Красные линии

Ландо проснулся только на следующий день. Вчера он был настолько уставшим, что врачу пришлось дать ему снотворное, чтобы тот наконец оставил себя в покое и просто поспал. С утра, когда Норрис уже собирался покинуть медцентр, главврач остановил его и попросил зайти в кабинет. Когда Ландо вошёл, врач сначала рассказал, что вчера Оскар приходил узнавать о самочувствии напарника, а затем на планшете показал запись с видеокамер, на которых видно, как Оскар заходил к Ландо, а потом почти выбежал примерно через пятнадцать минут. В кабинете камеры, конечно, не висят, поэтому что именно там делал Пиастри, они могли только догадываться. — Ландо, я сейчас же отправлю эти записи в федерацию и объясню ситуацию. Не сомневайся, они это просто так не оставят. Оскар не должен был этого делать. Норрис, несмотря на серьёзность ситуации, был абсолютно спокоен и, чуть задумавшись, ответил: — Нет, не стоит. Главврач вопросительно посмотрел на него: — Ландо, вы в первую очередь соперники. Если мы позволим Оскару увидеть то, о чём ему не следовало знать, и проигнорируем, это может сыграть против тебя. — Вы уже позволили этому случиться. — Да, но… мы можем ещё что-то предпринять и… — Я сказал нет. Удалите эти записи и забудьте об этом. Главврач вздохнул, понимая, что Норриса не переубедить: — Хорошо, я тебя понял. Когда Ландо уже собирался покинуть кабинет, тот его окликнул: — Ландо! Гонщик остановился, но не обернулся. — Знай, что иногда защита обходится дороже, чем атака. Норрис лишь кивнул. Ландо выходит из медцентра и садится в машину. Тишина сразу обволакивает его — непривычная, глубокая, почти осязаемая после городского шума. Сквозь стекла доносится лишь отдалённый гул машин и редкие шаги прохожих. Он делает долгий, глубокий вдох и медленно выдыхает. Подняв взгляд на ладони, Ландо слегка дрожащими руками задрал рукава кофты. Он осторожно проводит пальцем по коже, ощущая рельеф: неровную, чуть грубую поверхность, где каждый рубец хранит прошлую боль. Мысли рвутся в разные стороны: зачем Оскар приходил? Почему не ушёл сразу? Сердце подсовывает глупую надежду, абсурдный ответ, который он давно научился гнать прочь. Чувства остаются глубоко внутри, запихнутые туда, где нет доступа ни панике, ни желанию. Из потока мыслей его вырывает звук входящего сообщения на телефоне. «Что? Какая ещё пресс-конференция?!» Его пиар-менеджер любезно сообщила, что через несколько часов они с Оскаром должны дать «пару» слов журналистам. Через пару часов они сидят на мягком диванчике и отвечают на вопросы. Оскар опоздал на десять минут, и у них почти не было времени обменяться даже взглядами. Вопросы однотипные, утомляющие, про вчерашнюю гонку и аварию. Ландо ловко уводит их в шутку, Оскар молчит, отвечает коротко, по делу. — Оскар, ходят слухи, что вы вчера были в медицинском центре. Вы приходили к Ландо? В этот момент зал словно замер. Голова Оскара гудит, мысли скачут, сердце сжимается, голос в горле пересох. Он почти не спал всю ночь, мозг забит картинками аварии, медцентра, Ландо… и тут — этот вопрос. Кажется, воздух исчезает. И тогда Ландо вмешивается, спокойно и легко: — Он заходил, чтобы убедиться, что я не симулирую и не пропущу командный брифинг. В зале раздаётся смех, лёгкий, как спасительный порыв ветра. Оскар медленно поднимает глаза на напарника. Он понимает, что Ландо только что спас его, защитил перед прессой. Но сразу же в голове возникает новая цепь вопросов: Ландо знает? Или ответил вслепую, не понимая? Нет, он точно что-то знает… Наконец-то эта пытка подходит к концу. Журналисты расходятся, а Ландо с Оскаром выходят в общую комнату. Как только двери закрываются, их вновь окутывает неловкая тишина. Точнее, она кажется неловкой только Оскару. Норрис уже хотел уйти, но Оскар вдруг тихо произносит: — Ты не должен был этого делать… Ландо останавливается и поворачивается к напарнику. Их разделяет всего пара метров, но они кажутся пропастью. Норрис смотрит прямо на напарника, в то время как Оскар не смотрит на него вовсе. — Как и ты. Голос ровный, спокойный, без упрёка. Но смысл ясен: Ландо знает всё. И в этот момент Оскар осознаёт правду. Его будто только что облили холодной водой. Он стоит, словно ребёнок, который что-то натворил: абсолютно растерянный. Оскар не успевает ответить, как его телефон вдруг начинает разрываться от поступающих сообщений. Затем раздаётся звонок. Оскар достаёт телефон из кармана. На экране высвечивается имя «Зак Браун». Пиастри отвечает на звонок, но не успев даже поприветствовать собеседника, слышит совсем недобрый голос руководителя: — Оскар, чёрт возьми, я надеюсь, ты мне скажешь, что это полная чушь и они ошиблись?! — Что..? Вы о чём..? — Оскар, немедленно включи голову! Посмотри, что тебе прилетело! Он ставит звонок на громкую связь и заходит в чат, где видит документ от ФИА. Ландо подходит ближе и заглядывает через плечо. Разбирательство. Нарушение протокола. Несанкционированный доступ к медицинской зоне. «Этого… не может быть…»