Искупление цветами.

"Одна зола, но там весенние

Взойдут цветы: ты, ты, ты, ты, ты!"

***

Бесчестный Затворник очень внимательно взирал на горшочки с не слишком жизнерадостно и совсем не весело-цветущими орхидеями. «Может, они стали таковыми стали после пребывания в магическом кармане?..» — выступил с максимально неуверенным предположением внутренний голос, — «Неизвестно же, как влияет на живые организмы подпространство полностью созданное из тёмной магии». Орхидеи же будто смотрели на него в ответ, и по сторонам… На своих депрессивных, но более-менее здоровых и даже чистых товарищей по царству. Но эти орхидеи настораживали одним – своим отсутствием листьев. Вот имелись цветочные стрелки, непосредственно с прекрасными цветами… Всё выглядело так, как будто кто-то просто их оборвал. Внутри зародился червячок сомнений, что моментально стал грызть мозжечок Отшельника, хотя о наличии последнего органа были тоже определённые сомнения, ибо другого объяснения, почему он не глядя купил такой товар без строгой проверки, не было. «Да и какой истины я вообще так разлюбезничался с тем прахом ходячим…» — так же непонимающе, как и выражение его лица, задал себе риторический вопрос внутренний голос. Этот вопрос… Наводил на определённые размышления. Неужели свет ненавистной Истины размягчил не только сердце, но и превратил мозг в губку? Но потом в его голову пришла не менее странная, даже страшная, мысль. Затворник моментально кинулся к орхидеям, бережно вытащив одну из них и внимательно рассматривая цветоносные почки… совершенно неприлично выругавшись: — Ироды! Долбокваки последние!— в сердцах выпалил Бесчестный Отшельник, боясь даже попробовать перевести взгляд на корни бедного растения, — Нельзя было найти слабенького друида?!

***

Затворник был возмущен?

Нет.

Он совершенно невоспитанно, некрасиво, без единой капли хоть какой-то элегантности, рвал и метал. Но, всё таки, он пытался бороться со своей иррациональной, сентиментальной, совершенно глупой стороной, которая требовала превратить в гнилой прах каждого псевдоинтеллектуала в сфере ботаники, которому пришла, несомненно, «гениальная» мысль – механически накачать цветоносные почки краской, тем самым обретя бедное растение на мучительную и долгую гибель в, вероятно, «цветочных» муках. Пощупав корни, также был вынесен закономерный факт – все из них сухи, как октябрьский лист. Хотя этого нельзя было утверждать на все сто, для подтверждения нужно было поместить корни в воду, но Отшельник был готов поставить остатки своего чёрного сердца, что все корни так или иначе нужно будет серьёзно обрезать. Тут и вылезла причина оборванных листьев. Вероятно, последние почернели от такого количества красителя, который смог окрасить цветы в фиолетовый, и от агрессивных удобрений, которые характерно резали нос. Такой же запах преследовал его, когда он раз в несколько лет всё-таки решался наведаться на цветочный рынок. Затворник к тому же знал «зелёную» магию на уровне слабого обывателя. Он мог придать легкое ускорение фотосинтезу, газообмену и движению питательных веществ в ситовидных трубках на максимально маленький срок. Так же и наоборот, слегка замедлить рост и увядание соответственно… Но это всё, на что он был способен. Несостоявшийся садовод ещё давно признался себе в том, что убивать и учинять боль другим у него получалось лучше, чем причинять добро. Только от этого осознания ему самому резко стало горько и невероятно дурно на душе. Одним разом заныли все застарелые порезы, которые уже давно должны были зажить да покрыться коркой. Но кое-какие, всё ещё не увядшие надежды у Отшельника, лишенного Истины, остались живы. Одна красная и две пятнистые орхидеи были явно здоровы, и такой окрас – их натуральный. И пока Бесчестный Затворник ворошил свои закрома в поисках «забугорного мха», у нашего другого героя тоже происходили… Достойные внимания события.

***

Кабинет ректора осветили полуденные солнечные лучи, освещая витающую пыль. По всем прямым поверхностям были разбросаны различные важные бумаги, которые сейчас моментально обесценились для владельца кабинета. Кстати, профессор проснулся буквально пару минут назад от гулящего солнечного зайчика, который настырно подсветил миру глубокие синяки под глазами всеми уважаемого учителя. Мудрец Правды же, кажется, этому был не очень рад, так как с протяжным стоном упал лбом на стол из своего полу-сидячего положения. Шея заметно и глухо хрустнула – кажется поза для сна действительно имеет слишком важное значение… От этих телодвижений поднялась новая волна пыли со старых свитков, которая заставила бы любого оглушительно чихнуть. Хоть ректор и был необычным человеком, но всё-таки громогласный чих из него вырвался, но в этот раз Истинный додумался отмахнуться рукой от вновь поднявшейся пыли. А как он пришёл к этому ужаснейшему состоянию? Что ж...

***

«Здравствуйте, а вы видели одного сварливого человека в чёрном?» «Простите, но куда он направлялся?» «Подождите! Стойте же вы! Нет, я не сумасшедший, мне просто нужна информация!!!» Примерно такие фразы весь вечер Сейдж повторял до болезненных мозолей на языке, в маленьких перерывах бегая по всему рынку. А этим всем он маялся вместо того, чтобы читать старинные свитки, на которых он в данный момент весьма некомфортно расположился, и о которых он должен был рассказать на следующей всеобщей лекции… «Мда…» — мысленно протянул Мудрец, пытаясь смириться с имеющимися данными. «И до чего я докатился? Веду себя как ленивый первокурсник…» Но, к превеликому разочарованию, мозоль на языке и проглоченные оскорбления были окуплены весьма скудной информацией. Сразу вспомнился отрывок из разговора с пожилой садоводницей: «Не видели кого нибудь подозрительного? А вы что-нибудь продавали? Он что-то украл?» «Как нет? Купил у вас… Орхидеи?!» Мудрец Истины даже усмехнулся, бабуля божий-одуванчик видимо тоже слегка подалась «во все тяжкие», ну, в такие-то времена её тоже можно понять. Ну какие орхидеи? Великий тёмный маг, от чьей ауры погибает трава и… Цветы? Это откровенно глупо и смешно. Даже немыслимо только в своей физической сути. Про другие аспекты можно и вовсе промолчать по причине их очевидности.

Но…

Существовало, да и что уж там, существует и в данный момент времени, исполинское такое, «но». Взгляд ректора упал на букет. Состоящий исключительно из цветов, которые трепетно полюбились Сейджу в последнее время.

***

"Можно я промолчу?

Можно закрою глаза?

Тело небесное, милое, честное

Хочет мне что-то сказать!"