Вкус воспоминаний на языке Ланя

Раздался тихий стук в дверь. — Брат, можно войти? — после позволения белая фигура — Цзэу-цзюнь — вошла в Цзиньши. В покоях младшего царила тишина и спокойствие, лишь лучики утреннего солнца разрушали белые тона стен. Лань Чжань же кивнул в знак приветствия, а после продолжил наводить последние штрихи в своем облике перед зеркалом. — Готов к празднику? — улыбнулся старший. Тот вновь повернулся и его глаза сверкнули янтарём. — Думаю… да. — Будь увереннее, всё пройдёт хорошо. А вот это, — он вытащил из рукава небольшой свёрток и протянул, — твой первый подарок. Ванцзи аккуратно взял подношение и начал разворачивать белую ткань. В ней оказалось очень знакомое лакомство — османтусовые пирожные. Три белых и сладких кругляшка, от которых веял приятный медовый аромат, были украшены жёлтыми сушенными цветками. В золотистых глазах Ванцзи блеснула искра, а после по одной щеке покатилась тонкая дорожка слезы, то ли от грусти, то ли от счастья. — А-Жань? — Их готовила матушка… Это очень ценно, спасибо, брат. Сичень нежно погладил его по макушке — так он не делал с детства. Младший всё взирал на лакомство, то самое, которое готовила им мама. Это было самое вкусное, что он когда-либо ел — желанное угощение, которое удавалось попробовать лишь раз в месяц, когда двери домика открывались и она встречала их с тёплой улыбкой. Хуань улыбнулся, его улыбка была столь же знакомо тепла. Он ласково ущипнул за щёку Ванцзи, совсем как мама любила дразнить его в детстве. Лань Чжань же смущённо и удивлённо посмотрел на него. В сердце смешалась радость и тонкая грусть. В глубине души он был не прочь окунутся в воспоминания, хоть и очень смутился такой ласке. Хуань усмехнулся: — Хоть ты и вырос, но остался всё таким же милым букой. — Брат, — уши Ванцзи порозовели и он отвёл взгляд. — Ну ладно-ладно. Может, хочешь попробовать? Лань Чжань снова посмотрел на подарок, и уголки его губ чуть приподнялись. Он осторожно взял пальцами одну штуку и, поднеся к губам, откусил. Нежная сладость и вкус из детства приятно окутали его язык. Его рука тоже словно что-то вспомнила, и он, не задумываясь, протянул надкушенное пирожное брату. Тот озадаченно взглянул, не веря своим глазам, но всё же спустя секунду наклонился и откусил лакомство. После Хуань нежно посмотрел на Ванцзи, они не сговариваясь одновременно улыбнулись — каждый по-своему, деля это мгновение и знакомый вкус на двоих. От этого единства трепетала душа. Этот день рождения стал самым незабываемым в жизни Лань Чжаня. Благодаря столь неожиданному подарку его сердце наполнилось такой же сладостью, как и османтусовое пирожное.