(Не)Тайный чат девчонок-ниндзя

Куренай не знала, что ей делать. Она то и дело украдкой посматривала на «Хинату». Та спокойно красила стену, время от времени замирая, чтобы ответить в так называемом «чате». Движения были привычные, почти механические, но именно в этой обыденности и скрывалось самое тревожное. Полупрозрачная табличка висела прямо перед глазами Куренай, слегка смещаясь, если она меняла положение головы. Новые строки появлялись одна за другой, не давая сосредоточиться. Она начала видеть это с сегодняшнего утра. И одной из участниц «чата» была Хината Хьюга. Её генин. Куренай не могла в это поверить. Мнение её менялось слишком быстро. Сначала она решила, что та, кто выдаёт себя за Хинату шпион, каким-то образом пробравшийся в Коноху. Более того, сумевший оставаться нераскрытым столько лет, да ещё и внутри клана Хьюга. Но новые вопросы появлялись один за другим, методично разрушая эту версию. «Попаданки», как они себя называли, и которых, как выяснилось, в Конохе было ещё несколько, не знали друг о друге. Куренай не успевала удивляться. Ситуация стремительно запутывалась. Одна оказалась Узумаки. И тогда ещё Куренай подумала, что только кто-то из этого клана, мастеров фуиндзюцу, и мог создать подобную технику. Потом оказалось, что есть выжившие члены клана Учиха, которые почему-то не могли вернуться в Коноху. А затем привычное мировоззрение Куренай начало трескаться. Потому что эти «попаданки» оказались из другого мира. Мира, в котором они… умерли. И некая противоестественная сущность перенесла их души в тела людей её мира. А теперь выдавала им задания и следила за тем, чтобы они не нарушали определённые правила. Сущность, которую «попаданки» называли «системой». Сущность с неясными целями. Сущность, обладающая такой силой, что сумела заменить души в телах нескольких людей. Куренай было страшно даже задумываться о том, что стало с настоящими девочками. Была ли эта сущность врагом Конохи? И то, что она видела этот «чат», стало ли это ошибкой? Этих девушек Куренай решила пока называть «попаданками». К ним у неё было смешанное отношение. Они находились в чужих телах и были подчинены могущественной сущности. Куренай слишком мало знала об их положении, чтобы судить. Согласились ли они сами на условия этой сущности? Выбрали ли чужие тела и чужую жизнь осознанно? И опять же она не знала, что произошло с настоящими девочками. Возможно ли, что «попаданки» тоже были жертвами? Ответов не было. Но Куренай уже чувствовала, как внутри медленно прорастает сочувствие. По отношению к «Хинате» в особенности. Она не знала, что в ней говорит: её прежняя привязанность к «Хинате» или что-то другое. Анко всегда говорила, что она слишком добрая. «Попаданки» невольно вывалили на неё слишком много ошеломляющей информации, а потом замолчали. Почти все, кроме Учихи были генинами. И они вскоре обыденно разбежались по утренним тренировкам, так будто ничего и не произошло. Куренай в этот раз пришла на тренировочный полигон раньше обычного. Ей хотелось морально подготовиться перед встречей с «Хинатой». На полигоне её уже ждали взволнованные Киба-кун и Шино-кун. Киба-кун эмоционально тыкал пальцем в полупрозрачную табличку, но его палец проходил сквозь неё, не встречая никакого сопротивления. По неподвижному взгляду Шино-кун, направленному туда же, Куренай сразу всё поняла. Они тоже видят «чат». Сердце неприятно сжалось. Эта могущественная сущность допустила столь крупную ошибку… или нет. Почему они всё это видят? Она позволяет им это? Или просто ещё не обнаружила, что они способны видеть этот «чат». А если это всё же ошибка, то что она сделает? Куренай строго приказала Шино-куну и Киба-куну пока не предпринимать никаких действий, связанных с этой ситуацией. Когда пришла «Хината», все старались вести себя как обычно. И у них это хорошо получилось, ведь та ничего не заподозрила. Даже Киба ничем себя не выдал. Куренай была довольна успехами своих генинов. Тренировка прошла, как обычно. А затем они приступили к выполнению заданий. Первым делом команда отправилась красить забор. И именно в этот момент «попаданки» снова начали общаться. Строки в «чате» ожили одна за другой. Куренай почти сразу нашла этому простое объяснение. Начались монотонные задания ранга D. И теперь «попаданки» перешли к разговорам о своей