – Он не чувствовал себя каблуком раз к нему так обращаются. Он лишь чувствовал себя нужным. И она подумала о том же самом. Его нельзя назвать каблуком. По большей части, Септери слушалась его больше, чем он на её просьбы. Эту ночь можно описать в трёх оссоциациях. Любяще. Страстно. Нежно.