прошлой жизни. Они начали представляться. Пользователь_1: В прошлой жизни меня тоже звали Сакура. Я военный врач, была миротворцем в ОДКБ. Жила в России. А умерла в 28 лет, в одной из операций. Пользователь_2: И тебя звали Сакура? Странное имечко для тех мест. Пользователь_1: Мои родители были фанатами «Наруто», и лучше не расспрашивайте меня об этом. У меня до сих пор психологическая травма. Теперь твоя очередь, Ино. Пользователь_2: Я из Греции, звали меня также. Была психологом. Поэтому, если кому-то совсем станет туго в этом ужасном мире, обращайтесь :) Моя жизнь закончилась в 25 лет. Хината, теперь ты. И только не говори, что тебя зовут так же! Пользователь_3: Простите, пожалуйста! Это моё имя! В прошлой жизни я ещё училась в школе. В будущем хотела стать художницей и нарисовать свою мангу. Я жила в Японии. Пользователь_5: О боже, ты совсем ещё малышка! Сколько лет тебе было, Хинаточка? И я уже никого не удивлю, если скажу, что моё имя Карин. Я американка, дожила до 30 лет. Работала генетиком. Пользователь_3: Мне было 16 лет, Карин-сан. Пользователь_5: Давайте без этих формальностей. Просто Карин. Я и в прошлом мире с трудом выдерживала супервежливых японцев, а уж в этом мире дайте хоть в чате выдохнуть! А Куренай всё сильнее чувствовала, что они чужие… Родом из другого мира. Мира, который слишком сильно отличался от её собственного. Кем называли себя эти «попаданки»? Что значили все эти слова? Пока Куренай понимала лишь значение слов врач и художник. Остальное оставалось туманным. Кто такой «психолог»? И что делает «генетик»? Слова звучали непривычно, они принадлежали иной реальности, где действовали совсем другие законы. И если «школа» была аналогом их академии, то как странно в шестнадцать лет всё ещё там учиться. Всё ещё быть ребёнком. Куренай невольно задержалась на этой мысли. Какой идеалистический мир. А Хината-чан… даже для неё была слишком молодой для смерти. Эта мысль болезненно отозвалась внутри. Куренай на мгновение прикрыла глаза. И всё же, художница ей подходит. Пользователь_4: Меня звали тоже Тентен. Я жила в Японии. Моя семья держала додзё, вот и стала мастером боевых искусств. Умерла в 19 лет. Пользователь_6: Тоже Темари. И это так странно! Система, что это значит? Система: У вас нет доступа к этой информации. Пользователь_6: Да уж, и на что я надеялась?! Она же вообще ничего не объясняет! Я из Китая, мне было 22 года. Училась на агронома. Пользователь_7: Я жила в Канаде и звали меня также. Умерла в 24 года. Как уже говорила, я работала учителем в школе. Пользователь_2: И давайте уже сменим эти ники! Чат-система, смени наши ники на настоящие имена, только давай без фамилий. Чат-система: Ваши ники были обновлены по просьбе «Ино». Карин: Итак, значит, из всех вас я самая старшая. А Хинаточка самая маленькая. Сакура: Не факт. Если считать ещё и годы, прожитые здесь. Но это сейчас совсем не важно! Как думаете, почему система создала чат только сейчас? Карин: Так здесь-то всё просто и логично. В это время как раз и начинается сюжет. Сакура: От начала канона уже прошёл месяц. Почему чат не появился во время распределения команд? Ино: И правда странно. Как думаете, у системы спрашивать бесполезно? Система: У вас нет доступа к этой информации. Изуми: Ладно, на систему надежды давно нет. И давайте не будем так копаться в этом. Месяцем раньше, месяцем позже, разницы особо нет. Чат появился примерно тогда, когда начался канон. Тентен: Эм, девочки. О каком каноне вы говорите? Темари: О боже мой, ты не знаешь, что мы попали в аниме и мангу «Наруто»? Ино: Как ты вообще выполняла задания системы? Мы же ещё и должны остерегаться ООС! Тентен: «Наруто»? Никогда о таком не слышала. Мне система всю нужную информацию давала. И ООС почти не прилетало. Сакура: Как вообще можно было жить в Японии и ни разу не узнать про это проклятое аниме?! Ладно, кто-нибудь, расскажите ей, о чём оно. Ино: Итак, Тентен. Мы находимся в мире манги… Как там зовут этого мангаку? Куренай широко раскрыла глаза, на несколько секунд потеряв контроль над выражением лица. «Попаданки» знали об этом мире ещё до того, как оказались в нём. Осознание пришло резко и неприятно. Что такое «манга»? По тому, как воскликнул Киба-кун, и по тому, как Шино-кун что-то глухо пробормотал себе под нос, Куренай поняла, что им эта информация тоже давалась тяжело. Хината: Его зовут Масаси Кисимото. Ино: Да, именно он. По манге потом ещё сняли аниме. Главный герой это Наруто Узумаки, что уже и так понятно из названия. Ты его, скорее всего, видела. — Этот придурок?! — воскликнул Киба-кун. У Куренай на мгновение остановилось сердце. Она слишком хорошо знала этот тон. Киба-кун резко втянул побольше воздуха, явно собираясь продолжить возмущаться, но в следующую секунду в его раскрытый рот внезапно влетела муха. — Кха-кха! Тьфу ты! — Киба закашлялся, резко мотнув головой. — Проклятый Шино! Да понял я. Куренай молчаливо одобрила действия Шино-кун. Очень своевременно. Киба-кун только что был в шаге от того, чтобы раскрыть их всех. Хината-чан с искренней обеспокоенностью посмотрела на Кибу-куна. В её взгляде не было подозрения, лишь недоумение. К счастью, она ничего не поняла. Тентен: Не знаю такого. Сакура: Такой крикливый идиот, который громче всех кричит, что хочет стать хокаге, и часто бедокурит в Конохе. Его ещё Ирука-сенсей часто отчитывает. Тентен: А, всё, поняла. Видела, как Ирука-сенсей тащит его за ухо. Блондинистый такой, да? Ино: Именно он. Как мы уже говорили, история начинается с того, что Наруто выпускается из академии и оказывается в команде № 7. Дальше много-много приключений в качестве генина, потом там ещё будет Четвёртая мировая война, битва с Богиней и конец. Коноху там несколько раз разрушат. Ещё постоянно будет бегство за Саске — это, в принципе, классика. Вообще не понимаю, зачем мы им там нужны. Сакура: Абсолютно согласна! Я там просто третья лишняя. Карин: Плюсую!!! Хината: Да, между ними же так искрит! Они просто обязаны быть вместе! Изуми: …Не ожидала от тебя такого, Хинаточка. Правильно говорят, в тихом омуте черти водятся. Тентен: Стоп-стоп-стоп! Какая ещё война?! Какая богиня?! А Коноху-то кто посмел тронуть?! И при чём тут Саске Учиха?! Давайте теперь помедленнее и поподробнее! И лучше уж расскажите, что ждёт нас в ближайшем будущем. У Куренай были ровно те же вопросы, что и у Тентен. Девочки знали будущее этого мира. Знали заранее. И всё это было описано в той самой… манге «Наруто». Как же это дико звучит. Её мир не мог быть выдуманным. *** Её команда выполнила все задания на сегодня, и Куренай отпустила их по домам. В «чате» всё ещё шло бурное обсуждение сюжета. На удивление больше всех говорила Сакура. Та самая, которая эту «мангу» недолюбливала сильнее остальных. Как поняла Куренай, родителям Сакуры это произведение очень нравилось, и всё своё детство и подростковые годы она смотрела вместе с ними «аниме» и читала «мангу». Поэтому именно она знала канон лучше всех. Сейчас Сакура рассказывала о Вторжении Орочимару и Деревни Песка в Коноху. В голове у Куренай всё бурлило. Мысли наслаивались одна на другую, не давая покоя. Но одно она знала точно. Нужно сообщить Третьему-сама. Эта информация была слишком важной, чтобы держать её при себе. Она могла стать ключом к защите Конохи. И ещё один вопрос не давал покоя. Только ли её команда видит эту полупрозрачную табличку? Если нет, то… не будет ли лучше, если именно она первой сообщит всё Третьему-сама, Хината-чан и другие «попаданки» не были врагами Конохи. Наоборот, в их сообщениях то и дело проскальзывала любовь к Деревне Листа… И ещё их неприятие войны. Они вряд ли стали бы кому-то вредить, если бы существовал мирный вариант. Куренай поймала себя на мысли, что готова поручиться за них. Взять на себя ответственность за доверие к ним. Кто-то назвал бы её слишком доверчивой или наивной. Но Куренай считала себя открытой ко всему новому. Вместо того чтобы сразу предполагать худшее и действовать из страха и агрессии, она предпочитала сначала разобраться. И если всё хорошо сложиться, начать переговоры. Они могли бы даже заключить союз с этими «попаданками». Сколько пользы это принесло бы Конохе. К тому же у них было серьёзное преимущество. Способность видеть этот «чат», о чём сами «попаданки» даже не подозревали. Куренай постучалась в кабинет Хокаге и, получив разрешение, зашла внутрь. — Куренай, я немного удивлён твоим визитом. Что-то случилось? — спросил Хокаге, медленно выдыхая дым из курительной трубки. — Хокаге-сама, я бы хотела сообщить, что… Но Куренай не смогла произнести дальше ни слова. Перед глазами внезапно возникла красная табличка.

[Вы не можете делиться данной информацией с посторонними!]

Она застыла, не в силах пошевелиться. Страх и удивление сплелись в одно. Эта сущность видела, что она делает! Знала её намерения! Она всё знает! — Куренай? — окликнул её Третий-сама. Куренай вздрогнула и пришла в себя. Мысли заметались. Нужно было срочно что-то сказать. Что угодно. Третий-сама уже впился в неё внимательным, проницательным взглядом. Он не должен ничего заподозрить. Куренай не знала, что сделает эта сущность, если она даже невольно её раскроет. — Хокаге-сама, я пришла сообщить, что команда № 8 готова приступить к заданиям класса C. Как их джоунин-наставник могу заверить, что они достаточно сильны, чтобы справиться с ними и не поставить авторитет Конохи под сомнение. И Куренай даже не соврала. Её генины действительно были готовы. Хотя она и планировала ещё неделю или две дополнительно их потренировать. — Значит, говоришь, что уже готовы… Хорошо. Теперь команде № 8 будут выдавать задания C-ранга. И, Куренай, то, что ты сильный шиноби, не означает, что ты можешь не заботиться о своём здоровье и почти не спать. — П-простите, Хокаге-сама, — смущённо произнесла она, слегка опустив взгляд. К счастью, ситуация обошлась. Однако Третий-сама, похоже, решил, что она настолько незрелая, что даже не понимает насколько важен сон для организма. Как же Куренай стало стыдно. Когда она вышла из резиденции Хокаге, то сразу же направилась в ближайший парк, почти бегом выискивая уединённое место. Куренай остановилась среди деревьев, медленно выдохнула и просканировала окрестности. Очагов чакры поблизости не было, значит никого рядом нет. Терпеть дальше она уже не могла. Сжав пальцы, Куренай с тревогой обратилась к этой сущности. — «Система»…

[Я вас слушаю, Куренай.]

Сердце тут же забилось чаще, отдаваясь где-то в горле. Значит, эта сущность всё знала. Знала, что она видит «чат». И про Шино-куна и Кибу-куна тоже. Мысль была почти удушающей. Только бы её генины не рассказали лишнего. Что будет, если они ослушаются предупреждения «системы»?! Эта сущность всё видела, всё слышала, а ещё могла общаться с ними. — У меня к вам есть несколько вопросов, — вежливо начала Куренай. Голос прозвучал ровнее, чем она ожидала. Она указала взглядом на полупрозрачную табличку. — Кто ещё, кроме меня, Кибы и Шино, может видеть этот «чат»?

[Я не могу сообщить вам эту информацию. Задавайте следующий вопрос.]

— То, что я вижу «чат», это ошибка… или вы сами дали нам доступ?

[Эту информацию я тоже не могу вам раскрыть. Сейчас я могу объяснить вам лишь Главный Запрет. Вы не можете сообщать информацию из чата существам, которые не видят его.]

Куренай на мгновение задержала дыхание. — А всё остальное разрешено?

[Это вы должны выяснить на своём опыте.]

— А какое наказание будет за нарушение? — сглотнув, спросила Куренай.

[Это вы тоже выясните сами.]

— Да уж, одни вопросы и только, — внезапно раздался голос за спиной. Куренай резко обернулась, инстинктивно напрягаясь, и увидела Какаши. Он стоял так, словно был здесь всё это время. Спокойный и невозмутимый, как всегда. — Эта «система» и правда ни на что не отвечает, — продолжил он. — Какаши, ты тоже видишь этот «чат»? И зачем ты подобрался ко мне, скрыв чакру? — в голосе Куренай прозвучало раздражение, смешанное с тревогой. — Не хотел прерывать прелюбопытнейший диалог. — Его единственный видимый глаз насмешливо прищурился. — Ты попыталась рассказать всё Третьему? Я тоже как раз об этом раздумывал, когда увидел тебя. И «систему», которая с тобой общалась. Куренай нахмурилась. Мысли снова ускорились. — Твои генины ведь тоже видят «чат»? В твоей команде Сакура, а в моей Хината… Это уже закономерность. — Да. — Какаши кивнул без колебаний. — Стоит найти Асуму и Гая и решать, что делать дальше. Ты тогда отправляйся за первым, а я пойду за Гаем. Встречаемся у меня на квартире. И прежде чем Куренай успела хоть что-то ответить, Какаши уже исчез в вихре листьев. Она лишь тяжело вздохнула. За годы знакомства она к такому уже привыкла. Справившись с остатками напряжения, Куренай развернулась и направилась на поиски Асумы. Какаши был прав: нужно решать, что делать с этим «чатом». И как защищать Коноху от всех будущих опасностей, не в силах никому прямо сообщить о них?